Фрэнсис Скотт Фицджеральд: "Я совершенно утратил хватку".

Рубрики: Военлит, Интервью, Судьба Опубликовано: 15-05-2013

Сложно переоценить значение литературного наследия Фрэнсиса Скотта Фицджеральда: без его романов невозможно представить, как развивалась бы американская и мировая литература ХХ века. «Великий Гэтсби», «По эту сторону рая», «Ночь нежна» и другие его романы — уникальный случай художественной интерпретации противоречивых событий двадцатых годов прошлого века, изящное и бескомпромиссное объяснение событий США того времени (впрочем, вполне актуальное в наши дни). Наравне с Хемингуэем, Дос Пассосом и Ремарком Фицджеральд навсегда вписан в историю литературы «потерянного поколения».

В преддверии появления экранизации База Лурмана «Великий Гэтсби» мы публикуем заметку журналиста Мишеля Мока о том, как он встретил Фрэнсиса Скотта Фицджеральда на закате карьеры — и, как оказалось позже, в один из последних годов его жизни. Статья была опубликована в New York Post в 1936 году, за четыре года до смерти Фицджеральда, и позже переиздана в The Guardian. 

Рябь

Автор: Плеханов Илья Рубрики: ЧВК, Военлит Опубликовано: 28-04-2013

Он проснулся уже в хорошем настроении. Сразу с ощущением счастья. Так бывало не очень уж и часто в последние месяцы, после возвращения. Проснулся от ласковых теплых лучей солнца, что легли ему на веки. Пели птицы и стрекотали насекомые. Небо до рези в глазах сверкало чистой абсолютной голубизной. Ветерок лениво играл с белой прозрачной тюлью. Было легко.

Город Страшной Ночи

Автор: Чёрный Артур Рубрики: Военлит, Кавказ Опубликовано: 25-04-2013

Лето четвёртого года... Тревожное лето Чечни. Время брожения умов, время горячих голов, пора расцвета анархии и бандитизма. Золотой период безвластия между двумя президентами. Каждый вчерашний царский опричник — сегодня сам барин и князь. Каждый отдел, гарнизон и блокпост — крохотная демократия или монархия. У опустевшего царского трона — целые толпы новоявленных президентов. Одни с деньгами, другие с войсками. И неясно, кого толкать в шею, а кому броситься в ноги. 
 
В этих больших политических играх, когда каждый замахивался на Грозный, а нюх держал на Москву, когда все рванули во власть, совсем забылась война. Её оставили где-то за кадром, за кандидатскими шоу и откровениями, за дверями партийных собраний, где каждый болтун зарился на долгожданный министерский портфель. 

Война и мир Курта Воннегута

Рубрики: Военлит, Судьба Опубликовано: 21-04-2013

«Бойня номер пять, или Крестовый поход детей» (1969) — самый знаменитый роман Воннегута. Его подзаголовок — «Пляска со смертью по долгу службы». Эти приключения Билли Пилигрима (который из благополучной американской сабурбии попадает то в Дрезден военного времени, то на планету Тральфамадор) исполнены, по словам самого автора, «в слегка телеграфически-шизофреническом стиле». В начале романа жена фронтового друга писателя, услышав, что тот собирается писать о войне, взвивается: «Вы притворитесь, что вы были вовсе не детьми, а настоящими мужчинами, и вас в кино будут играть всякие Фрэнки Синатры и Джоны Уэйны или ещё какие-нибудь знаменитости, скверные старики, которые обожают войну. И война будет показана красиво, и пойдут войны одна за другой. А драться будут дети, вон как те наши дети наверху». Писатель обещает ей, что «никакой роли ни для Фрэнка Синатры, ни для Джона Уэйна в ней не будет» И что он назовёт книгу «Крестовый поход детей».

Военная мистика в комиксах

Рубрики: Art Опубликовано: 19-04-2013


Была в США такая популярная серия - Weird War Tales. С октября 1971 по июнь 1983. 124 выпуска комиксов. Потом ещё выпустили пять или шесть томов в 1997, 2000 и 2010. В общем, полный угарный набор: души погибших, мертвецы, привидения, киборги, призраки, нелюдь, скелеты, монстры, наци-вурдалаки, вуду, миражи и прочая прелесть и всё это на войне.

Сын ХАМАС

Рубрики: Военлит, Переводы, Ближний Восток, Судьба Опубликовано: 11-04-2013

Автобиография Зеленого Принца — палестинского джентльмена 1977 года рождения, который, будучи сыном одного из лидеров ХАМАС, оказался перевербован Шин-Бет и на протяжении десяти лет работал на Израиль. Предотвратив множество терактов, он отошел от дел, уехал в Штаты и написал ме­муары — которые с год назад стали большим бестселлером.

И не­мудрено: в современном арабском мире найдется не так уж мно­го боевиков, заявивших о том, что они перестали ненавидеть Израиль; и уж совсем немногие в состоянии сочинить на эту тему не то что даже остросюжетный документальный роман, а — книгу, по которой — по одной! — можно получить представ­ле­ние о том, что на самом деле происходит между Израилем и Палестиной («исповедь Иуды», шипит с обложки Максим Шевченко; что ж, хотя бы и так — хотя автор настаивает, что переметнулся на сторону врагов, после того как понял, что в качестве двойного агента спасет больше жизней.

Вообще, Юсеф настаивает, что дело не в Израиле, а в самих мусульманах, которые натравливают друг друга на евреев для достижения своих сиюминутных целей, а на людей им наплевать).

Эндрю Миллер: «Оптимисты». Отрывок из книги

Рубрики: Военлит, Африка, Переводы Опубликовано: 01-04-2013

На кухне он допил остатки белого вина, потом вернулся наверх и вытащил из переднего отделения чемодана коричневый конверт, ловко подсунутый ему Фрэнком Сильверменом в аэропорту Торонто. Он вскрыл его на обеденном столе. В конверте было шестнадцать бумажных листов. Он разложил их веером на поверхности. «Может, ты сможешь что-нибудь с этим сделать», – сказал ему Сильвермен. Сделать что? Закончить статью? Написать вывод, который он не мог или не хотел найти? Он принялся разбирать непронумерованные страницы. На каждой из них были следы яростной правки, в некоторых местах – исправления исправлений, каждое последующее – более невразумительное, чем предыдущее. В поисках начала он обнаружил пару страниц с подробным описанием колониальной истории, противостояния сил, партий, фракций, секретных комитетов, усиления экстремизма.

Даже жена президента говорила об этом: о необходимости выловить всех внутренних врагов и уничтожить их без пощады. Был организован сбор оружия, почти нескрываемые тренировки группировок для войны против соседей…

Еще на одной странице – зарисовки природы страны. Усеянные террасами холмы, изрезанный рельеф вулканических склонов, заброшенные плантации, ослепительная зелень банановых деревьев, болота, ржавые железные крыши домов, выжженные до красноты грунтовые дороги, стремительные реки, несущие с верховьев бурый ил.

Жена и Война

Автор: Флинн Амели Рубрики: Поэзия, Переводы, Ирак, Афганистан Опубликовано: 19-02-2013

Скольжение

Я читаю Голубой Каскад,

И я знаю, эту книгу написал

Морпех, который был на войне в Ираке,

Он был связным офицером артиллерии,

Прикрепленной к пехотному подразделению,

И передовым наблюдателем,

Который передавал по радио данные

Об уничтоженных целях

«На подступах к Сталинграду» (из книги "Европейское воспитание")

Автор: Гари Ромен Рубрики: Военлит Опубликовано: 20-01-2013

Рассвет. Мало-помалу умолкают ночные лягушки, разлетаются в беспорядке последние летучие мыши, а из камышей медленно выходит цапля и проглатывает первую рыбешку. Над рекой появляются два старинных волжских приятеля — столетние вороны Илья Осипович и Акакий Акакиевич. Они медленно кружатся в утреннем воздухе и озабоченно изучают поверхность воды.

Опять ничего, Акакий Акакиевич?

Опять, Илья Осипович. Наверно, вы чего-то недослышали.

Да нет же, окно было широко открыто, и громкий голос сказал по-немецки: «Официальное сообщение Восточной армии. Вчера наши войска под командованием генерала барона фон Ратвица, покорителя Гааги и одного из самых блестящих наших военачальников, достигли Волги!»

L'аdieu, aux armes

Рубрики: Военлит, Судьба Опубликовано: 19-01-2013


Он любил Африку. Африка любила его. Хотя любила, наверное, как-то по-своему, как дикая кошка может любить своего дрессировщика - в любой момент не рассчитать силу своей любви и разорвать на части. Но Африка - она такая. И тебе остается такой либо принять, либо не возвращаться туда. Он, однажды полюбив, уже никогда не смог забыть этой любви.

Умирать нелегко

Автор: Соммерфилд Джон Рубрики: Военлит, Переводы Опубликовано: 04-12-2012

В конце длинной борозды, вспаханной при последнем приземлении, лежал сгоревший остов истребителя. Солнце уже садилось. От каждого бархана и холма, от каждого камня, каждого куста сухих колючек тянулись к темнеющей стороне горизонта длинные пурпурные тени. Но в раскаленном песке и в беспредельно пустом небе все еще удерживался полуденный зной, а томящая душу тишина на этой грани дня и ночи, казалось, таила в себе хрустальную чистоту воздуха, никогда не оглашаемого звуками жизни.

Погруженный в это безмолвие, в этот песок и свет, разбитый самолет лежал, как скелет какого-то огромного животного, приползшего сюда умирать еще десять тысяч лет назад. Его серебристые кости, закопченные и ставшие хрупкими от жара, казалось, медленно крошились под невидимым, но непрестанным действием времени; казалось, только эта вечная тишина сохраняла еще их форму, и легкого дыхания ветра будет достаточно, чтобы в одно мгновение превратить их в кучу пыли. Но никогда не шелохнется здесь воздух, на выбеленный песок никогда не упадет ни одна капля влаги, столетия не ступит сюда нога человека.

Социальные сети