Аль-Каида: что в имени твоем

Рубрики: Эксклюзив, Северная Америка, Переводы Опубликовано: 04-03-2013

Летом 1988 года в Университетском городке Пешавара в Пакистане Усама бен Ладен основал Аль-Каиду, что по-арабски означает “База”. В качестве визитной карточки террора или революции, названию не хватало стиля. Базы – это убежища, они не представляют угрозы. Из архивных записей можно предположить, что соратники бен Ладена либо не могли придумать ничего лучшего, либо не хотели раздражать его, подвергая сомнению его “блестящую” идею.

Десять лет спустя, Аль-Каида заявила о себе как о глобальной угрозе бомбардировками двух американских посольств в Африке. Амбиции группы нарастали, пока не достигли кульминации 11 сентября. Массовое убийство в тот день утвердило дурную славу Аль-Каиды, но администрация Буша повысила ее профиль еще больше, объявив глобальную войну с террором, в которой Аль-Каида была центральной фигурой. Какое-то время бренд бен Ладена процветал.

Когда к власти пришел Президент Обама, он отстранился от глобальной войны с террором, возражая против ее оруэлльского звучания и неточности. Вместо этого, он сформулировал более прозаическую войну против Аль-Каиды и “связанных с ней сил”. Аргументация Обамы заключалась в том, что Аль-Каида и ее союзники отличаются от других террористических групп своим намерением напасть на Соединенные Штаты, и что они по-прежнему остаются достаточно сплоченными, чтобы их можно было совместно определить как вражеские силы в соответствии с законами войны. Атаки беспилотников по всему миру, бессрочное содержание под стражей в Гуантанамо и других местах, и военные суды – это примеры некоторых политик, вытекающих из этой логики.

С тех пор как американские “морские котики” ликвидировали бен Ладена в мае 2011 года, советники Президента трубили об успехе их кампании. В сентябре прошлого года Мэтью Олсен – директор Национального центра борьбы с терроризмом – заявил Конгрессу, что “ядро Аль-Каиды” – первоначальной, возглавляемой арабами группы, чьи оставшиеся в живых члены, которые, в основном, скрываются в Пакистане, и предположительно исчисляются десятками или сотней с небольшим – сейчас находится в “самом уязвимом положении за последние десять лет”. Тем не менее, чтобы обосновать политику Белого дома, он и многие другие аналитики в сфере борьбы с терроризмом предупреждают об устойчивой угрозе со стороны “франшиз”Аль-Каиды: региональных ответвлений различного происхождения, которые в последнее время превзошли материнскую организацию как источники потенциальной опасности.

Эксперты обозначают эти группы аббревиатурами, например АКИ (Аль-Каида в Ираке), АКАП (Аль-Каида на Аравийском полуострове, в основном в Йемене), и АКИМ (Аль-Каида в странах исламского Магриба, североафриканская группа, которая недавно была атакована французскими силами в Мали). Каждая группа имеет свою характерную местную историю и состоит, в основном, из местного населения. Ни одна из них не имеет тесных связей с “ядром Аль-Каиды”, которое теперь возглавляет преемник бен Ладена Айман аль-Завахири, хотя некоторые группы поддерживают контакты с его оперативниками. Что в имени ее? Из нескольких войн, которые унаследовал Обама, война против Аль-Каиды – единственная, которую он не обещал довести до конца. Этот конфликт представляет собой проблему определения: до тех пор пока в мире существуют группы насильственных исламских радикалов, которые считают привлекательным называть себя Аль-Каидой, Аль-Каида и Америка могут пребывать в формальном состоянии войны. Столетняя война в сравнении с этим может показаться короткой стычкой.

Несомненно, некоторые из этих групп представляют серьезную угрозу для Соединенных Штатов. Джабат аль-Нусра – ответвление АКИ – которая в последнее время расцвела на кровавых полях гражданской войны в Сирии, вызывает беспокойство своим растущим влиянием среди оппозиционных сил, стремящихся свергнуть Президента Башара аль-Асада. Если такой радикальной и закаленной группе, как эта, удастся добыть хотя бы часть сирийских запасов химического оружия или захватить власть после падения Асада, результаты могут быть катастрофическими. А АКАП в Йемене три года назад на Рождество пыталась взорвать американский авиалайнер при посадке в Детройте.

Но, помимо этого, существуют производные группы, деятельность которых мало чем отличается от сомалийских пиратских банд или сицилийской мафии. АКИМ, например – это захудалая сеть, в которую входят похитители людей и наркодилеры, чьи основные доходы в последние годы состоят из вырученных сумм в результате выкупа заложников и контрабанды колумбийского кокаина и марокканского гашиша через Сахару. АКИМ и связанные с ней группы, после захвата малийской территории в прошлом году, насадили там жестокую исламистскую идеологию, а отколовшееся от нее подразделение напало на удаленное газовое месторождение на востоке Алжира в январе. Тем не менее, этим группам недостает подтвержденной на практике способности нанести удар по Европе или за Атлантическим океаном. Сваливать их в одну кучу с более могущественными группами джихадистов, на основе скудных доказательств их связей – это рецепт присвоения неограниченных и эластичных военных полномочий Белому дому.

Сам бен Ладен, возможно, пересмотрел бы бренд Аль-Каиды. Документ неизвестного авторства, изъятый на базе бен Ладена в пакистанском Абботтабаде, сетует на размытость названия и нехватку в нем религиозного содержания. Автор размышляет об альтернативах, например, Мусульманская группа единства. Если бы бен Ладен переименовал Аль-Каиду, ему бы, по крайней мере, удалось разозлить спичрайтеров Обамы, избавившись от бренда, которым они пользовались для определения войны Президента против террористов.

В конце прошлого года главный юрисконсульт Пентагона Джех Джонсон, уходя в отставку, выступил с речью в Оксфордском союзе под названием “Конфликт с Аль-Каидой и ее филиалами: каков конец?” Конец будет не скоро, сообщил он. Он сказал, что может представить себе “переломный момент”, когда Аль-Каида и ее филиалы станут настолько ветхими, что надзорная и разведывательная деятельность может прийти на смену текущему состоянию войны – перемена, которая сократит возможности для атак беспилотников и может положить конец заключениям без суда. Но день победы над Аль-Каидой пока еще находится в необозримом будущем, заключил Джонсон. “Опасность до сих пор существует”, – сказал он, потому что Аль-Каида стала “более децентрализованной”, а “большая часть террористической деятельности сейчас осуществляется местными франшизами”.

В марте этого года исполняется десять лет с тех пор, как Соединенные Штаты возглавили вторжение в Ирак, руководствуясь плохими разведданными о программах оружия массового уничтожения Саддама Хусейна. Эта темная годовщина служит напоминанием – если оно кому-то требуется – о том, что в любом конфликте, в котором президент утверждает свои военные полномочия, аналитическая точность главы государства в определении врага – это огромная ответственность. Франшиза – это бизнес, который обычно осуществляется согласно строгим правилам, установленным материнской компанией; применять этот ярлык к производным группам Аль-Каиды сегодня – это ложная практика. Если Аль-Каида не достаточно когерентна, чтобы оправдать формальное состояние войны, война должна закончиться; если Администрация настаивает на том, что некоторые производные группы оправдывают чрезвычайные меры, она должна определить врага точно.

Джихадистское насилие представляет собой непреходящую опасность. Его сторонники будут восставать и отступать; аморфные угрозы, которые они представляют, потребуют адаптивной политики в сфере безопасности, а, в некоторых случаях, военных действий. Тем не менее, эмпирические аргументы в пользу глобального состояния войны с корпоративным образованием, которое называется Аль-Каидой, кажутся все более неубедительными. Война против имени – всего лишь мнимая война.

- Стив Колл

***

- перевод Надежды Пустовойтовой специально для Альманаха "Искусство Войны"

Оригинал - http://www.newyorker.com

Социальные сети