Альманах "Искусство войны" Альманах Искусство войны творчество ветеранов локальных войн: стихи, проза, воспоминания. Военные новости, военное обозрение, репортажи из горячих точек, мнения экспертов. http://navoine.info/almanach-art-of-war/atom/vietnam.html 2017-11-22T14:36:15+04:00 Обама и оружие Вьетнама 2016-05-24T22:53:51+04:00 2016-05-24T22:53:51+04:00 http://navoine.info/usa-viet-weapondeals.html administrator <div class="element element-itemcategory first"> <a href="http://navoine.info/category/asia-okeania.html">Азия/Океания</a> <a href="http://navoine.info/category/vpk-hitech-guns.html">ВПК/Hi-Tech/Оружие</a> <a href="http://navoine.info/category/vietnam.html">Вьетнам</a></div> <div class="element element-itemcreated"> Вторник, 24 Май 2016</div> <div class="element element-textarea last"> <p><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/47741/20682809.440/0_d32c7_b8158e55_XL.jpg" border="0" width="800" height="356" style="display: block; margin-left: auto; margin-right: auto;" /></p> <p><em><strong>Военные новости, не попавшие на первые полосы. Выпуск № 19 (95)</strong></em></p> <p style="text-align: justify;">Одна из громких военных новостей последних дней — это визит президента США Барака Обамы во Вьетнам и снятие США эмбарго на поставку летальных вооружений во Вьетнам.<br /><br />Вьетнам и США восстановили дипломатические отношения только в 1995 году, через двадцать лет после окончания войн во Вьетнаме. Эмбарго на оружие было частично ослаблено еще в 2014 году, но сейчас во время визита договорились о полной его отмене. В 2014 году, когда в море у Парасельских островов произошла стычка кораблей Китая и Вьетнама и по стране прокатилась волна антикитайских протестов и погромов, США были готовы продавать Вьетнаму технологии слежения за кораблями и подлодками в море и системы береговой охраны, но пока Вьетнам лишь думал об их приобретении и не определился со списком покупок. В 2015 году СМИ также писали, что Вьетнам находится в поиске вооружений в первую очередь из Европы и Азии, в том числе активно интересуется технологиями разведывательных беспилотников, а США пообещали безвозмездную помощь в виде передачи Вьетнаму шести патрульных морских катеров на сумму 18 миллионов долларов.<br /><br />В материале BBC отмечается, что несмотря на то, что военный бюджет Вьетнама удвоился за последние десять лет, а импорт вооружений в 2011-2015 годах вырос на 700% по сравнению с 2006-2010 годами, американское оружие все равно дороговато для страны. Другой фактор, сдерживающий закупки, — это все же нежелание Вьетнама дерзко провоцировать Китай, так как все понимают, для чего США готовы вооружать вьетнамцев.<br /><br />Очевидно, что США не будут продавать свои самые передовые технологии и что все потенциальные поставки оружия должны будут проверяться на предмет нарушения прав человека во Вьетнаме. Под этим предлогом США могут отказать Вьетнаму в любых поставках. <br /><br />Для самого же Вьетнама появление нового поставщика вооружений улучшит позиции страны на торгах с традиционным военно-техническим партнером — Россией.<br /><br />Можно отметить, что Вьетнам уже давно пытается диверсифицировать поставщиков и ослабить свою зависимость от российских поставок. Например, Вьетнам пользуется услугами ВМС Индии для обучения своих моряков и ведет переговоры о поставках оружия и радаров из Израиля.<br /><br />В материале The New York Times американские военно-морские эксперты рассуждают, возможно ли после снятия эмбарго и предоставление военно-морской базы в Камрани для заходов или даже базирования ВМС США. В этом году на базе уже побывали военные корабли Японии и Сингапура, и есть ожидания, что со временем и с возможным обострением ситуации в Южно-Китайском море Вьетнам пустит туда и американцев, для которых такое присутствие вблизи Китая имело бы большую военно-геополитическую выгоду.<br /><br />В преддверии визита Обамы во Вьетнам вьетнамские высокопоставленные военные чиновники провели встречу в Ханое с представителями военно-промышленного комплекса США, в том числе с людьми из таких компаний как Boeing, BAE Systems, Honeywell International и Lockheed Martin. Стороны в ходе бесед должны были понять потребности вьетнамских вооруженных сил в том или ином виде вооружений и определиться с суммой, которую Вьетнам готов потратить на закупки. По информации американских участников этой встречи, Вьетнам в первую очередь заинтересован в получении программного обеспечения для систем связи, а переговоры шли в деловой атмосфере без примеси политики или отсылок к прошлой войне между странами.<br /><br />Investor’s Business Daily цитирует военных аналитиков о возможных поставках конкретных вооружений во Вьетнам. По их мнению, Вьетнам заинтересован в приобретении морских патрульных самолетов P-3C компании Lockheed Martin, воздушных танкеров-заправщиков KC-46 компании Boeing, самолетов A330 MRTT компании Airbus, а также самолетов F-16 и F/A-18 Super Hornet. Также у вьетнамцев есть интерес к американским боевым кораблям прибрежной зоны (Littoral Combat Ship) компаний Lockheed и компании General Dynamics. При этом аналитики считают, что у Вьетнама не будет больших проблем с оплатой дорогостоящих вооружений, так как экономика страны находится на подъеме. Ожидается, что решения о первых покупках Вьетнам примет до конца этого года. </p></div> <div class="element element-itemcategory first"> <a href="http://navoine.info/category/asia-okeania.html">Азия/Океания</a> <a href="http://navoine.info/category/vpk-hitech-guns.html">ВПК/Hi-Tech/Оружие</a> <a href="http://navoine.info/category/vietnam.html">Вьетнам</a></div> <div class="element element-itemcreated"> Вторник, 24 Май 2016</div> <div class="element element-textarea last"> <p><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/47741/20682809.440/0_d32c7_b8158e55_XL.jpg" border="0" width="800" height="356" style="display: block; margin-left: auto; margin-right: auto;" /></p> <p><em><strong>Военные новости, не попавшие на первые полосы. Выпуск № 19 (95)</strong></em></p> <p style="text-align: justify;">Одна из громких военных новостей последних дней — это визит президента США Барака Обамы во Вьетнам и снятие США эмбарго на поставку летальных вооружений во Вьетнам.<br /><br />Вьетнам и США восстановили дипломатические отношения только в 1995 году, через двадцать лет после окончания войн во Вьетнаме. Эмбарго на оружие было частично ослаблено еще в 2014 году, но сейчас во время визита договорились о полной его отмене. В 2014 году, когда в море у Парасельских островов произошла стычка кораблей Китая и Вьетнама и по стране прокатилась волна антикитайских протестов и погромов, США были готовы продавать Вьетнаму технологии слежения за кораблями и подлодками в море и системы береговой охраны, но пока Вьетнам лишь думал об их приобретении и не определился со списком покупок. В 2015 году СМИ также писали, что Вьетнам находится в поиске вооружений в первую очередь из Европы и Азии, в том числе активно интересуется технологиями разведывательных беспилотников, а США пообещали безвозмездную помощь в виде передачи Вьетнаму шести патрульных морских катеров на сумму 18 миллионов долларов.<br /><br />В материале BBC отмечается, что несмотря на то, что военный бюджет Вьетнама удвоился за последние десять лет, а импорт вооружений в 2011-2015 годах вырос на 700% по сравнению с 2006-2010 годами, американское оружие все равно дороговато для страны. Другой фактор, сдерживающий закупки, — это все же нежелание Вьетнама дерзко провоцировать Китай, так как все понимают, для чего США готовы вооружать вьетнамцев.<br /><br />Очевидно, что США не будут продавать свои самые передовые технологии и что все потенциальные поставки оружия должны будут проверяться на предмет нарушения прав человека во Вьетнаме. Под этим предлогом США могут отказать Вьетнаму в любых поставках. <br /><br />Для самого же Вьетнама появление нового поставщика вооружений улучшит позиции страны на торгах с традиционным военно-техническим партнером — Россией.<br /><br />Можно отметить, что Вьетнам уже давно пытается диверсифицировать поставщиков и ослабить свою зависимость от российских поставок. Например, Вьетнам пользуется услугами ВМС Индии для обучения своих моряков и ведет переговоры о поставках оружия и радаров из Израиля.<br /><br />В материале The New York Times американские военно-морские эксперты рассуждают, возможно ли после снятия эмбарго и предоставление военно-морской базы в Камрани для заходов или даже базирования ВМС США. В этом году на базе уже побывали военные корабли Японии и Сингапура, и есть ожидания, что со временем и с возможным обострением ситуации в Южно-Китайском море Вьетнам пустит туда и американцев, для которых такое присутствие вблизи Китая имело бы большую военно-геополитическую выгоду.<br /><br />В преддверии визита Обамы во Вьетнам вьетнамские высокопоставленные военные чиновники провели встречу в Ханое с представителями военно-промышленного комплекса США, в том числе с людьми из таких компаний как Boeing, BAE Systems, Honeywell International и Lockheed Martin. Стороны в ходе бесед должны были понять потребности вьетнамских вооруженных сил в том или ином виде вооружений и определиться с суммой, которую Вьетнам готов потратить на закупки. По информации американских участников этой встречи, Вьетнам в первую очередь заинтересован в получении программного обеспечения для систем связи, а переговоры шли в деловой атмосфере без примеси политики или отсылок к прошлой войне между странами.<br /><br />Investor’s Business Daily цитирует военных аналитиков о возможных поставках конкретных вооружений во Вьетнам. По их мнению, Вьетнам заинтересован в приобретении морских патрульных самолетов P-3C компании Lockheed Martin, воздушных танкеров-заправщиков KC-46 компании Boeing, самолетов A330 MRTT компании Airbus, а также самолетов F-16 и F/A-18 Super Hornet. Также у вьетнамцев есть интерес к американским боевым кораблям прибрежной зоны (Littoral Combat Ship) компаний Lockheed и компании General Dynamics. При этом аналитики считают, что у Вьетнама не будет больших проблем с оплатой дорогостоящих вооружений, так как экономика страны находится на подъеме. Ожидается, что решения о первых покупках Вьетнам примет до конца этого года. </p></div> АСВ и Вьетконг. Вьетнам и Камбоджа. Большая фотогалерея 2015-11-23T10:39:27+04:00 2015-11-23T10:39:27+04:00 http://navoine.info/asv-vc-photoset.html administrator <div class="element element-itemcategory first"> <a href="http://navoine.info/category/fotogalereya.html">Фотогалерея</a> <a href="http://navoine.info/category/army.html">Армия</a> <a href="http://navoine.info/category/vietnam.html">Вьетнам</a></div> <div class="element element-itemcreated"> Понедельник, 23 Ноябрь 2015</div> <div class="element element-textarea last"> <p style="text-align: center;"><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9351/20682809.42a/0_ce257_89f6445c_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /></p> <!--more--> <p style="text-align: center;"><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15517/20682809.42a/0_ce258_7d261add_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/45190/20682809.42a/0_ce259_91365d9_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9542/20682809.42a/0_ce25a_a3742f55_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/21/20682809.42a/0_ce25b_43fae4f9_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3001/20682809.42a/0_ce25c_5675e2b1_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/6416/20682809.42a/0_ce25d_13d2cd87_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9650/20682809.42a/0_ce25e_5cb3b97a_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/21/20682809.42a/0_ce25f_d4676065_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4415/20682809.42a/0_ce260_3cc231a7_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4811/20682809.42a/0_ce261_4fa2c513_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4415/20682809.42a/0_ce262_47b90a39_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9812/20682809.42a/0_ce263_2b811451_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15508/20682809.42a/0_ce264_48374beb_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/16187/20682809.42a/0_ce265_97beb5ea_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9223/20682809.42a/0_ce266_3204f2d6_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15578/20682809.42a/0_ce267_43594622_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/6804/20682809.42b/0_ce268_4be27088_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4306/20682809.42b/0_ce269_d2ba305c_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15578/20682809.42b/0_ce26a_f7ad3864_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/16187/20682809.42b/0_ce26b_590d2949_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9799/20682809.42b/0_ce26c_984d69fc_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/6703/20682809.42b/0_ce26d_e19ef8f0_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/33/20682809.42b/0_ce26e_8a1b4112_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/68630/20682809.42b/0_ce26f_237e0a81_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/65449/20682809.42b/0_ce270_361a3c5e_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/16153/20682809.42b/0_ce271_e7a3e6eb_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/16187/20682809.42b/0_ce272_7e069843_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3408/20682809.42b/0_ce273_f4500282_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15578/20682809.42b/0_ce274_a37a3e4a_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3910/20682809.42b/0_ce275_3d3195ad_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3416/20682809.42b/0_ce276_111cffcc_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4912/20682809.42b/0_ce277_cf23a3b_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/6309/20682809.42b/0_ce278_cf230824_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9812/20682809.42b/0_ce279_fd3b279d_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/16187/20682809.42b/0_ce27a_e39682fa_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/6501/20682809.42b/0_ce27b_fecf49a4_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/6828/20682809.42b/0_ce27c_9c88533f_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3508/20682809.42b/0_ce27d_b2df1376_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/5200/20682809.42b/0_ce27e_c991432a_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9812/20682809.42b/0_ce27f_36ac511e_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/5905/20682809.42b/0_ce280_8cc0fb44_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3001/20682809.42b/0_ce281_34642956_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3910/20682809.42b/0_ce282_b680c8c_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4415/20682809.42b/0_ce283_a889c02b_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15508/20682809.42b/0_ce284_3631bfb2_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/66316/20682809.42b/0_ce285_87cc1ef2_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4811/20682809.42b/0_ce286_f1d6bb58_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4702/20682809.42b/0_ce287_c158d678_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3807/20682809.42b/0_ce288_46648930_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9812/20682809.42b/0_ce289_7669b260_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4517/20682809.42b/0_ce28a_6267a2e4_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3416/20682809.42b/0_ce28b_fd520b8e_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/6828/20682809.42b/0_ce28c_3bc200d2_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/1/20682809.42b/0_ce28d_9b847d67_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/5200/20682809.42b/0_ce28e_217b7e7b_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9652/20682809.42b/0_ce28f_c712013c_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9227/20682809.42b/0_ce290_3e68e20d_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/66316/20682809.42b/0_ce291_fda7bf6_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3000/20682809.42b/0_ce292_10d77a97_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4517/20682809.42b/0_ce293_6d6c40a5_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15546/20682809.42b/0_ce294_dbedea6a_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/66316/20682809.42b/0_ce295_fb489f9e_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9830/20682809.42b/0_ce296_f4fc2366_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3709/20682809.42b/0_ce297_d24a9fe9_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/6841/20682809.42b/0_ce298_8d6f5655_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/16138/20682809.42b/0_ce299_d6eaee45_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4118/20682809.42c/0_ce29a_37f00b96_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3709/20682809.42c/0_ce29b_22823d2a_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/5905/20682809.42c/0_ce29c_a67dfe1c_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3313/20682809.42c/0_ce29d_eb480ed_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4118/20682809.42c/0_ce29e_4600cf54_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/39/20682809.42c/0_ce29f_31d0e59d_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/5408/20682809.42c/0_ce2a0_7de59dfe_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/6801/20682809.42c/0_ce2a1_6a267b0f_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3808/20682809.42c/0_ce2a2_fe8fb900_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/53/20682809.42c/0_ce2a3_ec15e280_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4406/20682809.42c/0_ce2a4_f1c1d40_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3313/20682809.42c/0_ce2a5_af315dc7_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4515/20682809.42c/0_ce2a6_7a6102c3_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3807/20682809.42c/0_ce2a7_652d984b_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/12/20682809.42c/0_ce2a8_c24ac09_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15550/20682809.42c/0_ce2a9_1a91e10_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4415/20682809.42c/0_ce2aa_d2281e95_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/16187/20682809.42c/0_ce2ab_16692fbc_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9161/20682809.42c/0_ce2ac_1970a1af_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3/20682809.42c/0_ce2ad_d4306e1a_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3808/20682809.42c/0_ce2ae_4dca9ad8_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15562/20682809.42c/0_ce2af_29e2c70_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3608/20682809.42c/0_ce2b0_8851d5c4_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9154/20682809.42c/0_ce2b1_29e350a6_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4406/20682809.42c/0_ce2b2_695cfb68_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/17849/20682809.42c/0_ce2b3_faf6db4f_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4118/20682809.42c/0_ce2b4_64eff933_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/11/20682809.42c/0_ce2b5_2d5f3935_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9542/20682809.42c/0_ce2b6_9ce2c72f_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/53/20682809.42c/0_ce2b7_c79b245d_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9329/20682809.42c/0_ce2b8_a1a733aa_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15520/20682809.42c/0_ce2b9_18fec38_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4602/20682809.42c/0_ce2ba_4a9bed5c_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9223/20682809.42c/0_ce2bb_1a4e83fc_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3910/20682809.42c/0_ce2bc_9096f614_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/45190/20682809.42c/0_ce2bd_754f7fda_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9254/20682809.42c/0_ce2be_1a5d3964_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9315/20682809.42c/0_ce2bf_57f6bd1f_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/11/20682809.42c/0_ce2c0_aee0a158_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3508/20682809.42c/0_ce2c1_f12f31d_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9799/20682809.42c/0_ce2c2_a56d54b0_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15503/20682809.42c/0_ce2c3_daf45e4_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3411/20682809.42c/0_ce2c4_1dcbd956_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9542/20682809.42c/0_ce2c5_3a61d646_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/39/20682809.42c/0_ce2c6_765764ef_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3808/20682809.42c/0_ce2c7_39e54501_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4128/20682809.42c/0_ce2c8_7823592f_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9311/20682809.42c/0_ce2c9_e0ea63c_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15578/20682809.42c/0_ce2ca_bf31ea0a_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4009/20682809.42c/0_ce2cb_7beaac2d_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15546/20682809.42d/0_ce2cc_1a3e753d_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/64085/20682809.42d/0_ce2cd_3b9978ec_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/1/20682809.42d/0_ce2ce_de3972f_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/6804/20682809.42d/0_ce2cf_87bad561_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9154/20682809.42d/0_ce2d0_ba3d073e_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/16/20682809.42d/0_ce2d1_d09dbad_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3608/20682809.42d/0_ce2d2_7e4f0d41_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3808/20682809.42d/0_ce2d3_c8d58de5_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3910/20682809.42d/0_ce2d4_79cb0182_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15485/20682809.42d/0_ce2d5_96602c00_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9315/20682809.42d/0_ce2d6_7485696c_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3904/20682809.42d/0_ce2d7_e9508852_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/64085/20682809.42d/0_ce2d8_f97c455f_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/63971/20682809.42d/0_ce2d9_2075b609_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9799/20682809.42d/0_ce2da_312dcad_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15595/20682809.42d/0_ce2db_5b3fc218_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/63971/20682809.42d/0_ce2dc_e82170df_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/16115/20682809.42d/0_ce2dd_b7280946_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/64085/20682809.42d/0_ce2de_3db87270_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/63971/20682809.42d/0_ce2df_c7c1ff9c_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15526/20682809.42d/0_ce2e0_e42d8b74_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/5506/20682809.42d/0_ce2e1_a95cf232_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9311/20682809.42d/0_ce2e2_d3df26a1_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/5200/20682809.42d/0_ce2e3_9623cb1f_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4912/20682809.42d/0_ce2e4_2254f9cd_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3904/20682809.42d/0_ce2e5_452724a0_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/45190/20682809.42d/0_ce2e6_6d31648e_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /></p></div> <div class="element element-itemcategory first"> <a href="http://navoine.info/category/fotogalereya.html">Фотогалерея</a> <a href="http://navoine.info/category/army.html">Армия</a> <a href="http://navoine.info/category/vietnam.html">Вьетнам</a></div> <div class="element element-itemcreated"> Понедельник, 23 Ноябрь 2015</div> <div class="element element-textarea last"> <p style="text-align: center;"><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9351/20682809.42a/0_ce257_89f6445c_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /></p> <!--more--> <p style="text-align: center;"><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15517/20682809.42a/0_ce258_7d261add_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/45190/20682809.42a/0_ce259_91365d9_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9542/20682809.42a/0_ce25a_a3742f55_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/21/20682809.42a/0_ce25b_43fae4f9_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3001/20682809.42a/0_ce25c_5675e2b1_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/6416/20682809.42a/0_ce25d_13d2cd87_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9650/20682809.42a/0_ce25e_5cb3b97a_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/21/20682809.42a/0_ce25f_d4676065_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4415/20682809.42a/0_ce260_3cc231a7_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4811/20682809.42a/0_ce261_4fa2c513_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4415/20682809.42a/0_ce262_47b90a39_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9812/20682809.42a/0_ce263_2b811451_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15508/20682809.42a/0_ce264_48374beb_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/16187/20682809.42a/0_ce265_97beb5ea_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9223/20682809.42a/0_ce266_3204f2d6_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15578/20682809.42a/0_ce267_43594622_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/6804/20682809.42b/0_ce268_4be27088_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4306/20682809.42b/0_ce269_d2ba305c_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15578/20682809.42b/0_ce26a_f7ad3864_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/16187/20682809.42b/0_ce26b_590d2949_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9799/20682809.42b/0_ce26c_984d69fc_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/6703/20682809.42b/0_ce26d_e19ef8f0_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/33/20682809.42b/0_ce26e_8a1b4112_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/68630/20682809.42b/0_ce26f_237e0a81_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/65449/20682809.42b/0_ce270_361a3c5e_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/16153/20682809.42b/0_ce271_e7a3e6eb_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/16187/20682809.42b/0_ce272_7e069843_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3408/20682809.42b/0_ce273_f4500282_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15578/20682809.42b/0_ce274_a37a3e4a_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3910/20682809.42b/0_ce275_3d3195ad_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3416/20682809.42b/0_ce276_111cffcc_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4912/20682809.42b/0_ce277_cf23a3b_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/6309/20682809.42b/0_ce278_cf230824_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9812/20682809.42b/0_ce279_fd3b279d_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/16187/20682809.42b/0_ce27a_e39682fa_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/6501/20682809.42b/0_ce27b_fecf49a4_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/6828/20682809.42b/0_ce27c_9c88533f_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3508/20682809.42b/0_ce27d_b2df1376_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/5200/20682809.42b/0_ce27e_c991432a_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9812/20682809.42b/0_ce27f_36ac511e_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/5905/20682809.42b/0_ce280_8cc0fb44_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3001/20682809.42b/0_ce281_34642956_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3910/20682809.42b/0_ce282_b680c8c_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4415/20682809.42b/0_ce283_a889c02b_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15508/20682809.42b/0_ce284_3631bfb2_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/66316/20682809.42b/0_ce285_87cc1ef2_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4811/20682809.42b/0_ce286_f1d6bb58_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4702/20682809.42b/0_ce287_c158d678_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3807/20682809.42b/0_ce288_46648930_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9812/20682809.42b/0_ce289_7669b260_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4517/20682809.42b/0_ce28a_6267a2e4_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3416/20682809.42b/0_ce28b_fd520b8e_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/6828/20682809.42b/0_ce28c_3bc200d2_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/1/20682809.42b/0_ce28d_9b847d67_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/5200/20682809.42b/0_ce28e_217b7e7b_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9652/20682809.42b/0_ce28f_c712013c_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9227/20682809.42b/0_ce290_3e68e20d_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/66316/20682809.42b/0_ce291_fda7bf6_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3000/20682809.42b/0_ce292_10d77a97_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4517/20682809.42b/0_ce293_6d6c40a5_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15546/20682809.42b/0_ce294_dbedea6a_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/66316/20682809.42b/0_ce295_fb489f9e_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9830/20682809.42b/0_ce296_f4fc2366_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3709/20682809.42b/0_ce297_d24a9fe9_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/6841/20682809.42b/0_ce298_8d6f5655_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/16138/20682809.42b/0_ce299_d6eaee45_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4118/20682809.42c/0_ce29a_37f00b96_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3709/20682809.42c/0_ce29b_22823d2a_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/5905/20682809.42c/0_ce29c_a67dfe1c_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3313/20682809.42c/0_ce29d_eb480ed_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4118/20682809.42c/0_ce29e_4600cf54_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/39/20682809.42c/0_ce29f_31d0e59d_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/5408/20682809.42c/0_ce2a0_7de59dfe_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/6801/20682809.42c/0_ce2a1_6a267b0f_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3808/20682809.42c/0_ce2a2_fe8fb900_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/53/20682809.42c/0_ce2a3_ec15e280_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4406/20682809.42c/0_ce2a4_f1c1d40_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3313/20682809.42c/0_ce2a5_af315dc7_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4515/20682809.42c/0_ce2a6_7a6102c3_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3807/20682809.42c/0_ce2a7_652d984b_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/12/20682809.42c/0_ce2a8_c24ac09_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15550/20682809.42c/0_ce2a9_1a91e10_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4415/20682809.42c/0_ce2aa_d2281e95_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/16187/20682809.42c/0_ce2ab_16692fbc_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9161/20682809.42c/0_ce2ac_1970a1af_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3/20682809.42c/0_ce2ad_d4306e1a_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3808/20682809.42c/0_ce2ae_4dca9ad8_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15562/20682809.42c/0_ce2af_29e2c70_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3608/20682809.42c/0_ce2b0_8851d5c4_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9154/20682809.42c/0_ce2b1_29e350a6_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4406/20682809.42c/0_ce2b2_695cfb68_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/17849/20682809.42c/0_ce2b3_faf6db4f_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4118/20682809.42c/0_ce2b4_64eff933_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/11/20682809.42c/0_ce2b5_2d5f3935_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9542/20682809.42c/0_ce2b6_9ce2c72f_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/53/20682809.42c/0_ce2b7_c79b245d_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9329/20682809.42c/0_ce2b8_a1a733aa_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15520/20682809.42c/0_ce2b9_18fec38_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4602/20682809.42c/0_ce2ba_4a9bed5c_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9223/20682809.42c/0_ce2bb_1a4e83fc_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3910/20682809.42c/0_ce2bc_9096f614_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/45190/20682809.42c/0_ce2bd_754f7fda_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9254/20682809.42c/0_ce2be_1a5d3964_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9315/20682809.42c/0_ce2bf_57f6bd1f_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/11/20682809.42c/0_ce2c0_aee0a158_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3508/20682809.42c/0_ce2c1_f12f31d_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9799/20682809.42c/0_ce2c2_a56d54b0_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15503/20682809.42c/0_ce2c3_daf45e4_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3411/20682809.42c/0_ce2c4_1dcbd956_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9542/20682809.42c/0_ce2c5_3a61d646_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/39/20682809.42c/0_ce2c6_765764ef_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3808/20682809.42c/0_ce2c7_39e54501_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4128/20682809.42c/0_ce2c8_7823592f_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9311/20682809.42c/0_ce2c9_e0ea63c_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15578/20682809.42c/0_ce2ca_bf31ea0a_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4009/20682809.42c/0_ce2cb_7beaac2d_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15546/20682809.42d/0_ce2cc_1a3e753d_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/64085/20682809.42d/0_ce2cd_3b9978ec_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/1/20682809.42d/0_ce2ce_de3972f_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/6804/20682809.42d/0_ce2cf_87bad561_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9154/20682809.42d/0_ce2d0_ba3d073e_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/16/20682809.42d/0_ce2d1_d09dbad_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3608/20682809.42d/0_ce2d2_7e4f0d41_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3808/20682809.42d/0_ce2d3_c8d58de5_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3910/20682809.42d/0_ce2d4_79cb0182_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15485/20682809.42d/0_ce2d5_96602c00_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9315/20682809.42d/0_ce2d6_7485696c_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3904/20682809.42d/0_ce2d7_e9508852_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/64085/20682809.42d/0_ce2d8_f97c455f_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/63971/20682809.42d/0_ce2d9_2075b609_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9799/20682809.42d/0_ce2da_312dcad_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15595/20682809.42d/0_ce2db_5b3fc218_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/63971/20682809.42d/0_ce2dc_e82170df_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/16115/20682809.42d/0_ce2dd_b7280946_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/64085/20682809.42d/0_ce2de_3db87270_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/63971/20682809.42d/0_ce2df_c7c1ff9c_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15526/20682809.42d/0_ce2e0_e42d8b74_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/5506/20682809.42d/0_ce2e1_a95cf232_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9311/20682809.42d/0_ce2e2_d3df26a1_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/5200/20682809.42d/0_ce2e3_9623cb1f_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4912/20682809.42d/0_ce2e4_2254f9cd_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3904/20682809.42d/0_ce2e5_452724a0_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/45190/20682809.42d/0_ce2e6_6d31648e_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /></p></div> Убить человека 2015-09-28T11:25:39+04:00 2015-09-28T11:25:39+04:00 http://navoine.info/killing-a-man.html administrator <div class="element element-relateditems first"> Уэбб Джеймс</div> <div class="element element-itemcategory"> <a href="http://navoine.info/category/exclusive/">Эксклюзив</a> <a href="http://navoine.info/category/voenlit.html">Военлит</a> <a href="http://navoine.info/category/perevody.html">Переводы</a> <a href="http://navoine.info/category/vietnam.html">Вьетнам</a></div> <div class="element element-itemcreated"> Понедельник, 28 Сентябрь 2015</div> <div class="element element-textarea last"> <p><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/16107/20682809.40e/0_cc6d7_a8072fda_XL.jpg" border="0" alt="fict0.jpg" title="fict0.jpg" width="694" height="751" style="display: block; margin-left: auto; margin-right: auto;" /></p> <p lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><em>Задолго до того, как Джеймс Уэбб стал министром военно-морских сил США, а тем более потенциальным кандидатом в президенты на выборах 2016 года от демократов, он двадцатитрехлетним морским пехотинцем, сражался в составе 5-го полка Морской пехоты западнее Да Нанга, в Хой Ан. Будучи сначала командиром стрелкового взвода, а затем роты, в ходе боевых действий Уэбб был награжден Военно-морским крестом, Серебряной звездой, получил две Бронзовых звезды и два Пурпурных Сердца. Осколки вьетнамской гранаты остались у него в голове, руке, ноге и спине. </em></p> <p lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><em>В 1988 году, вспоминая бои одного из самых тяжелых периодов войны, когда за два месяца взвод потерял 51-го человека убитыми или ранеными, он говорил: «Мое самое сильное впечатление во Вьетнаме это то, что я был всего лишь пешкой».</em></p> <p lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><em> Время, прожитое Уэббом на войне, повлияло на решение стать писателем. Его дебютный роман «<span lang="en-US">Fields of fire</span>»<span lang="en-US">, </span>вышедший в 1978 считается одной из лучших книг о Вьетнамской войне, в последующих работах Уэбб часто возвращался к теме боев. «Это — опыт, который никогда не получит тот, кто не воевал», - говорил Уэбб. В своих воспоминаниях в 2014 году он писал: «Я и мои друзья-ветераны стоим на одном краю непреодолимой пропасти, остальные — на другой».</em></p> <p lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><em>Это первый художественный рассказ Уэбба, опубликованный им с 2001 года. </em></p> <p lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><strong>***</strong></p> <p lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><span style="line-height: 1.3em;">- Ты убивал, дед?</span></p> <p lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><span style="line-height: 1.3em;">- Убивал.</span></p> <p lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><span style="line-height: 1.3em;">- Переживал из-за этого?</span></p> <p lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><span style="line-height: 1.3em;">- Мы сможем поговорить об этом позже.</span></p> <p lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><span style="line-height: 1.3em;">Удивленный и все еще не верящий, внук с сомнением смотрел на него пока они шли. Он обычно не уходил от ответа, но совсем не хотелось говорить об убийстве во время короткой прогулки от стоянки до входа в церковь.</span></p> <p lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><span style="line-height: 1.3em;">- Я думаю, это сложно, но я не спрашивал было ли это правильно или нет.</span></p> <p lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><span style="line-height: 1.3em;">- Хорошо, на самом деле это не было правильным или неправильным</span></p> <p lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><span style="line-height: 1.3em;">- Я всего лишь хотел узнать, переживал ли ты?</span></p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Было замечательное утро. Солнце светило прямо над ними в совершенно безоблачном чистом небе. Они шли вместе, вдвоем, приветствуя знакомых прихожан, одетых в воскресные костюмы. Это был особый уик-энд для них, первое воскресенье после начала летних каникул и юный Абнер всегда проводил его вместе с ним. После церкви они собирались на рыбалку. А для этой семейной традиции не было лучше места, чем плоскодонка на глади озера, где можно было поучить мальчишку забрасывать вдоль зарослей камыша спиннинг и ловить окуня. Поэтому это время перед походом в церковь было совсем неудобным для таких вопросов.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><span style="line-height: 1.3em;">- Поговорим об этом на озере.</span></p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><span style="line-height: 1.3em;">Он сделал он попытку пошутить: «Я вырос на книгах Хемингуэя. Так вот, Хемингуэй как-то сказал, что вы не должны переживать об этом».</span></p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><span style="line-height: 1.3em;">- А кто такой Хемингуэй?</span></p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><span style="line-height: 1.3em;">- Писатель, который никогда никого другого не убил в своей жизни. Только себя.</span></p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><strong><span style="line-height: 1.3em;">***</span></strong></p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><span style="line-height: 1.3em;">Да, он убивал людей. Но не из кабины самолета, движением рукоятки сбрасывая бомбы, или артиллерийскими снарядами, выпущенными с батареи, спрятанной за колючкой на защищенной боевой позиции, а целясь и нажимая на спусковой крючок. Убийство в пехоте было иным. Не часто приходилось видеть близко того, в кого ты стреляешь, но когда до этого доходило, было очень тяжело.</span></p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Именно потому он старался не думать об этом все эти годы после войны. Одно было ясно, что убийство людей необратимо изменило его, сделало не лучше и не хуже. Просто другим, совсем не таким, каким он был до своего отъезда и от понимания этого начинало колоть в груди. Разные вопросы, наполненные моральными убеждениями, часто обсуждавшиеся в школьном классе, после возвращения казались по-детски наивными и зачастую были очень от действительности.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Покарает ли Бог за убийство? А может быть Бог делает исключение для солдат? Есть ли Бог вообще? И кто мы вообще, чтобы утверждать все это?</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Его ответ на все это всегда был прост и ясен. Или убьешь ты, или убьют тебя.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Вся его послевоенная жизнь была наполнена достижениями, неизбежными разочарованиями и поражениями, но главные моральные вопросы были решены им в свои 23 года. Хемингуэй был прав, утверждая, что только тогда человек по-настоящему будет уважать другого, когда поймет, что другой может убить его. Он знал эту истину, иногда подолгу думал об этом, но никогда не обсуждал это с кем либо. И именно это знание помогло ему лучше понять самого себя.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">На войне большую часть времени его мысли занимали более приземленные желания. Страдания и сложности жизни в джунглях были с ним каждый день как постоянное напоминание о войне. Это, а также последующие слишком частые похороны отличных ребят, татуированных как хиппи, ставших ему как братья, которые должны были вынести все это только лишь для того, чтобы вернуться к непростой жизни дома и быстро состариться, а теперь часто умиравшим задолго до того, как у них появится шанс повзрослеть. Многие из них сгорели слишком рано. Их силы подорвали не только осколочные и огнестрельные ранения, хотя многие действительно были ранены куда-либо. Свое дело сделали плохая вода, гнойные инфекции, лишаи и глисты, траншейная стопа, лихорадка, малярия и прочие болячки, настолько распространенные, что о них даже не рассказывали друг другу. Все это можно было понять только побывавшему здесь.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Он не мог забыть тех кто погиб, кто вынес страдания намного больше тех, что достались лично ему даже тогда, когда думал о других вещах. Они и были настоящим образцом морали, независимо от того считали ли они так, знали ли об этом. Кто-то был ранен осколками, кто-то подстрелен из винтовки или прошит пулеметной очередью. Кому-то оторвало руку или ногу. А кто-то остался мыслями на войне и никогда не смог оттуда вернуться, даже приехав домой. Все эти годы он вспоминал их как своих близких, как товарищей, как настоящих друзей на всю жизнь, но и это пришло не сразу. Связь, которая объединила их и держала вместе, была сильной, стойкой и неразрывной, появилась не умышленно, а как следствие, сама по себе.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Он и подобные ему были собраны вместе случайно, по воле судьбы. Они не выбирали войну, на которой им воевать, или подразделение где им служить, или привязанность, которая будет определять их поведение все последующие десятилетия. Они также не были святыми, собранными для принесения в жертву по зову свыше, или наоборот, выходцами из ада, наслаждавшимися войной. Скорее теми, кому просто выпала доля пройти через совместные страдания, давшими возможность взглянуть на жизнь со стороны так, как немногие из них могли мечтать. Они рисковали так, как остальные их ровесники могли представить только в своем воображении. Те, кто избежал этого в душе могли были признательны, что он и его друзья вынесли эти испытания вместо них. По-правде говоря, там, на войне, они были вынуждены доверять друг другу так, что во многих случаях становились одной семьей. И послевоенная жизнь не разрушила этого доверия.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Как и все остальное, война имеет положительные стороны и недостатки. Недостатки были ясными и однажды могли привести к смерти, тогда как плюсы- осознание себя и познание духа товарищества — были намного сильнее и эти чувства длились намного дольше. Потребовалось немного времени после войны для того, чтобы понять, что никто из них в действительности не смог уйти из тех джунглей, даже если они выжили. Что ни страхи, ни крепкая связь никогда не исчезнет и что все это будет продолжать вариться в них. Поэтому и не было смысла пытаться забыть или не думать об этом. Каждый день, а иногда по несколько раз в день он мог вспоминать обширные рисовые плантации и резко очерченные, покрытые джунглями горные хребты, звуки вгрызающихся в землю снарядов или внезапный огонь из винтовок, пульсирующий звук взбивающих воздух вертолетных лопастей. Он мог вспомнить запах маниока и гниющего тростника, запах навоза в душном вечернем воздухе, на окраине деревни, в наспех отрытых норах, куда пехотинцы забились в ожидании врага.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">И сейчас, и тогда он думал об убийстве.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Его полк стал известным за свое умение совершать ночные броски и атаковать противника до рассвета. Солдаты северо-вьетнамской армии и вьетконговцы жили в базовых лагерях, расположенных под покровом джунглей в близлежащих горах, недалеко от тропы Хо Ши Мина, выходящей из Лаоса. С наступлением заката они часто высылали патрули вниз, иногда атаковали, но чаще устраивали засады, огневые налеты и пытались своими действиями сковать морских пехотинцев, контролирующих долину. С первыми лучами солнца они снимались со своих ночных позиций и, минуя раскисшие тропы, перечертившие долину, стремительно уходили в горы.</p> <p><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4008/20682809.40e/0_cc6d8_f3cde86b_XL.jpg" border="0" alt="fictionspot1.jpg" title="fictionspot1.jpg" width="800" height="379" style="display: block; margin-left: auto; margin-right: auto;" /></p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Подобно инь и ян, пока вьетнамцы создавали свою систему по борьбе с патрулями и базами морпехов, лучшие подразделения пехотинцев выстраивали свою, способную противостоять вражеской.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Двигаясь под покровом ночи, пехотинцы сходились в одной точке, будь то деревня, ключевая высота или перекресток троп, которые могли удерживаться силами вьетнамцев. Не доходя до позиции, они разделялись на две группы. Часть солдат блокировала возможные пути отхода противника, другая организовывала широкую цепь для атаки, чтобы с наступлением рассвета броситься вперед через рисовые дамбы и канавы. В таком случае вьетнамцы старались отступить. Проигрывая при ведении боя днем на открытом пространстве, они рвались под защиту гор и попадали прямо на блокирующую группу. Иногда цель оказывалась ложной, и тогда две группы пехотинцев снова смыкались и продолжали патрулирование. Иногда враг был готов к бою и массированным организованным огнем, используя рельеф местности, загонял морпехов в подготовленные засады или ловушки. Но в самом удачном случае удавалось застать врага врасплох, сбивая бегущих и отступающих бойцов метким огнем, подобно маленьким железным фигуркам в тире дешевого сельского балагана.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Командование называло эту тактику «Зачистка и блокирование». Пехотинцы называли это «Загонять кроликов». Эта тактика была наиболее успешной на обширных открытых рисовых плантациях, а также на протяженных хребтах западной провинции Куангнам. Стрелковый взвод из 40 человек мог успешно провести зачистку и блокирование. Стрелковая рота могла сделать втрое больше, а стрелковый батальон из четырех рот еще больше. Иногда в операциях участвовало несколько батальонов. Во время одной из зачисток три батальона морской пехоты загнали в ловушку превосходившие их в семь раз силы Северовьетнамской Армии. Начавшийся рассвет превратился в восьмидневное сражение, в котором обе стороны преследовали и сражались в засадах друг против друга.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">***</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Они снова были в движении. Луна ярко светила над ними в безоблачном небе, отражаясь в воде залитых рисовый полей. Они отошли со своей позиции на окраине деревни Фуфонг в полночь, сняв укрытия из плащ-палаток, упаковав оставшиеся сухие пайки, собрав сигнальные мины и клейморы, расставленные перед укрытиями, пересчитав гранаты, убедившись, что ничего не оставили противнику. Теперь, спустя час, они тихо пробирались друг за другом вдоль грязной рисовой дамбы, даже в ночи выдерживая дистанцию в десять метров, колонной из ста тяжелогруженых пехотинцев, растянувшись на милю до чащи леса, откуда они только что выбрались.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">В полной тишине они перешли широкое рисовое поле. Если бы это было кинофильмом, то вся картина была бы наполнена молчаливым величием, вычерчивая их силуэты на фоне сияющего неба. Но на этом рисовом поле они оступались, ругались, стонали, преодолевая нервное истощение, неизвестные и забытые. Вблизи они не были столь величественны и больше походили на груженых верблюдов. Каждый пехотинец был одет в 12-килограммовый бронежилет и сгибался под тяжестью рюкзака. На голове был стальной шлем, ботинки тонули в липкой грязи, меч-трава раздирала ноги. Ручные гранатометы, мины, патронташи и снаряжение позвякивали, напоминая о сбившемся ритме шагов. Они несли М-16 с привычной простотой. Пояса с патронами, карманы бронежилетов оттягивали фляги с водой, сигнальные ракеты и гранаты. Они шли на восток, на приближающийся рассвет. Совсем скоро они начнут «выгонять кроликов» из деревни Фубин.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Рисовое поле заканчивалось на окраине деревни, возвышающаяся грязная тропа очерчивала границу вокруг нее. Позади тропы была похожая на ров канава, наполненная мутной водой. Старый бетонный колодец, выстроенный еще французами, обозначал пересечение с другой тропой. Они свернули на эту тропу, пересекли канаву по небольшому бетонному мостику и оказались в деревне.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">На окраине рисовые поля пахли пеплом от выжженной полоски земли после недавней бомбардировки напалмом, новые запахи окружили их, когда они вошли в Фубин. Двигаясь по окраине, они были окутаны зловонным мускусным запахом пруда неподалеку, который затем сменился на запах сотен цветков лотоса. Мускус и лотос позже сменились на запах влажного пепла от печей, удобрений для маниоковых полей и зловоние загонов для быков. Прокричал петух, из-за ближней хижины начала залаяла собака. В загоне стоял бык, смолоду натренированный вьетконговцами на пронзительный визг, как только учует запах ружейного масла на американских винтовках. Свисавшие вдоль тропы большие тяжелые листья, скрывали лица и шеи идущих солдат.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Правее от них, в деревне, стояла кромешная тьма. Местные жители, вероятно, прятались в землянки, в которых они проводили каждую ночь, пытаясь укрыться от войны. Днём патрули обычно встречали на улочках изможденных, худых, рано состарившихся женщин, сидевших возле своих грязных лачуг. Они выглядели спокойными и равнодушными, их лица казались безжизненными и только внимательные глаза казались наэлектризованными, не упуская ни одной детали. Часто они жевали шарики бетеля, сплевывая перед собой красной слюной, отключаясь при этом от всего происходящего вокруг, забывая об ежедневных ужасах войны, идущей вокруг. На спинах женщин сидели маленькие дети, их головы были подстрижены наголо, за исключением маленьких чубчиков на лбу, некоторые из детей были абсолютно голые. Молодых мужчин не было: кто-то был убит, кто-то скрывался, а кто-то ушел в горы в отряды вьетконга. Сейчас же, в ночной деревне не было ни души, за исключением лающих собак, кричащих петухов и беспокойно мычащих быков.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Бой начался внезапно. Головной взвод тихо отделился от роты и укрылся за невысоким возвышением на восточной стороне деревни. Два других взвода перебрались через ручей и оказались позади дамбы на западной окраине. Перестрелка разгорелась перед самым рассветом, где-то за километр от них. Выяснили, что соседняя рота попала в засаду недалеко от Фубин. Лица солдат моментально напряглись, пехотинцы нервно проверяли и проверяли свое оружие. Притаившись за высокой дамбой они слушали, как стрельба начала затихать и удаляться. В тишине сухо щелкали винтовки, трещал пулемет, над их головами в светлеющем небе проносились, пересекаясь красные и зеленые трассеры.</p> <p><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4310/20682809.40e/0_cc6d9_80c60cf1_XL.jpg" border="0" alt="fictionspot2.jpg" title="fictionspot2.jpg" width="800" height="379" style="display: block; margin-left: auto; margin-right: auto;" /></p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Утренняя тишина была нарушена. Петухи и собаки из деревни дополняли общий грохот. Застигнутые врасплох, вьетнамские солдаты начали выбираться из своих нор, пытаясь отступить к ведущим в горы тропам. Совсем внезапно они хлынули из деревни группами по 4-5 человек, десятки из них побежали западнее, надеясь уйти в горы, но вместо этого приближаясь к засаде. На правом фланге блокирующей группы заработал пулемет, мгновенно создав огненно-красную железную завесу огня на пути бегущих солдат. Штурмовая группа, поднявшись из-за пригорка, поливая бегущих огнем из М-16, двинулась прямо на них.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Отступающие попали в ловушку. Некоторые пытались закрепиться между небольшими рисовыми дамбами и организовать огневое прикрытие своим отступающим товарищам. Маленькие группы меняли направление, пытаясь найти брешь в позициях блокирующей группы, в то время как огонь пехотинцев приближался и становился все интенсивнее.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Морпехи, прикрываясь дамбой, высматривали цели в предрассветном воздухе. К северу от них, в Фубин, бой становился интенсивнее, шквал пулеметного и винтовочного огня угрожал их левому флангу. Восточнее, прямо перед пехотинцами, разрасталась стрельба из штурмовых винтовок, пули долетали до блокирующей группы. Постепенно грохот винтовок и пулеметов вперемешку с хаотичными разрывами гранат навалился на них с трех сторон.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Солдаты притаились за дамбой в попытке укрыться от нарастающего шквала огня. Встав на колени и взглянув поверх дамбы, он уловил небольшое движение слева, Три вьетнамских бойца бежали прямо напротив их взвода, выбравшись из боя в Фубин и направляясь прямиком к горам. Пригнувшись, держа в руках АК-47, они были в 50-ти метрах от блокирующей группы, все дальше удаляясь от перестрелки.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Вьетнамцы не видели солдат взвода, многие из которых по-прежнему укрывались от огня штурмующей группы за дамбой. Они бежали прямо на позицию морпехов, надеясь, прикрываясь дамбой, добежать до тропы, ведущей в горы, и должны били достичь верхушки дамбы через несколько секунд. Он сделал все быстро, помня, что должен быть острожным и не подстрелить кого-нибудь из штурмующего взвода. Выхватил гранатомет М-79 и встал в полный рост, уязвимый как для приближающихся вражеских стрелков, так и для огня штурмующих.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Солдат посередине заметил его. Они были в тридцати метрах - расстояние от основной до первой базы в бейсболе. Вьетнамец приостановился и поднял свой автомат. Но он опередил, выстрелив 40 миллиметровой гранатой. Небольшой снаряд разорвался за спиной бегущего. Солдат пошатнулся назад, потом вбок в предсмертной судороге и упал лицом в воду. В темноте и неразберихе, двое других, пробежав по гребню дамбы так близко, что смогли бы дотронуться до укрывавшихся там пехотинцев, скрылись в джунглях. Им удалось прорваться.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">По ту сторону Тихого Океана, там, что они любили называть Миром, его ровесники протестовали против войны, на которую он был отправлен. Некоторые из них придумывали различные оправдания тому, что они делали или должны были делать вместо того, чтобы сражаться на войне. Некоторые ненавидели и осуждали их. Некоторые сочувствовали, чаще из жалости, чем из уважения. Но что бы они все не говорили, только единицы могли понять, что значит нажимать на спусковой крючок, насколько на самом деле это может быть бессмысленным и далеким от громких фраз. Глубоко внутри, он понимал, что каждый осуждавший его поступил бы точно также или хотя бы попытался поступить также. А если бы они не смогли преодолеть себя, свои моральные убеждения, не смогли бы заставить себя сделать это, то они бы проиграли. Они были бы убиты, несмотря на свои высокие и громкие заявления.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Перестрелка постепенно начала стихать, пока не завершилась совсем. Штурмовая группа сомкнулась с блокирующей. Восходящее солнце отражалось на рисовых полях и запрудах. По-прежнему кричали петухи и лаяли собаки. Жители постепенно выбирались из землянок. Запах еды, которую начали готовить в деревне, долетал до них. Несмотря на недавние убийства, все были странно спокойными и обычными утром этого начинающегося дня. Они осмотрели убитых, собрали вражеское оружие и вызвали вертолет для эвакуации нескольких раненых. В молчаливой задумчивости от странного сочетания необходимости убивать и отупляющей постоянной борьбы за выживание, они позавтракали сухими пайками. После чего, нагрузившись оружием и снаряжением, обжигаемые солнцем, они выдвинулись к следующей точке своего маршрута патрулирования, к следующей деревне или опушке леса, где они займут свой очередной рубеж.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Он разыскал тело убитого им человека. На нем был сверток, привязанный как шинель времен Гражданской войны наискосок груди, который был наполнен рисом и зернами кукурузы. В рюкзаке солдата лежали красная жестянка сардин, котелок с вареным рисом. Рюкзаки северо-вьетнамской армии морпехи охотно забирали как трофей за их простоту и надежность. Один из пехотинцев быстро прибрал рюкзак себе, а свой набил вьетнамским снаряжением и оружием, чтобы отправить его с медицинским вертолетом.</p> <p><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9322/20682809.40e/0_cc6da_5966315c_XL.jpg" border="0" alt="fictionspot31.jpg" title="fictionspot31.jpg" width="800" height="379" style="display: block; margin-left: auto; margin-right: auto;" /></p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Запасов еды убитого вьетнамца ему хватило на несколько дней. Рис и кукурузные зерна он варил в котелке, добавляя туда острый перец, какие-то необычные специи, которые они нашли во время патрулирования, тушенку или консервированную курятину из сухого пайка. В этом пайке было всего 12 порций и большая часть еды была невкусной. Невозможность разнообразить еду делало ее совсем невыносимой. При температуре в 35 градусов и невозможности укрыться от жарящего солнца, не очень хотелось есть спагетти из консервной банки, приправленные шариками из говядины с картошкой. За первые три месяца в джунглях он похудел на 10 килограмм. Теперь же, после семи месяцев, он стал высушенным и тощим, рацион его состоял из сушеной говядины, консервированной свинины или курятины.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Рис убитого солдата был, если уж не подарком свыше, то точно приятным дополнением к рациону. Было еще одно. Убийство было очень личным, и еда убитого как бы сближала их, позволяла чувствовать сопричастность.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Еще он вытащил кошелек погибшего. Там было несколько фотографий, в том числе и снимок семьи солдата под высокой пальмой, одетых в праздничную одежду и улыбающихся, а также немного северо-вьетнамских денег, которые были абсолютно бесполезны и ценности которых он совершенно не понимал. Он думал, что когда-нибудь, в суматохе и непредсказуемости войны, он может встретить семью убитого им вьетнамца. Это не было навязчивой идеей или каким-то явным желанием. Скорее, нежелание уничтожать вещи было частью некоего суеверия,. Поэтому он и носил кошелек, деньги и фотографии до того момента, пока сам не был ранен. В суматохе его эвакуации вертолетом из джунглей, личное снаряжение либо потерялось, либо было украдено. Осязаемое напоминание о том солдате пропало.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">***</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Он не пытался врать внуку, смягчить его восприятие или защитить его от жестокой реальности, в которой, возможно, его внуку когда-либо предстоит жить. Он редко думал об убийстве как о чем-то аморальном. Это было справедливо. Один из них победил, другой проиграл и здесь нечего было осуждать.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Были еще случаи, когда он сталкивался лицом к лицу с реальностью. В густых бамбуковых зарослях, на берегу вонючего ручья, он направлял пистолет в лицо вьетнамскому солдату, который только что бросил в него гранату из замаскированного бункера. Он застрелил его, также, как только что убил другого солдата в бункере. Две секунды спустя разрыв гранаты сбил его с ног, бросив в грязный мутный поток. Это было справедливо.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Вражеский солдат улыбался. Он не мог понять почему. Он не испытывал радости от этого убийства, и никогда за все последующие годы не смог найти другого оправдания, кроме того, что они оба были вынужденно вовлечены в это жестокое противостояние. Он помнил этого вьетнамца больше остальных потому, что каждое утро своей последующей жизни он просыпался, чувствуя раны от той гранаты, вспоминая госпиталь и операции, продолжавшиеся не один десяток лет. С окончанием дней приходили долгие ночи, когда он вспоминал вещи, которые взрыв гранаты отнял у него, иногда смешные, а иногда раздражающие, наподобие звенящего металл-детектора в аэропорту, который реагировал на засевшие в нем осколки.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">И каждый раз, вспоминая те несколько секунд, навсегда изменивших его жизнь, он по-прежнему видел, как убивает улыбающегося солдата в бункере, бросившего в него гранату. И не мог понять, почему тот выглядит таким довольным.  </p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><strong>- перевод Александра Карелина специально для Альманаха "Искусство Войны"</strong></p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Оригинал - <a href="http://www.politico.com/magazine/story/2015/06/jim-webb-fiction-119116?o=0" rel="nofollow">http://www.politico.com</a></p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Иллюстрации - Майкл Байерс</p></div> <div class="element element-relateditems first"> Уэбб Джеймс</div> <div class="element element-itemcategory"> <a href="http://navoine.info/category/exclusive/">Эксклюзив</a> <a href="http://navoine.info/category/voenlit.html">Военлит</a> <a href="http://navoine.info/category/perevody.html">Переводы</a> <a href="http://navoine.info/category/vietnam.html">Вьетнам</a></div> <div class="element element-itemcreated"> Понедельник, 28 Сентябрь 2015</div> <div class="element element-textarea last"> <p><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/16107/20682809.40e/0_cc6d7_a8072fda_XL.jpg" border="0" alt="fict0.jpg" title="fict0.jpg" width="694" height="751" style="display: block; margin-left: auto; margin-right: auto;" /></p> <p lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><em>Задолго до того, как Джеймс Уэбб стал министром военно-морских сил США, а тем более потенциальным кандидатом в президенты на выборах 2016 года от демократов, он двадцатитрехлетним морским пехотинцем, сражался в составе 5-го полка Морской пехоты западнее Да Нанга, в Хой Ан. Будучи сначала командиром стрелкового взвода, а затем роты, в ходе боевых действий Уэбб был награжден Военно-морским крестом, Серебряной звездой, получил две Бронзовых звезды и два Пурпурных Сердца. Осколки вьетнамской гранаты остались у него в голове, руке, ноге и спине. </em></p> <p lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><em>В 1988 году, вспоминая бои одного из самых тяжелых периодов войны, когда за два месяца взвод потерял 51-го человека убитыми или ранеными, он говорил: «Мое самое сильное впечатление во Вьетнаме это то, что я был всего лишь пешкой».</em></p> <p lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><em> Время, прожитое Уэббом на войне, повлияло на решение стать писателем. Его дебютный роман «<span lang="en-US">Fields of fire</span>»<span lang="en-US">, </span>вышедший в 1978 считается одной из лучших книг о Вьетнамской войне, в последующих работах Уэбб часто возвращался к теме боев. «Это — опыт, который никогда не получит тот, кто не воевал», - говорил Уэбб. В своих воспоминаниях в 2014 году он писал: «Я и мои друзья-ветераны стоим на одном краю непреодолимой пропасти, остальные — на другой».</em></p> <p lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><em>Это первый художественный рассказ Уэбба, опубликованный им с 2001 года. </em></p> <p lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><strong>***</strong></p> <p lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><span style="line-height: 1.3em;">- Ты убивал, дед?</span></p> <p lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><span style="line-height: 1.3em;">- Убивал.</span></p> <p lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><span style="line-height: 1.3em;">- Переживал из-за этого?</span></p> <p lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><span style="line-height: 1.3em;">- Мы сможем поговорить об этом позже.</span></p> <p lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><span style="line-height: 1.3em;">Удивленный и все еще не верящий, внук с сомнением смотрел на него пока они шли. Он обычно не уходил от ответа, но совсем не хотелось говорить об убийстве во время короткой прогулки от стоянки до входа в церковь.</span></p> <p lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><span style="line-height: 1.3em;">- Я думаю, это сложно, но я не спрашивал было ли это правильно или нет.</span></p> <p lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><span style="line-height: 1.3em;">- Хорошо, на самом деле это не было правильным или неправильным</span></p> <p lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><span style="line-height: 1.3em;">- Я всего лишь хотел узнать, переживал ли ты?</span></p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Было замечательное утро. Солнце светило прямо над ними в совершенно безоблачном чистом небе. Они шли вместе, вдвоем, приветствуя знакомых прихожан, одетых в воскресные костюмы. Это был особый уик-энд для них, первое воскресенье после начала летних каникул и юный Абнер всегда проводил его вместе с ним. После церкви они собирались на рыбалку. А для этой семейной традиции не было лучше места, чем плоскодонка на глади озера, где можно было поучить мальчишку забрасывать вдоль зарослей камыша спиннинг и ловить окуня. Поэтому это время перед походом в церковь было совсем неудобным для таких вопросов.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><span style="line-height: 1.3em;">- Поговорим об этом на озере.</span></p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><span style="line-height: 1.3em;">Он сделал он попытку пошутить: «Я вырос на книгах Хемингуэя. Так вот, Хемингуэй как-то сказал, что вы не должны переживать об этом».</span></p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><span style="line-height: 1.3em;">- А кто такой Хемингуэй?</span></p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><span style="line-height: 1.3em;">- Писатель, который никогда никого другого не убил в своей жизни. Только себя.</span></p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><strong><span style="line-height: 1.3em;">***</span></strong></p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><span style="line-height: 1.3em;">Да, он убивал людей. Но не из кабины самолета, движением рукоятки сбрасывая бомбы, или артиллерийскими снарядами, выпущенными с батареи, спрятанной за колючкой на защищенной боевой позиции, а целясь и нажимая на спусковой крючок. Убийство в пехоте было иным. Не часто приходилось видеть близко того, в кого ты стреляешь, но когда до этого доходило, было очень тяжело.</span></p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Именно потому он старался не думать об этом все эти годы после войны. Одно было ясно, что убийство людей необратимо изменило его, сделало не лучше и не хуже. Просто другим, совсем не таким, каким он был до своего отъезда и от понимания этого начинало колоть в груди. Разные вопросы, наполненные моральными убеждениями, часто обсуждавшиеся в школьном классе, после возвращения казались по-детски наивными и зачастую были очень от действительности.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Покарает ли Бог за убийство? А может быть Бог делает исключение для солдат? Есть ли Бог вообще? И кто мы вообще, чтобы утверждать все это?</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Его ответ на все это всегда был прост и ясен. Или убьешь ты, или убьют тебя.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Вся его послевоенная жизнь была наполнена достижениями, неизбежными разочарованиями и поражениями, но главные моральные вопросы были решены им в свои 23 года. Хемингуэй был прав, утверждая, что только тогда человек по-настоящему будет уважать другого, когда поймет, что другой может убить его. Он знал эту истину, иногда подолгу думал об этом, но никогда не обсуждал это с кем либо. И именно это знание помогло ему лучше понять самого себя.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">На войне большую часть времени его мысли занимали более приземленные желания. Страдания и сложности жизни в джунглях были с ним каждый день как постоянное напоминание о войне. Это, а также последующие слишком частые похороны отличных ребят, татуированных как хиппи, ставших ему как братья, которые должны были вынести все это только лишь для того, чтобы вернуться к непростой жизни дома и быстро состариться, а теперь часто умиравшим задолго до того, как у них появится шанс повзрослеть. Многие из них сгорели слишком рано. Их силы подорвали не только осколочные и огнестрельные ранения, хотя многие действительно были ранены куда-либо. Свое дело сделали плохая вода, гнойные инфекции, лишаи и глисты, траншейная стопа, лихорадка, малярия и прочие болячки, настолько распространенные, что о них даже не рассказывали друг другу. Все это можно было понять только побывавшему здесь.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Он не мог забыть тех кто погиб, кто вынес страдания намного больше тех, что достались лично ему даже тогда, когда думал о других вещах. Они и были настоящим образцом морали, независимо от того считали ли они так, знали ли об этом. Кто-то был ранен осколками, кто-то подстрелен из винтовки или прошит пулеметной очередью. Кому-то оторвало руку или ногу. А кто-то остался мыслями на войне и никогда не смог оттуда вернуться, даже приехав домой. Все эти годы он вспоминал их как своих близких, как товарищей, как настоящих друзей на всю жизнь, но и это пришло не сразу. Связь, которая объединила их и держала вместе, была сильной, стойкой и неразрывной, появилась не умышленно, а как следствие, сама по себе.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Он и подобные ему были собраны вместе случайно, по воле судьбы. Они не выбирали войну, на которой им воевать, или подразделение где им служить, или привязанность, которая будет определять их поведение все последующие десятилетия. Они также не были святыми, собранными для принесения в жертву по зову свыше, или наоборот, выходцами из ада, наслаждавшимися войной. Скорее теми, кому просто выпала доля пройти через совместные страдания, давшими возможность взглянуть на жизнь со стороны так, как немногие из них могли мечтать. Они рисковали так, как остальные их ровесники могли представить только в своем воображении. Те, кто избежал этого в душе могли были признательны, что он и его друзья вынесли эти испытания вместо них. По-правде говоря, там, на войне, они были вынуждены доверять друг другу так, что во многих случаях становились одной семьей. И послевоенная жизнь не разрушила этого доверия.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Как и все остальное, война имеет положительные стороны и недостатки. Недостатки были ясными и однажды могли привести к смерти, тогда как плюсы- осознание себя и познание духа товарищества — были намного сильнее и эти чувства длились намного дольше. Потребовалось немного времени после войны для того, чтобы понять, что никто из них в действительности не смог уйти из тех джунглей, даже если они выжили. Что ни страхи, ни крепкая связь никогда не исчезнет и что все это будет продолжать вариться в них. Поэтому и не было смысла пытаться забыть или не думать об этом. Каждый день, а иногда по несколько раз в день он мог вспоминать обширные рисовые плантации и резко очерченные, покрытые джунглями горные хребты, звуки вгрызающихся в землю снарядов или внезапный огонь из винтовок, пульсирующий звук взбивающих воздух вертолетных лопастей. Он мог вспомнить запах маниока и гниющего тростника, запах навоза в душном вечернем воздухе, на окраине деревни, в наспех отрытых норах, куда пехотинцы забились в ожидании врага.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">И сейчас, и тогда он думал об убийстве.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Его полк стал известным за свое умение совершать ночные броски и атаковать противника до рассвета. Солдаты северо-вьетнамской армии и вьетконговцы жили в базовых лагерях, расположенных под покровом джунглей в близлежащих горах, недалеко от тропы Хо Ши Мина, выходящей из Лаоса. С наступлением заката они часто высылали патрули вниз, иногда атаковали, но чаще устраивали засады, огневые налеты и пытались своими действиями сковать морских пехотинцев, контролирующих долину. С первыми лучами солнца они снимались со своих ночных позиций и, минуя раскисшие тропы, перечертившие долину, стремительно уходили в горы.</p> <p><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4008/20682809.40e/0_cc6d8_f3cde86b_XL.jpg" border="0" alt="fictionspot1.jpg" title="fictionspot1.jpg" width="800" height="379" style="display: block; margin-left: auto; margin-right: auto;" /></p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Подобно инь и ян, пока вьетнамцы создавали свою систему по борьбе с патрулями и базами морпехов, лучшие подразделения пехотинцев выстраивали свою, способную противостоять вражеской.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Двигаясь под покровом ночи, пехотинцы сходились в одной точке, будь то деревня, ключевая высота или перекресток троп, которые могли удерживаться силами вьетнамцев. Не доходя до позиции, они разделялись на две группы. Часть солдат блокировала возможные пути отхода противника, другая организовывала широкую цепь для атаки, чтобы с наступлением рассвета броситься вперед через рисовые дамбы и канавы. В таком случае вьетнамцы старались отступить. Проигрывая при ведении боя днем на открытом пространстве, они рвались под защиту гор и попадали прямо на блокирующую группу. Иногда цель оказывалась ложной, и тогда две группы пехотинцев снова смыкались и продолжали патрулирование. Иногда враг был готов к бою и массированным организованным огнем, используя рельеф местности, загонял морпехов в подготовленные засады или ловушки. Но в самом удачном случае удавалось застать врага врасплох, сбивая бегущих и отступающих бойцов метким огнем, подобно маленьким железным фигуркам в тире дешевого сельского балагана.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Командование называло эту тактику «Зачистка и блокирование». Пехотинцы называли это «Загонять кроликов». Эта тактика была наиболее успешной на обширных открытых рисовых плантациях, а также на протяженных хребтах западной провинции Куангнам. Стрелковый взвод из 40 человек мог успешно провести зачистку и блокирование. Стрелковая рота могла сделать втрое больше, а стрелковый батальон из четырех рот еще больше. Иногда в операциях участвовало несколько батальонов. Во время одной из зачисток три батальона морской пехоты загнали в ловушку превосходившие их в семь раз силы Северовьетнамской Армии. Начавшийся рассвет превратился в восьмидневное сражение, в котором обе стороны преследовали и сражались в засадах друг против друга.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">***</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Они снова были в движении. Луна ярко светила над ними в безоблачном небе, отражаясь в воде залитых рисовый полей. Они отошли со своей позиции на окраине деревни Фуфонг в полночь, сняв укрытия из плащ-палаток, упаковав оставшиеся сухие пайки, собрав сигнальные мины и клейморы, расставленные перед укрытиями, пересчитав гранаты, убедившись, что ничего не оставили противнику. Теперь, спустя час, они тихо пробирались друг за другом вдоль грязной рисовой дамбы, даже в ночи выдерживая дистанцию в десять метров, колонной из ста тяжелогруженых пехотинцев, растянувшись на милю до чащи леса, откуда они только что выбрались.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">В полной тишине они перешли широкое рисовое поле. Если бы это было кинофильмом, то вся картина была бы наполнена молчаливым величием, вычерчивая их силуэты на фоне сияющего неба. Но на этом рисовом поле они оступались, ругались, стонали, преодолевая нервное истощение, неизвестные и забытые. Вблизи они не были столь величественны и больше походили на груженых верблюдов. Каждый пехотинец был одет в 12-килограммовый бронежилет и сгибался под тяжестью рюкзака. На голове был стальной шлем, ботинки тонули в липкой грязи, меч-трава раздирала ноги. Ручные гранатометы, мины, патронташи и снаряжение позвякивали, напоминая о сбившемся ритме шагов. Они несли М-16 с привычной простотой. Пояса с патронами, карманы бронежилетов оттягивали фляги с водой, сигнальные ракеты и гранаты. Они шли на восток, на приближающийся рассвет. Совсем скоро они начнут «выгонять кроликов» из деревни Фубин.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Рисовое поле заканчивалось на окраине деревни, возвышающаяся грязная тропа очерчивала границу вокруг нее. Позади тропы была похожая на ров канава, наполненная мутной водой. Старый бетонный колодец, выстроенный еще французами, обозначал пересечение с другой тропой. Они свернули на эту тропу, пересекли канаву по небольшому бетонному мостику и оказались в деревне.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">На окраине рисовые поля пахли пеплом от выжженной полоски земли после недавней бомбардировки напалмом, новые запахи окружили их, когда они вошли в Фубин. Двигаясь по окраине, они были окутаны зловонным мускусным запахом пруда неподалеку, который затем сменился на запах сотен цветков лотоса. Мускус и лотос позже сменились на запах влажного пепла от печей, удобрений для маниоковых полей и зловоние загонов для быков. Прокричал петух, из-за ближней хижины начала залаяла собака. В загоне стоял бык, смолоду натренированный вьетконговцами на пронзительный визг, как только учует запах ружейного масла на американских винтовках. Свисавшие вдоль тропы большие тяжелые листья, скрывали лица и шеи идущих солдат.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Правее от них, в деревне, стояла кромешная тьма. Местные жители, вероятно, прятались в землянки, в которых они проводили каждую ночь, пытаясь укрыться от войны. Днём патрули обычно встречали на улочках изможденных, худых, рано состарившихся женщин, сидевших возле своих грязных лачуг. Они выглядели спокойными и равнодушными, их лица казались безжизненными и только внимательные глаза казались наэлектризованными, не упуская ни одной детали. Часто они жевали шарики бетеля, сплевывая перед собой красной слюной, отключаясь при этом от всего происходящего вокруг, забывая об ежедневных ужасах войны, идущей вокруг. На спинах женщин сидели маленькие дети, их головы были подстрижены наголо, за исключением маленьких чубчиков на лбу, некоторые из детей были абсолютно голые. Молодых мужчин не было: кто-то был убит, кто-то скрывался, а кто-то ушел в горы в отряды вьетконга. Сейчас же, в ночной деревне не было ни души, за исключением лающих собак, кричащих петухов и беспокойно мычащих быков.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Бой начался внезапно. Головной взвод тихо отделился от роты и укрылся за невысоким возвышением на восточной стороне деревни. Два других взвода перебрались через ручей и оказались позади дамбы на западной окраине. Перестрелка разгорелась перед самым рассветом, где-то за километр от них. Выяснили, что соседняя рота попала в засаду недалеко от Фубин. Лица солдат моментально напряглись, пехотинцы нервно проверяли и проверяли свое оружие. Притаившись за высокой дамбой они слушали, как стрельба начала затихать и удаляться. В тишине сухо щелкали винтовки, трещал пулемет, над их головами в светлеющем небе проносились, пересекаясь красные и зеленые трассеры.</p> <p><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4310/20682809.40e/0_cc6d9_80c60cf1_XL.jpg" border="0" alt="fictionspot2.jpg" title="fictionspot2.jpg" width="800" height="379" style="display: block; margin-left: auto; margin-right: auto;" /></p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Утренняя тишина была нарушена. Петухи и собаки из деревни дополняли общий грохот. Застигнутые врасплох, вьетнамские солдаты начали выбираться из своих нор, пытаясь отступить к ведущим в горы тропам. Совсем внезапно они хлынули из деревни группами по 4-5 человек, десятки из них побежали западнее, надеясь уйти в горы, но вместо этого приближаясь к засаде. На правом фланге блокирующей группы заработал пулемет, мгновенно создав огненно-красную железную завесу огня на пути бегущих солдат. Штурмовая группа, поднявшись из-за пригорка, поливая бегущих огнем из М-16, двинулась прямо на них.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Отступающие попали в ловушку. Некоторые пытались закрепиться между небольшими рисовыми дамбами и организовать огневое прикрытие своим отступающим товарищам. Маленькие группы меняли направление, пытаясь найти брешь в позициях блокирующей группы, в то время как огонь пехотинцев приближался и становился все интенсивнее.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Морпехи, прикрываясь дамбой, высматривали цели в предрассветном воздухе. К северу от них, в Фубин, бой становился интенсивнее, шквал пулеметного и винтовочного огня угрожал их левому флангу. Восточнее, прямо перед пехотинцами, разрасталась стрельба из штурмовых винтовок, пули долетали до блокирующей группы. Постепенно грохот винтовок и пулеметов вперемешку с хаотичными разрывами гранат навалился на них с трех сторон.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Солдаты притаились за дамбой в попытке укрыться от нарастающего шквала огня. Встав на колени и взглянув поверх дамбы, он уловил небольшое движение слева, Три вьетнамских бойца бежали прямо напротив их взвода, выбравшись из боя в Фубин и направляясь прямиком к горам. Пригнувшись, держа в руках АК-47, они были в 50-ти метрах от блокирующей группы, все дальше удаляясь от перестрелки.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Вьетнамцы не видели солдат взвода, многие из которых по-прежнему укрывались от огня штурмующей группы за дамбой. Они бежали прямо на позицию морпехов, надеясь, прикрываясь дамбой, добежать до тропы, ведущей в горы, и должны били достичь верхушки дамбы через несколько секунд. Он сделал все быстро, помня, что должен быть острожным и не подстрелить кого-нибудь из штурмующего взвода. Выхватил гранатомет М-79 и встал в полный рост, уязвимый как для приближающихся вражеских стрелков, так и для огня штурмующих.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Солдат посередине заметил его. Они были в тридцати метрах - расстояние от основной до первой базы в бейсболе. Вьетнамец приостановился и поднял свой автомат. Но он опередил, выстрелив 40 миллиметровой гранатой. Небольшой снаряд разорвался за спиной бегущего. Солдат пошатнулся назад, потом вбок в предсмертной судороге и упал лицом в воду. В темноте и неразберихе, двое других, пробежав по гребню дамбы так близко, что смогли бы дотронуться до укрывавшихся там пехотинцев, скрылись в джунглях. Им удалось прорваться.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">По ту сторону Тихого Океана, там, что они любили называть Миром, его ровесники протестовали против войны, на которую он был отправлен. Некоторые из них придумывали различные оправдания тому, что они делали или должны были делать вместо того, чтобы сражаться на войне. Некоторые ненавидели и осуждали их. Некоторые сочувствовали, чаще из жалости, чем из уважения. Но что бы они все не говорили, только единицы могли понять, что значит нажимать на спусковой крючок, насколько на самом деле это может быть бессмысленным и далеким от громких фраз. Глубоко внутри, он понимал, что каждый осуждавший его поступил бы точно также или хотя бы попытался поступить также. А если бы они не смогли преодолеть себя, свои моральные убеждения, не смогли бы заставить себя сделать это, то они бы проиграли. Они были бы убиты, несмотря на свои высокие и громкие заявления.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Перестрелка постепенно начала стихать, пока не завершилась совсем. Штурмовая группа сомкнулась с блокирующей. Восходящее солнце отражалось на рисовых полях и запрудах. По-прежнему кричали петухи и лаяли собаки. Жители постепенно выбирались из землянок. Запах еды, которую начали готовить в деревне, долетал до них. Несмотря на недавние убийства, все были странно спокойными и обычными утром этого начинающегося дня. Они осмотрели убитых, собрали вражеское оружие и вызвали вертолет для эвакуации нескольких раненых. В молчаливой задумчивости от странного сочетания необходимости убивать и отупляющей постоянной борьбы за выживание, они позавтракали сухими пайками. После чего, нагрузившись оружием и снаряжением, обжигаемые солнцем, они выдвинулись к следующей точке своего маршрута патрулирования, к следующей деревне или опушке леса, где они займут свой очередной рубеж.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Он разыскал тело убитого им человека. На нем был сверток, привязанный как шинель времен Гражданской войны наискосок груди, который был наполнен рисом и зернами кукурузы. В рюкзаке солдата лежали красная жестянка сардин, котелок с вареным рисом. Рюкзаки северо-вьетнамской армии морпехи охотно забирали как трофей за их простоту и надежность. Один из пехотинцев быстро прибрал рюкзак себе, а свой набил вьетнамским снаряжением и оружием, чтобы отправить его с медицинским вертолетом.</p> <p><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9322/20682809.40e/0_cc6da_5966315c_XL.jpg" border="0" alt="fictionspot31.jpg" title="fictionspot31.jpg" width="800" height="379" style="display: block; margin-left: auto; margin-right: auto;" /></p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Запасов еды убитого вьетнамца ему хватило на несколько дней. Рис и кукурузные зерна он варил в котелке, добавляя туда острый перец, какие-то необычные специи, которые они нашли во время патрулирования, тушенку или консервированную курятину из сухого пайка. В этом пайке было всего 12 порций и большая часть еды была невкусной. Невозможность разнообразить еду делало ее совсем невыносимой. При температуре в 35 градусов и невозможности укрыться от жарящего солнца, не очень хотелось есть спагетти из консервной банки, приправленные шариками из говядины с картошкой. За первые три месяца в джунглях он похудел на 10 килограмм. Теперь же, после семи месяцев, он стал высушенным и тощим, рацион его состоял из сушеной говядины, консервированной свинины или курятины.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Рис убитого солдата был, если уж не подарком свыше, то точно приятным дополнением к рациону. Было еще одно. Убийство было очень личным, и еда убитого как бы сближала их, позволяла чувствовать сопричастность.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Еще он вытащил кошелек погибшего. Там было несколько фотографий, в том числе и снимок семьи солдата под высокой пальмой, одетых в праздничную одежду и улыбающихся, а также немного северо-вьетнамских денег, которые были абсолютно бесполезны и ценности которых он совершенно не понимал. Он думал, что когда-нибудь, в суматохе и непредсказуемости войны, он может встретить семью убитого им вьетнамца. Это не было навязчивой идеей или каким-то явным желанием. Скорее, нежелание уничтожать вещи было частью некоего суеверия,. Поэтому он и носил кошелек, деньги и фотографии до того момента, пока сам не был ранен. В суматохе его эвакуации вертолетом из джунглей, личное снаряжение либо потерялось, либо было украдено. Осязаемое напоминание о том солдате пропало.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">***</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Он не пытался врать внуку, смягчить его восприятие или защитить его от жестокой реальности, в которой, возможно, его внуку когда-либо предстоит жить. Он редко думал об убийстве как о чем-то аморальном. Это было справедливо. Один из них победил, другой проиграл и здесь нечего было осуждать.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Были еще случаи, когда он сталкивался лицом к лицу с реальностью. В густых бамбуковых зарослях, на берегу вонючего ручья, он направлял пистолет в лицо вьетнамскому солдату, который только что бросил в него гранату из замаскированного бункера. Он застрелил его, также, как только что убил другого солдата в бункере. Две секунды спустя разрыв гранаты сбил его с ног, бросив в грязный мутный поток. Это было справедливо.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Вражеский солдат улыбался. Он не мог понять почему. Он не испытывал радости от этого убийства, и никогда за все последующие годы не смог найти другого оправдания, кроме того, что они оба были вынужденно вовлечены в это жестокое противостояние. Он помнил этого вьетнамца больше остальных потому, что каждое утро своей последующей жизни он просыпался, чувствуя раны от той гранаты, вспоминая госпиталь и операции, продолжавшиеся не один десяток лет. С окончанием дней приходили долгие ночи, когда он вспоминал вещи, которые взрыв гранаты отнял у него, иногда смешные, а иногда раздражающие, наподобие звенящего металл-детектора в аэропорту, который реагировал на засевшие в нем осколки.</p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">И каждый раз, вспоминая те несколько секунд, навсегда изменивших его жизнь, он по-прежнему видел, как убивает улыбающегося солдата в бункере, бросившего в него гранату. И не мог понять, почему тот выглядит таким довольным.  </p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY"><strong>- перевод Александра Карелина специально для Альманаха "Искусство Войны"</strong></p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Оригинал - <a href="http://www.politico.com/magazine/story/2015/06/jim-webb-fiction-119116?o=0" rel="nofollow">http://www.politico.com</a></p> <p style="text-align: justify;" lang="ru-RU" align="JUSTIFY">Иллюстрации - Майкл Байерс</p></div> M 2015-05-05T23:11:01+04:00 2015-05-05T23:11:01+04:00 http://navoine.info/m.html administrator <div class="element element-relateditems first"> Сак Джон</div> <div class="element element-itemcategory"> <a href="http://navoine.info/category/exclusive/">Эксклюзив</a> <a href="http://navoine.info/category/voenlit.html">Военлит</a> <a href="http://navoine.info/category/perevody.html">Переводы</a> <a href="http://navoine.info/category/vietnam.html">Вьетнам</a></div> <div class="element element-itemcreated"> Вторник, 05 Май 2015</div> <div class="element element-textarea last"> <p><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/25/20682809.408/0_c7d82_a3596db2_L.jpg" border="0" width="382" height="500" style="display: block; margin-left: auto; margin-right: auto;" /></p> <p style="text-align: justify;"><strong><strong><span lang="ru-RU">Альманах "Искусство Войны" рад представить своим читателям первый полный перевод на русский язык классического произведения военной литературы.</span></strong></strong></p> <p style="text-align: justify;"><strong>Узнаваемые по знаменитой цитате с обложки ("Боже мой, они ранили девчушку"), это легендарные записи о роте солдат в форте Дикс, Нью-Джерси, которых готовили к войне, и которые нашли ее в Южном Вьетнаме пятьюдесятью днями позже, впервые полностью доступны в Интернете.</strong></p> <p style="text-align: justify;">Автор - Джон Сэк</p> <p style="text-align: justify;">Впервые опубликованы в октябрьском выпуске 1966г. журнала <em>Esquire</em>.</p> <p style="text-align: justify;">***</p> <p style="text-align: justify;">Раз, два, три и, через несколько недель, <em>они</em> станут давать приказы роте. <em>Они</em> были теми загадочными божественными сущностями, кто, по общему мнению, закидывал карточки в компьютер <em>IBM</em>, а может просто в шляпу, с тем, чтобы определить, куда отправятся солдаты из роты М в следующий раз, кто останется там, в Соединенных Штатах, кто станет спокойно служить в Европе, а кто будет сражаться и умирать во Вьетнаме.</p> <p style="text-align: justify;">Не важно. То, что взбудоражило роту не имело отношения к карточкам назначений, а в более близком будущем - проверка! Конечно, эта самая первая проверка, проводимая бодрым черным капитаном. Так что этим вечером вся рота в белом армейском белье натирала пол  казарм, полировала свои черные военные ботинки, выворачивала наизнанку стволы винтовок и, орудуя пинцетами, доставала песок из ушей. Воздух был густым от полироли для пола и оружейного масла, влажного аромата, который, казалось, вплетался в нити армейского сукна. Несколькими минутами ранее, рота прослушала наставление легковесного сержанта из серии "сделай или сдохни", сержанта Милетта. Прислонившись к двухясрусной кровати и просунув руку через стальные столбики станины, Милетт умоляюще произнес: "Помойтесь ради меня. У меня дома жена и три ребенка. Я ухожу, когда еще темно, прихожу, когда уже темно. Я не говорил с ними тридцать шесть часов. Я не знаю, может они мертвы", - и сводя все в шутку - "Что ж, я оставил им достаточно пищи, мне, пожалуй, не стоит беспокоиться," - подошел к главному - "Там внизу мой босс, у него пара полосок на воротничке, он - босс, на которого я работаю. Завтра в полдень он проверит нас, так что не выставляйте меня болваном!"</p> <p style="text-align: justify;">"И все, что вы должны делать это следовать табличке!" - и сейчас, в свой четвертый пролетающий месяц армейской жизни и последний месяц обучения в большом мрачном Восточном лагере, рота М знала, что имел ввиду Милетт. Табличка была в памятке солдата за подписью никого иного, как генерал-адъютанта армии. Внутри зеленой солдатской тумбочки  (писал генерал) все должно быть <em>так</em>, и с какой гордостью рота М выдержит проверку, если все действительно так. Генерал приказал, что (кто бы мог подумать) <em>Pepsodent</em> или зубной порошок любой другой марки, что нравится мальчику, кладется в заднюю часть тумбочки, слева, нижним краем так, чтобы слова "ЗУБНОЙ ПОРОШОК" читались сверху вниз, и там не должно быть ни грязи, ни пыли. Генерал приказал, что КРЕМ ДЛЯ БРИТЬЯ парень должен положить справа, а его бритва, его лезвия, его зубная щетка и его расческа должны лежать на мыльнице, и все это лежит на наибелейшем полотенце, - указывал генерал. К этому воистину армейскому порядку простой мастер-сержант в тренировочном лагере роты М посмел добавить нововведение: он разрешил класть в тумбочку Библию между платками и кремом для обуви, правым краем вверх. Это необязательно, по решению владельца, но другие отступления от архетипической тумбочки, шкафчика, вещей на солдатской койке или на самом солдате будут наказаны. "И наказаны будет означать отсутствие увольнительной в субботу ночью, без исключений," - напомнил Милетт.</p> <p style="text-align: justify;">Он попросил снова: "Так постарайтесь следовать табличке," - и поторопился туда, где все еще жили его жена и дети, а М - тело, состоящее из двух с половиной сотен американских парней всех форм, размеров и особенностей, преимущественно из призывников, но также и нескольких волонтеров - рота М стала добросовестно приводить свои казармы в порядок, кто-то даже с охотой. Но не рядовой Демирджян. Демирджян считал, что все это глупо, все эти тумбочки, шкафчики, и ворсинки на шнурках - бессмысленно. Бóльшая часть М согласилась бы, но только Демирджян замыслил нарваться на отставку. Прочь. Он планировал довести дело до конца с помощью своей "особой" способности. Он воображал себя в Испании, Армении, где угодно, где не было роты М. Он позволял себе безумные полеты воображения, по той причине, что интуиция все же в тайне уверяла его, что мечты останутся только мечтами. Однажды он сказал себе: "Я могу пройти перед чьей-нибудь винтовкой". Он думал, что может упасть с лестницы и сказать врачам: "Мой мозг, он дрожит, он болтается у меня в голове". Как-то раз он наступил на грабли, играя в футбол, и получил сотрясение, так что Демирджян знал симптомы. До сих пор, ни один из его планов не был воплощен, и не представлял опасности для состояния роты, но этой ночью ему пришла новая мысль. Его воображение сосредоточилось на чем-то, что сказал рядовой с жестокими глазами во время перекура. Парень был помощником полицейского, парковочным инспектором или кем-то в этом роде в Янгстауне, Огайо, он сказал, что удар точно в правую часть челюсти приведет к перелому. Демирджян, с отказавшими после пары стаканчиков J&amp;B тормозами ответил что-то вроде: "Да ладно?"</p> <p style="text-align: justify;">- Двадцать долларов! - крикнул бывший полицейский, доставая бумажник из  широкого кармана комбинезона и кидая купюру указанного достоинства на подоконник, сжимая другую руку в кулак. "Двадцать долларов говорят, я могу сделать это!"</p> <p style="text-align: justify;">- Да ладно? Парень в два раза больше ударил меня прямо <em>сюда</em> и не смог ничего сломать.</p> <p style="text-align: justify;">- Это не то место, куда я собираюсь ударить, Демирджян! Где твоя двадцатка?</p> <p style="text-align: justify;">- Беру в долг, - произнес Демирджян, уступая.</p> <p style="text-align: justify;">"Двадцать долларов, Демирджян!", - сказал лучший из Янгстауна, шлепнув своей зеленой перчаткой по подоконнику. Он взял ставку, пока никто не видел, по-видимому, ему нравился этот бравый звук на бетонном подоконнике: шмяк! Тот звук, с которым челюсть Демирджяна хрустнула как куриная кость-вилочка. Демирджян не нравился ему ни с какого бока, Демирджян не ходил с гордо поднятой головой, как подобает ходить солдатам, он плелся склонившись, как чертов скрипач, а когда говорил, голова болталась словно баскетбольный мяч в корзине, живо подражая искусству Брандо.</p> <p style="text-align: justify;">- Даю в долг!</p> <p style="text-align: justify;">"Качни головой! Подними подбородок. Чуть ближе к окну", - Демирджян сделал это. Он будто сидит в зубном кресле, голова наклонена, челюсть расслаблена, глаза напряженно уперлись в оранжевую надпись "НЕ КУРИТЬ", нанесенную через трафарет на бетонную стену казармы. Все спальные комнаты роты М были отделаны  как подвал многоквартирного дома, где стоят стиральные машины. Длинное низкое здание выглядело так, словно люди внутри работают на станках, а над дверью надпись черной краской возвещала всему человечеству: "М".</p> <p style="text-align: justify;">- Черт побери, еще правее.</p> <p style="text-align: justify;">- Я жду, я жду, - произнес Демирджян, в то время как глубоко в его подсознании лежала мысль "лучше бы мои друзья спасли меня", что они и сделали несколькими секундами позже.</p> <p style="text-align: justify;">- Спокойно! Вчера на рубеже 45 он попросил выстрелить ему в пальцы ног, - сказал его приятель Салливан, вставая между ними, - все что он хочет, это получить отставку.</p> <p style="text-align: justify;">- Конечно, - согласился Демирджян. Он говорил себе: "Что ж или это, или я получу двадцать долларов," - армия задерживала выплаты за месяцы, что-то шло не так в финансовом отделе.</p> <p style="text-align: justify;">- Ты не покинешь армию со сломанной челюстью, - продолжил Салливан.</p> <p style="text-align: justify;">- Ну конечно - я же не смогу есть, я помру.</p> <p style="text-align: justify;">- Глупо. Они поставят тебя на ноги за день. Хочешь уйти из армии, пусть он сломает тебе ступню.</p> <p style="text-align: justify;">"Можешь сломать мне ступню?", - попросил Демирджян, но "в делах людей бывает миг прилива; он мчит их к счастью, если не упущен". Бывший полицейский уже говорил своим друзьям "да!", он пил виски, но не был пьян, он же отдаст все долги - двадцать баксов! Но рота М вернулась к подготовке к проверке. </p> <p style="text-align: justify;">Поймите: все это случилось на самом деле. Демирджян реален, как и все в этом рассказе, даже Чилликот молочник, все о нем - правда. Имена и родные города начинаются на странице 160, там же и средние имена, прошу прощения у Эрни Пайла.</p> <p style="text-align: justify;">Как бы то ни было, к двум утра под ногтями у солдат М было чисто, белье расправлено словно плац, ботинки блестели, снаряжение сияло как бриллиант и покоилось на койках в полном соответствии с генеральской табличкой, рота М спала в своих спальных мешках там где осталось свободное место - на полу, пока бесконечно малые йоты пыли тихо оседали на результат их трудов.</p> <p style="text-align: justify;">Замечание редактора из первоначальной статьи: М - рота М первой бригады дополнительной пехотной подготовки в учебном центре армии Соединенных Штатов, направление подготовки - пехота, форт Дикс, Нью-Джерси, учебный период с 13 декабря 1965 по 3 февраля 1966. Рота была распределена между первой пехотной дивизией в Ди Ане и ротами <em>A, B, C </em>второго батальона второго пехотного полка третьей бригады первой пехотной дивизии в Лай Хе. Их первая операция - Операция Мастиф была проведена около 21 февраля 1966.</p> <p style="text-align: justify;">Рота М проснулась в четыре утра. Сегодня обязанность не дать им снова заснуть после завтрака была возложена на капеллана: первый урок этим днем роте преподаст он. Хотя его предмет - мужество - и не особо использовался в составе бензедрина (стимулирующий препарат гр. амфетаминов - прим. перев.), капеллан, протестантский майор произнес что-то вроде: "Я говорю вам о том, что это требует от людей мужества", - в этом месте он ударил ладонью о деревянное возвышение (о кафедру, как он ее называл), выдергивая М из ступора как раз, чтобы они могли слышать, как он заканчивает предложение, сопровождая этот неожиданный жест текстом, - "сделать шаг". У него было много уловок, у этого капеллана. Порой он шумел, но также воздействовал и тишиной. Сегодня он сказал: "Знаете, что требует мужества в окопе? Вот оно", - и продолжил, - "..." - он ничего не сказал, вечность прошла пока все глаза ни поднялись, чтобы взглянуть, не наступил ли конец света, а потом Капеллан продолжил, - "Это не звуки, что доносятся до вас, это тишина".</p> <p style="text-align: justify;">Этим пронзительно холодным зимним утром М собрались в своем большом бетонном классе в восемь часов. В раскинувшихся над ними просторах воробьи сидели на трубах отопления и верещали со скрипом. Сержант крикнул: "На места!" - и солдаты роты М сели на холодные металлические кресла, отвечая в унисон: "Голубые пони!" - или что-то в этом духе, пока не становилось ясно, что они кричат "голубые молнии!" - прозвище своей бригады. М была шумной ротой. Черный, широко шагающий, капитан верил, что это поднимает боевой дух, а еще не дает им заснуть. Завтрак, обед и ужин в М представляли собой настоящий сумасшедший дом, потому что каждый солдат при входе в столовую должен был повернуться лицом налево, встать и проорать сержанту инициалы, означающие был ли он призван или пошел добровольцем. После еды сержант подсчитывал числа в каждой категории, а потом сообщал начальнику раздачи, который хранил их целый месяц прежде чем выбросить.</p> <p style="text-align: justify;">- Доброе утро, ребята, - произнес капеллан. Он носил шерстяную зимнюю одежду с черным шарфом - символов корпуса капелланов.</p> <p style="text-align: justify;">- Доброе утро, сэр! Голубые молнии! На страже! Мощный-мощный Майк! А-а-аггр! - прокричала рота в ответ. О выражении "голубые молнии" мы уже слышали. Девиз бригады был "на страже", и Майк соответствовал букве М в фонетическом алфавите, ну а "мощный" относилось к самой роте. "Аггр" был нужен для сохранения ритма, как переход к тонике в конце песни.</p> <p style="text-align: justify;">Облокотившись обеими руками на свою кафедру, капеллан протолкал ее на несколько дюймов вперед по черному линолеуму. Шкр-и-и-ич! И каждый в роте М сел ровно по струнке, когда капеллан начал говорить. Он сказал: "Мужество..."</p> <p style="text-align: justify;">Но в этот момент за сотню миль произошло очень важное событие. И если бы только рота М знала, что хрупкий сосуд их надежд разбился в то утро, их мысли полетели бы с лекции капеллана через другие штаты, чтобы осесть на (фанфары, пожалуйста)... Чилликотовском молочнике! Его имя было Элмер Палвер. Его маршрут пролегал к востоку от путей Норфолк энд Вестерн в Чилликоте, Огайо в 1950, когда началась корейская война. Элмер в своей скрипучей запряженной лошадью тележке, приносящий газеты от ворот, тихо и ободряюще стучащий в дверь, закрывающий за собой ворота, чтобы собака не выбежала на улицу, добрейший и самый энергичный молочник в городе, дающий детям Чилликота маленькие лакомые кусочки льда, тем детям, которые станут призывниками, когда он будет майором армии США в Вашингтоне в 1966. Палвер закончил срочную службу  в 1951, но выбрал карьеру офицера. Предпочитая пехоту во-первых, танковые войска во-вторых и артиллерию в-третьих, он не был направлен ни в один из этих родов войск, молодым лейтенантом он просил о службе в Корее, и был отправлен в Германию. Ах, капризные <em>они</em>! К 1966 году Палвер, уже будучи майором и все еще ужасно добрым, получил место в безоконных внутренних коридорах Пентагона. К месту прилагались старый вращающийся деревянный стул и новое задание: каждого (вы бы поверили в это? каждого!) человека в Армии по завершении тренировочного курса следовало направить на место службы. При том, что он не был похож на трех ужасных ведьм, танцующих возле котла где-то на вересковой пустоши, <em>они </em>становились Элмером Палвером.</p> <p style="text-align: justify;">Этим зимним утром у него лежала стопка тех жестких перфокарт размером со старую фунтовую банкноту. У этих карт были зелены грани, а еще у Палвера была вторая стопка бесцветных перфокарт, на каждого солдата, где бы он ни был. Сидя на своем вращающемся стуле, Палвер взял с круглой подставки трубку из кукурузного початка, набил ее табаком, раскурил и стал перебирать свои карточки. Делай он это предписанным способом, он должен был бы взять первые попавшиеся зеленую и белую карточки и соединить их бумажной скрепкой: солдата и его назначение, и так далее, снова и снова. Но майор был добрым человеком, он знал, что в его руках личности со множеством характеров, хотя это и означало работу во внеурочное время: сегодня была суббота, Пентагон был странным и пустым, а он хотел направить каждого солдата туда, где он будет наиболее счастлив. И на карте каждого парня были буквенный код, обозначающий где на столь разной планете он надеялся служить.</p> <p style="text-align: justify;">Кто-то из М хотел сладкой жизни в Европе, Кто-то выбрал солнечные Гавайи или теплые воды Карибского Залива. Несколько авантюристов предпочитали Японию. Если верить перфокартам, никто из двух с половиной сотен служивших в М не желал попасть во Вьетнам, - но это было не так, перфокарты не были верны. Биглоу хотел отправиться во Вьетнам. Он хотел этого по заезженной американской причине: делать деньги, потому что во вьетнамских джунглях он бы получал 65 долларов боевых в месяц, которые, как он подсчитал, дали бы ему 780 баксов после двенадцати месяцев службы. Эти расчеты он внес в компьютер, где рассчитал, что за несколько лет экономии эти деньги будут оценены в 1000 долларов, которые...дальше Биглоу не рассчитывал. Но за свою армейскую карьеру Биглоу не дал знать о своих предпочтениях надлежащим должностным лицам, в чем нет его вины. Многими ночами ранее высокий рядовой первого класса из отдела кадров собрал М вместе в комнате развлечений, месте в котором солдат видел сияющие зеленые бильярдные столы и столики для настольного тенниса, видел, когда драил линолеум под ними, во всех остальных случаях комната была на замке. Однако, той ночью она была удивительным образом открыта, чтобы рядовой первого класса раздал всем маленькие серые отпечатанные на мимеографе формуляры. "Так-с", - сказал он. "Сейчас! Те, кто хотел бы направиться в Европу впишут "Европа", - никаких гарантий. Сам он взял формуляр и крутил его на указательном пальце, и пока он говорил, он болтал его как соломинку в стакане или карандаш, выделывая им круги, жестом, который мог бы значить, будто армия заставляет служащих бесконечно заполнять формуляры. М же заполнили формы столь привычно, что за несколько минут навечно забыли, что вообще их заполняли. "Так-с", - произнес рядовой первого класса Соломинка. "Те, кто хочет на Карибы..." - и то же самое про Аляску, Гавайи, Корею, Окинаву и вожделенный Вьетнам Биглоу. Потом он собрал бумаги и телеграфировал их в Пентагон. Но Биглоу тем вечером был в наряде на кухне, стоя в белых облаках пара, очищая кастрюли. Так что код на его перфокарте был <em>X</em>, что означало отсутствие предпочтений.</p> <p style="text-align: justify;">Пыхтя своей сигарой и перебирая вторую стопку карточек, Палвер выяснил, что в этом месяце есть вакансии лишь в Германии и Вьетнаме. Этой морозной субботой он привел своего восьмилетнего сына, светленького Дугласа в Пентагон (через неделю придет очередь Лизы), и удовлетворяя его любопытство, он показал ему перфокарты, объяснив, что солдат, который хочет отправиться в Европу будет служить там, а солдат, желающий служить во Вьетнаме, хотя желающих и не было, отправиться туда. "Что если он хочет в Японию?", - настороженно спросил Дуглас, и Палвер объяснил, что хотя в это месяце и нет открытых мест для службы в прекрасной стране гейш и лепестков сакуры, он сделает все возможное для солдата и отправит его во Вьетнам, раз уж, кажется, он интересуется Востоком, то может посетить Японию, скажем, по пути в отпуск или возвращаясь домой. "А если ему хочется на Гавайи?", - произнес Дуглас, Палвер ответил: тоже самое, он отправится во Вьетнам. "Папа! Можно я сделаю это сам? Пожалуйста!", - спросил Дуглас, но отец усмехнулся и ответил "нет". Пока Дуглас сидел напротив него с набором мелков и рисовал разноцветные реактивные самолеты, его отец начал соединять карты вместе, белые и зеленые. В полдень Дуглас подкрепился гамбургером за своим столом, Палвер съел сэндвич с говядиной на белом хлебе за своим.</p> <p style="text-align: justify;">В полдень рота М с опасением ожидала в своих чистых бараках визит капитана Амейкера. Амейкер же беззаботно ехал по магистрали в Нью-Йорк в своем белом автомобиле Триумф с откидным верхом. Ха-ха! Это была уловка, на самом деле капитан никогда не посещал тренировочный лагерь. Хитрец старина Милетт, этот лукавый сержант всего лишь заставил М почистить себя получше, взывая к удивительному имени Амейкера, который на самом деле планировал быть в Гарлеме в этот полдень, простаивая в пробке с другом, который получал 50 долларов в час за то, что сидел на стуле рядом с Оливетти в студии фотографов журнала <em>Ebony</em> и, глядя ему через плечо, говорил: "пока ты здесь, принеси-ка мне стаканчик Грант". Вместо этого, М заканчивали чистку, начатую этим волком в овечьей шкуре - сержантом Маккиавелли-Милеттом. Он приступил к осмотру бараков в два часа. У него было нормальное настроение до того момента, когда его пальцы прошлись по тумбочке первого солдата, чтобы открыть ее. И тогда Милетт ощутил почти неосязаемое сопротивление, которое оказало кончикам его пальцев вещество, борьбе с которым он посвятил большую часть своей армейской карьеры. Он выкрикнул: "Пыль!" - и растянув пальцы так широко, что мог бы удержать баскетбольный мяч, сунул их в лицо незадачливому владельцу тумбочки, чье имя было рядовой Скотт. "Черт побери! Это стыд!" - прокричал Милетт, Скотти с кающимся видом опустил глаза. А черный капитан, обычно он был веселым парнем,. За день до опроса рядового-соломинки он смотрел сериал "Гавайский глаз" и в формуляре написал "Гавайи", чтобы потанцевать с девчонками лулу.</p> <p style="text-align: justify;">"Пыль!..Пыль!..Пыль!..Кругом одна пыль!" - произнес Милетт, бросаясь от тумбочки к тумбочке и проводя по каждой кончиками пальцев, как неистовая рука Панчо Гонзалеса. "За это можно отдать под трибунал! Вы не готовы к проверке!" - кричал он, и внезапно его с лица сошел фиолетовый цвет, кожа перестала быть как натянутая простыня, сержант больше не злился. Он смеялся. Он понял, что все это было нелепо - нелепо, что человек должен проходить проверку с пыльной тумбочкой. "Вам ребятам... вам ребятам", - смеясь, достав носовой платок и вытирая грязь с пальцев. "Вам лучше бы уделить мне внимание, потому что если вы не сделаете это сейчас, то не сделаете этого никогда. Только с увольнением по причине плохого поведения. И", - он недоверчиво покачал головой, - "это всего лишь сержантская проверка, но считаете, что ее проводит сам капитан!" Сам-ка-пи-тан, так он произнес это, быстрыми маленькими четверть нотами. Милетт был родом из Пуэрто-Рико. Дом, где он вырос, трижды сносили, иммиграция в Гарлем, работа чистильщиком обуви, чтобы сводить свою девушку в кино и беспокойство о том "что если она увидит, как я чищу обувь", мытье рук с бурóй и мысли о том "что если я коснусь ее, она может почувствовать запах" - десять лет, и он идет в армию, где сама жизнь гордится тем, что она наполнена человеческими стремлениями, даже если этот человек пуэрториканец. "Я был рядовым первого класса", - сказал он, вытягивая каждый звук и обращаясь к роте. "Когда офицер открыл мою тумбочку, ему пришлось надеть солнечные очки! Потому что у меня там не было полотенца, но все изнутри было оклеено алюминиевой фольгой! И он сказал мне: "Ты достигнешь многого". Глаза Милетта сияли, пока он вспоминал это, словно за радужкой у него была серебряная фольга. Он не мог примириться и простить роту М за то, что они не проявляли инициативы, им в самом деле было безразлично.</p> <p style="text-align: justify;">Его наказание: никаких отгулов после полудня в эту субботу. С этими грустными словами Милетт отправился домой, в свою квартиру в армейском гарнизоне, где рассказал о прошедшем дне своей стройной жене, показав ей грязный носовой платок. Демирджян и бóльшая часть людей легли спать на своих коричневых армейских одеялах. Палвер закончил работу, отвез Дугласа домой и свозил свою гончую к ветеринару, сделавшему ей прививки от гепатита, чумки и других собачьих болезней.</p> <p style="text-align: justify;">"Я ненави-и-ижу смотреть, как садится вечернее Солнце..." (ориг. композиция The Beatles - прим. перев.) Озабоченно перебирал струны своего банжо лысый парень в мужском клубе военнослужащих, он перегнулся через него словно хотел распутать узел на одной из струн. Казалось, он думает... почти... почти. Сестры Барнес танцевали в расшитых блестками платьях на центральной сцене, а Прохазка, один из нескольких представителей М на складных сиденьях клуба, тихо пел, крутя свою шляпу с козырьком перед коленом. "О, я ненави-и-ижу смотреть..." В семь часов, тем вечером Милетт отпустил М, но Прохазка не мог никуда пойти: у него не было денег, ему не платили несколько месяцев. Что-то шло не так в бухгалтерии.</p> <p style="text-align: justify;">Ладно... все в порядке, подумал он. Он весело пел и думал, что сестры Барнес  вполне привлекательны. Досада, он хотел бы купить им гамбургеры после шоу, но у Ширли и Ванды были и другие парни, для которых им предстоит выступить. Прохазка поужинал без них, но все в порядке, думал он, ему нравились гамбургеры. Прохазке все нравилось, правда. Ему нравилось сгибаться над полями на их семейном кукурузном поле в Айове, ему нравились походы в Миннесоте, сплавы на каноэ в щелочных водах рек и запах жареной рыбы ночью. Верь он в Бога сильнее, он бы благодарил его за эти щедроты, но он верил в свою страну и именно ее благодарил. В благодарность Америке он пошел в армию, как другие люди могли отдавать десятину в свои церкви. Ему было восемнадцать; все еще можно было представить его искреннее лицо и очки в тонкой оправе, напечатанные на какой-нибудь дружелюбной бутылочной этикетке, знакомой ребятам по всей стране, Тоник Старого Дока Прохазки.</p> <p style="text-align: justify;">Короче говоря, он был солдатом, который бы бесследно умер в следующей главе посредственного военного романа. Прохазка знал, что может погибнуть во Вьетнаме, но говорил себе, что есть в одиночестве в темном ресторане Пэрадайз сразу после службы, прихлебывая Колу из стакана, слушая песню об одиноком солдате, пишущем матери из самого Вьетнама, играющую в музыкальном автомате - он говорил себе, что все в порядке. Пусть лучше я, чем кто-то, кого ждут жена или семья. Его мать уже умерла. Одним зимним утром, растапливая печь в их фермерском доме в Айове и не зная, что труба была закрыта льдом, она была смертельно ранена, когда печь взорвалась, а отец умер от ожогов в больнице через полгода. Прохазке тогда было семь. У него было предчувствие об этом - сон тремя ночами ранее. Прохазка часто что-то предчувствовал.</p> <p style="text-align: justify;">Песня в автомате стала его любимой:</p> <p style="text-align: justify;">Любимая мама, мне дали время написать,</p> <p style="text-align: justify;">Я так скучаю и мне нужно знать,</p> <p style="text-align: justify;">Что ты хотела мне в письме сказать,</p> <p style="text-align: justify;">Что с почтой получил сегодня я,</p> <p style="text-align: justify;">О людях марширующих по нашим улицам...</p> <p style="text-align: justify;">Прохазка знал о них. В рождественский отпуск у него был высокий веселый приятель по имени Мортон, они ездили в город, где дама на Таймс Сквер дала им белые листовки, которые гласили, что мы разносим азиатские деревни, убивая мужчин, женщин и детей. В другой её листовке была изображена маленькая камбоджийская девочка, сожженная напалмом американскими солдатами. Прохазка улыбнулся на это. Он знал американских солдат лучше - они любили детей. Вежливо он и Мортон вернули листовки даме.</p> <p style="text-align: justify;">...марширующих по нашим улицам,</p> <p style="text-align: justify;">На их листовках надпись "нам не нужен мир",</p> <p style="text-align: justify;">Солдатам в иноземье не нужна война,</p> <p style="text-align: justify;">О, мама! Расскажи, за что сражаюсь я.</p> <p style="text-align: justify;">Песня так и называлась "За что сражаюсь я." (<em>What We're Fighting For</em>)</p> <p style="text-align: justify;">Скажи, что мы деремся за красно-бело-голубой!</p> <p style="text-align: justify;">Или забыли о Корее и Японии они?</p> <p style="text-align: justify;">Над дверью нашей нации не взреет другой флаг...</p> <p style="text-align: justify;">Именно... именно, думал Прохазка. Потому он и служит - сперва Вьетнам, потом Тайланд, дальше Гавайи, Калифорния и Айова. Он хотел, чтобы дети тоже познали его радости: петь и рыбачить в Миннесоте, запивать гамбургеры Колой.</p> <p style="text-align: justify;">Над дверью нашей нации не взреет другой флаг...</p> <p style="text-align: justify;">О, мама! Расскажи, за что сражаюсь я.</p> <p style="text-align: justify;">С этим настроением у Прохазки снова появилось предчувствие, он знал, что его отправят во Вьетнам и был рад этому. А еще он был рад тому, что дал один тайный толчок мельнице богов: днем или двумя ранее, он сжульничал при зачетной стрельбе на рубеже, вложив в магазин на два патрона больше и выстрелив ими в цель. Сейчас он думал: "У меня высокий результат, я достаточно подготовлен, чтобы отправиться во Вьетнам". Он вложил еще десять центов в сверкающий музыкальный автомат, снова включив свою песню.</p> <p style="text-align: justify;">Холодало. М сейчас были на учениях. Это означало жить в палатках и продираться утрами, днями и вечерами по четырем квадратным милям учебных полей сражений, с оружием наготове, шлемами на головах, учась как вести себя в присутствии врага. И это значит - ух! Пачкать военные ботинки, это значит собирать капли воды во фляжку и жесткие круглые пятна засохшего соуса на мисках, это значит копоть на винтовках, это и еще то, что через двадцать четыре часа после того, как рота М закончит учения и вернется в свои пыльные бараки со всем грязным хламом, их проверит сам майор.</p> <p style="text-align: justify;">"Я бы не стал волноваться, - не думаю, что он вредный", - говорил парням Прохазка, - "у майора нет времени", - что было неверно. Потому что когда М закрепилась в холодных ростовых окопах, капитан, стоя в стороне говорил "угу... угу", пока майор перечислял свои ожидания с головы до ног. Он говорил капитану: "Первая вещь - это латунь", - имея в виду маленькие желтые пуговицы с маркировкой Соединенных Штатов, - "Я хочу, чтобы они были на пять восьмых дюйма", - считая от пряжки ремня, - "я действительно проверяю это. Дальше – шарф", - показывая на своем синем пехотном шарфе, - "он должен быть туго завязан. Спускаемся ниже. Медаль пехоты США - она по центру? Пуговицы на карманах...". Его звали майор Смолл. Хороший офицер, ветеран Вьетнама, он нравился солдатам, но его трагедия заключалась в том, что он был на неопределенной ступени армейской карьерной лестницы: уже не капитан, но еще и не подполковник, ему нечем было заняться, кроме как командовать батальоном, что и означало ничего не делать. Звание позволяло ему лишь такие малые проявления творчества, как рекомендации к маркировке пробирок для мочи "ПРОБИРКАМИ ДЛЯ МОЧИ" и замечания насчет того, что в ходе последнего посещения практического поля боя сержант жевал зубочистку. Получив письмо майора с замечаниями, окончивший колледж лейтенант, ответственный за зону учений, написал сдержанный ответ: "По-видимому, замечание было сделано человеку впервые",  - но потом дострочил - "я уверен, что рано или поздно в любом месте люди отдыхают от своих ежедневных обязанностей", - а потом нацарапал, - "<em>Res Ipsa Loquitur</em>", (дело говорит само за себя - прим. перев.) надеясь, что майор оценит это. В отличие от президента Линкольна, лейтенант ирландец воистину выстрелил письмом, хотя и знал, что армейская иерархия вздрогнет и выстрелит письмо в ответ раньше, чем его листок успеет прошуршать по столу майора.</p> <p style="text-align: justify;">Лучше было бы провести выходные в Торремолинос, ждать повышения по службе и писать "Мемуары младшего офицера", но устав запрещал это. "...Хорошо", - произнес майор, - "в самый низ. Ботинки начищены?" Майор резко развернулся на каменистой поверхности, с участием подмигнув капитану роты, остановился, чтобы сказать рядовому побриться и вышел с поля.</p> <p style="text-align: justify;">В это время рота М в своих окопах ждала учебной атаки. Под небом цвета дыма заводских труб тянулось вдаль пустое поле боя, казалось, человеку потребуется месяц, чтобы пересечь его, а встретятся ему только вороны.  У солдат было немного холостых патронов в магазинах холодных винтовок, а после того как они закончатся, им было предписано с энтузиазмом кричать "бах! бах! бах!". Молодой лейтенант, перебегал от одного холодного окопа к другому, дружески хлопал ребят по шлему и подбадривал парой слов, его манера хвалить и воодушевлять людей в разговоре позволила бы ему стать прекрасным вожатым в лагере бойскаутов на гражданке, хотя он работал страховым агентом. "Эй там!" - сказал он владельцу пыльной тумбочки - Скотти. "Я вижу твою позицию, знаешь почему? Твоя миска! Я издали слышу, как она гремит. Набей ее чем-нибудь", - произнес лейтенант. "Набей ее листьями, хвоей, парой перчаток, газетой, туалетной бумагой, тряпкой, ветошью", - кажется он продолжал, - "телеграфной лентой, перьями", - и Скотти обратил внимание, пытаясь вспомнить все, чем лейтенант посоветовал ему набить миску, чтобы она не гремела. Лейтенант хлопнул его по шлему и двинулся к другому черному солдату, который, казалось, замерз до смерти в своем окопе. "Эй, парень, ты замерз?" - спросил он. "Да, сэр." - раздались слова из могилы. "Откуда ты?" - "Ньюарк, сэр." - "Что ж, в Ньюарке так холодно не бывает?" - "Нет, сэр." - "Что ж, разве ты не играл в ба-болл в такой холод?" - "Что, сэр?" - "Не играл в баскетболл?" - "Нет, сэр" - "Что ж, и на улице не играли?" - "Нет, сэр, мы были в спортивном зале." - "Что ж, когда-нибудь вы играли на улице?" - "Летом, сэр." Лейтенант пожал плечами, не стал хлопать его по каске и двинулся дальше к Вильямсу, тоже черному, мирному мальчику из Флориды, чье воображение поражало своей невинностью каждый раз, когда армия давала понять солдатам, что от них нужно. "Молодец, прячься в окопе всем телом, чтобы ничего не выглядывало",- похвалил лейтенант. "Только твоя голова."</p> <p style="text-align: justify;">"Только моя голова, он шутит?" - сказал себе Вильямс. Возможно ли, чтобы изо всех-не-перечислить костей его тела, армия требовала бы выставлять ту самую, наиболее чувствительную к вражескому огню. Выходит, здравый смысл чужд службе? Вильямс верил, что он бы самоотверженно высунул из окопа руку или локоть, если того потребует долг, ночное испытание или что-то еще, но голову? "Они тебя сюда притащили, теперь ты их", - подумал он. Конечно, он бы предпочел получше устроиться и смотреть через... ну, перископ, как все идет само собой на ничейной земле. Перископ, он вспомнил, что купил его, когда ему было семь, он был синего цвета и, да!, на нем были желтые кометы. Он прокрался по Флориде и шпионил за тремя своими маленькими братьями и тремя сестрами, и никто из них не заметил. Перископ можно было бы закрепить на прицеле винтовки, винтовку можно было бы держать над окопом, хмм. Вильямс думал об этом, когда началась учебная атака, и Чоктоу - сержант индеец крикнул через громкоговоритель: "Американцы, сдавайтесь! Если вы не сдадитесь, мы отрубим вам пальцы!"</p> <p style="text-align: justify;">Той ночью на приеме пищи Вильямс говорил о перископах со своим более опытным другом из Филадельфии, Хофельдером. Они оба сидели на покрытом инеем поле, в их небольших мисках бледные овощи сливались один с другим, как подкрашенная вода. Ужин кроме ледяного привкуса ничем не отличался от обычной пищи роты М. По правде сказать, в этот момент, с учетом часовых поясов, вся американская армия получила одно и тоже блюдо. Это называлось главным меню. В роте М оно отличалось тем, что не подавалось тушеное мясо, его заменяли сосиски. Вильямс и Хофельдер поглощали это главное меню, когда Вильямс коснулся своей революционной идеи. </p> <p style="text-align: justify;">- Да, но ты не сможешь видеть только перед собой, - сказал Хофельдер, - Не получится смотреть по бокам.</p> <p style="text-align: justify;">- Ну... - произнес Вильямс.</p> <p style="text-align: justify;">- Нет смысла смотреть вперед, если к тебе собираются прыгнуть в окоп сзади.</p> <p style="text-align: justify;">- Ну... может это и не сработает, но может и сработает, - ответил Вильямс.</p> <p style="text-align: justify;">- Я бы не стал использовать такую штуку, а выбросил бы ее, если бы мне ее выдали.</p> <p style="text-align: justify;">- Ну... может это не правильно, но может и правильно, - произнес Вильямс, задумчиво пережевывая свое овсяное печенье.</p> <p style="text-align: justify;">Вдали они могли слышать звон маленьких колокольчиков, обычно висящих на шее у коров, на самом же деле это солдаты заканчивали ужин и мыли свои миски в баках, стоящих в клубах пара. Конечно, во тьме слышались и другие разговоры. Обычные палаточные темы ("Не важно кто она, с любой девчонкой можно закрутить." - "Нет, если она христианка", - "Да мне без разницы, христианка она, еврейка или буддистка..."), но той ночью в холодной палатке отделения Вильямса, быстро вплетаясь в обыденные темы, зашел разговор о чем-то выдающемся. О Вьетнаме. Он возник, практически, сам собой. М вернулась назад в девять утра, столпилась у пузатой печки, а ветер бешено качал лампочку, так что ее тень металась по полу. Когда кто-то вошел, солдат из Техаса пробормотал: "Закрой дверь, или ты родился в сарае?" Второй солдат сказал: "Он родился в пещере, вот почему не закрывает дверь." а третий произнес: "Сейчас так холодно, а мы будем двенадцать месяцев, где ночью не холоднее ста градусов (около 38<sup>о </sup>С - прим. перев.)".</p> <p style="text-align: justify;">Речь шла о нем, тема изредка поднималась по ходу учений, Вьетнам был в далеком будущем - через недели. Последнее слово в разговоре было за Йошико, мальчиком с тяжелым характером, родом из Калифорнии, из семьи японцев, родители редко ему писали. Ему сообщили, что армия не отправляет азиатов во Вьетнам, потому что другие солдаты могут по ошибке выстрелить в них. Йошико сказал: "Дерьмо", - его любимый речевой оборот, идиома, которая в голосе Йошико скользила по наклонной вниз и закручивалась вверх, как хвост скорпиона или уголки его рта. "Меня туда не отправят: я азиат", - объявил он, и люди снова заговорили о холоде.</p> <p style="text-align: justify;">Излишне говорить, что Йошико в опроснике Соломинки просил отправить его в Японию: у него там была бабушка. Вильямс вписал Европу, где нет опасных окопов, а Хофельдер выбрал Корею."Нет! Нет, нет, нет!" - подумал Демирджян, они могут пытать его, отправить под трибунал, <em>тра-та-та</em> расстрельной командой, что угодно! Но: "Я...не...собираюсь...бриться!" Его товарищи выходили из парикмахерской словно безумные, раскидывали руки, пинали тумбочки, взывали к богам "как я отправлюсь домой на эти выходные" или "как я сейчас женюсь", один Демирджян оставался млекопитающим: он просто сказал "нет": "Нет!" При помощи болевого захвата сержант мог держать его в кресле, вжик! С электрической машинкой нужно было всего лишь пятьдесят секунд, но политика была такова, что солдата не подравнивали, и, определенно, не доставали из его кармана бумажник, чтобы отдать парикмахеру семьдесят пять центов, по общему тарифу. Демирджян вырвался на свободу, оставив парикмахера на четверть беднее при его поминутной оплате. Однажды, когда мастер выезжал из ворот на своем Кадиллаке, сам генерал пробормотал: "Мне стоило бы заняться этим делом».</p> <p style="text-align: justify;">Это было идеей сержанта - стрижка. Из-за того, что майор планировал завтра провести проверку, тумбочки стояли параллельно, туалетные принадлежности в каждой из них пребывали в гармонии, все еще сержант ощущал, что его чувство симметрии будет подорвано этими бесконтрольными башнями протоплазмы, между которых и пройдет майор: одни были брахицефалами, другие с прогнатизмом, некоторые <em>другого цвета. </em>Пожалуй, пластическая хирургия была бы нелепа, но он, по крайней мере, мог привести роту М в одно гармоничное состояние лысоголовости. Демирджян знал, завтра он будет торчать, как дикобраз на тыквенной грядке, он предвидел это, он представил, как майор подходит к нему, говорит: "Солдат, ты, что не знаешь, что волосы в присутствии офицера нужно удалять?" - или нечто столь же испепеляющее, холодно глядя на него. Демирджян думал, что если это случится, он не сможет сдержать себя, индивидуалиста, армянина, он думал, что прокричит майору ужасные вещи, его сердце сжалось, когда он увидел себя, срывающего форму, бросающего боевое снаряжение на пол, переворачивающего тумбочку...</p> <p style="text-align: justify;">"... Почему бы и нет?" Если уж это не вышибет его из армии, сможет ли вышибить что-то еще? Подумал Демирджян. И так, следующим утром Демирджян стоял рядом со своей зеленой тумбочкой, ожидая роковой вопрос майора, с намерением следовать своему естественному стремлению.</p> <p style="text-align: justify;">По правде сказать, майор сам по себе не хотел бы проверять М, то был неприятный долг. Для каждого солдата, к которому он подходил, это значило поднять винтовку в положение для осмотра, произнести: "Сэр! Рядовой такой-то, такого-то взвода», - и М была тем, что есть... что ж. Когда майор начал со Скотти, все прошло гладко, Скотти был спокоен, но когда он подошел ко второй тумбочки, солдат, стоявший там, громко прокричал: "Сэр! Рядовой Пэндер! Третий взвод!" - и покрыл майора маленькими каплями воды, которую он не мог стереть, потому что будучи одетым, как и полагается проверяющему офицеру, в армейскую зеленую униформу с радужными ротными планками, он считал, что будет выглядеть нелепо, постоянно проводя по лицу платком. "Тебе не обязательно говорить так громко», - сказал он Пэндеру, который был чемпионом лагеря по боксу в тяжелом весе, - "говори как обычно в разговоре». Но ему нужно было проверить еще две с половиной сотни солдат. Наконец, он подошел к парню с лицом парового котла, готового взорваться, обещающим более горячий прием, чем у большинства. Майор покорно стоял там, но и Демирджян ждал, ждал того особого вопроса. Казалось, прошли целые геологические эпохи, проявились каньоны, вымерли динозавры, пока одна из сторон, в конце концов, не нарушила ужасающую тишину, прошептав: "Мое имя - майор Смол».</p> <p style="text-align: justify;">Захваченный врасплох, Демирджян произнес: "Ух..." - а потом, - "Сэр... Рядовой Демирджян».</p> <p style="text-align: justify;">"Постарайся не забывать говорить это", - сказал Майор и зашагал дальше, оставив Демирджяна в конфузе... и в армии.</p> <p style="text-align: justify;">Сто пять человек из роты М должны были отправиться во Вьетнам, почти половина. Когда пришел небрежно набранный список их имен и порядковых номеров, добродушный первый сержант роты отправился в свой солнечный офис, открыл манильский конверт и побледнел. Он скачками и ухватами пробежался по именам, снова сложил листы вместе, закрыл конверт, обернув небольшие красные ленты вокруг двух коричневых картонных кнопок, запихал его в ящик стола, закрыл его и убрал маленький ключ в карман. Он подумал, что не сможет хранить ужасную тайну вечно, и придет судный день, когда ему, первому сержанту Догерти, придется сказать все роте М. Он знал о потерянных батальонах, японских маршах смерти, атаке легкой бригады, никто не становился солдатом, не понимая, что может произойти нечто, но никогда за всю свою карьеру трагедия так близко не подбиралась к Догерти. Он сказал себе: "если только, если только у меня были бы для них и хорошие новости!" - вроде как добрый семейный доктор может сказать: "У вас астма, вам стоит переехать в Аризону». А потом в глубинах разума Догерти взошел рассвет экстраординарной идеи. Нечто, что он мог сделать для несчастных ребят из М, и он поспешил к следующему солнечному офису, где произнес: "Сэр..." - и изложил свою мысль капитану, который, хотя и восхитился, сказал, что утвердить это не в его полномочиях и пришел с ней к майору, который с искренним чувством "я сделал бы, если бы мог" передал ее полковнику, который осторожно направил ее к генералу, посоветовав разрешить, пока в самом низу громадной пирамиды Догерти ждал, ждал, исполнения своих больших надежд, воодушевленный тем, что ни один первый сержант в истории лагеря, как бы он ни стремился попасть во Вьетнам, никогда не проводил столь фантастическую вещь.</p> <p style="text-align: justify;">Тем временем, у генерала были дела другого рода. Генерал Экман отдавал приоритет тому, чтобы теоретическая подготовка пехоты была более эффективной, он собрал своих исполнительных  полковников и майоров в конференц-зале и прочел им лекцию о его понимании слова "эффективный". Он сказал: "Класс - не место для сержантских "раз! два! три! четыре! живот втянуть! грудь колесом!", нет, когда сержант преподает, ему нужно быть расслабленным, разговорчивым, следует использовать жесты, чтобы донести то, о чем говорит, как в бейсболе, баскетболе, где угодно, лишь бы работало. Посмотрите на меня: у меня руки в карманах", - произнес Генерал, едва скрывая улыбку. "Есть человек, который не может понять меня, из-за того, что у меня руки в карманах? Если так", - подмигнув, - "то мне следует их достать", - и полковники с майорами усмехнулись, понимая, что он хотел сказать. В свою очередь, они изложили мысль своим капитанам, которые упростив, передали ее далее - своим лейтенантам, и так пока сержанты, которые собственно и вели занятия по теоретической подготовке, не выпили из этого кубка Пиерской мудрости последнюю оставшуюся каплю: будьте эффективнее. Это крепкие сержанты поняли как "стойте смирно и кричите громче". "Давайте", - скажет сержант Чоктоу, стоя непоколебимо, как пушечный ствол, - "Давайте начнем с! осмотра! линий на этой карте!" - его шея почти недвижима, - "это... <em>поправка! </em>это! новая виляя-улепетывая!", - мало кто сможет прокричать "вероятная линия развертывания", в яростном сержантском стиле, стоя по стойке смирно и втянув живот.</p> <p style="text-align: justify;">Но был и сержант, который посмел оставаться естественным - сержант Фолей. Лысый сорокалетний типаж ирландского рассказчика, в моменты, когда офицеры не наблюдали за ним, он расслабленно стоял у доски, держа руки в карманах, или иногда доставая кулак, чтобы показать что-то жестом. Слова, что он говорил, почти ощущались на вкус, старые кожаные слова, слова с дерна елового леса. Он стоял, держа глаз на двери класса, чтобы ни один полковник или майор, остановившийся перед ней, не увидел его в позорных немужественных позах. "Я знал парня в Корее", - скажет он, посмеиваясь. "Перед его окопом росло маленькое, едва заметное вечнозеленое дерево. Но когда пришло утро, это было просто вечнодерево, потому что он так о нем заботился, что сбил выстрелами всю зелень!".</p> <p style="text-align: justify;">Снежный день в открытой всем ветрам лачуге Клондайка, вот чем была классная комната Фолей, он обучал М кое-чему важному: выходам в ночной патруль. "Смотрите, если вы собрались проникнуть в корпус прачечной начальника хоз. снабжения", - начал он, улыбаясь, но, сохраняя серьезность, - "хорошо... можете оставить фонари включенными. Но если вы собрались в другой <em>стрелковый</em> корпус, вам следует быть осторожными и использовать каждую, малую, дрянную вещь", - неприятно для Фолей, еще хуже для ушей солдат М, - "Если ваша винтовка сломалась, вы будете стоять там с пальцем вверх? Если будете, то знаете как вернетесь назад в штаты? В деревянной шинели. Если вам больше нечем бить Чарли", - Чарли наши враги во Вьетнами, Виктор Чарли (<em>VC</em>, <em>Vietnam Communists,</em> - прим. перев.), - "<em>ткните ему большим пальцем прямо в глаз и давите до дна черепа!</em>" Фолей давал наставления с грустной сентябрьской улыбкой. Смешно, как два незнакомых человека выдавливают друг другу глаза, подумал бы Свифт или Брехт, но Фолей не начинал эту войну, он лишь учил как ее вести. "Вот так надо о них позаботиться. Схватите их за яйца, если <em>вы</em> схватили их, то больно не будет".</p> <p style="text-align: justify;">Сидя на холодной скамье, один из учеников Фолей внимал его каждому дьявольскому слову, его звали Руссо. Маленький, круглый, с дикими глазами, донкихотская жертва многих значительно более поздних телевизионных шоу. Руссом неожиданно солгал и пошел в Армию в шестнадцать, и он сидел, нашептывая героические вещи вроде "Аагрх!" вслед за Фолей. А за Руссо сидели два старших солдата и играли в крестики-нолики, третий прошептал им: "я знаю кто выиграет". Друг Демирджяна Салливан играл с инструментом для починки винтовки, размышляя: "Эта вещь могла бы быть смертоносным оружием. Крак-к-к! Выбить чей-нибудь глаз". Стоя, не сидя, Прочаска пытался не заснуть после ночи хождения кругами в карауле, еще один парень из караула сейчас медленно чувствовал, как ремонтный инструмент толкает его под ребра, а Салливан произносит: "Проснись". - Салливан тоже был в карауле. Демирджян, оттуда же, нагнулся над своим перекидным блокнотом, рисуя длинную зигзагообразную линию, его шариковая ручка не отрывалась от бумаги: стиль искусства, к которому они пришел в двенадцать, независимо от Пола Клее. Сперва он рисовал значок каретки "^", потом соединял его с другим под ним, пока его маленький набор кареток не начинал превращаться в сержантские шевроны. Вокруг них скребущая ручка Демирджяна очерчивала руку, с легкими поворотами вырисовывала пальцы, искривлялась по безволосой голове, спадала в отвратительную улыбку и после пути назад к животу проявляла себя в паре ног, прерываясь на левом боевом ботинке, где Демирджян заметил, что забыл нечто. Снова касаясь бумаги ручкой, Демирджян написал на рукаве, где находятся полоски, отмечающие время службы, слово "ТУПОЙ".</p> <p style="text-align: justify;">- Все одной линией, - прошептал он Салливану, показывая рисунок.</p> <p style="text-align: justify;">- Одной линией?, - и проводя по ней пальцем, - "Да-а, все одной линией. Капитан?"</p> <p style="text-align: justify;">- Сержант! - ответил Демирджян  с уязвленным чувством.</p> <p style="text-align: justify;">Против Фолей у него было то, что он продолжал твердить о Вьетнаме, Вьетнам, Вьетнам, Вьетнам. "Конечно, он должен мотивировать людей,  но хорошего понемножку",-  думал Демирджян, слово было выпито до дна. Как у большинства из М, у Демирджяна была мысль: "Какого черта, кто-то уже должен отправиться туда", и как большинство из М, Демирджян скорее отправился бы во Вьетнам, чем сидел и слушал, как сержант о нем рассказывает, проверяет его тумбочку, приказывает подбирать спички и чистить ботинки, - любое место будет лучше М, если там не будет так холодно. Все еще оставались и другие романтические места, когда рядовой первого класса Соломинка проводил опрос, Демирджян написал "Европа" на одном из формуляров, "Карибы" на другом и "Корея" на третьем, но это не прибавило ему шансов на успех.</p> <p style="text-align: justify;">"Вперед!" - Фолей и его ночной патруль шли в атаку. "Двигайтесь! Стреляйте от бедра, если увидите кого-то в норе, а он бросит гранату, прыгайте к нему в нору! Для этого вам и дан штык на конце винтовки!"</p> <p style="text-align: justify;">- Агррх! Примкнуть штыки! - выкрикнул Руссо себе под нос.</p> <p style="text-align: justify;">- Потом... вы... убегаете... и теряетесь в лесу так быстро, как только можете. Потому что старый Чарли пойдет за вами!</p> <p style="text-align: justify;">- Эй, - шепнул Салливан другу, - как твоя жена и мои дети?</p> <p style="text-align: justify;">Окончив лекцию, Фолей включил цветной фильм. Ведущий также рассказывал по ходу дела. Он сказал: "Я сержант Кроули и я выхожу в ночной патруль", - и продолжил, - "Я готовлю своих людей, они надевают камуфляж, я даю им грязь, землю, пепел и жженую пробку, они натирают этим ботинки, одежду, стволы винтовок, пряжки ремней, штыки..." Демирджян смеялся и смеялся, он не мог удержаться. Фолей тоже улыбнулся, он понимал, но другой сержант с тремя боевыми звездами и двумя пурпурными сердцами заметил легкомыслие Демирджяна и лишь огрызнулся: "Смотри и слушай!" - сказал он, имея в виду Демирджяна и Вьетнам. "Он из тех, кто погибнет в первую неделю! Смотри и слушай!"Темным ранним пятничным утром рота М, не ведавшая знакомства с тем, каким особенным будет день, была разбужена сержантом, как обычно проходящим через залы  Аида и трясущим кровати со словами: "Подъем... подъем... подъ..ем, джентельмены". В четыре утра с бараками было что-то не так, они были низкими, будто лампу без абажура подвесили в конце ствола шахты, на стенах которой спят большие коричневые гусеницы. Конечно же, снаружи было темно. Транзисторный приемник чуть слышно, игравший рок-н-ролл ночью, закричал некой невообразимой аудитории: "Пошли! Пошли! Пошли!" - а диктор объявил, - "Сегодня холодно и ветряно! И я скажу вам, что холодно будет весь день  -  не выше двадцати (около -5<sup>о </sup>С, - прим. перев.)". Кто-то из роты сказал: "Проклятье", - а остальные шептали из-под недвижимых коричневых одеял о двух видах ...зунчиков. Где бы ни находилась радиостанция, ее точно не было на планете роты М, где время шло медленнее. Из новостей, Джонсон встретился со своими старшими советниками, что означало кое-какие дела в Южном Вьетнаме.</p> <p style="text-align: justify;">Рота позавтракала главным меню, из него ничего не исключили, ничего не заменили суррогатом. Затем высыпала наружу на церемонию поднятия флага в шесть утра, построившись в темные порядки на снегу. Перед ротой стоял Догерти, первый сержант,  его дурное настроение еще не вполне улетучилось после двух черных кофе, которые он выпил под звук римских колесниц в столовой, хмуро водя большим пальцем по манильскому конверту с шепотом: "Плохой день в Блэк Роке... Плохой день в Блэк Роке". Из проигрывателя<em> MX-39A/TIQ-2</em> в офисе адъютанта в полумиле от плаца прозвучал рожок. М отсалютовали. Где-то в ночи поднялся американский флаг, но солдаты видели лишь, как он растворяется во тьме над бараками среди Стрельца, Скорпиона и Весов. Когда музыка закончилась, Догерти убрал руку от козырька, и обернувшись к роте произнес: "Вольно! Следующие лица получили назначение во Вьетнам, - когда я назову ваше имя, отзовитесь и отправляйтесь в комнату отдыха. Аррингтон!" - в ответ - тишина. "Аррингтон!"</p> <p style="text-align: justify;">Кто-то ответил: "Он на кухонных работах", - и Догерти в спешке продолжил перечислять имена по списку.</p> <p style="text-align: justify;">Так рота М постигла свою судьбу. Позже тем днем пошли теории, почему тот или иной солдат был или не был выбран, фразы вроде "перетасовать карты", "имена в шляпе", "дротики на мишени" и "ты-ты-ты" слышались в шумных казармах, но рота М не предполагала, что избирающий перст принадлежал ей самой, потому что задолго до того, как были отпечатаны на мимеографе формуляры Соломинки, были найдены десятки причин. Есть теория, которой мы обязаны парню из Флориды, охотнику на аллигаторов по имени Ньюман, который не мог согласиться со случайностями во Вселенной. Заметив, что он сам,  Вильямс из Флориды, Мортон из Техаса и Йошика из Калифорнии получили направление во Вьетнам, он предположил, что армия посылает туда людей из южных штатов, которые скорее акклиматизируются на жаре, - правдоподобная гипотеза, у которой появится несколько сторонников. Конечно же, это было совпадением, Ньюман выбрал Японию, а с Вильямсом вышло несправедливо: он был внизу колоды зеленых перфокарт, и Палвер, покуривая свою сигару, достал карточку этого тихого черного оператора перископа и понял, что у него не хватит мест в Европе для каждого солдата, который бы хотел туда попасть. Наконец, он позволил своим пальцам подчиниться бессистемным электрическим импульсам мозжечка, пропустив Вильямса и дав назначение  в Европу следующему солдату, другому высокому негру, который уже стоял у двери своего первого сержанта с просьбой перевода во Вьетнам. Когда он писал "Европа", он не думал, что там бывает снег.</p> <p style="text-align: justify;">Демирджян пошел в телефонную кабинку и позвонил домой. "Жирьер", - тихо сказал младшему брату, засовывая окровавленный носовой платок обратно в карман. Его платок прошел этой дорогой после того, как из носа пошла кровь, когда он начал плакать, перестав смеяться, - первая из трех эмоциональных реакций на новости, которые он сейчас передавал Жирьеру: "Я получил назначение во Вьетнам". Его друг, покоритель женских сердец Салливан, который все еще мечтал о том, что он отправиться на Карибы, где будет встречаться с девчонками в желтых бикини, поспешил в шумную комнату отдыха, узнать предназначался ли крик Догерти "Салливан!" ему или другому Салливану роты М.</p> <p style="text-align: justify;">- Тот, что <em>RA</em> 1146..., - начал Догерти.</p> <p style="text-align: justify;">- Здесь, сержант, - произнес Салливан.</p> <p style="text-align: justify;">"Хорошо, другой Салливан может уйти". И Салливан подумал: "Какого черта?" С уязвленным видом, он откинулся на автомат по продаже мороженого. Биглоу, желавший отправиться во Вьетнам, но не предупредивший, из-за мытья кастрюль, об этом Пентагон, расплылся в улыбке, но он всегда улыбался, он выглядел как одно из тех лиц на баварской фарфоровой пивной кружке, которые улыбаются и улыбаются самоудовлетворенно, независимо от того, пуста или полна кружка. Не найдя ничего рядом с именем Биглоу кроме знака "Х", означающего отсутствие предпочтений, Палвер назначил его во Вьетнам. Хофельдер, парень из Филадельфии, который больше не думал о перископах, справившись с лихорадкой, с удовольствием покинул больничную койку, чтобы направиться с друзьями во Вьетнам, едва ли он предполагал, что часом позже отдел кадров получит телеграмму от Палвера, перенаправляющего Хофельдера в Форт Льюис, Вашингтон. Руссо, Лохинвар (см. В. Скотт. "Лохинвар", - прим. перев.), вступивший в вооруженные силы в шестнадцать стоял в шумной комнате и наносил быстрые решительные уколы штыком и удары прикладом воображаемого оружия. Он радостно отправлялся во Вьетнам, хотя ему еще и не полагалось служить в Армии. Были и дружеские рукопожатия, и хлопки по плечу. "Мы будем там все вместе", - рота М была счастлива этому, видя как комната наполняется знакомыми лицами, буквально вытесняющими остальную вселенную кроме одиноких туалетов и душевых стоек, которые еще восемь недель и в грядущем году будут уютно находится поблизости. Большинство ребят из М были счастливы отправиться туда, где будут их друзья, где сержанты не будут повсюду ими командовать, где не будет снега. Немного удивительно, но Америка почтила их тем, что сочла достойными выполнять основную задачу по своей защите.</p> <p style="text-align: justify;">Кто-то спросил: "Что случилось с Чаской?" У всех в роте М фамилия была нанесена через трафарет на карман рубашки, но, конечно же, звали всех по шутливым уменьшительным прозвищам от них: Скотти, Вилли, Салли, Демёрдж, Йошику - Йойо, а Прочаску, который сейчас стоял опираясь на свою кровать - Чаской. Он всхлипывал и устало двигал кепку по волосам, его плечи трясли железную станину кровати, голос запинался: "Это слишком. Мои не... мои нервы на пределе", - и, - "этой мой первый нервный срыв", - и, - "я хотел бы просто выйти наружу и замерзнуть до смерти", - и, - "я никогда не думал о самоубийстве, но сейчас эта мысль пришла ко мне". Он ничего не мог поделать с назначением во Вьетнам, по сути, он не отправлялся туда. В день опроса, вспоминая красивую семнадцатилетнюю шведскую девчонку в ресторане Пэрадайз, подававшую ему вкусные гамбургеры, он написал "Швеция" в опроснике Соломинки, Соломинка, зная, что Швеция сохраняет нейтралитет и американские солдаты там не размещаются изменил ответ на Европу, а Палвер назначил его в Германию. Нет, Прочаска впал в крайность из-за цепи событий, начавшуюся с того самого солдата, который спросил "Что с Чаской?". Несколькими ночами ранее, выглаживая свою форму, неосторожный парень обжог Прочаске руку, нанеся открытую рану. Так что естественно, Прочаска не хотел опускать больную руку в бак с горячей водой и пеной щелочного мыла, которое использовала морская пехота, когда он был в наряде на кухне роты К этим знаменательным пятничным утром. Однако, это случилось. Кухня роты К была той самой кухней, которой генерал выдал ежемесячную переходящую награду: деревянный диск с бронзовым щитом, на котором нанесен рисунок с намеком на геральдику: поварская шапка с половником справа от трех соусниц. Награду, которую начальник раздачи очень сильно хотел бы постоянно видеть на этом почетном месте над паровыми овощеварками. Его звали сержант Сода. Так что когда Прочаске сказали погрузить его поврежденный орган в щелочной бак с горшками и кастрюлями, он был вынужден вежливо возразить. Вы все еще с нами? Сода имел на кухне превосходство над наполовину искалеченным солдатом в наряде, и его поварской персонал беспощадно отомстил Прочаске, крича на него: "Поторопись! Быстрее! Вперед! Сделай это!", - пока тот вычищал узкие цементные полосы между кафельной плиткой на полу Соды. Неспособный больше выносить это, Прочаска бежал в дружелюбное убежище М, где сейчас опирался на кровать в слезах, пытаясь собраться. Он простонал: "Мне нравилось на кухне, там было весело, но сейчас... Я лучше бы отправился во Вьетнам, только бы выбраться отсюда!"</p> <p style="text-align: justify;">Ну конечно, он бы отправился. Потому что с одобрения высших эшелонов, всем отправляющимся во Вьетнам полагался отпуск на выходные с полудня того дня, это и было хорошей новостью от Догерти. Он изложил ее экспедиционным силам М, когда они собрались в сияющей комнате отдыха. Он сказал, что в восемь утра их ждет политинформация, в девять часов их ждут два часа армейской муштры: всякие налево-направо, последний урок их пехотной подготовки, в двенадцать они отправятся на обед, и когда серые казармы будут вычищены, они получат свои отпуска, у них будет две ночи, чтобы провести их с семьями перед тем как отправиться на войну, хотя это и означало пропустить проверку самого полковника. А в воскресенье они должны, - строго сказал Догерти: "Должны быть на месте до полуночи воскресенья". С понедельника по среду они заполнят необходимые формуляры, получат свое зеленое белье, в четверг покинут учебку, в пятницу отправятся во Вьетнам. "Сейчас! Нам нужно забраться высоко туда, где сидит бригадный генерал Экман", - произнес Догерти. "Парни, вы можете выразить свою признательность за этот трехдневный отпуск, вернувшись воскресной ночью!"</p> <p style="text-align: justify;">"Да, сержант!" - ответила М; отпуск был всем, о чем они думали.</p> <p style="text-align: justify;">"Если вы не вернетесь, то отправитесь под трибунал. Парни", - Догерти замедлил голос, - "это будет не просто самоволка. Это называется "самовольное оставление части". Парни", - медленнее и медленнее, как патефон с выдернутой вилкой, - "я думаю, потянет лет на шесть и УПП", - увольнение с лишением прав и привилегий. "Вам не стоит оставлять часть. Сделайте это", - его голос снова стал набирать скорость, - "и получите УПП на всю жизнь! И! Так как ни вы, ни ваши дети не получите нормальную работу! Потому что у них не будет приличного образования! И они не будут нормально питаться! Потому что у вас не будет денег! И ТАК! ВСЕ ВЕРНУТЬСЯ В ВОСКРЕСЕНЬЕ?"</p> <p style="text-align: justify;">"Да, Сержант", - ответила рота.</p> <p style="text-align: justify;">"Парни", - заговорил капитан, - "Парни, моя рота это подопытный кролик. Вы, ребята, можете быть эгоистичными и не вернуться в воскресенье или вернуться в состоянии нестояния. Тогда вы разобьете надежды командования и нам больше никогда не получить трехдневный отпуск".</p> <p style="text-align: justify;">"Помните о тех, кто пойдет после вас!" - вставил Догерти. "Пятнадцать тысяч парней, которых вы будете встречать всю свою жизнь. Пятнадцать тысяч парней, которые не смогут сказать "прощай", если вы не вернетесь в воскресенье! "</p> <p style="text-align: justify;">"Моя задница висит на фонарном столбе", - крикнул капитан. "Вы можете опустить меня или оставить висеть там! Так ВЫ РЕБЯТА ВЕРНЕТЕСЬ В ВОСКРЕСЕНЬЕ?"</p> <p style="text-align: justify;">"Да... сэр!" - хором ответила М.</p> <p style="text-align: justify;">"Отлично. Я буду ждать вас", - закончил капитан.</p> <p style="text-align: justify;">И М отправилась на занятия, а потом на строевую подготовку, где бочкогрудый черный сержант отмерял ритм своим воистину властным голосом! Из его рта шел пар, когда он кричал в утренний воздух: "Выше нос, грудь вперед! Мощный Майк строем идет! Прав ли я?"</p> <p style="text-align: justify;">"Ты прав!" - откликнулась М, их правые ноги выбивали барабанную дробь, ударяя по заснеженной земле.</p> <p style="text-align: justify;">"Медленнее ритм! Майк ритм! Рота ритм! Счет!", - кричал сержант.</p> <p style="text-align: justify;">И все отвечали: "М...А...И...К! М...А...И...К! Мо...щный Майк! Мо...щный Майк! Бей, бей,  БЕЙ!", - а поднятые ветром снежные хлопья кружились вокруг их марширующих ног. Субботняя ночь. Сладко-горестная ночь роты М. Не думайте, что солдат, в этом легендарном отгуле обнимал любимую, - нет. Девушка Салливана уехала в Стоу, выделывать параллельные повороты на лыжах, а Салливан мирно сидел на стуле в желтой кухне своей мамы, нашептывая в воображаемый телефон "Содружество 6-1234" и "Эдэмс 2-2000". Брекеты его младшей сестры сверкали счастьем, а она, хихикая, кричала Салливану: "О-о... быстрее!" - пока ее пальцы живо строчили значки на стопке жестких перфокарт - она практиковалась, собираясь стать телефонисткой. Подруга Вильямса безнадежно ждала его во Флориде, как банка любимого кукурузного пюре в торговом центре Фриджидейр: армейская бухгалтерия не дала им встретиться. Что-то пошло не так в бухгалтерии, Вильямсу не заплатили за несколько месяцев, так что в субботу он не мог уехать из лагеря и пошел с одиноким Йошикой из Калифорнии в кино. Фильм назывался "Пляжный мяч" ("<em>Beachball</em>" - прим. перев.). Биглоу встретил девушку на танцплощадке Ай-Эм-Си-Эй! Он проводил ее до пансиона и пожелал спокойной ночи. Его ступни окоченели на снегу, а дом с галереей под деревом зеленым был в Орегоне, в 141 долларе отсюда. А в Гринвич-Виллидж в тот зимний вечер, когда собралась эта компания из четырех кукующих монахов-расстриг, некий солдат  по-настоящему обрадовался. Это был рядовой первого класса, в чьи обязанности входило работать с восьми до пяти в бухгалтерии, распределяя деньги роты М. Однако, не этот счастливый рядовой был причиной долгой истории бедности М. Не по своей воле он занимался этим, его приставили к маленькому пыльному арифмометру помимо того, что он служил под началом двух сержантов. В первую очередь, он был морским пехотинцем и лишь потом клерком в бухгалтерии. В пятницу он был в наряде на кухне в лагере, в субботу он смотрел фильм о партизанских методах ведения войны, без преувеличения, в десятый раз, в воскресенье темный бухгалтерский офис был закрыт, в понедельник его ждал наряд по уборке снега, во вторник утром все системы были готовы, рядовой первого класса мог поработать над прокисшими платежными записями роты М, флуоресцентные лампы цвета дождевых облаков перестали мерцать уже за полночь, но в среду за ним уже был наряд в прачечной, в четверг ему покажут еще фильмов, в пятницу он... постойте, в пятницу М отправится во Вьетнам. И это впервые за много месяцев ставило рядового в затруднительное положение.</p> <p style="text-align: justify;">По настоящему, осязаемому телефону Салливан позвонил подруге своей девушки-лыжницы, Дебби, и позвал ее на ночной киносеанс, хотя по совести, ему не стоило гулять с ней. На другом конце города, в своем семейном особняке с безумной остроконечной крышей Демирджян сидел со школьными товарищами, которые играли в вист за круглым дубовым столом, <em>в вист</em>! Когда-то в моде были гимнастические обручи, Битлз, сейчас подростки в Массачусетсе играли в вист навылет и ели сардельки, беседуя о мирных временах. "Помните заместителя директора, мистера Сильвио? Мы звали его Слюнио? Мистер Тьфу? Помните..." - говорил Демирджян, одетый в мягкий желтый свитер, выкладывая трефу.</p> <p style="text-align: justify;">- Чему ты научился в армии? - прервал его друг, выигравший ставку, с шумом загребая карты. </p> <p style="text-align: justify;">- Как ловить обезьян, - ответил Демирджян, и заметив повисшую неясность, объяснил своим растерявшимся друзьям, как выживать в джунглях на обезьяньем мясе. "Выдалбливаешь кокосовый орех", - произнес он, цитируя классический пример Робинзон-Крузонизма. "Привязываешь его к чему-нибудь, так что когда тупая обезьяна засунет туда лапу с мыслью "здорово, я достал себе отличный кусочек кокосового ореха", болван не сможет вынуть ее, сжатую в кулак, и ему не хватит мозгов, чтобы разжать ее. Ты же в это время прячешься за деревом, затем бьешь обезьяну дубиной по голове. Я имею в виду не то, что это жестоко или что-то в этом роде, а то, что тебе нужно питаться." Он горько рассмеялся, ведь ему приходится состоять в организации, настолько запутавшейся в приличиях, что она научила его бить беспомощных обезьян, у которых лапа застряла в кокосовом орехе </p> <p style="text-align: justify;">Снаружи многолюдной комнаты Демирджяна, по телевизору ковбой скакал по стране Мальборо, под аккомпанемент неоригинальной музыки Дикого Запада. "Н-и-а-а-а-а", армянские духовые инструменты, музыка для танца живота, для заклинания змей, для темнокожей семьи Демирджяна, совмещающей удовольствие от просмотра фильма по телевизору с прослушиванием записей, а черный виноград с инжиром и кофе из маленьких китайских чашек. Мать Демирджяна была гречанкой, отец - турком, он занимался ремонтом ковров. Сам Демирджян был армянином, на то была генеалогическая причина, но стоит начать вникать в нее и... фьють, смысл ускользал, оставляя загадку. Значилось, что он родился в Яффе, его отец в это время был в Астрахани, работая сапожником, а его мать имела статус беженки в Стамбуле, акушеры приняли роды и созвонились с коллегами из двух других городов, или что-то еще непонятное вроде этого. В Америку Демирджян приехал, когда ему было десять, он был столь юн, что его восточное происхождение оставило за собой лишь три несовместимых признака: восточный акцент, уханье в произношении, звучащее для людей незнакомых словно с ними говорил обкуренный, и самый настоящий восточный базар сморщенных старых дядечек и грудастых тетушек, многие из этих несравненных родственников сейчас поглощали виноград его мамаши в гостиной, собравшись под предлогом проводов ее первенца. Тетка Демирджяна спросила собравшихся по-турецки, ее голос возвышался над все этой "отправляйся-со-мной-в-Касбах" музыкой, переходя в визг: "И где Варужан будет жить?" - Варужан, так звали Демирджяна по имени. "В барака?" - имея в виду французский бараки в 1939г. в Сирии.</p> <p style="text-align: justify;">"Не думаю", - ответила его мать, дикие свирели Еревана продолжали издавать своё "Н-и-а-а-а". "В тылу, может, и стоят бараки, но на передовой, думаю, он будет жить в истихкам", - вспоминая о глубоких турецких траншеях в 1914 в Чанаккале. "Да, будет жить в истихкам в батаклик", - в траншеях в болоте, изворот армейской инженерной мысли, который тетушка пыталась представить себе целые пять секунд, пережевывая фисташку, а потом сменила тему.</p> <p style="text-align: justify;">"И что Варужан будет есть? Я читала", - продолжила она - "что во Вьетнаме нечего есть кроме риса и рыбы".</p> <p style="text-align: justify;">"Варужан не любит рыбу", - произнесла мать Демирджяна. "Я объяснила ему, что можно есть траву, у которой водянистый сок, и нельзя есть ту, что с молочком".</p> <p style="text-align: justify;">"И что сказал Варужан?"</p> <p style="text-align: justify;">"Варужан сказал, что армия ему про это рассказывала. Я же ему объяснила, что нужно положить траву в воду, пока она не станет мягкой".</p> <p style="text-align: justify;">"Но!" - выкрикнула тетушка - "Я читала, что во Вьетнаме нет воды, которую можно пить."</p> <p style="text-align: justify;">"Женщина!" - вступился отец Демирджяна. "Ты сама сказала, что во Вьетнаме есть рис. Значит там должны быть и рисовые поля, а? Полям нужна вода, значит, во Вьетнаме должна быть вода!"</p> <p style="text-align: justify;">"Виктория говорила о питьевой воде", - мягко разъяснила мать. "Но вода есть во вьюнах и бамбуке, так Варужану сказала армия. А еще там есть обезьяны, Варужан знает, как их ловить. А еще кролики. И ящерицы со змеями. Так что Варужану будет, что есть кроме риса", - пауза для задумчивого глотка турецкого кофе - "я думаю, Варужану не нравятся змеи. Скажу ему, чтобы он ел их, если не нравятся". Милый семинар так и продолжался всю снежную ночь, и никто из родственников Варужана не заметил, что он сложил свой стол для виста и тихо пробрался на полночные проводы Салливана на другом конце Ньютона, штат Массачусетс.</p> <p style="text-align: justify;">Придет рассвет / И я уйду / Крепко обняв тебя (в ориг. Dick Haymes - In My Arms, - прим. перев.), - но Дебби нужно было домой к двенадцати, и Салливан, помня о хороших манерах, ехал с ней туда, где ее ждал длинный свитер. Тем временем, друзья Салливана собрались у него дома, захватив выпивку с собой, но, казалось, их почетный гость вошел в парадную дверь, упав духом. Это было после двенадцати. Неделями Салливан гоняли в армии как игрушечный драндулет на севших батарейках, беспрестанно давя на него, и этой ночью Салливан выдохся. "Эй!", - крикнул его друг, когда он ввалился в комнату, - "Тебя посылают во Вьетнам? Я думал, мы хотим победить в этой войне", - все засмеялись.</p> <p style="text-align: justify;">Салливан ответил "м-м-ф", опустил подбородок на грудь и утонул в кресле прямо в черном плаще, пока море усталости разливалось по нему, как вода из треснувшего бойлера. В дальней комнате он слышал звуки Чиллерамы, идущей по телевизору. Салливан предположил, что его мать того гляди заплачет и цепко смотрит фильм. Незнакомые люди пришли в ее дом без приглашения и увели ее дочерей, а сейчас армия похитит ее единственного сына, оставив с ней лишь черно-белого кота Джерома.</p> <p style="text-align: justify;">- Так скажи нам! Что ребята, вообще думают о Вьетнаме? - громко спросил парень со стаканом J&amp;B в руке.</p> <p style="text-align: justify;">- ...Они отправятся туда, если потребуется.</p> <p style="text-align: justify;">- Но сами они не хотят?</p> <p style="text-align: justify;">- ...Нет, не хотят.</p> <p style="text-align: justify;">- Они боятся этого?</p> <p style="text-align: justify;">- ...Да.</p> <p style="text-align: justify;">- А <em>ты</em> боишься?</p> <p style="text-align: justify;">- ...Да.</p> <p style="text-align: justify;">- А мелкий парень, он тоже боится, а?</p> <p style="text-align: justify;">- ...Да.</p> <p style="text-align: justify;">- Поедете вместе?</p> <p style="text-align: justify;">- ...Да, собираемся делить один окоп, - устало ответил Салливан.</p> <p style="text-align: justify;">- ...Вместе навсегда, - пробормотал Демирджян, наполовину проснувшись, осмотревшись, и снова впадая в дрему.Дамы и господа, наш полет в Сайгон займет около восемнадцати часов. Обратите ваше внимание на знаки "Не курить" и "Пристегнуть ремни". Пожалуйста, выполните действия, когда знаки загорятся...</p> <p style="text-align: justify;">Рота М направлялась во Вьетнам на пассажирском авиалайнере, и она была недовольна стюардессами. Одна из этих невероятных девушек в синей униформе не могла понять разницу между словами "сахар" и "злаки".</p> <p style="text-align: justify;">- Мисс, можно мне злаков? - продолжал просить Салливан.</p> <p style="text-align: justify;">- Вот, - отвечала стюардесса, указывая крепким пальцем старой школьной учительницы в его сахар.</p> <p style="text-align: justify;">Еще одна из этих несовершенных ангелов сказала меланхоличному солдату по имени МакКарти, женившемуся двумя неделями ранее: "Посмотрите, на самолете есть еще люди кроме вас!" - когда тот попросил безобидный стакан молока. Стюардессы снова и снова приносили М завтрак и ничего кроме завтрака, потому что их протокол указывал, что время ленча наступает в полдень, в час, который никогда не настанет в мягком самолете роты М, пока его реактивные струи смотрят на запад. После Сиэттла земля потемнела, стала черной, когда они летели над Атлантикой и чернильной в Токио, ранним-ранним утром. В один час после полуночи всем, что видел Йошика над домом своих предков, была дюжина голубых взлетно-посадочных полос. Земля снова стала черной в Маниле, где огни взлетных полос оставляли бледные голубые полосы на штабелях армейских алюминиевых гробов стоящих напротив иллюминаторов.</p> <p style="text-align: justify;">- Эти стюардессы не так уж и претенциозны, - произнес Демирджян, проснувшись ночью размяться.</p> <p style="text-align: justify;">- Спроси меня, так они просто бестолковы, - вторил ему МакКарти.</p> <p style="text-align: justify;">- Пара СНРстюардесс, - вставил Салливан солдатское определение стажеров на работе.</p> <p style="text-align: justify;">"Уважаемые господа", - подумал МакКарти, вернувшись в свое синее откидное сидение, представляя письмо руководителям авиалиний. "Я - рядовой армии Соединенных Штатов, имел удовольствие летать на одном из ваших чартеров во Вьетнам". Ну... Едва ли это было удовольствием со столь жестокими стюардессами, думал он далее, это не повод быть невежливым. "Я очень разочарован полетом. Стюардессы были очень..." - в поисках слова, - "претенциозны и сложны в общении", - что-то здесь было не так, что же? Так были ли стюардессы претенциозны или нет? "Эти стюардессы не претенциозны", - сказал Демирджян. По существу, соглашаясь с высказыванием, МакКарти как-то не уловил негатив Демирджяна, этот парадокс. "Стюардессы были очень вспыльчивы", - еще раз, - "очень грубыми и сложными в общении. Лететь с ними было некомфортно, и я чувствую, что должен довести это до вашего сведения. Искренне ваш", - вот только и бумаги у стюардесс не было.</p> <p style="text-align: justify;">Тем временем самолет приземлился в непроглядной тьме аэропорта Сайгона, и вот, измятыми сидушками своих хаки брюк рота М почувствовала безошибочное гравитационное притяжение к легендарной вьетнамской почве, к корню самого существования М. "Господа", - начала стюардесса, все леди скромно оставили их еще в Маниле, - "температура за бортом 84 градуса (29 по Цельсию, - прим. перев.), местное время четыре-тридцать утра. Пожалуйста, оставайтесь на местах пока..." У М не было причин чувствовать себя попавшими на<em> terra incognita</em>, затерянную в неизвестной долготе этим утром. По правде сказать, неделей раньше Хофельдер мог перечислить все, что он знал о таком феномене как Вьетнам в трех коротких предложениях: "Это рядом с Китаем. Это не особо богатая страна. Люди там вынуждены есть рис, потому что там много рисовых полей." Но в перерывах между заполнением формуляров и получением зеленых стальных шлемов, М в своей большой бетонной классной комнате с невообразимо мелкими воробьями, сидящими на трубах отопления, посвятила два полных утра урокам практической географии. Армия назвала их "уроками ориентации" без всяких каламбуров. Сперва, М показали однокатушечный фильм, в котором мрачный диктор заметил, что вьетнамцы живут во взрывоопасной обстановке, в которой миролюбие не удовлетворяет текущим нуждам. После фильма в этом же туннеле материализовался лейтенант с картой, на которой крестом было отмечено место назначения М. Видимо, зоны занятые коммунистами были окрашены в красный, спорные - в розовый, а места, где народ Вьетнама получил свободу - в белый. Выглядело все это как грязная печень больного кролика, которых не советовали есть сержанты, преподававшие выживание в джунглях. Тот же отдаленный лейтенант показал несколько слайдов Кодахром, первый ряд развратно присвистнул, когда на экране появились шесть вьтенамских нимф в своих милых розово-голубых одеждах. Устный комментарий лейтенанта сообщал, что Сайгон был городом с неблагополучной венерологической обстановкой. Далее аккуратный, небольшого роста, капитан из медицинского корпуса рассказал об эндемических болезнях Вьетнама, что там они столкнуться с опасностями, исходящими от окружающей среды, и нужно будет внести индивидуальные корректировки, чтобы успешно с этими опасностями справиться. Капитан просто прорычал это как "а-р-р-р": поблизости дьявольская наземная команда истребителя Супер Сейбр с ужасным ревом тестировала свое дикое небесно-голубое чудо. Капитан быстро кричал, чтобы пройтись по всем опасностям за один летный час. Он предупредил М о том, что "холера, тиф и дизентерия могут вспыхнуть, когда фекалии попадают в пищу и воду". Заражение, "заражение туберкулезом особенно распространено среди проституток", - заметил он. "Клонорхоз и парагонимоз развиваются в печени и легких зараженных ленточными сосальщиками", - а, - "гепатит, малярия, тиф, лихорадка денге и чума", - это прочие болезни, которых стоит опасаться. Капитан объявил: "сделайте себе услугу, не гладьте собак, они могут быть больны бешенством". "Все говорили вам плохие вещи, я собираюсь сказать хорошие", - прокричал черный сержант первого класса, кому М позднее апплодировала, а один солдат кричал "ура", даже Салливан, лежавший в стороне с видом последнего выжившего пилота камикадзе проявил интерес. "Во Вьетнаме полно миловидных девушек", - толковал сержант. "Хочу, чтобы вы выбрались в отель Капитолий! Свернете налево! Квартал и налево! Полквартала, пересечете улицу, не попадите под такси и первый бар справа! Черная кошка! Спросите Джуди и скажите ей, что я послал вас", - будь прокляты опасности окружающей среды.</p> <p style="text-align: justify;">От красномордого мастер сержанта с квакающим голосом десятидолларового автоматического адресного справочника М услышала экстраординарную вещь: за два месяца начальной подготовки, два месяца пехотной подготовки ни один другой сержант не раскрыл им жизненно важный вопрос "как избежать смерти". "Не доверяйте никому! Никому! Мужчине, женщине или ребенку!" - прокричал сержант по имени Эдмайр - "Скажем, вы в Сайгоне, сидите там в баре Хэппи. Входит парень в гражданской одежде, кладет пакет вам под стул. Вставайте и бегите! <em>Бегите!</em> Или вы вышли за покупками. Парень бросает вам подарок - <em>бросьте его назад</em>! Или вы в отеле, а парень паркует свою развалюху и куда-то отходит. <em>Будьте настороже! </em>Или милый маленький ребенок на велосипеде прислонился к стене. <em>Он может взорваться!</em>"Далее после того как Эдмайр провел их по порту высадки, он обратился к слайдам Кодахром, касаемо грядущих опасностей в зоне боевых действий. Он начал: "Возьмем волчью яму пунжи. Каждая из этих бамбуковых палок заточена, заточена очень остро, и на каждой из них бычий навоз. В стране тысячи этих ям!<em> Вы - их - увидите! </em>Что я вам могу посоветовать? <em>Не - вздумайте - в - них - падать!</em> Дальше, на этом слайде капкан пунжи. Теперь каждая из палок с колючками. Я сказал, <em>с колючками - занозами</em>. Когда медик извлекает их, может быть немного <em>больно</em>! Совсем <em>чуть-чуть!</em> Во Вьетнаме тысячи таких капканов! <em>Вы - их - увидите! Не наступайте на них!</em>" Затем Эдмайр говорил о том, что нужно всегда быть начеку, но не дал никаких практических советов при внезапном минометном огне или минном поле, при укусе незаметным комаром, скорпионом или коброй. "Там есть одна букашка, ее называют Мистер Два Фута", - громко заявил он. "Если он ужалил вас в большой палец, <em>не лезьте</em> в карман за бритвой или ножом! <em>Куда бы он вас ни укусил, ложитесь - вниз - быстро!</em> Потому что вы мертвы!".</p> <p style="text-align: justify;">Выбрось. Не упади. Быстро пригнись. Каждый из дорожных советов Эдмайра становился еще одним откровением для Вильямса, чей невинный гражданский ум никогда не предвидел опасностей, которых не удалось бы избежать, просто передвигаясь пригнувшись. </p> <p style="text-align: justify;">- Вам, ребята, не захочется, чтобы я был во Вьетнаме, я трус, - объявил Вильямс, преувеличивая состояние, в которое его привела лекция Эдмайра, когда она закончилась. </p> <p style="text-align: justify;">- Что ж, все мы трусы. - сказал один философствующий солдат.</p> <p style="text-align: justify;">- Посмотри на это с другой стороны, - снова начал Вильямс - Двигаемся вместе. Предполагается, что тихо. Я вижу удава, вставшего на хвост, я собираюсь <em>кричать...</em></p> <p style="text-align: justify;">... Когда Вильямс покинул самолет в черном аэропорту Сайгона, на трапе ему не встретился удав. М прошла по темному бетону, не столкнувшись с ямами пунжи. В какой-то мере, Демирджян был расстроен тем, что его иллюзии разбились. На нижнем краю Земли трава, кажется, оставалась зеленой, а пространство эвклидовым. Все зря! Гневные  стюардессы, 30 000 долларов на пилотов, вся эта растрата высокооктанового топлива и, некоторые еще могли сказать (и говорили) "<em>там Большая Медведица</em>". Демирджяну хотелось бы, чтобы вместо нее было что-то другое, Южный Крест или комета Галлея или что-нибудь еще, что сделало бы пересечение половины линий долготы чуть более притягательным. "Нет, я думаю, это оранжевая чашка", - сказал он, глазея на звездное вьетнамское небо. "А та штука там, должно быть Луна. Яркая штука в форме арбуза. В тропическом климате, она бывает только в форме арбуза".</p> <p style="text-align: justify;">К сожалению, Вьетнам был не для поэтов. Кровь в нем еще циркулировала. Гравитация действовала. Если вещи ронять, они падали, и, называйте это недостатком воображения, называйте это здравым смыслом, но М не испытывала тревог, по пути через черный как смоль аэропорт к низкому коричневому зданию. Американцы были повсюду, американцы в серой униформе, американцы в темных грузовиках и джипах. Настал день, маленький американский капитан проехал мимо на велосипеде, ведя его одной рукой, другой, отдавая честь, а Салливан сказал Демирджяну: "Что за грохот, что за стук", - построив предложение в точности также, как в Соединенных Штатах. М зашла в коричневое здание и заполнила там формуляры, затем съела главное меню, где печеная картошка была исключена, а картофельное пюре добавлено. Рота М прибыла во Вьетнам.</p> <p style="text-align: justify;">В течение нескольких часов она отправится в страну. Серьезный сержант предупредил М, глядя прямо в глаза, пока те закидывали свои вещмешки и самих себя в большие открытые армейские грузовики: "<em>Будьте настороже! Если мы проезжаем мимо кого-то на дороге, и если у него есть что-то в руке, мне не важно, был он такого или этакого роста, парень, девчонка, не важно, посмотрите что в руке! И если не знаете, сообщите мне, быстро!</em>".Может М и не проигнорировала бы это, видя они мужчин с густой бородой в зеленке или слыша странные паранормальные пугающие звуки, но в этом обычном армейском лагере совет казался параноидальным. И, откровенно говоря, пока М ехала по ухабистым улицам Сайгона, окруженная гудками трафика и запахами готовящейся еды, пока М ехала на своих легких грузовиках стоя, присев и сидя на вещмешках, они видели около пятидесяти тысяч восточных лиц слева и справа, и у сорока из них были всякие забавные вещи в руках: деревянные ящики, желтые плетеные корзины, бутылки с... <em>чем</em>? глиняные миски. Двадцать тысяч людей подозрительно проходили мимо маленькими шаркающими шажками. Еще двадцать тысяч неподвижно стояли, что было еще хуже. Тысяча персон припарковали свои маленькие грузовики Ламбретта и куда-то отошли, и пять тысяч жителей на потрепанных велосипедах и ржавых мотороллерах стояли, прислонившись к средиземноморского вида стенам. На одной заваленной мусором улице ребенок без штанов, который, кажется, играл с пустыми пивными банками, закатил одну под грузовик роты, и никто не задумался об этом. Сайгон или Севилья, видеть заговор в каждой сумке и велосипеде - это безумие, с тем же успехом можно вступить в общество Бёрча. Забавно, но М не были вооружены, у будь-настороже сержанта не было винтовки, которой бы он мог воспользоваться. Их стальные шлемы все еще лежали неясными выпуклостями в вещмешках, общие шлемы в грузовике ржавчина прочно соединила вместе, так что у Биглоу не было ни одного, а его друг русского происхождения, Дубицкий, держал, словно китайскую пагоду, сразу три. "Знаю", - сказал сержант с серьезным взглядом, - "Я знаю, что пейзаж вам не знаком, и вы хотите осмотреться", - в этом он был прав, единственным непокоренным человеком на этой автобусной экскурсии по Сайгону и окрестностям был тот шестнадцатилетний парень с дикими глазами, Руссо, он держал охотничий нож, достаточно длинный, чтобы сражаться им как мечем и кричал через плечо: "Не спите, ребята, катит еще одна повозка с сеном", - и другие не менее смешные вещи. "Я наблюдаю за тем парнем", - крикнул он своим беззаботным друзьям, когда молодой пешеход вынул из кармана своей черной пижамы цилиндр, размером не больше сигареты, поджег его и закурил.</p> <p style="text-align: justify;">Суетящиеся люди, желто-голубые такси, казалось, все в Сайгоне было в две трети от нормального размера, а цвета выбирались как в парке развлечений. "Гляди-ка! Это будто Кони-Айленд без аттракционов", - крикнул один солдат в экстазе отождествления, пока они проезжали мимо магазинчиков с красными и желтыми потрескавшимися вывесками. "Это, должно быть, пригород", - когда дома сменились зелеными полями, и, - "<em>Там буйвол!</em>" Будь здесь только Прочаска, М бы пела "Клементин", проезжая через желтые деревни, где старые беззубые женщины глядели на них, а дети махали в след, где пышные полупрозрачные пальмовые ветви были так близко, что их можно было коснуться. Серые деревянные рейки кузова грузовика гремели при езде, сползающие сумки давили на ноги солдат, колеса шуршали по дороге, песок взвивался в воздухе, а из высокой травы могли выскочить коммунисты. Группа попадет в засаду месяцем позже. Валторна, флейта и баритон будут убиты, барабанщик спасется невредимым, а М окружит лагерь колючей проволокой.</p> <p style="text-align: justify;">Вообразите все что угодно. Теперь раскрасьте в песочный цвет, в цвет красного песка, это и будет размещением М, размером с поле для учений. Старый борец с песком и пылью, свирепый Милетт, впал бы здесь в неистовство, потому что песок был на каждой палатке, красный песок на мешках с песком, на бутылях с водой, красный песок на каждом солдате, уже через минуту после того, как он прибыл сюда. Температура была, может, градусов 100 (38 гр. Цельсия, - прим. перев.). Спустившись с кузова и протащившись в назначенные им палатки, М сбросила свои вещмешки на узкие койки со звуком "<em>в-ж-у-у-х!</em>", столбики красного песка поднялись над полотном. М с опозданием отправилась наружу, где ждала и ждала. Руссо стал выглядеть словно маленький круглый человек в сауне. Он сел на пыльную землю со словами: "Собираюсь написать письмо. <em>Дорогой сержант. Вы были правы. Здесь жарко".</em></p> <p style="text-align: justify;">Цвет лица Йошики стал напоминать кусок влажного хозяйственного мыла. Он повернулся к будь-настороже сержанту и спросил: "Есть какие-то действия поблизости?"</p> <p style="text-align: justify;">- О, нет, - ответил Демирджян. - Тут очень тихо.</p> <p style="text-align: justify;">- Дерьмо, - произнес Йошика свое любимое слово, сжавшись будто проткнутый воздушный шарик. - Откуда ты знаешь? Ты же только что приехал, - но рота М вскорости получила ответ.</p> <p style="text-align: justify;">- Стройся! - И пока М вставала в шеренги на солнце младший сержант оглушительно ясно дал понять, что прогулка закончилась. Его приказы били по М как артиллерийский огонь, один за другим. - Солдаты! Вни-мание! Первая шеренга, напра-во! Вперед ...арш! Напра-во! Вторая шеренга, нале-во! Вперед ...арш! Солдаты ... стой! Нале-во! - пока он не построил роту в линию шириной с городскую улицу. - Вперед ...арш! Строем ...арш! Солдаты ...стой! - приказал он, и М оказалась перед колючей проволокой ограждения лагеря, стоя там на 100 градусах, высматривая, один Бог знает, какие опасности, как беспризорники перед забором колонии, задаваясь вопросом "и что теперь?". И тогда сержант дал команду, которую Демирджян до смерти боялся услышать "кру-гом!".</p> <p style="text-align: justify;"><em>Кру-гом! </em>За два полных месяца основной подготовки у Демирджяна не было проблем с командами "направо", это было просто по-детски легко, или "налево", "разойтись", а "равнение направо" - парни бьют соседа в шеренге - <em>биф! бах!</em> - по веселой армейской традиции, просто забава! Но "кругом" была вещью мрачной и загадочной. Каждый раз, когда сержант-инструктор начинал команду "<em>кру-у</em>", Демирджян переносил вес на левую ногу, и по завершении <em>"-гом</em>", он заступал правой ногой за левую, затем поднимался на носках черных ботинок и  изящно поворачивался - <em>ах, почему же так никогда не выходило? </em>Сколько бы он ни пытался (а он пытался). Старый сержант Тисдейл, серолицый жилистый контрактник, непреклонный наставник Демирджяна на основной подготовке, проявлял терпение. Выпускник местной школы сержантов, он получил свое право носить шляпу медведя Смоки (персонаж агит. плакатов, - прим. перев.), зазубрив, что надо реветь "<em>впер-е-ед марш</em>" в три раздельных слога, а для "<em>нале-е-во</em>" правильно в два, чтобы ни один солдат с немытыми ушами не встал в нелепую позу "<em>во-о-льно</em>". На занятиях по "<em>кругом</em>" Тисдейл учил, что это "<em>не трюк</em>", требующий координации Нуреева, нет, самый неуклюжий армейский увалень сможет повторить его, если запомнит одно содержательное слово. Бледный сержант твердо решил поразить своего самого бестолкового пня (<em>полностью невменяемого армЯнина</em>) этим "сезам, откройся" одним осенним вечером. Бедный старый косолапый Демирджян прибыл, Тисдейл поставил его на ярко-синий коврик, купленный за $2.98 в Сирс, чтобы Демирджян не оставил уродливых черных следов на линолеуме его кабинета, пока он будет корчится в "<em>налево</em>", "<em>направо</em>" и "<em>кругом</em>". И вот сержант произнес своим скрипящим голосом волшебно слово. И слово это было "берешь-значит-правую-ногу-и-ставишь-ее-примерно-на-четыре-фута-позади-левой-ноги-и-чуть-левее-твоей-левой-ноги-и-крутишься-на-сто-восемьдесят-градусов-на-левой-пятке-и-правом-носке-через-правый-бок". Демирджян внимательно слушал, затем встал на носки словно петух и... "Нет-нет-нет," - произнес Тисдейл - "слушай снова". Совесть вещала ему: "<em>Бэмби, твоя дочь, она в пятом классе и у нее проблемы с домашней работой, не может разобраться в дробях</em>", - но сейчас он был здесь, вместо того, чтобы помочь ей дома, - по вине Демирджяна. Отчаявшись, Тисдейл разбил свое кабалистическое слово пополам, разломил его на две запутанные половины, прокричал его со счетом "раз! два!" - все напрасно. Демирджян так и поворачивался как неуклюжий штатский. Он возненавидел сержанта. Демирджян хотел его убить, спустить с черной лестницы бараков, это было бы не сложно. "Или штык, штык в его тощем пузе, <em>агрррх</em>!" Когда Демирджян окончил базовый курс, когда он вступил в пехотную роту М ничего не изменилось, да, выключатели в этих бараках были черными, а не тошнотворно-зелеными, на рамах кроватей стояли другие имена, но команда "<em>кругом</em>" была одна: <em>раз! два!</em> - обратный отсчет перед судорогой, готово, взял и запнулся! Однажды Демирджяну показали фильм по строевой подготовке, диктор, Марроу, назвал его символом дисциплины. Демирджян видел недисциплинированные армии, изображения шли одно за другим: бельгийские гражданские на перепаханной снарядами земле, китайцы, которые не смогли бы выполнить "кругом", потому что валялись как карандаши мертвыми на улицах Шанхая. Демирджян не понимаю всего этого, но Марроу продолжал твердить: "дисциплина, <em>дисциплина</em>, <em>дисциплина</em>, нужно быть <em>дисциплинированным</em>, если хочешь стать сол..." - и тут пленка кончилась. И вот Демирджян стоял в жаркий полдень в зоне боевых действий, и сержант кричал ему "кру-гом!".</p> <p style="text-align: justify;">Демирджян повернулся.</p> <p style="text-align: justify;">- Хорошо - проревел сержант, - выдвигаемся! Подберите это! Вбейте себе в голову один раз, так чтобы не пришлось повторять! - и М отправилась на свое первое профессиональное задание на красной почве Вьетнама. Минутой раньше своих товарищей по оружию Демирджян поднял пару маленьких окурков, Йошика-  старую спичку, а Салливан не вставая потянулся к своей палатке.</p> <p style="text-align: justify;">Той ночью М лежала на туго натянутом брезенте коек и прислушивалась к звукам: <em>у-у-у-у-у</em> - что-то подошло к концу; <em>бум</em> - взрыв; <em>тра-та-та-та</em> - пулеметы, автоматические винтовки и пикирующие бомбардировщики; <em>а-р-р-к</em> - тропические птицы, львы и тигры, сирены воздушной тревоги и сферы в небесах, накатывающиеся друг на друга как пустые бочки, звезды, падающие и скачущие по самолетам. М не были напуганы. Опыт стал снотворным, дал понять, что это те же звуки битвы, что были на зимних учениях. Предполагалось, что все эти ракеты были американскими и не нацеливались в их палатки, а значит, предназначались вон тем врагам. Догадка была верной. "Это миномет", - без паники объявил Руссо - "А это артиллерия."</p> <p style="text-align: justify;">- Ну, я хотел бы, чтоб они прекратили. Я хочу спать, - произнес Вильямс.</p> <p style="text-align: justify;">- Что это? - спросил Салливан. Под этим он понимал не отдаленные звуки фильма про войну, а приятный гражданский запах, таинственно поднимающийся из кровати Демирджяна.</p> <p style="text-align: justify;">- Джейд Ист (одеколон, - прим. перев.) - мне нравится. - объяснил Демирджян.</p> <p style="text-align: justify;"><em>У-у-у-у-у! Бум!</em></p> <p style="text-align: justify;">- О, мне нравится Каноэ, - сказал Салливан.</p> <p style="text-align: justify;">- А мне нет, - ответил Демирджян - пахнет вялыми розами.</p> <p style="text-align: justify;">- Еще люблю Олд Инглиш.</p> <p style="text-align: justify;">- Не нравится, как не нравится и Инглиш Лезер.</p> <p style="text-align: justify;">- Да, я хотел сказать Инглиш Лезер, он неплох.</p> <p style="text-align: justify;">- Нет, последнее время встречаю его слишком часто.</p> <p style="text-align: justify;">- Обычно, я использую Брут.</p> <p style="text-align: justify;">И... БАХ! Палатка зашаталась, а Руссом спокойно объявил: "И это миномет". Дивизия, к которой относилась М начала выдавливать коммунистов с ничьей земли, где-то в сотне ярдов от чернильно-черной зоны отдыха М.</p> <p style="text-align: justify;">- Господи, - не особо обеспокоено сказал Салливан. - Полегче на моей кровати.</p> <p style="text-align: justify;">- Некоторым нравится играть в индейцев против ковбоев, - добавил Демирджян - А мне нравится играть так,- говорил он чуть громче чем требовалось. По правде сказать, Демирджяну становилось страшно: чтобы видеть реальность со стороны нужно быть умным, спокойным человеком, видеть, что уравнения параболы полета снаряда сходятся в равенство, что свистящая банка тротила может полететь и туда и сюда, и что однажды у-у-у и бах могут звучать по эту сторону колючей проволоки. Скоро Демирджян будет освобождать себя от тревог как поэт, на картонных коробках от индивидуального рациона он попробует писать катартические строфы, один из его стихов закачивается так: "<em>Почуял страх, еще не проронив слезы ты этим утром... каждым утром... каждым утром</em>". Но этой ночью Демирджян сделал глоток J&amp;B из пинтовой бутылки и просто включил транзисторный приемник, музыка оградила его от чуждых вьетнамских звуков, а одеколон от пыльных вьетнамских запахов.</p> <p style="text-align: justify;">"<em>Блю-юз - проходящего - поезда-а</em>,"- слышал Демирджян на радиостанции вооруженных сил в Сайгоне - БАХ! "Боже, боже, боже, слышу его кончиками волос..."  БАХ! Доходы от рекламы шли на казначейские облигации и церковь.</p> <p style="text-align: justify;">Не бывает ли тебе...</p> <p style="text-align: justify;"><em>Одной</em>...</p> <p style="text-align: justify;">Одиноко без <em>него</em>...</p> <p style="text-align: justify;">- Пре-е...дыдущая, - воскликнул ведущий - представлена-а... со-о-оветом...ка-а-апелланов вооруженных сил! - БАХ! Так все и продолжалось в первую ночь М на войне: радио, звон жетонов, когда солдаты ворочались во сне, храп и разное барахло, которое, в конце концов, издавало БАХ! в ночи.</p> <p style="text-align: justify;">В четыре утра М разбудили, чтобы направить в наряд на кухню. Демирджян отнесся к этому с недоверием, спрашивая себя, когда же сержант остановиться на своем пути в жерло пушки. Впрочем, он не остановился и приказал М двигаться на мрачную кухню, вопя разъяренным голосом: "Закройте это! Обойдете вокруг стены из мешков! Надо было надраить ботинки до блеска! Отполируй пуговицы! Ночью будет плакат, как укладывать ваши сумки! В барак! Два, три, четыре..." БАХ!Вообще, М не задержалась в громыхающем лагере: они заполнили желтые формуляры, а потом отправились вертолетами глубже в глушь, куда был назначен их батальон. Рота все еще была в, так называемом в армии, "трубопроводе", и на одном из резких поворотов трубы Биглоу просочился оттуда. Его вызвали по внутренней связи в пыльную палатку кадровиков, откуда поторопили на собеседование на должность писателя в палатку отделения занятого представлением информации общественности. Биглоу, улыбающийся солдат удачи, чьим стремлением в Азии было сорвать банк, осознал, что он стоит на распутье. За год в линейной роте он мог стать сержантом, хотя капрал и получал 163.50 доллара в месяц, сержантам выдавали 194.10. Полтора года такого заработка, больше акций IBM. С другой стороны в том, чтобы всегда катиться за орудийным передком, были и недостатки. Во-первых, Биглоу тренировали как минометчика, а не пехотинца. Его задачей было доставлять взрывчатку коммунистам в паре миль от него из штуковины, напоминающей по размеру и форме канализационную трубу. БАХ! Но если Чарли подойдут ближе, скажем, в тот же уютный окоп, где будет Биглоу, на расстояние удара его же канализационной трубой по голове, придется защищать себя пистолетом. Тем самым маленьким пистолетом, из которого он еще ни разу не попал в цель. В один печальный день пехотной подготовки, Биглоу стоял со своим причудливым пистолетом на рубеже, сквозь струи дождя косясь на еле различимые за ними мерцающие, словно муаровый узор, мишени. Но каждый раз, когда он поднимал свой крохотный мокрый пистолет, чтобы поразить эти призрачные видения, его пончо надувалось как парус, вытянутую руку тянуло в подветренную сторону и водянистая цель оставалась неоскверненной пулевыми отверстиями. Промокший до нитки худощавый лейтенант, ответственный за это фиаско, доложил майору, медведеподобному человеку, чье прозвище было Железный Майк.</p> <p style="text-align: justify;">- Сэр, - произнес лейтенант, салютуя, стоя в кабинете Майка, а точнее, в уютном дверном проеме, который, кроме прочего, привлекал к нему все внимание. – Сэр, эти люди не могут ухватить пистолет.</p> <p style="text-align: justify;">- Что вы понимаете под «не могут ухватить»?  Ваша задача их научить!</p> <p style="text-align: justify;">- Я пытался, сэр, но люди не могут <em>ухватить</em> то, что я им говорю…</p> <p style="text-align: justify;">Настоящий выбор, Биглоу разыскал своего серьезного «всегда настороже» сержанта, чтобы спросить совета. </p> <p style="text-align: justify;">- Я не знаю, почему каждый хочет на фронт, - сказал тот с удивлением. Он провел здесь много месяцев. – Ты не беспокоишься о том, что ты промок, потому что ты не высыхаешь. Твоя одежда гниет. Ты снимаешь майку, выжимаешь ее и выбрасываешь. В тебя стреляют, тебя ранят. А когда рана заживает, то есть наполовину заживает, тебя посылают обратно на фронт.</p> <p style="text-align: justify;">- Да, но вы же получаете звание? – Спросил Биглоу.</p> <p style="text-align: justify;">- Я вот что скажу, лучше быть живым капралом, чем мертвым сержантом. Подумай об этом, подумай.</p> <p style="text-align: justify;">Биглоу продолжил медитировать над этим, вот только когда он вошел в палатку «общественной информации» и протянул свой желтый бланк капитану, сидящему за пыльной печатной машинкой, капитан просто крикнул: «Ты из Аризоны! Я из Невады!» - и Биглоу оказался публицистом прежде чем смог дальше медитировать. Но судьба колебалась над тем, что приготовить для лучше друга Биглоу, Дубицкого. Такой же выпускник колледжа (Скрэнтон), такой же кандидат на должность в отделе общественной информации, на его досье молодой капитан остановился.</p> <p style="text-align: justify;">- Так. Так кадровики отправили тебя сюда, - произнес он задумчиво, будучи не очень уверенным, что в отделе есть место для человека, который изучал философию с Иезуитами, бегло говорил по-украински и еще на четырех языках, но не мог печатать. – Э-э-э… Видишь что-нибудь особенное в нашей палатке? – спроси он.</p> <p style="text-align: justify;">Что-нибудь? На чем мог остановиться Дубицкий, если вся палатка, можно сказать, была сделана из особенностей! – Вижу множество подружек месяца Плейбоя, – выпалил Дубицкий.</p> <p style="text-align: justify;">- На какой месяц обратил внимание?</p> <p style="text-align: justify;">- Я смотрел на Ноябрь, сэр.</p> <p style="text-align: justify;">- Ноябрь. Ух, и во что же одета Ноябрь? – Хорошо, что бы вы спросили у человека, чья последняя письменная работы была по прагматизму Дьюи?</p> <p style="text-align: justify;">- Сэр, Ноябрь носит что-то вроде кружевного неглиже. Оно прикрывает одну из ее ног, но не другую.</p> <p style="text-align: justify;">- И какую ногу оно прикрывает или не прикрывает?</p> <p style="text-align: justify;">- Сэр, Я думаю, что оно прикрывает правую ногу.</p> <p style="text-align: justify;">- Что ж, нам здесь нужно быть точными. Мы не хотим, чтобы ты писал, будто генерал говорил, что неглиже не прикрывает ей не ту ногу.</p> <p style="text-align: justify;"><em>- Дьявол! </em>Прервал их полковник по общественной информации, смотревший на игровую доску Ремик Мичиган (разновидность карточной игры, - прим. перев.), которую ему только что прислала мать. – Дьявол, писать же он может!?</p> <p style="text-align: justify;">Несколькими минутами позже, двое счастливых бывших минометчиков снова появились в палатке, где остальная часть роты М запихивала свои вещь мешки в темнозеленые сумки. Биглоу глупо улыбался, говоря за обоих. – Эй, вы слышали? Мы будем корреспондентами армейской газеты.</p> <p style="text-align: justify;">- Трусы, - ревниво произнес необращенный минометчик, продолжая упаковывать мешок.</p> <p style="text-align: justify;">- Спросим, мы получим больше медалей чем вы!</p> <p style="text-align: justify;">- Ага, желтую за то, что желтопузый.</p> <p style="text-align: justify;">- Враги были повсюду вокруг меня! Глумливо закричал Демирджян. Его пристыдило, что пара друзей так невосприимчивы к скуке, что согласились обосноваться в метности, где все, что им придется делать, это время от времени собирать сигаретные бычки и заступать в наряд на кухню. – Повсюду вокруг меня! И все, что у меня было, это шариковая ручка. Они рванули ко мне…</p> <p style="text-align: justify;">- Прижали меня к стене! – продолжил другой парень. – Я обнажил мою шариковую ручку! Я колол! Колол! Колол… - а потом М забрались на борт своих вертолетов, сгрудив мешки в проходе, словно хрящевые сосиски, и оглушительно полетели на север, в то время как Биглоу, Дубицкий и МакКарти, любитель эпистолярного жанра, которого провидение направило на место бармена в офицерском клубе, остались позади в относительной безопасности.</p> <p style="text-align: justify;">Кто вслед за Фергусом готов // Гнать лошадей во тьму лесов… Место дислокации батальона напомнило М об этом стихотворении. Высокие деревья вроде платанов выстраивались в едва уловимые линии, посаженные в какое-то безмятежное время, а жилища выступали темными и невозмутимыми нефами то тут, то там, куда бы ни посмотрели солдаты. Кричали кукушки, и посреди этой идиллии М слушала своего батальонного командира, сидя полукругом на пестрой земле. Лейтенант-полковник, светлокожий негр с сияющими глазами, приветствовал их в конце их путешествия, в их доме на 1966 год. «Я знаю, вы слышали об это батальона, так что вы слышали?» - спросил полковник, наклонившись вперед в ожидании ответа. Одна рука напряженно лежала на кобуре пистолета, другая на подсумке с фляжкой, поза, не мотивирующая к честному ответу – ответь неправильно, и, кажется, он мог выстрелить от бедра: бах! шмяк! Скорейшее разрешение спора на Востоке, и глупый оппонент падает замертво. «Сейчас я точно знаю, вы слышали о нас, так встаньте и ответьте!» - произнес полковник, известный среди своего батальона как полковник Смоук.</p> <p style="text-align: justify;">Что его ответить? Всего одни выходные во Вьетнаме, и М должна столкнуться с Чарли повсюду, куда бы их ни направили; их процент потерь был чем-то диким: это был батальон, рожденный в понедельник, так говорили из уст в уста. Больше того, в те самые выходные, внимательные уши М слышали и о самой Операции: их проклятый батальон получил приказ, в следующий понедельник в полном составе погрузиться на серо-зеленые вертолеты и отправиться в самое сердце позиций Чарли, в их тыл. Семь дней М будет бродить по каучуковым плантациям Мишлен, по тому самому огненному аду, где целое подразделение вьетнамцев было уничтожено тем утром, когда М изучали повороты на строевой подготовке. Не удивительно, что М стало известно об Операции, несмотря на то, что отпечатанный на мимеографе приказ имел гриф «СЕКРЕТНО».</p> <p style="text-align: justify;">- <em>Ты! </em>– крикнул полковник, обратив свой пламенный взгляд на одного из минометчиков роты.</p> <p style="text-align: justify;">- Я слышал, сэр, я слышал, что вы были в самом пекле.</p> <p style="text-align: justify;">- Ты слышал, что нас убивали и ранили, не так ли? Но еще ты слышал <em>это, </em>а? То, что мы убили кучу ВиСи! И во Вьетнаме нет другого батальона, уничтожившего столько ВиСи, сколько мы! И это наша работа во Вьетнаме, бы здесь, чтобы убивать их! – М слушали тихо, ни одно из лиц не показывало, убедили ли их слова полковника.</p> <p style="text-align: justify;">- Сейчас этот батальон очень хорош, знаете почему? Потому что мы помогает друзьям. Мы не бросаем друзей. Я хочу, чтобы вы говорили «если где-то на свете меня ранят, я хочу быть раненным в этом батальоне. Потому что мои друзья вынесут меня, они меня не бросят» - М и бровью не повели. – И это касается не только поля боя! Даже в наряде на кухню! Кто сделает дело, если вы не можете? Ваш друг! Если вы халявите, если вы подхватили венерическое, если вы заболели, кто сделает вашу работу? Друг!</p> <p style="text-align: justify;">«Где?» - спросил себя Салливан, практически слыша визг покрышек своей души, свернувшей с пути, по которому вел полковник. «Где в этом первобытном лесу кто-нибудь может подхватить венерическое?» - думал он,  с удивлением вглядываясь в жилища. Полковник, тем временем, уже описывал Салливану их уютную диспозицию. Батальон был частью железного круга, неизмеримого радиуса и даже больше, с витками колючей проволоки по периметру, изобилием растяжек «Чарли, опасайтесь мин» и мощной прицельной артиллерией, Фантомами, Супер Сейбрами, Фридом Файтерами с заданными координатами. Салливану оставалось сидеть в укрепленном бункере из мешков с песком со всем арсеналом Америки на кончиках пальцев и вглядываться в ничейную землю через бойницу. Винтовки, пулеметы, безоткатные орудия длинные, как пушки, лучи смерти, что угодно, пусть только подумает, и Салливану это поднесут, хоть атомную бомбу. И все же «где девчонки?» интересовался он. Полковник же подбирался к этому. Как он объяснил, в самом центре этого американского бастиона стоит маленькая чудная вьетнамская деревушка с населением в тридцать две тысячи душ, многие из которых, большинство из которых, почти все из которых, кто знает? - Являются коммунистами, некоторые столь убежденно красными, что пробираются через темные леса, стреляя в спину американским солдатам. С месяц назад, они убили другого лейтенанта-полковника. Странная война.</p> <p style="text-align: justify;">«Сейчас в деревне есть шлюхи», - продолжил он. «И они – коммунистические шлюхи. И, со стопроцентной уверенностью, у них есть венерические. А вы приехали сюда молодыми и здоровыми, и хотите вернуться домой в Штаты такими же. Вы не хотите привезти женам или подружкам эту мерзость. И кое-что еще насчет шлюх! Я сказал, вы здесь, чтобы убивать коммунистов. Так вот, есть еще причина: вы здесь, чтобы завоевать сердца и умы вьетнамцев, сделать их лояльными к правительству, и сделать это не получиться, если станете гоняться за шлюхами, если униформа измята, если низ рубашки не заправлен», - полковник подбирался к теме, наиболее близкой его сердцу, к жажде, за которую он был назван Смоук – «если пуговицы не застегнуты, если вы не бриты, если вы не пострижены, вьетнамцы назовут вас именно теми, кто вы есть: <em>жопами</em>, самыми жопными жопами на всем белом свете, особенно на Востоке, и…» - еще пять минут в таком же проповедующем русле, после которых полковник исчез, пуф! В огненной вспышке, оставив М стоять  в очереди перед опрятной палаткой адъютанта, чтобы заполнить очередные формы. </p> <p style="text-align: justify;">Никто особенно и не разговаривал. И дело не только в речи полковника об «огне и сере», подавившей М, дело еще и во внезапной тишине, что осталась после него в этом райском уголке. Салливан всматривался в кроны деревьев, потом на часы, думая «стоит найти новый ремешок, этот прямо разваливается». Демирджян стоял, спрашивая себя, сколько, «сколько еще закостенелое армейское сознание будет испытывать его терпение». Демирджян еще немного поиграл с резинкой, и, в конце концов, легонько щелкнул ей по шее Мортона.</p> <p style="text-align: justify;">«Да где ты это взял?» - дружелюбно спросил его Мортон, повернувшись, посмеиваясь,. Это было свойственно ему, быть милым, несмотря ни на что, погрузи Демирджян стилет в его шею, ответ Мортона будет все тем же: «Да где ты это взял?» - выстрели Демирджян ему в позвоночник, накинь петлю на шею и дерни посильнее, можно быть уверенным, Мортон вежливо кивнет – «Ладно, ну хватит, хватит» - прежде чем скончаться с улыбкой на губах. Обида просто не была одним из его чувств, он не чувствовал, что нужно как-то защищаться, стоять за себя, потому что не верил в существование столь подлых человеческих черт, которые бы заставили других нанести ему вред. Возможно, он был блаженным, и, определенно, он был славным. Достойный друг Прочаски, сопровождавший его на Таймс Сквер в отпуске, и с той же учтивостью вернувший даме-пацифистке ее листовки. Несколькими пятницами ранее, когда их первый сержант в последний раз с сочувствием желал счастливого пути, он не сказал этого Мортону, вместо этого с грустью в глазах он сказал: «Сынок, ты не отправишься в Техас, не на три дня!» - и Мортон безропотно лег на свою железную кровать, вокруг которой собрались друзья и даже сержант, поторапливая его уехать в Филадельфию, Рай (ориг. <em>Rye</em>), куда угодно, а оттуда в Техас. Но Мортон просто усмехнулся, сказав, что это будет неправильно. Этажом ниже на диване в комнате отдыха капитан, первый сержант и сержант по операциям с напряжением обсуждали, может ли человек и вправду успеть сгонять в Техас и обратно за трехдневный отпуск.</p> <p style="text-align: justify;">- У нас выходило за тридцать шесть часов, - говорил им сержант по операциям, подходя к кульминации своей невообразимо ошеломляющей истории: седан Mercury, визг колес, кофе в бумажных стаканчиках, «и мы по-настоящему гнали!»</p> <p style="text-align: justify;">- М-м-м, - отвечал капитан роты М, пока загружал число тридцать шесть в мозг.</p> <p style="text-align: justify;">- Двадцать лет назад, это было невозможно, - сфилосовствовал операции сержант — а через десять лет, появятся самолеты, они будут пролетать две тысячи миль за час!</p> <p style="text-align: justify;">- Вау!, - произнес первый сержант М, доверившись тому, что планета и вправду становится меньше, трое руководителей позвали Мортона к себе вниз после обеда, дав ему трехдневный пропуск в Форт Уэрт. Прибыв туда к обеду, он отправился со своей мамой на вечернуюю прогулку и сообщил, что он отправляется во Вьетнам, похоронить его нужно в серебряном гробу с бархатной подкладкой горохово-зеленого цвета, если он умрет.</p> <p style="text-align: justify;">- Да что ты говоришь! - ответила его мама, но Мортон вежливо продолжил, упомянув, что не имеет ввиду, будто он, как подросток, может разумно рассуждать о своей смерти или постоянно думает о ней.  Он попросил, чтобы пришедшие его помянуть сняли обувь (индуистская традиция, - прим. перев.), но похоронить его в черном одно-пуговичном континентальном костюме с черной гвоздикой в петлице, белой рубашке со сборками и черном галстуке бабочке на шее, о которую сейчас Демирджян шлепал двухфутовой резинкой.</p> <p style="text-align: justify;">- О! Да что ты говоришь! - снова сказала его мама.</p> <p style="text-align: justify;">- Так ГДЕ же ты это взял? - спросил Мортно Демирджяна.</p> <p style="text-align: justify;">- А ГДЕ ты думаешь? С каучукового дерева, - ответил Демирджян, указывая на ветку, с которой подозрительно сочилась жижа цвета шпатлевки, потому что «платаны» были каучуковыми деревьями, а новый, заросший кустарником, дом М — каучуковой плантацией. Вьетнамцы из деревни неподалеку сверлили деревья, поставляя американским водителям резиновые шины, а по вечерам убивали их лейтенант-полковников.</p> <p style="text-align: justify;">В этом и любом другом армейском батальоне было три роты, и М прибыла во Вьетнам, чтобы укрепить все три. Завещав свои десять тысяч долларов пособия отцу, Мортон был отправлен в одну роту, а Демирджян в другую, Вильямс, которому не нравились удавы или края окопов — в третью. М, в чьей теплой плазме каждая из этих клеток вечно чувствовала заботу, М была разорвана на части как какой-нибудь шарик из жвачки равнодушным офисным клерком. Новые ребята в военных школах, девчонки на танцах-знакомствах, сидящие на старых скрипящих стульях, чужие в стране чужих, тихие рядовые роты М один за одним отправлялись в тусклые бункеры . Старые вояки смеялись, как же они смеялись, они скрючивались, хватались за животы, смотрели на именные жетоны М и гоготали.</p> <p style="text-align: justify;">- Эй, Салливан! Ты ирландец?</p> <p style="text-align: justify;">- ...Да.</p> <p style="text-align: justify;">- Конечно ирландец, с таким имечком как Салливан! Га-га-га! А тебя значит зовут Демон?</p> <p style="text-align: justify;">- ...Демирджян.</p> <p style="text-align: justify;">- Девствиннян? Так тебя зовут Девствиннян? Га-га-га!</p> <p style="text-align: justify;">Над ними со звуком, хлопающего паруса пролетал серо-зеленый вертолет с красным крестом на брюхе.</p> <p style="text-align: justify;">- Эй, смотрите! Еще несколько тел прибыло! Га-га-га.</p> <p style="text-align: justify;">- Га-га-га. По мне так это снабжение!</p> <p style="text-align: justify;">- Задницы моей снабжение! Га-га-га!</p> <p style="text-align: justify;">«Теперь, когда смеюсь над чем-нибудь, смеюсь, чтоб не заплакать» (Байрон, Дон Жуан, - прим. перев.). Старослужащие не были жестоки нарочно. Полгода. Они были во Вьетнаме половину года. Они шли, они шли, там была мина, рядовой из Оклахомы, которому они отдали свой паёк был мертв, а они шли дальше, и именно эти (конечно же эти) пустые армейские ботинки теперь заполняла М. Этим полднем старослужащие позволили себе отдохнуть. Они ушли во вьетнамскую деревню и пришли в состояние безудержного веселья, забывшись под рифлеными крышами. Они не привезут домой никакой пакости, напротив, они пошли забрать белье из прачечной, но они сидели с пивом <em>Bamouiba </em>за фанерными столами и убегали от реальности, разыгрывая кавалеров перед гражданскими: перед вьетнамскими девушками, которые, возможно, были шлюхами, с чернозубыми от бетеля дамочками в прачечной, со сборщиками арахиса, с продавцами пива, но больше всего с гладкокожими вьетнамскими детьми, которые хихикали и двигали ушами, передавая мысли о войне. Источник невинного, но опьяняющего веселья.</p> <p style="text-align: justify;">- Девочка-сан, это пиво теплое. Не хорошо! Номер десять! - разговор между двумя великими культурами Вьетнама проходил ни на вьетнамском, как представляли американцы, ни на английском, как думали вьетнамцы. Эти двое беседовали на ломаном японском, где «сан» означало «мистер» или «мисс», а «ичибан» - «номер один», «лучшее».</p> <p style="text-align: justify;">- Девочка-сан, пиво номер десять!</p> <p style="text-align: justify;">- Пиво номер один! Это ты номер десять!</p> <p style="text-align: justify;">- Ну а ты - дочь-сан Хо Ши Мина</p> <p style="text-align: justify;">- Нет Хо Ши Мин! Он номер десять! Номер тысяча! Ты дьен кай ду, - уже по-вьетнамски, что значит «взял верх».</p> <p style="text-align: justify;">- Девочка-сан, я не какаду! Ты какаду! - веселые старослужащие возвращались в будничный мир ранним вечером в непривычной эйфории, которую М ощущала как издевательство.</p> <p style="text-align: justify;">- Понедельник вы приходить прачечная? - спрашивали их некоторые из девушек во вьетнамской деревне.</p> <p style="text-align: justify;">- Нет. Понедельник мы идем плантация Мишлен, - ответил кто-то из ветеранов.</p> <p style="text-align: justify;">- Номер один! - объявил кто-то из девушек. В понедельник утром на тридцать радостных минут, в первый раз за их общую историю, М испытывала на себе приятную погоду. Температура на их высоте была 70 (21 по Цельсию, - прим. перев.), и, несмотря на закрытые борта их быстрых вертолетов, дул один из этих лето-в-кабриолете, ерошащих волосы бризов. М вместе со своим и еще тремя батальонами были в боевой форме и летели к каучуковой плантации Мишлен, лесу, где коммунисты, как маленькие трудолюбивые бобры, затачивали бамбуковые палки несколько дней, окунали их в бычий навоз, ссали на них, устанавливали в ямы пунджи, в ловушки для ступней, в безумные маленькие капканы в стиле Бэтмена на деревьях, так-то! Из кустов - треск! Из зарослей - крик! Закапывали мины, прятали гранаты и растяжки, и "берегись!" - говорил старина Фолей на пехотной подготовке двумя неделями ранее, "берегись!" Вот и они! Пять галлонов горящего топлива! Какими-то дьявольскими способами коммунисты на плантации Мишлен узнали об этой операции неделю назад, хотя она и была помечена грифом "секретно".</p> <p style="text-align: justify;">У М в её удобных вертолетах тоже были карты в рукаве, преимущественно, новые черные опасного вида винтовки с пулей, которая являла собой настоящий ужас: в полете она кувыркалась и крутилась. В полдень воскресенья, сержант отделения Демирджяна держал ее между большим и указательным пальцем, пристально вглядываясь в нее долго и философски - Гамлет, в некой ненаписанной сцене, созерцающий свой обнаженный клинок. "Это..." - сержант произнес сам себе - "это всего лишь старая добрая вещица. Но она не несёт ничего кроме смерти," - покрутил ее большим пальцем, думая, что ведь это настоящая ощущаемая пуля, думая о тощей енотовой гончей, с которой охотился его дядя в Луизианне, о настоящей ощущаемой гончей, если уж она загонит енота, то будет кружить вокруг пня, так что еноту не уйти.  "Вещица эта", - продолжил сержант отделения - "она может сделать два или три оборота у вас в голове прежде чем выйдет наружу. Попадет в живот, а вылететь может через макушку. Чарли. Они сделают все что могут, чтобы заполучить это оружие. Они рискнут сотней, чтобы получить одну из винтовок."</p> <p style="text-align: justify;">"О да. Это просто сладкий персик." - Подумал Демирджян, хотя еще он поймал себя на мысли - "Да? Пусть только попробуют." Все дикое воображение Демирджяна не смогло предвидеть, что сержант выйдет в таком виде. Это был негр, низкого роста, но грудь его была как сузафон. В его зубах всегда была зажата половина сигары. Сами зубы были позолочены, а через звездочки и сердечки в позолоте кокетливо проглядывала эмаль. Демирджян никогда не видел, чтобы его сержант появился с целой нетронутой сигарой. Рядом с его спадающими черными усами на левой щеке был пучок жестких волос. "Береги их, они счастливые", - шептала бабушка, когда тому было три, и хотя другие дети звали его "мохнатой мордой", а в армии они поседели, невероятный сержант Демирджяна ни за что не сбрил бы их. Его настоящее имя было Месилово - сержант Месилово.</p> <p style="text-align: justify;">"Хорошо," - сказал они отделению Демирджяна в полдень перед операцией. "Что вам нужно знать о высадке с вертолета. Бегите пять метров и падайте, потому что мы не хотим, чтобы кого-то ранило лопастями. Вываливайтесь и разбегайтесь. Первые пять минут не услышите ничего кроме "пок-пок-пок" над головой. Если кого-то ранят, не паникуйте и не вскакивайте, потому что тогда ранят уже вас и еще хуже. Просто кричите "медик". Будьте хладнокровны, хладнокровны, как только можете, хладнокровны и спокойны, не тряситесь и не трещите." Салливан грыз ногти, Демирджян своими трудолюбивыми пальцами сосредоточенно ткал циновку из восьми желтых соломок. "Так, кое-что еще. Сейчас поговорим с полковником Смоуком. Он говорит, что пехотинец как кролик. Если поймаете кролика, не отпускайте его в терновый куст, потому что это его дом. Как и мы когда в лесу, Смоук говорит, это наш дом. Так что мы берем с собой нашу зубную пасту, мы берем наш крем для бритья, бреемся как и дома. Когда вернемся. Когда мы вернемся, Смоук прикажет нацепить звания, потому что всем из М присвоено звание рядовой первого класса. Ну, а что до меня, то я, пожалуй, поищу себе другие нашивки, потому что эти желтые Чарли видят и наверняка скажут "пойду-ка я заполучу этого младшего сержанта."  Так что, когда вернемся, займемся шитьем.</p> <p style="text-align: justify;">Деревья становились больше, коричневый грунт ближе, вертолеты М медленно опускались. Несмотря на то, что М не нужно было нести свои черные винтовки, у них была серьезная проблема с багажом: каждый нес все свои подсумки для патронов, две фляжки, лопатку для окопов, противогаз, рюкзак на лямках, ручные гранаты, как бутоньерки, в то время, как каждый из ветеранов имел под резинками на шлеме еще и туалетную бумагу с сигаретами, чтобы не намокли при переходе вброд. Йошика, по воле божьей, помощник пулеметчика тащил три невообразимых пулеметных ленты, которые свисали у него с шеи и болтались до колен, так что выглядел он как Вонга - король Тонга в бусах из медвежьих зубов. У Демирджяна была огромная кружка, которую он получил после того, как неделю пил кофе из котелка. Его не особо беспокоило то, что она мялась, а ее поверхность выглядела как странное темное лунное море. Он подвесил ее за пряжку ремня, так что выглядел как нищий, направляющийся в Армию Спасения. В рюкзаке у Демирджяна лежала баночка с кремом для бритья <em>Old Spice</em>. У Салливана был <em>Rise</em> с ментолом и зубная паста <em>Maclean</em>. Ни у кого не было <em>Jade East </em>или <em>Brut</em>. У Мортона был <em>Palmolive</em> и "садимся!" - крикнул сержант Месилово. Вертолеты улетели, и Демирджян обнаружил, что лежит на полоске твердой засохшей грязи на плоском поле. Он подумал, что это, должно быть, несобранный рис, который он видел в первый раз, но уж никак не каучуковая плантация. Ха-ха! Вся секретная операция была уловкой, уверткой, и сам Смоук не знал об этом до прошлого вечера. М не были и рядом с веселой плантацией Мишлен, их цель держалась в настоящем секрете, и находилась в двенадцати милосердных милях к югу. Ура американской армии! </p> <p style="text-align: justify;">"Проклятье! Проклятье! Проклятье! Я взвод потерял." - обычно спокойный капитан Демирджяна спешил и бормотал что-то, он имел ввиду, что поставил его не на то место, ничего страшного. По правде говоря, коммунисты были так удивлены внезапным возникновением Операции в стиле Панч и Джади (<em>Punch and Judy </em>- популярное кукольное шоу, - прим. перев.), так захвачены врасплох, что их здесь даже не было, так что Демирджяну не в кого было стрелять, да и в него никто не стрелял. Светило Солнце. Кружили амбарные ласточки. Вообще, место вторжения было довольно уютным: теплая болтовня, масса высохших рисовых стеблей, лежащая в квадратной сетке поросших травой каналов высотой один или два фута. Демирджян сидел в углу на пересечении двух таких каналов и думал: "и так...? Когда же мы чем-нибудь займемся?" Брошенный ребенок Судьбы, он был прямо там, где пересекаются абсцисса и ордината, где <em>Х </em>= 0 и <em>Y </em>= 0, где все силы и случайности войны просто превратились в ничто. Со всех сторон Демирджяна, включая некоторые места, которые стоило вписать в анналы истории, окружала полумиля пространства незначительного и изолированного. Кто-то спросит: "Что и полмили под ним тоже?" - может и под ним какие-нибудь маленькие красные черти тыкали вилами в настоящих коммунистов. В полумиле над ним Смоук, черный командир батальона, сидел в персональном вертолете и кружил по часовой стрелке в поисках потерянного взвода. "Да его черт подери!" - слышал Смоук, как капитан Демирджяна прочертыхался по полевому радио, имея ввиду молодого штабного лейтенанта, - "они угодили не на тот рейс!"</p> <p style="text-align: justify;">"Вот сукин сын," - ответил Смоук. "У него голова в заднице, да еще и булки сжаты," - повернувшись налево, он сказал своему пилоту, Фу Манчу, продолжать кружить. Что ж, пилот вертолета и вправду выглядел как Фу: его голова была выбрита налысо, черные усы свисали со щек. Он был зауряд-офицером.</p> <p style="text-align: justify;">На полмили позади оазиса спокойствия Демирджяна штабной офицер батальона сидел на картонной коробке от пайка и крутил ручки радио, чтобы спросить об ужасающих звуках, что неслись по обжигающим плантациям от солдат разведки направо в полумиле от Демирджяна. Наконец, офицер радировал Смоуку, в полумиле над Демирджяном: "Вся эта активность, это разведка боем," - имея ввиду, что ковбои из разведки воздушной кавалерии прискакали в какую-то удивительную вьетнамскую деревню на своих тридцатипятитысячифунтовых лошадках и палили в нее из пулеметов пятидесятого калибра, ну а пули, здоровенные как хот-доги, здоровенные как поп-арт Класа Ольденбурга, - это был кавалерийский ревущий способ удостовериться, не сидят ли там какие-нибудь коммунисты, ведь если они там, то без сомнения откроют обратный огонь. Все другие благоразумные вьетнамские домовладельцы уже уковыляли бы прочь. В полумиле от Демирджяна налево, в деревне, где десять или дюжина семей беженцев преуспели в споре с ротой Мортона, Биглоу, с черно-белой повязкой <em>PIO</em> на руке, отдел по связям с общественностью, сидел под тенистым пончо и угощал ланчем девушку, чью камуфлированную каску украшало гнездышко красных бугенвильских цветов. Биглоу предложил ей несколько пайков.</p> <p style="text-align: justify;">- Нет, спасибо, я пока не буду, - мило ответила девушка, не желая есть пока не наступит прохлада. Температура была 100 (38 по Цельсию, - прим. перев.).</p> <p style="text-align: justify;">- Ну... где ты живешь? - спросил ее Биглоу.</p> <p style="text-align: justify;">- В маленькой вилле в Сайгоне, - ответила она, одарив Биглоу сестринской улыбкой. Она сказала, что ее имя Беверли Диипи из Нью-Йоркской <em>Herald-Tribune</em>.</p> <p style="text-align: justify;">Неподалеку Мортон по приказу сжигал вьетнамские дома. "Прекратить жечь эти дома!" - прокричал Смоук в радио, ударив крышу кабины (правда из плексигласа) в полумиле над каской Демирджяна. Фу так и летал кругами по часовой стрелке, его бездвижная рука покоилась на рычаге, его усы сбивались под бризом, а мысли летели, ух: "Мне нужно смазать их мексиканским воском для усов этой ночью." - и это было лучше чем бензиностойкая вертолетная смазка, которой он пользовался четыре месяца. "Прекратить жечь эти дома!" - орал Смоук своим капитанам. "В домах нет коммунистов!" Капитаны передали лейтенантам "не жечь дома, если там нет коммунистов", лейтенанты передали сержантам "если сожгете эти дома, лучше бы там были коммунисты", сержанты передали рядовым "лучше сожгите дома, там коммунисты", и Мортон продолжал чиркать своими спичками из пайка. Так или иначе, скоро там не осталось вьетнамских фермерских хижин, которые бы не были слоем тлеющей черной пыли. </p> <p style="text-align: justify;">Старый скучающий Демирджян всё ждал приказов. В полумиле перед ним в роте Вильямса произошло нечто экстраординарное, это был выстрел! Бах! И молодой парень по имени Хидждон стал истекать кровью. "Сержант, я выстрелил в себя," - сказал Хидждон лидеру своего отделения - он и вправду побледнел. </p> <p style="text-align: justify;">- Что ты сделал! - крикнул сержант, но Хидждон с пистолетом в неопытной руке почти упал в обморок.</p> <p style="text-align: justify;">- Сдуваем! Это три-ноль! - кричал взволнованный штабной офицер в рацию со своей коробки от пайков, в полумиле за расслабленной спиной Демирджяна. "Сдуваем!", - что значило вертолет с красным крестом. "Сдуватели на месте!" "Принял!" Вертолет с шумом приземлился в полумиле прямо перед глазами Демирджяна, добрый медик погрузил Хидждона на борт, а корреспондент <em>Stars and Stripes</em> взял интервью у штабного офицера.</p> <p style="text-align: justify;">- Снайпер?</p> <p style="text-align: justify;">- Ну, это пулевое ранение.</p> <p style="text-align: justify;">Несколькими секундами позже и на тридцать градусов прохладнее, уже без кровотечения, бледный Хидждон был доставлен в полевой госпиталь, а его распечатанный на мимеографе формуляр отправился в пыльный лагерь дивизии. Там факты и цифры, касающиеся этого несчастного случая будут переданы в кондиционируемый армейский трейлер, темный как холодильная камера и будут переведены в нововавилонскую клинопись на белых перфокартах <em>IBM</em>, которые, в дальнейшем, будут принесены в жертву единственной счетной машине <em>IBM</em> в мире, которая находится в горячей точке, - гордости дивизии роты М. Хранитель этого вагончика нажимает голубовато-ледяную кнопку "СТАРТ", машина <em>IBM</em> начинает мурлыкать, прожевывая двадцать пять ранений каждые десять секунд и печатая каталог их дел в алфавитном порядке на бумаге широкой как клавиатура пианино. Маленькая карточка Хидждона была всего в двух секундах от мурлыкающих зубов машины, а она печатала: </p> <p style="text-align: justify;">ХИКМАН ДАЛЛАС Е СЖТ</p> <p style="text-align: justify;">за этим следовала бледная строчка кодовых цифр, которые сообщали, что Хикман был легко ранен, холост и жил в Огайо. Затем карточка Хидждона была второй в очереди, а бесстрастная машина печатала: </p> <p style="text-align: justify;">ХИКМАН ДАЛЛАС Е СЖТ</p> <p style="text-align: justify;">эта версия неудачи Хикмана настаивала на том, что он был убит, женат и жил в холмах Западной Вирджинии. "М-р-р", - издала IBM и зажгла холодную надпись "Рассмотреть конфликт!". "Да хоть раз будет у тебя безумный день, когда все идет по порядку?" - "М-р-р" и она заглотила Хидждона за один леденящий укус.</p> <p style="text-align: justify;">ХИДЖДОН ФРЕД С МЛ РПК</p> <p style="text-align: justify;">вывела машина вместе со строкой ломаных цифр, сообщающих, что Хидждон был ранен в часть тела, не являющуюся его головой, торсом, рукой или ногой (это была его ступня). Затем эта усиленно охлаждаемая машина выдала РВБ - ранен врагом в бою, и еще до окончания мощной операции, Хидждон, все еще в госпитале, все еще в белых бинтах, был награжден пурпурным сердцем по указу президента Джонсона.  </p> <p style="text-align: justify;">И! И там, в тихом центре кампании, в спокойном глазе шторма, на пупе земли и всех событий сидел Демирджян и чистил ногти. В конце концов Демирджян чувствовал себя немного глупо на этом месте, потому что все несоответствия, все отличия между этой операцией и еще одним  тупым тренировочным упражнением были случайны, принципиальное отличие, если оно и было, не показывалось. Сунув руку между своей грубой рубашкой и футболкой, Демирджян достал субботний номер <em>Stars and Stripes</em>, и облокотившись на канаву стал читать: "На расстоянии около мили от штаба грузовик военной полиции, чтобы избежать столкновения с такси, свернул в сторону и въехал в магазин, убив женщину и ранив двоих детей." </p> <p style="text-align: justify;">Демирджян читал: "Я верю, что уже слишком поздно обсуждать, должны ли мы быть в Южном Вьетнаме," - произнес Стэннис в Сенате.</p> <p style="text-align: justify;">Демирджян читал: "Выходит, что Ки лучший премьер чем в США." -  А вьетнамские официальные лица все чего-то ждут. </p> <p style="text-align: justify;">Демирджян читал: "Дагвуд, угадай что - Паулина хочет выйти за Ричарда."</p> <p style="text-align: justify;">Демирджян читал: "Но по общим правилам, вдовушка, стоит тебе поплакать по мужу хотя б неделю!! Но ты шли к черту эту правила!! Ужас, таракан!!"</p> <p style="text-align: justify;">Затем среди всего этого возник Сержант Месилово. "Пошли," - сказал он, и Демирджян встал на затекшие ноги, говоря себе - "Это армия, торопись и жди!" Демирджян прошел милю и выкопал себе окоп, все это случилось в понедельник.</p> <p style="text-align: justify;">Во вторник Демирджян лежал под прорезиненным пончо перед окопом и прислушивался к ворчанию двух друзей.   </p> <p style="text-align: justify;">- Проклятье, - сказал специалист четвертого класса, парень, чье современное звание было бы капрал, - придется пришить эти полоски назад, когда вернемся.</p> <p style="text-align: justify;">- И, - произнес сержант, - нам нельзя их пришивать, надо будет пристрочить. </p> <p style="text-align: justify;">- Что ты имеешь ввиду, в чем разница? </p> <p style="text-align: justify;">- Ну пришивают руками. А строчат на машинке.</p> <p style="text-align: justify;"> - Чего? Где мы возьмем машинки?</p> <p style="text-align: justify;">- А мы и не возьмем, в том-то все дело. Мы пристрочим их руками... </p> <p style="text-align: justify;">В этот же вторник Салливан был назначен в наряд на кухню, на приготовление полковнику слабопрожаренного ростбифа и грейпфрутового сока. И это был вторник.</p> <p style="text-align: justify;">В среду Демирджян попал в засаду. Нет! Никто из этого батальона никогда не попадал в засаду, Смоук доказал это силлогизмом. Во-первых, засада неожиданна; во-вторых, в нашем батальоне мы готовы, что произойдет все что угодно; в-третьих, выходит, что никто из этого батальона никогда не попадал в засаду! И все же, когда одна свирепая рота коммунистов открыла по Демирджяну огонь из винтовок, карабинов, пулеметов, безоткатных ружей и  гранатометов из-за каких-то вечнозеленых деревьев, а люди стали умирать и падать раненные, Демирджян мог бы спросить "готовы ли мы?" И правда не готовы. Демирджян начал день с бритья, чистки зубов водой из фляжки и поездки на бронетранспортере. В бою бронетранспортер едва ли был тем же, что на обучении в Штатах. Там то была пилюля, аспирин-фенацетин-кафеиновая пилюля, многоцелевая капсула, которую ваш мудрый медик мог прописать Скотти, когда тот пожаловался недомогание с температурой 108 (42 по Цельсию, - прим. перев.). Медик диагностировал жалобы Скотти, как случай удержания сигареты Винстон на термометре в надежде быть освобожденным от тренировки в холодный зимний день, и он со смехом выписал Скотти медицинского рода бронетранспортер. По случаю, Скотти никогда и близко не оказывался к бою. Отчаявшись в своей мечте танцевать с гавайскими девчонками, он выбросился из армейского самолета в то самое утро, когда началась операция. Скотти отправился в Джорджию, чтобы стать парашютистом, вместо того, чтобы быть пехотинцем на Дальнем Востоке.</p> <p style="text-align: justify;">Нет, конечно, бронетранспортер не был пилюлей, это была бронированный транспорт пехоты, безумный танкоподобный грузовик, который кавалерия использовала для перевозки пехотинцев через рисовые поля. Бездельничащий взвод Демирджяна, шестеро из которого были из М, был присоединен к невероятным стальным крытым конным фургонам воздушной кавалерии. Они ехали на восток, в джунгли, которые кавалерийцы в шутку называли Шервудским лесом. Тем самым лесом, где, по глупому совпадению, линейная рота Чарли лежала в засаде. Температура была 100, облаков было совсем немного, вода на некоторых полях изящно их отражала как на картинах Фрагонарда. Как только их бронетранспортер проехал мимо нескольких желтых вьетнамских домиков, где могли непостижимо рыскать один или два снайпера, осторожные разведчики остановились и сожгли эти маленькие трогательные хижины. Действие, которое любой американец горячо осудит, пропорционально расстоянию от него до этих самых домов. Демирджян присоединился к пирушке, бросив гранаты в соломенную крышу. Он совсем не считал это бессмысленным, напротив, у Демирджяна была неизменная точка зрения морского пехотинца "наконец-то!" Наконец-то он мог сделать что-то с ясным военным усилием, ясным как в физическом плане, так и в плане большой стратегии. Демирджян сейчас мог быть, как и волком в хлеву, так и ярым фанатом Микки-Мауса, каким он, к счастью, не был. Его патриотический долг был выполнен, Демирджян читал номер <em>Stars and Stripes</em>, пока его бронетранспортер катился. У его колесницы была стальная шкура и гусеницы из черной резины, крепкие как копыта старого слона, в маленьких трещинах виднелась желтая солома. Хмурый водитель сидел среди стали и смотрел на поля через, подумать только, перископ, а у его щеки стоял старый пулемет Ольденбурга, на рукоятке которого покоились две коричневые руки с пальцем на курке. Подъезжая к Шервудскому лесу, солдаты сказали Демирджяну выйти вперед с черной винтовкой, чтобы прикрыть транспорт. </p> <p style="text-align: justify;">Следуя со своим взводом к мрачному лесу, пока бронетранспортер полз за ними, как жук через ковер. Демирджян вспомнил стих Роберта Фроста: "Дороги две идут в лесу, по той, что меньше хожена, пойду". Хорошая пехотная тактика. Честь и хвала белому щенку, что спас Демирджяну жизнь. Напуганный беспокойными солдатами разведки и дорогой через лес, подпрыгивая на длинных нога, сержант, что не любил строчить и вышивать крикнул: "Эй! Взгляните на чертову собаку!" - и весь взвод Демирджяна целиком состоявший из подростков открыл огонь из всего что есть. Бах, в ногу, прыгнул, приземлился на другие три, бах-бах-бах, песик умер. Коммунисты, что были переведены в тыл, в бедную азиатскую деревню, где выбросить означало голодать, никак не могли подумать о том, чтобы не покормить тем, что имеют с лучшим другом человека. Так что, решив, что мощная очередь предназначалась им, коммунисты открыли ответный огонь еще до того, как Демирджян перешагнул последнюю канаву перед смертельной зоной. Когда пули полетели к нему со шлепающими звуками, Демирджян был поражен. С ним такого раньше никогда не случалось. О, арабские мальчишки в Ливане бросали камни, а грязный Даг в классе математики промазал по Демирджяну железным стулом, иногда он дрался, но винтовки? Пулеметы? Шлеп? Шлеп? Шлеп? Ни разу. Демирджян еще не видел самых, что ни на есть коммунистов, вообще он еще не вглядывался в плотный лес - источник инфернальной какофонии. "Пригнись, болван," - крикнул строчевышивальный сержант, а Салливан, лежал за канавой и думал, вовсе не исступленно - "увижу ли я Пэм снова? Или Дэбби," - в один и тот же момент отстранено размышляя и дергая противогазную сумку Демирджяна, пытаясь склонить его к земле. Но тот крепко стоял среди шлепков и ударов хлыста, звучащих так будто Вашингтон пересекает Делавэр, удивленный, с желанием увидеть хоть какую-то цель в этих джунглях, чтобы выстрелить в нее из своей черной винтовки. Демирджян знал, что некоторые солдаты, кажется, уже были мертвы: медик был мертв, другой друг смертельно ранен, оба были не из М. Лейтенант разведки лежал, пуля, которую призрачные коммунисты выпустили ему в грудь, попала в звезду Давида с силой удара тарана - заступничество достойное романа. Иные из этих воюющих полтергейстов выпустили пулю сквозь каску сержанта со звенящим звуком "бинг-г", туда, оттуда, каска раскалывается на части, словно мокрая бумага, пуля же, весьма странно, не попадает в голову сержанта. </p> <p style="text-align: justify;">Шлеп! Шлеп! Шлеп! Будто жестокие аплодисменты или безжалостный шлепок газетой по мухе. Демирджян был совершенно отстранен. М лежала на животах за канавами глубиной по колено. Из огня да в полымя. Но здесь, в травянистом убежище М, знаменитые эффекты крещения огнем: холодный пот, сердце как литавры, ненадежный сфинктер, сжатие нервов, как щупалец у медузы, - все эти легендарные симптомы проходили удивительно мягко. По правде говоря, М никогда не представляла, чтобы кто-то из них был мертв, дефицит воображения, который должен быть частично возмещен еще одним месяцем во Вьетнаме. Избыток воображения у Демирджяна привел к тому же: среди всех этих опасных шлепков, он уносил его за пределы страхов смерти, к фантазиям о чудесном спасении. Не обращая внимания на крики сержанта "пригнись!" врожденная упертая любознательность Демирджяна обернулась направо, на пурпурные облака, которые таинственным образом вылетали из его взводного сержанта, что по-отечески о них заботился. По случайности, пуля, попавшая сержанту в плечо, подожгла фиолетовый сигнальный флаер на разгрузке, и пока сержант пытался сбросить горящую разгрузку. Шлеп! Другая пуля прошла через его сердце и он умер. Солдат, который к нему полз крикнул: "Эй! Док!" - но тоже был убит. К тому времени, Демирджян понял, как несочетаемы отвага и благоразумие, и залег в своей канаве, как хороший солдат, который подчиняется приказам и все еще не видит коммуниста. Время от времени он поднимался, чтобы взглянуть или выстрелить из винтовки в сторону леса с обнадеживающим "бах!", не зная, попал он или нет.</p> <p style="text-align: justify;">Демирджян, в своем роде, стал ценить жутковатую природу войны своего поколения. У многих, у большинства ветеранов Вьетнама заметно тяжелое выражение глаз или нерешительное подергивание в уголках рта, оно демонстрирует, как они год сражались с тенями, поднимали оружие на море невидимых эссенций, сходились в смертельной схватке с нереальными духами. Это была та смертельная битва, акт, единственной целью которого было превращение обычных католиков в героев, не маленьких смущенных Воццеков (персонаж одноименной оперы Берга, - прим. перев.), а героев, которые могут вызвать поддержку с воздуха. Когда серебристые самолеты начали заходить в пике на деревья, Демирджян мог лишь лежать на краю канавы и наблюдать, как колония черных термитов поедает серого жука. Достав репеллент от насекомых из кармана штанов, Демирджян направил добротную струю спрея на одного из этих видимых, в конце концов, врагов человеческих. Термит прекратил свою отвратительную трапезу и взглянул своими насекомыми глазами на Демирджяна. Его душ продолжался, так что термит развернулся и побежал направо от Демирджяна, очевидно, испугавшись Супер Сейбр, что заходили с другой стороны, чтобы сбросить бомбы со сферическим гулом на испуганные вечнозеленые деревья. "Ты глупышка," - сказал Демирджян термиту, - "пытаешься убежать от дряни, которая повсюду на тебе," - ошеломленная букашка, наконец, запаниковала и свалилась с двухдюймовой кручи, закончив свои страдания. Бум! И пока серебристые бомбардировщики продолжали безжалостную атаку на растительный мир, любопытная серо-зеленая гусеница ползла неподалеку. Демирджян раздавил несостоявщуюся бабочку коричневой веткой, произнося: "Что ж, выживает сильнейший, ты не особо-то сильна." Бум! Бум! Бум! Далеко позади Демирджяна из-за стога сена возник вьетнамец в черной пижаме. Он бежал, в панике задрав руки к небу, сигнализируя "Я сдаюсь!". И когда разъяренный солдат разведки попытался обрушить ненависть в форме своего стального мачете на это антропоморфное сырье, другой, более собранный парень, пришел на помощь. Взятый в плен, вьетнамец не представляли из себя ничего более страшного, нежели напуганный человек преклонных, шестидесяти четырех, лет. Звали его Нгуен Ван Манг. </p> <p style="text-align: justify;">К этому времени ужасная линейная рота Чарли растворилась, словно первый сочный взрыв пикирующих бомбардировщиков был петушиным криком. Необыкновенный черный сержант Демирджяна встал на ноги со словами: "Вернемся в лагерь." - и в ту среду самым худшим звуком, что дошел до ушей М был единственный хриплый, но весьма преувеличенный крик, - "Я ранен!" Он раздался от парня, чья неолитическая челюсть, будто контрподвес некоего невидимого подвесного моста, держала его рот непоправимо открытым, так что когда он прыгнул из бронетранспортера и споткнулся о канаву, то прикусил губу.</p> <p style="text-align: justify;">"Кровь хлещет?" - кричал он, пока М неровным прыжками блаженно понеслась к своим окопам. Салливан ел фруктовый пирог из пайка, Демирджян возился со страницей головоломок в <em>Junction City Union</em>. "А-а-а?" - показывал парень им свою безынтересную рану. </p> <p style="text-align: justify;">Той ночью в своих уютных окопах стойкие ветераны роты М здоровые, вполне энергичные и счастливые оттого, как слабо они напуганы, слушали свое транзисторное радио, когда радиостанция вооруженных сил впервые упомянула Операцию: "Контакт был спорадический, потери Соединенных Штатов легкие." А потом диджей включил джаз, и то была среда.</p> <p style="text-align: justify;">Четверг. Вильямс, добродушный любитель перископов из Флориды в этот день коснулся вечности: он видел настоящего коммуниста, огромного как мир и храброго вдвойне. То был опыт, которым не наслаждался ни один солдат из всего настороженного батальона М в течение операции. Этот особенный коммунист вперился в Вильямса из кустов, не дальше чем через столик для пинг-понга. Вообще, он смотрел на него вдоль ствола винтовки. "Хо!" - вскрикнул Вильмс в ужасе. Но начнем сначала.</p> <p style="text-align: justify;">В четверг взвод Демирджяна радовался заслуженному отдыху, пока роты Вильямса и Мортона шли через темные джунгли Шервудского леса. Путь затрудняли всевозможные лианы, маленькие красные муравьи. Их миссией было уничтожение источника силы Чарли - рисовых схронов коммунистов. Каждый раз, когда торопливые, словно улитки, друзья Вильямса приходили к одному из них в поросли, они сжигали его. Идея была в том, что две или три тонны этого коричневого вещества могли поддерживать батальон Чарли на марше неделю. Вертлявый маленький вьетнамец шел с ними, для утверждения всех поджогов и взрывов. Солдат был обучен мистическому искусству проверки, что рис в каждом тайнике был воистину коммунистическим. Однажды, когда их мачете прорубались через растительность, медленные товарищи Вильямса вышли к штабелям чего-то похожего на кленовую карамель из Вермонта в брусках, напоминающих хозяйственное мыло. Но все это лежало в пещере и просто так не сгорело бы. Находчивый сержант стал бросать сладости муравьям, но нет, это было слишком долго. Ручные гранаты? Теперь перед ними был кленовый сахар с дырками. Слезоточивый газ? Не стоит пробовать, возможно, он запрещен Женевской Конвенцией. В конце концов, терпеливый сержант радировал армейским инжинерам, и они взровали карамель тринитротолуолом. Биглоу присутствовал на этом сафари со своей повязкой журналиста. "История!" - сказал он себе, но предположил, что не сможет написать об этом: сержант офиса по связям с общественностью сказал ему, что столь хищнические дела не пройдут мимо армейской цензуры. "Так не найдешь друзей среди вьтнамских фермеров," - объяснил он. </p> <p style="text-align: justify;">Движение сквозь джунгли, даже с мачете, было похоже на поиски чего-то важного на большом захламленном чердаке. Старые недосушенные халаты лезут в лицо, ржавые вешалки норовят схватить за волосы, а разваливающаяся колода карт ползет под ногу. Больше того, в этом диком лесу были и снайперы, стреляющие в людей. Шорох в листве и шлеп! Но что в самом деле терзало роты Вильямса и Мортона, в то время как они продирались сквозь джунгли, были не люди, а муравьи. Маленькие красные муравьи, которые четверть века не видели таких сочных людей с Запада. Даже французские войска не решались зайти в это коварное место. Мортон скажет себе: "О! Вот еще один," - когда очередной ворошащийся муравей бросится с листвы на его шею, а Мортон скатает его потными пальцами, держа винтовку в другой руке, и задавит муравья насмерть. У него будет чувство вины, от этих выдающихся актов самоутверждения. Будучи баптисом, он считал, что Бог создал все на земле, имея на то свои причины. Он добродетельно верил, что, может, эти маленькие рыжие муравьи содержат в себе лекарство от малярии, рака, которое доктора когда-нибудь найдут. Ночью он оправдает эту непрекращающуюся бойню, сказав себе: "Ничего страшного, там их еще так много." Он покажет Руссо, шестнадцатилетнему отчаянному мальчишке, который клялся, будь он в том заполненном насекомыми лесу (а он не был, получив тепловой удар), кричал бы "умри! каждому муравью, которого он прикончит, а потом смеялся как Мефистофель. Мортон покажет ему свою веру, улыбнется с терпением и скажет, что божьи муравьи должны быть убиты с добротой. </p> <p style="text-align: justify;">Биглоу. Сейчас Биглоу был, в первую очередь, солдатом, только потом репортером. Он сжимал мурьавьев между большим и указательным пальцем, механично сбрасывал их безжизненные тела на землю. Но пока Биглоу, дюйм за дюймом, продвигался вперед, он думал, не получится ли из этого какой-нибудь статьи. Как убивать мурьавьев. Автор Воугэн А. Биглоу. Он думал, первый способ - задушить муравья, забив ему в глотку песчинку зубочисткой. Второй способ... Микроскопическая яма Пунжи, беззаботный муравей страшно подыхает на острие кола. На практике же Биглоу убивал муравьев вполне конвенционально: безразлично, не обращая внимания на агонии умирающих, пока он шел рядом с другом, которые однажды тыкал в него шариковой ручкой со словами: "Я колю!" Я колю! Я колю!</p> <p style="text-align: justify;"> - Биглоу, - припомнил парень в этом неуместном месте, - Скажи Дубитскому, он должен мне пять долларов. </p> <p style="text-align: justify;">- Хорошо, - сказал Биглоу, давя муравья.</p> <p style="text-align: justify;">- И Биглоу. У тебя пара моих хаки.</p> <p style="text-align: justify;">- Ага, - ответил Биглоу, бросая мертвого муравья вниз.</p> <p style="text-align: justify;">- И Биглоу? Если капитан не вытащит нас отсюда, можешь взять и вторую пару.</p> <p style="text-align: justify;">- Но Вильямс! В кроткий разум Вильямса и не пришла мысль убивать этих муравьев, если один из них кусал его, он просто смахивал его, без всякой мрачной мести. Таким мирным был его нрав, когда он внезапно столкнулся с коммунистом, вьетнамцем в белой рубахе с черными волосами, Вильямс никогда не забудет его всклоченные волосы. Он лежал в маленькой ямке среди джунглей, в вымоине, и услышав хруст веток, обернулся. Вильямс увидел этого захватчика и крикнул "Хо!", инстинктивно пригнувшись к земле. Пуля задела его лопатку, и Вильямс выдохнул "О..." и зарылся лицом в грязь, держа свою черную винтовку высоко над собой, как африканское копье. Он палил по деревьям. Бах! Бах! Бах! И кричал.</p> <p style="text-align: justify;">- Сержант! Сержант! Сержант! Сюда! - полцарства за перископ! </p> <p style="text-align: justify;">- В чем дело? - крикнул сержант и поторопился к шумной сцене.</p> <p style="text-align: justify;">- Стреляйте! - заорал Вильямс, делая именно это, пока его лицо перепахивало землю. Я видел одного! </p> <p style="text-align: justify;">- Где? </p> <p style="text-align: justify;">- Вон там! Он меня подстрелил. Дернул головой, проследил за вечнозелеными деревьями, но там больше не было черноволосого коммуниста.</p> <p style="text-align: justify;">- Куда?</p> <p style="text-align: justify;">- Здесь, в плечо!</p> <p style="text-align: justify;">- Ничего нет. Может, рикошетом задело.</p> <p style="text-align: justify;">- Сержант, это был не рикошет! Я ранен! Я знаю, ранен!</p> <p style="text-align: justify;">- Стой смирно! - произнес сержант без тени волнения. - Ты не ранен, не о чем беспокоиться, ты в порядке. - Держись.</p> <p style="text-align: justify;">Вильямс ошарашенно взглянул на свои ноги и осмотрелся. - Хорошо, я постараюсь. - Сказал он сержанту.</p> <p style="text-align: justify;">- Сможешь идти через джунгли?</p> <p style="text-align: justify;">- Постараюсь.</p> <p style="text-align: justify;">Но когда Вильямс продолжил свой марш смерти через путающиеся лианы, а усики цепляли его за плечи, тянули за ноги, он боялся увидеть, как черноволосый человек смотрит на него из каждого куста, он представлял, что лозы это черные волосы, волосы, материализующиеся прямо из тенистого воздуха. Рыжие муравьи упали ему на рукав, и Вильямс механически смахнул их. "Выберусь отсюда и никогда не вернусь. Никогда!"</p> <p style="text-align: justify;">Его черноволосая Немезида или кто-то еще стрелял по американцам по всему их тернистому пути через лес. Шлеп! Шлеп! Двое мертвы, несколько ранены. Наконец, выйдя на освещенные Солнцем рисовые плантации, товарищи Вильямса были довольно злы на коммунистов, уж поверьте! В своей дикой мести неукротимые рядовые прошли через желтую вьетнамскую деревню как Визиготы, как армия Шермана, сжигая дома, раздирая одежду, ломая челюсти, рис струился на грязный пол. "Я его не оставлю этим чертовым гукам!" Один из солдат пристрелил собаку, а сержант воскликнул: "Ты и вправду отличный, черт тебя подери, солдат!" - они лишь рассмеялись. Кто-то достал зажигалку: "Лейтенант не хочет, чтобы мы... - Нахер лейтенанта," - и дом был объят черными языками пламени. Кто-то выстрелил из гранатомета, ничего не осталось. </p> <p style="text-align: justify;">Следующим утром Вильямс пошел вдоль окопов поговорить со своим сержантом, моложавым парнем с Востока. - Не хочу казаться добромысленным возражателем, - начал Вильямс, когда сержант отвел его чуть в сторону. </p> <p style="text-align: justify;">- Имеешь в виду сознательным возражающим?</p> <p style="text-align: justify;">- Не хочу казаться ни одним из них. Я сделаю все, что прикажите, кроме убийства.</p> <p style="text-align: justify;">- Ну, - ласково произнес сержант. - Не думаешь ли ты, что сдаешься слишком легко?</p> <p style="text-align: justify;">- Нет, серж, я пытался, пытался, я определился. Во мне нет чего-то для убийства, я обнаружил это вчера.</p> <p style="text-align: justify;">- Послушай, никто из нас не хочет никого убивать. Но если есть что-то, что нужно сделать, кто-то должен это сделать, вот и все. </p> <p style="text-align: justify;">- Серж, от меня нет толку в джунглях, если я никого не могу убить. Я просто не вернусь в джунгли, я просто не вернусь.</p> <p style="text-align: justify;">- Ну, кто-то должен вернуться в эти джунгли, Чарли сами не выйдут. - закончил терпеливый сержант.</p> <p style="text-align: justify;">Через несколько недель после того, как М действовала на той заросшей каучуковой плантации, когда мягкий свет просачивался через высокие деревья, птицы пели в листве, а обезьяны там скакали, - через несколько недель после того, как сержант Вильямса мягко с ним переговорил, он стал ужасно угрожать ему: трибунал, шесть лет принудительных работ, позорное увольнение; но ни кнут, ни пряник не могли изменить простую веру Вильямса в то, что закон джунглей - убей или умри - не для него. "Чудо бесхребетное", - назвал его лейтенант на обеде в офицерской палатке, думая - "он эгоистичен, он непатриотичен, он говорит, что боится - ну так все боятся, здесь вообще-то война, но Вильямс не играет на ней свою роль." Лейтенант мог вытерпеть все это во вьетнамцах, но Вильямс, он был американцем. </p> <p style="text-align: justify;">Вызвали скорую помощь, Вильямса доставили на яркую посадочную полосу резиновой плантации. Потом вертолет с красным крестом и еще одна армейская скорая помощь отвезли его в пыльную, невыносимо жаркую маленькую палатку, где сидел психиатр его дивизии. Он увлеченно вытер носовым платком вспотевшие руки, тщательно сложил его в четверть, потом в шестнадцатую часть перед тем, как убрать в карман брюк.</p> <p style="text-align: justify;"> - Ну, Вильямс? В чем твоя проблема? - начал психиатр. Это был рыжеволосый капитан.</p> <p style="text-align: justify;">- Не хочу участвовать в убийстве, - ответил Вильямс.</p> <p style="text-align: justify;">- Как это случилось? - отрешенно психиатр думал "аутизм, ассоциации, амбивалентность, аффект" - четыре признака шизофрении, которым его научили в Колорадо. Одна такая сказка и... никто не идеален. Две - ух, три - вжик! Увольнение по медицинским показателям для бедного психотического Вильямса. </p> <p style="text-align: justify;">Вильямс сидел на стуле рядом с маленьким столом доктора, такой же кошачий набор мебели, за которым он одно время работал в <em>VC</em>, Шахтерская корпорация Каролина, Вирджиния, платили $1.97 в час. Все знания о психиатрах Вильямс почерпнул из телевидения: он верил, что его рыжеволосый врач даст ему несколько ярких цветных блоков, которые нужно собрать вместе. Шизофрения? Никогда он о ней не слышал. Три из четырех признаков звучат для него как тарабарщина. Ассоциация? Национальная ассоциация содействия прогрессу цветного населения или Рыцари Пифии (<em>Knights of Pythias</em>, секретное общество в США, - прим. перев.) - ни к одной из них он не принадлежал. Во всей своей невинности он сидел в этой изнурительной палатке и отвечал на дружелюбные вопросы доктора. Отец Вильямса утонул. Месяц после этого у него были головные боли. Он жил с матерью, но у него есть подружка. Ее звали Кэтэрнелл. Он хотел бы на ней жениться и когда-нибудь сделает это. Через десять минут врач написал "болезней не обнаружено" на формуляре Вильямса и отправил его назад в линейную роту, где капитан назначил его поваром, и он научился смешивать воду, муку и темно-коричневую жировую основу, получая соус.</p> <p style="text-align: justify;">Но вернемся к пятнице и к операции.</p> <p style="text-align: justify;">В пятницу случилось то, чего давно ждали: батальон М кого-то убил, наконец-то. - Для чего нам штык? - кричал сержант с дикими глазами роте М в учебке в Америке. - Убивать! - научилась орать М в ответ. - Враг решителен, он не сбежит в ужасе, - говорил М с горящими глазами командир батальона Смоук. "Вы должны убить его." И в пятницу утром М неминуемо убили. Они делали свою работу со смешанными чувствами: одни понимали, других тошнило в присутствии навощенной смерти, кто-то был безразличен. М думали так в тренировочном лагере. Хофельдер думал: "Что если коммунист дико побежит на него, я правду смогу его убить?" - спрашивал он себя. Но его друг просто смеялся, говоря: "Ерунда. Я это я, он это он," - имея ввиду, что если уж он кого убьет, то это проблемы убитого, не его.</p> <p style="text-align: justify;">Эпизод снова случился с взводом Демирджяна, снова они забрались на раскаленные бронетранспортеры и вприпрыжку поехали в Шервудский лес и дальше, сжигая еще больше желтых домов по пути. Вообще, большой-босс лейтенант-полковник воздушной кавалерии дал капитанам приказ: убедиться, что есть явные признаки, если снайпер в доме - разрушить его, иначе - оставить. Но в повторяющихся императивах, исчезающих уточнениях и мудром понимании того, что полковник не мог это говорить всерьез, его приказ стал почти неузнаваемым, когда добрался по каналам сержанта Месилово. Месилово слышал следующий приказ: "Убить всех. Разрушить все. Убивать коров, свиней, кур - все."</p> <p style="text-align: justify;">- Но, сэр. Вы не можете все разрушить, - сказал Месилово хмурому второму лейтенанту, передавшему это. </p> <p style="text-align: justify;">- Так сказала кавалерия, - с энтузиазмом ответил лейтенант.</p> <p style="text-align: justify;">- Сэр, я не стану убивать женщин и детей, - ответил ему Месилово.</p> <p style="text-align: justify;">Но когда их транспорт катился по обреченным деревням, там не было ни женщин, ни детей, ни мужчин - сбежали все. Крепкие кавалеристы и взвод Демирджяна путешествовали с семи. "Мерзко," - думал Салливан, пока утро становилось жарче, а его стальная машина всегда была на Солнце, и ни разу не попадала в тень, несмотря на то, что в небесной синеве над ним было множество маленьких белых перьевых облаков. Чудо вьетнамской погоды. Но настоящим чудом из чудес был Демирджян. Вокруг него, казалось, кружилась непривычная атмосфера: его взгляд, готовый к атаке наклон винтовки, он прямо напоминал какой-то образец пехотинца, которые были повсюду на плакатах, словно неистовые львы. Они были расклеены в тренировочных лагерях, даже внутри чайных чашек в офицерской столовой. Среда удовлетворила романтичное сердце Демирджяна, подтвердила его веру: если бы он остался в пехотных подразделениях, а не в отрядах разведки, если бы он держал винтовку на плече для салюта, а не для стрельбы, то американская армия лишилась бы грандиозных моментов своего существования. Улавливая дух свирепых приказов, Демирджян стрелял в водяного буйвола и от души поливал трассерами желтый стог сена, чтобы поджечь его. Ньюман, старый философствующий охотник на аллигаторов М выбрался из своего бронетранспортера, чтобы поджечь один из желтых фермерских домов, но коль скоро он видел женщин и детей, бегущих оттуда минуту назад, у него были серьезные сомнения в своей задаче. Он спросил сержанта: "Зачем делать это? Они завтра же построят еще один," - но на самом деле Ньюман думал - "Сейчас я сожгу их дом, и это просто сделает из них коммунистов, не так ли?" Смоук говорил тоже самое. Как бы то ни было, Ньюман подчинялся приказам, используя свои армейские спички, он закрыл упаковку с надписью "Мой дом там, где свобода - Бенжамин Франклин", апокалипсис продолжался.</p> <p style="text-align: justify;">Там и произошел инцидент. Разведчик нашел какое-то подобие бункера: сверху хижина, под ней дыра, в которой слышатся голоса. Он сказал Демирджяну бросить туда гранату. Демирджян медлил, тогда солдат, упомянутый ранее, хотя и не по имени, прыгнул с брони и кинул гранату сам. Она вкатилась через дверь, ударилась о какую-то земляную перегородку прежде, чем взорваться, и... он ахнул, когда десяток или дюжина женщин и детей с визгом выбежали в своих мятых пижамах: ни крови, ни видимых повреждений. Он забрался на машину и поехал дальше. Следующая БМП в колонне с Йошико на борту подъехала к этой лачуге. Специалист четвертого класса, негр, держа в руках свою черную винтовку, осторожно вытянул шею, вглядывался в тьму секунду или две и закричал.</p> <p style="text-align: justify;">- Боже мой! </p> <p style="text-align: justify;">В чем дело, - спросил специалист второго класса, мальчишка, у которого Йошика был в помощниках. </p> <p style="text-align: justify;">- Они ранили девчушку, - и в черных мускулистых руках первый специалист вынес семилетку с длинными черными волосами и маленькими сережками. Изумленные глаза, ее глаза, что застынут в памяти М, кажется, в этих глазах совсем не было белков, только черные эллипсы, словно черные рыбки. Из носа у ребенка шла кровь: в задней части черепа была дыра.</p> <p style="text-align: justify;">- Сэр, - произнес сержант разведки, нажав большим пальцем на кнопку оливково-серой рации. На связи был его капитан, - сэр, здесь маленькая девочка, гражданская, она ранена. Можем "сдуть"? - Сержант надеялся, на вертолет, который доставит таращащуюся девочку в один из забитых вьетнамских гражданских госпиталей, где пациенты лежали по три на койке с роковыми ранениями, вроде отсутствующих рук, ног или дыр в каких-то частях своего тела.</p> <p style="text-align: justify;">- Принял, - ответил капитан разведки, но спустя мгновение девочка вздрогнула и умерла.</p> <p style="text-align: justify;">"Сэр", - сказал сержант, и транспорт продолжил движение, остановившись лишь по просьбе стрелка Йошики, который дал другим детям жевачку и постарался поддержать мать девочки. "Нам жаль," - мать смущенно трясла головой, словно хотела сказать "пожалуйста, с каждым может случиться", в ее плече застрял осколок шрапнели. Медик перевязал его прежде чем уехать.</p> <p style="text-align: justify;">Без сомнения, в последующие месяцы М увидит операции с большей долей славы (и увидит много таких операций, армии потребовалось бы пятнадцать сотен подобных маневров, чтобы покрыть всю территорию коммунистов, а Чарли могли вернуться этим же вечером) - больше славных операций, но эта первая Операция М подошла к своему меланхоличному концу. Усталому батальону больше не пришлось убивать, ранить или брать в плен, ни коммунистов, никого другого, по подозрению или явного, в грядущие полтора дня. Большинство М искренне стыдилось случая с семилетней девочкой. У лейтенанта разведки не было опасений, он говорил себе: "Эти люди не желают видеть нас здесь, чего о них беспокоиться?" - мысль, которую он горько и свободно высказал в разговоре. В своем невинном прошлом, лейтенант прошел через вроде бы пустые вьетнамские деревни, не разрушая их по пути, не убивая мужчину, женщину, мальчишку, который потом стрелял по ним, убивая одного или двух американцев, людей, за чьи жизни отвечал лейтенант. Во искупление грехов лейтенанта, Вьетнам показал ему черту, где жалость должна смениться осторожностью. </p> <p style="text-align: justify;">Йошика стоял у убежища и смотрел, как умирает девочка. Он не чувствовал особого участия в проблемах Азии, хотя и был азиатом, а его мать жила в Хиросиме, но будучи американцем, он любил детей. Он отвернулся, его лицо застыло, словно восковая маска. Жизнь не научила его выражать мысли с особой точностью, и Йошика просто сказал про себя любимое слово и пообещал думать о других вещах. Но именно это он и не мог сделать. В течение трех последующих пятниц, он прыгал из пыльного армейского грузовика, видел блестящую проволоку между двух кустов, флегматично говорил: "Там мина," - сержант предупреждал солдат, расставляя руки, касаясь его руки. Три пятницы спустя в черном взрыве Йошика был ранен также, как девочка с широко открытыми глазами. Сержант, коснувшийся растяжки погиб, негр, обнаруживший девчушку погиб, старый охотник на аллигаторов был пронизан шрапнелью и эвакуирован, и "Йокасока мертв" - говорили солдаты на резиновой плантации той ночью, все еще не произнося его имя правильно, не зная, что Йошика лежит едва живой в госпитале в Сайгоне. На его бритой голове красуются огромные шрамы, как у Франкенштейна, прыщи покрыты спекшейся кровью, в горле проделана дыра, через которую он дышит, на губах пузыри, ступни ног странного бледно-желтого цвета, голова болтается влево-вправо, словно желая крикнуть "нет-нет-нет", рука шлепает по бедру, будто он услышал какую-то сумасбродную историю, вокруг кровати натянута простыня, чтобы он не свалился, в него капает прозрачная жидкость из бутылки, буро-желтая жидкость капает из него, рядовой первого класса отгоняет мух и чистит дырку в его горле всасывающим устройством, скромная медсестра Навахо укрывает его ноги простыней, доктор склоняется над ним, шепча: "Боб? Ты в госпитале. Полежишь немного на носилках. Тебе предстоит небольшое путешествие. Сначала на самолете...</p> <p style="text-align: justify;">Случилось так, что кровать рядом с Йошико была детская, внутри лежал щенок в красный горошек и вьетнамская девочка двух лет с большими глазами. Маленькие белые пластыри опутывали ее как обеденную свечу, не давая ей коснуться влажной верхней губы, на которой нежный доктор - добрый самаритянин прооперировал трещину, страшный дефект от рождения. </p> <p style="text-align: justify;">Суббота. Последний день в плане операции и пятидесятый с того дня, когда Милетт сказал М: "У меня дома жена и три ребенка." Суббота, и М ничем не были заняты, кроме того, что гоняли маленькие матерчатые квадратики по стволам винтовок. Демирджян произнес: "Я вчера ее чистил," - и сел на траву у окопа, скрестив ноги, рядом со специалистом четвертого класса разгадывать кроссворд в <em>Stars and Stripes.</em> Повернулся к коммунистам, если таковые были, согнутой спиной.  </p> <p style="text-align: justify;">- Имя Афины. - Вот это хороший вопрос, - пробормотал Демирджян. </p> <p style="text-align: justify;">- Комната в гареме, - мягко продолжил специалист. </p> <p style="text-align: justify;">- Десять по вертикали?</p> <p style="text-align: justify;">- Девять. </p> <p style="text-align: justify;">- Десять это имя девчонки Энн.  </p> <p style="text-align: justify;">- А девять? </p> <p style="text-align: justify;">- Девять это комната в гареме.</p> <p style="text-align: justify;">- Спальня чтоль?</p> <p style="text-align: justify;">- Так что там девять? - спрашивал Демирджян.</p> <p style="text-align: justify;">Салливан сидел и читал "Неразгаданные загадки убийства Кеннеди." Руссо валялся: его любимый длинный охотничий нож пропал в джунглях, словно Эскалибур в озере. К тому же Руссо хватил тепловой удар, и он прошептал друзьям свой настоящий возраст, надеясь, что его сдадут властям. Мортон сидел в окопе и ел паёк, вежливо интересуясь у друзей, зачем они сожгли вьетнамские дома. Он находил это забавным. В пятницу утром Мортон спросил лидера отряда: "Сержант, мне сжечь эти дома?" - "Да, вот тебе в помощь," - ответил сержант, дав ему канистру керосина с кухонной полки. Отлично, приказ есть приказ, Мортон смирился с этим, но позже сержант сказал: "Достаточно," - а непослушные друзья Мортона остались позади и сожгли всю деревню, превратив ее в маленькую копию Лидице. И сейчас Мортон добродушно выяснял, почему. Напарники, все старослужащие во Вьетнаме, гарантировали Мортону, что он не будет таким чувствительным после того, как вьетнамцы попытаются прикончить его пару раз.</p> <p style="text-align: justify;">- Все эти люди, коммунисты пришли и забрали их братьев и отцов, так что если у них семья среди коммунистов, конечно, они будут им симпатизировать. - сказал один.</p> <p style="text-align: justify;">- Взгляни с другой стороны, - ответил второй, - ты сжигаешь их дома, если они и не коммунисты, то все равно ими станут, - он имел в виду, иди и жги, сужающееся кольцо причин заставило Мортона моргнуть.</p> <p style="text-align: justify;"> - Я сжигаю, потому что ненавижу, - просто ответил третий. Ненавижу Вьетнам. Ненавижу потому что я здесь. Ненавижу каждый дом, каждое дерево, каждую кучу соломы, когда я их вижу, то хочу сжечь. - Кажется, он был удивлен тем, что остальные напарники имели разумные причины.</p> <p style="text-align: justify;">- Что ж, - смеясь произнес Мортон, - полагаю, через пару месяцев и я стану сжигать дома! - Но этому не суждено было случиться. Потому что две недели спустя, шагая по пыльной дороге, Мортон услышал щелчок и умер, подорвавшись на одной из коммунистических мин. Его ноги валялись, словно лохмотья в грязи, казалось, у него три или четыре ноги. "Мы провели мемориальную службу в его честь," - написал капеллан отцу и матери Мортона в Техас. "Его праведные дела отразятся в пролитых слезах. И нет большей любви, чем у человека, отдавшего свою жизнь за друзей. Возможно," - писал капеллан в обыденном письме, - "вас согреет память о том, что Билли сражался за благородную цель, он помогал добрым людям жить в свободе здесь и во всем мире. Вы пребудете в моих молитвах," - написал капеллан родителям Мортона, которые похоронили мальчика в его однопуговичном костюме. </p> <p style="text-align: justify;">- Местоположение Тадж-Махала, - спросил специалист четвертого класса. </p> <p style="text-align: justify;">- Индия! Индия! - крикнул Демирджян. </p> <p style="text-align: justify;">- Слишком много букв, - прозвучало в ответ. Закончив с кроссвордом, они взялись за новости и обнаружили статью об операции на передовице, датированную несколькими днями ранее.</p> <p style="text-align: justify;">- Ты посмотри, - сказал Демирджян, - не думал, что они напишут об этом так много.</p> <p style="text-align: justify;">- Дивизия, - громко прочел спец, - провела самую большую кампанию за все время вьетнамской войны. Ну надо же! Я и не знал. После того, как тысячи солдат наводнили проросшую местность...</p> <p style="text-align: justify;">- Заросшую! - крикнул Салливан, подняв взгляд.</p> <p style="text-align: justify;">- Закаленная в боях дивизия...</p> <p style="text-align: justify;">- Закаленная в боях! Ха! </p> <p style="text-align: justify;">- ...полагаясь на элемент неожиданности, планировала захватить громадные силы Вьетконга, которые, как считалось, скрываются в районе. Военная машина двигалась с молниеносной скоростью с утра понедельника. Солдаты и танки вместе с бронетранспортерами бросились в указанную местность, сжимая кольцо. Другие силы двигались через джунгли с востока...</p> <p style="text-align: justify;">- Попали под перекрестный огонь! - воскликнул Салливан, и веселье продолжалось, пока сержант с тремя полосками и двумя плашками не подошел к периметру, и не приказал взводу Демирджяна прекратить дурачиться и отправиться на патруль вдоль окопов. Демирджян шагал на ничейную землю, говоря про себя, что армия есть армия. Но думал он об этом с откуда-то возникшей невозмутимостью. Он достал старую крышку от арахисового масла из пайка, банку курицы с лапшой и пустую рваную упаковку от Мальборо. И несколько месяцев спустя он... </p> <p style="text-align: justify;">Несколько месяцев спустя, по милости божьей, Салливан отбыл по приказу в Сайгон, где охранял какой-то бордель. МакКарти смешивал сухое мартини в дивизионном лагере, а Вильямс готовил соус на каучуковой плантации, гадая, почему Кэтэрнелл не пишет. Ньюман все еще ловил воображаемых аллигаторов в госпитале. По аннонимному обращению, Руссо был уволен без сохранения звания и уехал в Йонкерс, став церемониймейстером на параде в День Памяти. Биглоу отправился в Алабаму, где учился летать на вертолете, $298.20. Прохазка проводил трехнедельный отпуск на Ривьере. Йошика с изумлением обнаружил, что жив и в Калифорнии, а Мортон в Техасе, мертв и похоронен. Но Демирджян? </p> <p style="text-align: justify;">Демирджян остался в своем подразделении, по словам генерала, лучшем в батальоне. Демирджян вот-вот должен был получить специалиста четвертого класса и, наверное, станет сержантом в 1966. Он по-прежнему не видел ни одного коммуниста, да и не встретил ни одного вьетнамца, которому было бы дело до них. На вылазках, он летал по джунглям, будто Тарзан на лианах, смотрел на высокое желтое пламя и думал, что американская армия не так уж плоха. Без всяких угрызений совести он сказал себе: "Вместе с американцами, я бы сжег целую страну и принялся за следующую." Четверть его армейского турне благополучно завершилась.</p> <p style="text-align: right;"><strong>- перевел Владимир Самойлов специально для Альманаха "Искусство Войны"</strong></p></div> <div class="element element-relateditems first"> Сак Джон</div> <div class="element element-itemcategory"> <a href="http://navoine.info/category/exclusive/">Эксклюзив</a> <a href="http://navoine.info/category/voenlit.html">Военлит</a> <a href="http://navoine.info/category/perevody.html">Переводы</a> <a href="http://navoine.info/category/vietnam.html">Вьетнам</a></div> <div class="element element-itemcreated"> Вторник, 05 Май 2015</div> <div class="element element-textarea last"> <p><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/25/20682809.408/0_c7d82_a3596db2_L.jpg" border="0" width="382" height="500" style="display: block; margin-left: auto; margin-right: auto;" /></p> <p style="text-align: justify;"><strong><strong><span lang="ru-RU">Альманах "Искусство Войны" рад представить своим читателям первый полный перевод на русский язык классического произведения военной литературы.</span></strong></strong></p> <p style="text-align: justify;"><strong>Узнаваемые по знаменитой цитате с обложки ("Боже мой, они ранили девчушку"), это легендарные записи о роте солдат в форте Дикс, Нью-Джерси, которых готовили к войне, и которые нашли ее в Южном Вьетнаме пятьюдесятью днями позже, впервые полностью доступны в Интернете.</strong></p> <p style="text-align: justify;">Автор - Джон Сэк</p> <p style="text-align: justify;">Впервые опубликованы в октябрьском выпуске 1966г. журнала <em>Esquire</em>.</p> <p style="text-align: justify;">***</p> <p style="text-align: justify;">Раз, два, три и, через несколько недель, <em>они</em> станут давать приказы роте. <em>Они</em> были теми загадочными божественными сущностями, кто, по общему мнению, закидывал карточки в компьютер <em>IBM</em>, а может просто в шляпу, с тем, чтобы определить, куда отправятся солдаты из роты М в следующий раз, кто останется там, в Соединенных Штатах, кто станет спокойно служить в Европе, а кто будет сражаться и умирать во Вьетнаме.</p> <p style="text-align: justify;">Не важно. То, что взбудоражило роту не имело отношения к карточкам назначений, а в более близком будущем - проверка! Конечно, эта самая первая проверка, проводимая бодрым черным капитаном. Так что этим вечером вся рота в белом армейском белье натирала пол  казарм, полировала свои черные военные ботинки, выворачивала наизнанку стволы винтовок и, орудуя пинцетами, доставала песок из ушей. Воздух был густым от полироли для пола и оружейного масла, влажного аромата, который, казалось, вплетался в нити армейского сукна. Несколькими минутами ранее, рота прослушала наставление легковесного сержанта из серии "сделай или сдохни", сержанта Милетта. Прислонившись к двухясрусной кровати и просунув руку через стальные столбики станины, Милетт умоляюще произнес: "Помойтесь ради меня. У меня дома жена и три ребенка. Я ухожу, когда еще темно, прихожу, когда уже темно. Я не говорил с ними тридцать шесть часов. Я не знаю, может они мертвы", - и сводя все в шутку - "Что ж, я оставил им достаточно пищи, мне, пожалуй, не стоит беспокоиться," - подошел к главному - "Там внизу мой босс, у него пара полосок на воротничке, он - босс, на которого я работаю. Завтра в полдень он проверит нас, так что не выставляйте меня болваном!"</p> <p style="text-align: justify;">"И все, что вы должны делать это следовать табличке!" - и сейчас, в свой четвертый пролетающий месяц армейской жизни и последний месяц обучения в большом мрачном Восточном лагере, рота М знала, что имел ввиду Милетт. Табличка была в памятке солдата за подписью никого иного, как генерал-адъютанта армии. Внутри зеленой солдатской тумбочки  (писал генерал) все должно быть <em>так</em>, и с какой гордостью рота М выдержит проверку, если все действительно так. Генерал приказал, что (кто бы мог подумать) <em>Pepsodent</em> или зубной порошок любой другой марки, что нравится мальчику, кладется в заднюю часть тумбочки, слева, нижним краем так, чтобы слова "ЗУБНОЙ ПОРОШОК" читались сверху вниз, и там не должно быть ни грязи, ни пыли. Генерал приказал, что КРЕМ ДЛЯ БРИТЬЯ парень должен положить справа, а его бритва, его лезвия, его зубная щетка и его расческа должны лежать на мыльнице, и все это лежит на наибелейшем полотенце, - указывал генерал. К этому воистину армейскому порядку простой мастер-сержант в тренировочном лагере роты М посмел добавить нововведение: он разрешил класть в тумбочку Библию между платками и кремом для обуви, правым краем вверх. Это необязательно, по решению владельца, но другие отступления от архетипической тумбочки, шкафчика, вещей на солдатской койке или на самом солдате будут наказаны. "И наказаны будет означать отсутствие увольнительной в субботу ночью, без исключений," - напомнил Милетт.</p> <p style="text-align: justify;">Он попросил снова: "Так постарайтесь следовать табличке," - и поторопился туда, где все еще жили его жена и дети, а М - тело, состоящее из двух с половиной сотен американских парней всех форм, размеров и особенностей, преимущественно из призывников, но также и нескольких волонтеров - рота М стала добросовестно приводить свои казармы в порядок, кто-то даже с охотой. Но не рядовой Демирджян. Демирджян считал, что все это глупо, все эти тумбочки, шкафчики, и ворсинки на шнурках - бессмысленно. Бóльшая часть М согласилась бы, но только Демирджян замыслил нарваться на отставку. Прочь. Он планировал довести дело до конца с помощью своей "особой" способности. Он воображал себя в Испании, Армении, где угодно, где не было роты М. Он позволял себе безумные полеты воображения, по той причине, что интуиция все же в тайне уверяла его, что мечты останутся только мечтами. Однажды он сказал себе: "Я могу пройти перед чьей-нибудь винтовкой". Он думал, что может упасть с лестницы и сказать врачам: "Мой мозг, он дрожит, он болтается у меня в голове". Как-то раз он наступил на грабли, играя в футбол, и получил сотрясение, так что Демирджян знал симптомы. До сих пор, ни один из его планов не был воплощен, и не представлял опасности для состояния роты, но этой ночью ему пришла новая мысль. Его воображение сосредоточилось на чем-то, что сказал рядовой с жестокими глазами во время перекура. Парень был помощником полицейского, парковочным инспектором или кем-то в этом роде в Янгстауне, Огайо, он сказал, что удар точно в правую часть челюсти приведет к перелому. Демирджян, с отказавшими после пары стаканчиков J&amp;B тормозами ответил что-то вроде: "Да ладно?"</p> <p style="text-align: justify;">- Двадцать долларов! - крикнул бывший полицейский, доставая бумажник из  широкого кармана комбинезона и кидая купюру указанного достоинства на подоконник, сжимая другую руку в кулак. "Двадцать долларов говорят, я могу сделать это!"</p> <p style="text-align: justify;">- Да ладно? Парень в два раза больше ударил меня прямо <em>сюда</em> и не смог ничего сломать.</p> <p style="text-align: justify;">- Это не то место, куда я собираюсь ударить, Демирджян! Где твоя двадцатка?</p> <p style="text-align: justify;">- Беру в долг, - произнес Демирджян, уступая.</p> <p style="text-align: justify;">"Двадцать долларов, Демирджян!", - сказал лучший из Янгстауна, шлепнув своей зеленой перчаткой по подоконнику. Он взял ставку, пока никто не видел, по-видимому, ему нравился этот бравый звук на бетонном подоконнике: шмяк! Тот звук, с которым челюсть Демирджяна хрустнула как куриная кость-вилочка. Демирджян не нравился ему ни с какого бока, Демирджян не ходил с гордо поднятой головой, как подобает ходить солдатам, он плелся склонившись, как чертов скрипач, а когда говорил, голова болталась словно баскетбольный мяч в корзине, живо подражая искусству Брандо.</p> <p style="text-align: justify;">- Даю в долг!</p> <p style="text-align: justify;">"Качни головой! Подними подбородок. Чуть ближе к окну", - Демирджян сделал это. Он будто сидит в зубном кресле, голова наклонена, челюсть расслаблена, глаза напряженно уперлись в оранжевую надпись "НЕ КУРИТЬ", нанесенную через трафарет на бетонную стену казармы. Все спальные комнаты роты М были отделаны  как подвал многоквартирного дома, где стоят стиральные машины. Длинное низкое здание выглядело так, словно люди внутри работают на станках, а над дверью надпись черной краской возвещала всему человечеству: "М".</p> <p style="text-align: justify;">- Черт побери, еще правее.</p> <p style="text-align: justify;">- Я жду, я жду, - произнес Демирджян, в то время как глубоко в его подсознании лежала мысль "лучше бы мои друзья спасли меня", что они и сделали несколькими секундами позже.</p> <p style="text-align: justify;">- Спокойно! Вчера на рубеже 45 он попросил выстрелить ему в пальцы ног, - сказал его приятель Салливан, вставая между ними, - все что он хочет, это получить отставку.</p> <p style="text-align: justify;">- Конечно, - согласился Демирджян. Он говорил себе: "Что ж или это, или я получу двадцать долларов," - армия задерживала выплаты за месяцы, что-то шло не так в финансовом отделе.</p> <p style="text-align: justify;">- Ты не покинешь армию со сломанной челюстью, - продолжил Салливан.</p> <p style="text-align: justify;">- Ну конечно - я же не смогу есть, я помру.</p> <p style="text-align: justify;">- Глупо. Они поставят тебя на ноги за день. Хочешь уйти из армии, пусть он сломает тебе ступню.</p> <p style="text-align: justify;">"Можешь сломать мне ступню?", - попросил Демирджян, но "в делах людей бывает миг прилива; он мчит их к счастью, если не упущен". Бывший полицейский уже говорил своим друзьям "да!", он пил виски, но не был пьян, он же отдаст все долги - двадцать баксов! Но рота М вернулась к подготовке к проверке. </p> <p style="text-align: justify;">Поймите: все это случилось на самом деле. Демирджян реален, как и все в этом рассказе, даже Чилликот молочник, все о нем - правда. Имена и родные города начинаются на странице 160, там же и средние имена, прошу прощения у Эрни Пайла.</p> <p style="text-align: justify;">Как бы то ни было, к двум утра под ногтями у солдат М было чисто, белье расправлено словно плац, ботинки блестели, снаряжение сияло как бриллиант и покоилось на койках в полном соответствии с генеральской табличкой, рота М спала в своих спальных мешках там где осталось свободное место - на полу, пока бесконечно малые йоты пыли тихо оседали на результат их трудов.</p> <p style="text-align: justify;">Замечание редактора из первоначальной статьи: М - рота М первой бригады дополнительной пехотной подготовки в учебном центре армии Соединенных Штатов, направление подготовки - пехота, форт Дикс, Нью-Джерси, учебный период с 13 декабря 1965 по 3 февраля 1966. Рота была распределена между первой пехотной дивизией в Ди Ане и ротами <em>A, B, C </em>второго батальона второго пехотного полка третьей бригады первой пехотной дивизии в Лай Хе. Их первая операция - Операция Мастиф была проведена около 21 февраля 1966.</p> <p style="text-align: justify;">Рота М проснулась в четыре утра. Сегодня обязанность не дать им снова заснуть после завтрака была возложена на капеллана: первый урок этим днем роте преподаст он. Хотя его предмет - мужество - и не особо использовался в составе бензедрина (стимулирующий препарат гр. амфетаминов - прим. перев.), капеллан, протестантский майор произнес что-то вроде: "Я говорю вам о том, что это требует от людей мужества", - в этом месте он ударил ладонью о деревянное возвышение (о кафедру, как он ее называл), выдергивая М из ступора как раз, чтобы они могли слышать, как он заканчивает предложение, сопровождая этот неожиданный жест текстом, - "сделать шаг". У него было много уловок, у этого капеллана. Порой он шумел, но также воздействовал и тишиной. Сегодня он сказал: "Знаете, что требует мужества в окопе? Вот оно", - и продолжил, - "..." - он ничего не сказал, вечность прошла пока все глаза ни поднялись, чтобы взглянуть, не наступил ли конец света, а потом Капеллан продолжил, - "Это не звуки, что доносятся до вас, это тишина".</p> <p style="text-align: justify;">Этим пронзительно холодным зимним утром М собрались в своем большом бетонном классе в восемь часов. В раскинувшихся над ними просторах воробьи сидели на трубах отопления и верещали со скрипом. Сержант крикнул: "На места!" - и солдаты роты М сели на холодные металлические кресла, отвечая в унисон: "Голубые пони!" - или что-то в этом духе, пока не становилось ясно, что они кричат "голубые молнии!" - прозвище своей бригады. М была шумной ротой. Черный, широко шагающий, капитан верил, что это поднимает боевой дух, а еще не дает им заснуть. Завтрак, обед и ужин в М представляли собой настоящий сумасшедший дом, потому что каждый солдат при входе в столовую должен был повернуться лицом налево, встать и проорать сержанту инициалы, означающие был ли он призван или пошел добровольцем. После еды сержант подсчитывал числа в каждой категории, а потом сообщал начальнику раздачи, который хранил их целый месяц прежде чем выбросить.</p> <p style="text-align: justify;">- Доброе утро, ребята, - произнес капеллан. Он носил шерстяную зимнюю одежду с черным шарфом - символов корпуса капелланов.</p> <p style="text-align: justify;">- Доброе утро, сэр! Голубые молнии! На страже! Мощный-мощный Майк! А-а-аггр! - прокричала рота в ответ. О выражении "голубые молнии" мы уже слышали. Девиз бригады был "на страже", и Майк соответствовал букве М в фонетическом алфавите, ну а "мощный" относилось к самой роте. "Аггр" был нужен для сохранения ритма, как переход к тонике в конце песни.</p> <p style="text-align: justify;">Облокотившись обеими руками на свою кафедру, капеллан протолкал ее на несколько дюймов вперед по черному линолеуму. Шкр-и-и-ич! И каждый в роте М сел ровно по струнке, когда капеллан начал говорить. Он сказал: "Мужество..."</p> <p style="text-align: justify;">Но в этот момент за сотню миль произошло очень важное событие. И если бы только рота М знала, что хрупкий сосуд их надежд разбился в то утро, их мысли полетели бы с лекции капеллана через другие штаты, чтобы осесть на (фанфары, пожалуйста)... Чилликотовском молочнике! Его имя было Элмер Палвер. Его маршрут пролегал к востоку от путей Норфолк энд Вестерн в Чилликоте, Огайо в 1950, когда началась корейская война. Элмер в своей скрипучей запряженной лошадью тележке, приносящий газеты от ворот, тихо и ободряюще стучащий в дверь, закрывающий за собой ворота, чтобы собака не выбежала на улицу, добрейший и самый энергичный молочник в городе, дающий детям Чилликота маленькие лакомые кусочки льда, тем детям, которые станут призывниками, когда он будет майором армии США в Вашингтоне в 1966. Палвер закончил срочную службу  в 1951, но выбрал карьеру офицера. Предпочитая пехоту во-первых, танковые войска во-вторых и артиллерию в-третьих, он не был направлен ни в один из этих родов войск, молодым лейтенантом он просил о службе в Корее, и был отправлен в Германию. Ах, капризные <em>они</em>! К 1966 году Палвер, уже будучи майором и все еще ужасно добрым, получил место в безоконных внутренних коридорах Пентагона. К месту прилагались старый вращающийся деревянный стул и новое задание: каждого (вы бы поверили в это? каждого!) человека в Армии по завершении тренировочного курса следовало направить на место службы. При том, что он не был похож на трех ужасных ведьм, танцующих возле котла где-то на вересковой пустоши, <em>они </em>становились Элмером Палвером.</p> <p style="text-align: justify;">Этим зимним утром у него лежала стопка тех жестких перфокарт размером со старую фунтовую банкноту. У этих карт были зелены грани, а еще у Палвера была вторая стопка бесцветных перфокарт, на каждого солдата, где бы он ни был. Сидя на своем вращающемся стуле, Палвер взял с круглой подставки трубку из кукурузного початка, набил ее табаком, раскурил и стал перебирать свои карточки. Делай он это предписанным способом, он должен был бы взять первые попавшиеся зеленую и белую карточки и соединить их бумажной скрепкой: солдата и его назначение, и так далее, снова и снова. Но майор был добрым человеком, он знал, что в его руках личности со множеством характеров, хотя это и означало работу во внеурочное время: сегодня была суббота, Пентагон был странным и пустым, а он хотел направить каждого солдата туда, где он будет наиболее счастлив. И на карте каждого парня были буквенный код, обозначающий где на столь разной планете он надеялся служить.</p> <p style="text-align: justify;">Кто-то из М хотел сладкой жизни в Европе, Кто-то выбрал солнечные Гавайи или теплые воды Карибского Залива. Несколько авантюристов предпочитали Японию. Если верить перфокартам, никто из двух с половиной сотен служивших в М не желал попасть во Вьетнам, - но это было не так, перфокарты не были верны. Биглоу хотел отправиться во Вьетнам. Он хотел этого по заезженной американской причине: делать деньги, потому что во вьетнамских джунглях он бы получал 65 долларов боевых в месяц, которые, как он подсчитал, дали бы ему 780 баксов после двенадцати месяцев службы. Эти расчеты он внес в компьютер, где рассчитал, что за несколько лет экономии эти деньги будут оценены в 1000 долларов, которые...дальше Биглоу не рассчитывал. Но за свою армейскую карьеру Биглоу не дал знать о своих предпочтениях надлежащим должностным лицам, в чем нет его вины. Многими ночами ранее высокий рядовой первого класса из отдела кадров собрал М вместе в комнате развлечений, месте в котором солдат видел сияющие зеленые бильярдные столы и столики для настольного тенниса, видел, когда драил линолеум под ними, во всех остальных случаях комната была на замке. Однако, той ночью она была удивительным образом открыта, чтобы рядовой первого класса раздал всем маленькие серые отпечатанные на мимеографе формуляры. "Так-с", - сказал он. "Сейчас! Те, кто хотел бы направиться в Европу впишут "Европа", - никаких гарантий. Сам он взял формуляр и крутил его на указательном пальце, и пока он говорил, он болтал его как соломинку в стакане или карандаш, выделывая им круги, жестом, который мог бы значить, будто армия заставляет служащих бесконечно заполнять формуляры. М же заполнили формы столь привычно, что за несколько минут навечно забыли, что вообще их заполняли. "Так-с", - произнес рядовой первого класса Соломинка. "Те, кто хочет на Карибы..." - и то же самое про Аляску, Гавайи, Корею, Окинаву и вожделенный Вьетнам Биглоу. Потом он собрал бумаги и телеграфировал их в Пентагон. Но Биглоу тем вечером был в наряде на кухне, стоя в белых облаках пара, очищая кастрюли. Так что код на его перфокарте был <em>X</em>, что означало отсутствие предпочтений.</p> <p style="text-align: justify;">Пыхтя своей сигарой и перебирая вторую стопку карточек, Палвер выяснил, что в этом месяце есть вакансии лишь в Германии и Вьетнаме. Этой морозной субботой он привел своего восьмилетнего сына, светленького Дугласа в Пентагон (через неделю придет очередь Лизы), и удовлетворяя его любопытство, он показал ему перфокарты, объяснив, что солдат, который хочет отправиться в Европу будет служить там, а солдат, желающий служить во Вьетнаме, хотя желающих и не было, отправиться туда. "Что если он хочет в Японию?", - настороженно спросил Дуглас, и Палвер объяснил, что хотя в это месяце и нет открытых мест для службы в прекрасной стране гейш и лепестков сакуры, он сделает все возможное для солдата и отправит его во Вьетнам, раз уж, кажется, он интересуется Востоком, то может посетить Японию, скажем, по пути в отпуск или возвращаясь домой. "А если ему хочется на Гавайи?", - произнес Дуглас, Палвер ответил: тоже самое, он отправится во Вьетнам. "Папа! Можно я сделаю это сам? Пожалуйста!", - спросил Дуглас, но отец усмехнулся и ответил "нет". Пока Дуглас сидел напротив него с набором мелков и рисовал разноцветные реактивные самолеты, его отец начал соединять карты вместе, белые и зеленые. В полдень Дуглас подкрепился гамбургером за своим столом, Палвер съел сэндвич с говядиной на белом хлебе за своим.</p> <p style="text-align: justify;">В полдень рота М с опасением ожидала в своих чистых бараках визит капитана Амейкера. Амейкер же беззаботно ехал по магистрали в Нью-Йорк в своем белом автомобиле Триумф с откидным верхом. Ха-ха! Это была уловка, на самом деле капитан никогда не посещал тренировочный лагерь. Хитрец старина Милетт, этот лукавый сержант всего лишь заставил М почистить себя получше, взывая к удивительному имени Амейкера, который на самом деле планировал быть в Гарлеме в этот полдень, простаивая в пробке с другом, который получал 50 долларов в час за то, что сидел на стуле рядом с Оливетти в студии фотографов журнала <em>Ebony</em> и, глядя ему через плечо, говорил: "пока ты здесь, принеси-ка мне стаканчик Грант". Вместо этого, М заканчивали чистку, начатую этим волком в овечьей шкуре - сержантом Маккиавелли-Милеттом. Он приступил к осмотру бараков в два часа. У него было нормальное настроение до того момента, когда его пальцы прошлись по тумбочке первого солдата, чтобы открыть ее. И тогда Милетт ощутил почти неосязаемое сопротивление, которое оказало кончикам его пальцев вещество, борьбе с которым он посвятил большую часть своей армейской карьеры. Он выкрикнул: "Пыль!" - и растянув пальцы так широко, что мог бы удержать баскетбольный мяч, сунул их в лицо незадачливому владельцу тумбочки, чье имя было рядовой Скотт. "Черт побери! Это стыд!" - прокричал Милетт, Скотти с кающимся видом опустил глаза. А черный капитан, обычно он был веселым парнем,. За день до опроса рядового-соломинки он смотрел сериал "Гавайский глаз" и в формуляре написал "Гавайи", чтобы потанцевать с девчонками лулу.</p> <p style="text-align: justify;">"Пыль!..Пыль!..Пыль!..Кругом одна пыль!" - произнес Милетт, бросаясь от тумбочки к тумбочке и проводя по каждой кончиками пальцев, как неистовая рука Панчо Гонзалеса. "За это можно отдать под трибунал! Вы не готовы к проверке!" - кричал он, и внезапно его с лица сошел фиолетовый цвет, кожа перестала быть как натянутая простыня, сержант больше не злился. Он смеялся. Он понял, что все это было нелепо - нелепо, что человек должен проходить проверку с пыльной тумбочкой. "Вам ребятам... вам ребятам", - смеясь, достав носовой платок и вытирая грязь с пальцев. "Вам лучше бы уделить мне внимание, потому что если вы не сделаете это сейчас, то не сделаете этого никогда. Только с увольнением по причине плохого поведения. И", - он недоверчиво покачал головой, - "это всего лишь сержантская проверка, но считаете, что ее проводит сам капитан!" Сам-ка-пи-тан, так он произнес это, быстрыми маленькими четверть нотами. Милетт был родом из Пуэрто-Рико. Дом, где он вырос, трижды сносили, иммиграция в Гарлем, работа чистильщиком обуви, чтобы сводить свою девушку в кино и беспокойство о том "что если она увидит, как я чищу обувь", мытье рук с бурóй и мысли о том "что если я коснусь ее, она может почувствовать запах" - десять лет, и он идет в армию, где сама жизнь гордится тем, что она наполнена человеческими стремлениями, даже если этот человек пуэрториканец. "Я был рядовым первого класса", - сказал он, вытягивая каждый звук и обращаясь к роте. "Когда офицер открыл мою тумбочку, ему пришлось надеть солнечные очки! Потому что у меня там не было полотенца, но все изнутри было оклеено алюминиевой фольгой! И он сказал мне: "Ты достигнешь многого". Глаза Милетта сияли, пока он вспоминал это, словно за радужкой у него была серебряная фольга. Он не мог примириться и простить роту М за то, что они не проявляли инициативы, им в самом деле было безразлично.</p> <p style="text-align: justify;">Его наказание: никаких отгулов после полудня в эту субботу. С этими грустными словами Милетт отправился домой, в свою квартиру в армейском гарнизоне, где рассказал о прошедшем дне своей стройной жене, показав ей грязный носовой платок. Демирджян и бóльшая часть людей легли спать на своих коричневых армейских одеялах. Палвер закончил работу, отвез Дугласа домой и свозил свою гончую к ветеринару, сделавшему ей прививки от гепатита, чумки и других собачьих болезней.</p> <p style="text-align: justify;">"Я ненави-и-ижу смотреть, как садится вечернее Солнце..." (ориг. композиция The Beatles - прим. перев.) Озабоченно перебирал струны своего банжо лысый парень в мужском клубе военнослужащих, он перегнулся через него словно хотел распутать узел на одной из струн. Казалось, он думает... почти... почти. Сестры Барнес танцевали в расшитых блестками платьях на центральной сцене, а Прохазка, один из нескольких представителей М на складных сиденьях клуба, тихо пел, крутя свою шляпу с козырьком перед коленом. "О, я ненави-и-ижу смотреть..." В семь часов, тем вечером Милетт отпустил М, но Прохазка не мог никуда пойти: у него не было денег, ему не платили несколько месяцев. Что-то шло не так в бухгалтерии.</p> <p style="text-align: justify;">Ладно... все в порядке, подумал он. Он весело пел и думал, что сестры Барнес  вполне привлекательны. Досада, он хотел бы купить им гамбургеры после шоу, но у Ширли и Ванды были и другие парни, для которых им предстоит выступить. Прохазка поужинал без них, но все в порядке, думал он, ему нравились гамбургеры. Прохазке все нравилось, правда. Ему нравилось сгибаться над полями на их семейном кукурузном поле в Айове, ему нравились походы в Миннесоте, сплавы на каноэ в щелочных водах рек и запах жареной рыбы ночью. Верь он в Бога сильнее, он бы благодарил его за эти щедроты, но он верил в свою страну и именно ее благодарил. В благодарность Америке он пошел в армию, как другие люди могли отдавать десятину в свои церкви. Ему было восемнадцать; все еще можно было представить его искреннее лицо и очки в тонкой оправе, напечатанные на какой-нибудь дружелюбной бутылочной этикетке, знакомой ребятам по всей стране, Тоник Старого Дока Прохазки.</p> <p style="text-align: justify;">Короче говоря, он был солдатом, который бы бесследно умер в следующей главе посредственного военного романа. Прохазка знал, что может погибнуть во Вьетнаме, но говорил себе, что есть в одиночестве в темном ресторане Пэрадайз сразу после службы, прихлебывая Колу из стакана, слушая песню об одиноком солдате, пишущем матери из самого Вьетнама, играющую в музыкальном автомате - он говорил себе, что все в порядке. Пусть лучше я, чем кто-то, кого ждут жена или семья. Его мать уже умерла. Одним зимним утром, растапливая печь в их фермерском доме в Айове и не зная, что труба была закрыта льдом, она была смертельно ранена, когда печь взорвалась, а отец умер от ожогов в больнице через полгода. Прохазке тогда было семь. У него было предчувствие об этом - сон тремя ночами ранее. Прохазка часто что-то предчувствовал.</p> <p style="text-align: justify;">Песня в автомате стала его любимой:</p> <p style="text-align: justify;">Любимая мама, мне дали время написать,</p> <p style="text-align: justify;">Я так скучаю и мне нужно знать,</p> <p style="text-align: justify;">Что ты хотела мне в письме сказать,</p> <p style="text-align: justify;">Что с почтой получил сегодня я,</p> <p style="text-align: justify;">О людях марширующих по нашим улицам...</p> <p style="text-align: justify;">Прохазка знал о них. В рождественский отпуск у него был высокий веселый приятель по имени Мортон, они ездили в город, где дама на Таймс Сквер дала им белые листовки, которые гласили, что мы разносим азиатские деревни, убивая мужчин, женщин и детей. В другой её листовке была изображена маленькая камбоджийская девочка, сожженная напалмом американскими солдатами. Прохазка улыбнулся на это. Он знал американских солдат лучше - они любили детей. Вежливо он и Мортон вернули листовки даме.</p> <p style="text-align: justify;">...марширующих по нашим улицам,</p> <p style="text-align: justify;">На их листовках надпись "нам не нужен мир",</p> <p style="text-align: justify;">Солдатам в иноземье не нужна война,</p> <p style="text-align: justify;">О, мама! Расскажи, за что сражаюсь я.</p> <p style="text-align: justify;">Песня так и называлась "За что сражаюсь я." (<em>What We're Fighting For</em>)</p> <p style="text-align: justify;">Скажи, что мы деремся за красно-бело-голубой!</p> <p style="text-align: justify;">Или забыли о Корее и Японии они?</p> <p style="text-align: justify;">Над дверью нашей нации не взреет другой флаг...</p> <p style="text-align: justify;">Именно... именно, думал Прохазка. Потому он и служит - сперва Вьетнам, потом Тайланд, дальше Гавайи, Калифорния и Айова. Он хотел, чтобы дети тоже познали его радости: петь и рыбачить в Миннесоте, запивать гамбургеры Колой.</p> <p style="text-align: justify;">Над дверью нашей нации не взреет другой флаг...</p> <p style="text-align: justify;">О, мама! Расскажи, за что сражаюсь я.</p> <p style="text-align: justify;">С этим настроением у Прохазки снова появилось предчувствие, он знал, что его отправят во Вьетнам и был рад этому. А еще он был рад тому, что дал один тайный толчок мельнице богов: днем или двумя ранее, он сжульничал при зачетной стрельбе на рубеже, вложив в магазин на два патрона больше и выстрелив ими в цель. Сейчас он думал: "У меня высокий результат, я достаточно подготовлен, чтобы отправиться во Вьетнам". Он вложил еще десять центов в сверкающий музыкальный автомат, снова включив свою песню.</p> <p style="text-align: justify;">Холодало. М сейчас были на учениях. Это означало жить в палатках и продираться утрами, днями и вечерами по четырем квадратным милям учебных полей сражений, с оружием наготове, шлемами на головах, учась как вести себя в присутствии врага. И это значит - ух! Пачкать военные ботинки, это значит собирать капли воды во фляжку и жесткие круглые пятна засохшего соуса на мисках, это значит копоть на винтовках, это и еще то, что через двадцать четыре часа после того, как рота М закончит учения и вернется в свои пыльные бараки со всем грязным хламом, их проверит сам майор.</p> <p style="text-align: justify;">"Я бы не стал волноваться, - не думаю, что он вредный", - говорил парням Прохазка, - "у майора нет времени", - что было неверно. Потому что когда М закрепилась в холодных ростовых окопах, капитан, стоя в стороне говорил "угу... угу", пока майор перечислял свои ожидания с головы до ног. Он говорил капитану: "Первая вещь - это латунь", - имея в виду маленькие желтые пуговицы с маркировкой Соединенных Штатов, - "Я хочу, чтобы они были на пять восьмых дюйма", - считая от пряжки ремня, - "я действительно проверяю это. Дальше – шарф", - показывая на своем синем пехотном шарфе, - "он должен быть туго завязан. Спускаемся ниже. Медаль пехоты США - она по центру? Пуговицы на карманах...". Его звали майор Смолл. Хороший офицер, ветеран Вьетнама, он нравился солдатам, но его трагедия заключалась в том, что он был на неопределенной ступени армейской карьерной лестницы: уже не капитан, но еще и не подполковник, ему нечем было заняться, кроме как командовать батальоном, что и означало ничего не делать. Звание позволяло ему лишь такие малые проявления творчества, как рекомендации к маркировке пробирок для мочи "ПРОБИРКАМИ ДЛЯ МОЧИ" и замечания насчет того, что в ходе последнего посещения практического поля боя сержант жевал зубочистку. Получив письмо майора с замечаниями, окончивший колледж лейтенант, ответственный за зону учений, написал сдержанный ответ: "По-видимому, замечание было сделано человеку впервые",  - но потом дострочил - "я уверен, что рано или поздно в любом месте люди отдыхают от своих ежедневных обязанностей", - а потом нацарапал, - "<em>Res Ipsa Loquitur</em>", (дело говорит само за себя - прим. перев.) надеясь, что майор оценит это. В отличие от президента Линкольна, лейтенант ирландец воистину выстрелил письмом, хотя и знал, что армейская иерархия вздрогнет и выстрелит письмо в ответ раньше, чем его листок успеет прошуршать по столу майора.</p> <p style="text-align: justify;">Лучше было бы провести выходные в Торремолинос, ждать повышения по службе и писать "Мемуары младшего офицера", но устав запрещал это. "...Хорошо", - произнес майор, - "в самый низ. Ботинки начищены?" Майор резко развернулся на каменистой поверхности, с участием подмигнув капитану роты, остановился, чтобы сказать рядовому побриться и вышел с поля.</p> <p style="text-align: justify;">В это время рота М в своих окопах ждала учебной атаки. Под небом цвета дыма заводских труб тянулось вдаль пустое поле боя, казалось, человеку потребуется месяц, чтобы пересечь его, а встретятся ему только вороны.  У солдат было немного холостых патронов в магазинах холодных винтовок, а после того как они закончатся, им было предписано с энтузиазмом кричать "бах! бах! бах!". Молодой лейтенант, перебегал от одного холодного окопа к другому, дружески хлопал ребят по шлему и подбадривал парой слов, его манера хвалить и воодушевлять людей в разговоре позволила бы ему стать прекрасным вожатым в лагере бойскаутов на гражданке, хотя он работал страховым агентом. "Эй там!" - сказал он владельцу пыльной тумбочки - Скотти. "Я вижу твою позицию, знаешь почему? Твоя миска! Я издали слышу, как она гремит. Набей ее чем-нибудь", - произнес лейтенант. "Набей ее листьями, хвоей, парой перчаток, газетой, туалетной бумагой, тряпкой, ветошью", - кажется он продолжал, - "телеграфной лентой, перьями", - и Скотти обратил внимание, пытаясь вспомнить все, чем лейтенант посоветовал ему набить миску, чтобы она не гремела. Лейтенант хлопнул его по шлему и двинулся к другому черному солдату, который, казалось, замерз до смерти в своем окопе. "Эй, парень, ты замерз?" - спросил он. "Да, сэр." - раздались слова из могилы. "Откуда ты?" - "Ньюарк, сэр." - "Что ж, в Ньюарке так холодно не бывает?" - "Нет, сэр." - "Что ж, разве ты не играл в ба-болл в такой холод?" - "Что, сэр?" - "Не играл в баскетболл?" - "Нет, сэр" - "Что ж, и на улице не играли?" - "Нет, сэр, мы были в спортивном зале." - "Что ж, когда-нибудь вы играли на улице?" - "Летом, сэр." Лейтенант пожал плечами, не стал хлопать его по каске и двинулся дальше к Вильямсу, тоже черному, мирному мальчику из Флориды, чье воображение поражало своей невинностью каждый раз, когда армия давала понять солдатам, что от них нужно. "Молодец, прячься в окопе всем телом, чтобы ничего не выглядывало",- похвалил лейтенант. "Только твоя голова."</p> <p style="text-align: justify;">"Только моя голова, он шутит?" - сказал себе Вильямс. Возможно ли, чтобы изо всех-не-перечислить костей его тела, армия требовала бы выставлять ту самую, наиболее чувствительную к вражескому огню. Выходит, здравый смысл чужд службе? Вильямс верил, что он бы самоотверженно высунул из окопа руку или локоть, если того потребует долг, ночное испытание или что-то еще, но голову? "Они тебя сюда притащили, теперь ты их", - подумал он. Конечно, он бы предпочел получше устроиться и смотреть через... ну, перископ, как все идет само собой на ничейной земле. Перископ, он вспомнил, что купил его, когда ему было семь, он был синего цвета и, да!, на нем были желтые кометы. Он прокрался по Флориде и шпионил за тремя своими маленькими братьями и тремя сестрами, и никто из них не заметил. Перископ можно было бы закрепить на прицеле винтовки, винтовку можно было бы держать над окопом, хмм. Вильямс думал об этом, когда началась учебная атака, и Чоктоу - сержант индеец крикнул через громкоговоритель: "Американцы, сдавайтесь! Если вы не сдадитесь, мы отрубим вам пальцы!"</p> <p style="text-align: justify;">Той ночью на приеме пищи Вильямс говорил о перископах со своим более опытным другом из Филадельфии, Хофельдером. Они оба сидели на покрытом инеем поле, в их небольших мисках бледные овощи сливались один с другим, как подкрашенная вода. Ужин кроме ледяного привкуса ничем не отличался от обычной пищи роты М. По правде сказать, в этот момент, с учетом часовых поясов, вся американская армия получила одно и тоже блюдо. Это называлось главным меню. В роте М оно отличалось тем, что не подавалось тушеное мясо, его заменяли сосиски. Вильямс и Хофельдер поглощали это главное меню, когда Вильямс коснулся своей революционной идеи. </p> <p style="text-align: justify;">- Да, но ты не сможешь видеть только перед собой, - сказал Хофельдер, - Не получится смотреть по бокам.</p> <p style="text-align: justify;">- Ну... - произнес Вильямс.</p> <p style="text-align: justify;">- Нет смысла смотреть вперед, если к тебе собираются прыгнуть в окоп сзади.</p> <p style="text-align: justify;">- Ну... может это и не сработает, но может и сработает, - ответил Вильямс.</p> <p style="text-align: justify;">- Я бы не стал использовать такую штуку, а выбросил бы ее, если бы мне ее выдали.</p> <p style="text-align: justify;">- Ну... может это не правильно, но может и правильно, - произнес Вильямс, задумчиво пережевывая свое овсяное печенье.</p> <p style="text-align: justify;">Вдали они могли слышать звон маленьких колокольчиков, обычно висящих на шее у коров, на самом же деле это солдаты заканчивали ужин и мыли свои миски в баках, стоящих в клубах пара. Конечно, во тьме слышались и другие разговоры. Обычные палаточные темы ("Не важно кто она, с любой девчонкой можно закрутить." - "Нет, если она христианка", - "Да мне без разницы, христианка она, еврейка или буддистка..."), но той ночью в холодной палатке отделения Вильямса, быстро вплетаясь в обыденные темы, зашел разговор о чем-то выдающемся. О Вьетнаме. Он возник, практически, сам собой. М вернулась назад в девять утра, столпилась у пузатой печки, а ветер бешено качал лампочку, так что ее тень металась по полу. Когда кто-то вошел, солдат из Техаса пробормотал: "Закрой дверь, или ты родился в сарае?" Второй солдат сказал: "Он родился в пещере, вот почему не закрывает дверь." а третий произнес: "Сейчас так холодно, а мы будем двенадцать месяцев, где ночью не холоднее ста градусов (около 38<sup>о </sup>С - прим. перев.)".</p> <p style="text-align: justify;">Речь шла о нем, тема изредка поднималась по ходу учений, Вьетнам был в далеком будущем - через недели. Последнее слово в разговоре было за Йошико, мальчиком с тяжелым характером, родом из Калифорнии, из семьи японцев, родители редко ему писали. Ему сообщили, что армия не отправляет азиатов во Вьетнам, потому что другие солдаты могут по ошибке выстрелить в них. Йошико сказал: "Дерьмо", - его любимый речевой оборот, идиома, которая в голосе Йошико скользила по наклонной вниз и закручивалась вверх, как хвост скорпиона или уголки его рта. "Меня туда не отправят: я азиат", - объявил он, и люди снова заговорили о холоде.</p> <p style="text-align: justify;">Излишне говорить, что Йошико в опроснике Соломинки просил отправить его в Японию: у него там была бабушка. Вильямс вписал Европу, где нет опасных окопов, а Хофельдер выбрал Корею."Нет! Нет, нет, нет!" - подумал Демирджян, они могут пытать его, отправить под трибунал, <em>тра-та-та</em> расстрельной командой, что угодно! Но: "Я...не...собираюсь...бриться!" Его товарищи выходили из парикмахерской словно безумные, раскидывали руки, пинали тумбочки, взывали к богам "как я отправлюсь домой на эти выходные" или "как я сейчас женюсь", один Демирджян оставался млекопитающим: он просто сказал "нет": "Нет!" При помощи болевого захвата сержант мог держать его в кресле, вжик! С электрической машинкой нужно было всего лишь пятьдесят секунд, но политика была такова, что солдата не подравнивали, и, определенно, не доставали из его кармана бумажник, чтобы отдать парикмахеру семьдесят пять центов, по общему тарифу. Демирджян вырвался на свободу, оставив парикмахера на четверть беднее при его поминутной оплате. Однажды, когда мастер выезжал из ворот на своем Кадиллаке, сам генерал пробормотал: "Мне стоило бы заняться этим делом».</p> <p style="text-align: justify;">Это было идеей сержанта - стрижка. Из-за того, что майор планировал завтра провести проверку, тумбочки стояли параллельно, туалетные принадлежности в каждой из них пребывали в гармонии, все еще сержант ощущал, что его чувство симметрии будет подорвано этими бесконтрольными башнями протоплазмы, между которых и пройдет майор: одни были брахицефалами, другие с прогнатизмом, некоторые <em>другого цвета. </em>Пожалуй, пластическая хирургия была бы нелепа, но он, по крайней мере, мог привести роту М в одно гармоничное состояние лысоголовости. Демирджян знал, завтра он будет торчать, как дикобраз на тыквенной грядке, он предвидел это, он представил, как майор подходит к нему, говорит: "Солдат, ты, что не знаешь, что волосы в присутствии офицера нужно удалять?" - или нечто столь же испепеляющее, холодно глядя на него. Демирджян думал, что если это случится, он не сможет сдержать себя, индивидуалиста, армянина, он думал, что прокричит майору ужасные вещи, его сердце сжалось, когда он увидел себя, срывающего форму, бросающего боевое снаряжение на пол, переворачивающего тумбочку...</p> <p style="text-align: justify;">"... Почему бы и нет?" Если уж это не вышибет его из армии, сможет ли вышибить что-то еще? Подумал Демирджян. И так, следующим утром Демирджян стоял рядом со своей зеленой тумбочкой, ожидая роковой вопрос майора, с намерением следовать своему естественному стремлению.</p> <p style="text-align: justify;">По правде сказать, майор сам по себе не хотел бы проверять М, то был неприятный долг. Для каждого солдата, к которому он подходил, это значило поднять винтовку в положение для осмотра, произнести: "Сэр! Рядовой такой-то, такого-то взвода», - и М была тем, что есть... что ж. Когда майор начал со Скотти, все прошло гладко, Скотти был спокоен, но когда он подошел ко второй тумбочки, солдат, стоявший там, громко прокричал: "Сэр! Рядовой Пэндер! Третий взвод!" - и покрыл майора маленькими каплями воды, которую он не мог стереть, потому что будучи одетым, как и полагается проверяющему офицеру, в армейскую зеленую униформу с радужными ротными планками, он считал, что будет выглядеть нелепо, постоянно проводя по лицу платком. "Тебе не обязательно говорить так громко», - сказал он Пэндеру, который был чемпионом лагеря по боксу в тяжелом весе, - "говори как обычно в разговоре». Но ему нужно было проверить еще две с половиной сотни солдат. Наконец, он подошел к парню с лицом парового котла, готового взорваться, обещающим более горячий прием, чем у большинства. Майор покорно стоял там, но и Демирджян ждал, ждал того особого вопроса. Казалось, прошли целые геологические эпохи, проявились каньоны, вымерли динозавры, пока одна из сторон, в конце концов, не нарушила ужасающую тишину, прошептав: "Мое имя - майор Смол».</p> <p style="text-align: justify;">Захваченный врасплох, Демирджян произнес: "Ух..." - а потом, - "Сэр... Рядовой Демирджян».</p> <p style="text-align: justify;">"Постарайся не забывать говорить это", - сказал Майор и зашагал дальше, оставив Демирджяна в конфузе... и в армии.</p> <p style="text-align: justify;">Сто пять человек из роты М должны были отправиться во Вьетнам, почти половина. Когда пришел небрежно набранный список их имен и порядковых номеров, добродушный первый сержант роты отправился в свой солнечный офис, открыл манильский конверт и побледнел. Он скачками и ухватами пробежался по именам, снова сложил листы вместе, закрыл конверт, обернув небольшие красные ленты вокруг двух коричневых картонных кнопок, запихал его в ящик стола, закрыл его и убрал маленький ключ в карман. Он подумал, что не сможет хранить ужасную тайну вечно, и придет судный день, когда ему, первому сержанту Догерти, придется сказать все роте М. Он знал о потерянных батальонах, японских маршах смерти, атаке легкой бригады, никто не становился солдатом, не понимая, что может произойти нечто, но никогда за всю свою карьеру трагедия так близко не подбиралась к Догерти. Он сказал себе: "если только, если только у меня были бы для них и хорошие новости!" - вроде как добрый семейный доктор может сказать: "У вас астма, вам стоит переехать в Аризону». А потом в глубинах разума Догерти взошел рассвет экстраординарной идеи. Нечто, что он мог сделать для несчастных ребят из М, и он поспешил к следующему солнечному офису, где произнес: "Сэр..." - и изложил свою мысль капитану, который, хотя и восхитился, сказал, что утвердить это не в его полномочиях и пришел с ней к майору, который с искренним чувством "я сделал бы, если бы мог" передал ее полковнику, который осторожно направил ее к генералу, посоветовав разрешить, пока в самом низу громадной пирамиды Догерти ждал, ждал, исполнения своих больших надежд, воодушевленный тем, что ни один первый сержант в истории лагеря, как бы он ни стремился попасть во Вьетнам, никогда не проводил столь фантастическую вещь.</p> <p style="text-align: justify;">Тем временем, у генерала были дела другого рода. Генерал Экман отдавал приоритет тому, чтобы теоретическая подготовка пехоты была более эффективной, он собрал своих исполнительных  полковников и майоров в конференц-зале и прочел им лекцию о его понимании слова "эффективный". Он сказал: "Класс - не место для сержантских "раз! два! три! четыре! живот втянуть! грудь колесом!", нет, когда сержант преподает, ему нужно быть расслабленным, разговорчивым, следует использовать жесты, чтобы донести то, о чем говорит, как в бейсболе, баскетболе, где угодно, лишь бы работало. Посмотрите на меня: у меня руки в карманах", - произнес Генерал, едва скрывая улыбку. "Есть человек, который не может понять меня, из-за того, что у меня руки в карманах? Если так", - подмигнув, - "то мне следует их достать", - и полковники с майорами усмехнулись, понимая, что он хотел сказать. В свою очередь, они изложили мысль своим капитанам, которые упростив, передали ее далее - своим лейтенантам, и так пока сержанты, которые собственно и вели занятия по теоретической подготовке, не выпили из этого кубка Пиерской мудрости последнюю оставшуюся каплю: будьте эффективнее. Это крепкие сержанты поняли как "стойте смирно и кричите громче". "Давайте", - скажет сержант Чоктоу, стоя непоколебимо, как пушечный ствол, - "Давайте начнем с! осмотра! линий на этой карте!" - его шея почти недвижима, - "это... <em>поправка! </em>это! новая виляя-улепетывая!", - мало кто сможет прокричать "вероятная линия развертывания", в яростном сержантском стиле, стоя по стойке смирно и втянув живот.</p> <p style="text-align: justify;">Но был и сержант, который посмел оставаться естественным - сержант Фолей. Лысый сорокалетний типаж ирландского рассказчика, в моменты, когда офицеры не наблюдали за ним, он расслабленно стоял у доски, держа руки в карманах, или иногда доставая кулак, чтобы показать что-то жестом. Слова, что он говорил, почти ощущались на вкус, старые кожаные слова, слова с дерна елового леса. Он стоял, держа глаз на двери класса, чтобы ни один полковник или майор, остановившийся перед ней, не увидел его в позорных немужественных позах. "Я знал парня в Корее", - скажет он, посмеиваясь. "Перед его окопом росло маленькое, едва заметное вечнозеленое дерево. Но когда пришло утро, это было просто вечнодерево, потому что он так о нем заботился, что сбил выстрелами всю зелень!".</p> <p style="text-align: justify;">Снежный день в открытой всем ветрам лачуге Клондайка, вот чем была классная комната Фолей, он обучал М кое-чему важному: выходам в ночной патруль. "Смотрите, если вы собрались проникнуть в корпус прачечной начальника хоз. снабжения", - начал он, улыбаясь, но, сохраняя серьезность, - "хорошо... можете оставить фонари включенными. Но если вы собрались в другой <em>стрелковый</em> корпус, вам следует быть осторожными и использовать каждую, малую, дрянную вещь", - неприятно для Фолей, еще хуже для ушей солдат М, - "Если ваша винтовка сломалась, вы будете стоять там с пальцем вверх? Если будете, то знаете как вернетесь назад в штаты? В деревянной шинели. Если вам больше нечем бить Чарли", - Чарли наши враги во Вьетнами, Виктор Чарли (<em>VC</em>, <em>Vietnam Communists,</em> - прим. перев.), - "<em>ткните ему большим пальцем прямо в глаз и давите до дна черепа!</em>" Фолей давал наставления с грустной сентябрьской улыбкой. Смешно, как два незнакомых человека выдавливают друг другу глаза, подумал бы Свифт или Брехт, но Фолей не начинал эту войну, он лишь учил как ее вести. "Вот так надо о них позаботиться. Схватите их за яйца, если <em>вы</em> схватили их, то больно не будет".</p> <p style="text-align: justify;">Сидя на холодной скамье, один из учеников Фолей внимал его каждому дьявольскому слову, его звали Руссо. Маленький, круглый, с дикими глазами, донкихотская жертва многих значительно более поздних телевизионных шоу. Руссом неожиданно солгал и пошел в Армию в шестнадцать, и он сидел, нашептывая героические вещи вроде "Аагрх!" вслед за Фолей. А за Руссо сидели два старших солдата и играли в крестики-нолики, третий прошептал им: "я знаю кто выиграет". Друг Демирджяна Салливан играл с инструментом для починки винтовки, размышляя: "Эта вещь могла бы быть смертоносным оружием. Крак-к-к! Выбить чей-нибудь глаз". Стоя, не сидя, Прочаска пытался не заснуть после ночи хождения кругами в карауле, еще один парень из караула сейчас медленно чувствовал, как ремонтный инструмент толкает его под ребра, а Салливан произносит: "Проснись". - Салливан тоже был в карауле. Демирджян, оттуда же, нагнулся над своим перекидным блокнотом, рисуя длинную зигзагообразную линию, его шариковая ручка не отрывалась от бумаги: стиль искусства, к которому они пришел в двенадцать, независимо от Пола Клее. Сперва он рисовал значок каретки "^", потом соединял его с другим под ним, пока его маленький набор кареток не начинал превращаться в сержантские шевроны. Вокруг них скребущая ручка Демирджяна очерчивала руку, с легкими поворотами вырисовывала пальцы, искривлялась по безволосой голове, спадала в отвратительную улыбку и после пути назад к животу проявляла себя в паре ног, прерываясь на левом боевом ботинке, где Демирджян заметил, что забыл нечто. Снова касаясь бумаги ручкой, Демирджян написал на рукаве, где находятся полоски, отмечающие время службы, слово "ТУПОЙ".</p> <p style="text-align: justify;">- Все одной линией, - прошептал он Салливану, показывая рисунок.</p> <p style="text-align: justify;">- Одной линией?, - и проводя по ней пальцем, - "Да-а, все одной линией. Капитан?"</p> <p style="text-align: justify;">- Сержант! - ответил Демирджян  с уязвленным чувством.</p> <p style="text-align: justify;">Против Фолей у него было то, что он продолжал твердить о Вьетнаме, Вьетнам, Вьетнам, Вьетнам. "Конечно, он должен мотивировать людей,  но хорошего понемножку",-  думал Демирджян, слово было выпито до дна. Как у большинства из М, у Демирджяна была мысль: "Какого черта, кто-то уже должен отправиться туда", и как большинство из М, Демирджян скорее отправился бы во Вьетнам, чем сидел и слушал, как сержант о нем рассказывает, проверяет его тумбочку, приказывает подбирать спички и чистить ботинки, - любое место будет лучше М, если там не будет так холодно. Все еще оставались и другие романтические места, когда рядовой первого класса Соломинка проводил опрос, Демирджян написал "Европа" на одном из формуляров, "Карибы" на другом и "Корея" на третьем, но это не прибавило ему шансов на успех.</p> <p style="text-align: justify;">"Вперед!" - Фолей и его ночной патруль шли в атаку. "Двигайтесь! Стреляйте от бедра, если увидите кого-то в норе, а он бросит гранату, прыгайте к нему в нору! Для этого вам и дан штык на конце винтовки!"</p> <p style="text-align: justify;">- Агррх! Примкнуть штыки! - выкрикнул Руссо себе под нос.</p> <p style="text-align: justify;">- Потом... вы... убегаете... и теряетесь в лесу так быстро, как только можете. Потому что старый Чарли пойдет за вами!</p> <p style="text-align: justify;">- Эй, - шепнул Салливан другу, - как твоя жена и мои дети?</p> <p style="text-align: justify;">Окончив лекцию, Фолей включил цветной фильм. Ведущий также рассказывал по ходу дела. Он сказал: "Я сержант Кроули и я выхожу в ночной патруль", - и продолжил, - "Я готовлю своих людей, они надевают камуфляж, я даю им грязь, землю, пепел и жженую пробку, они натирают этим ботинки, одежду, стволы винтовок, пряжки ремней, штыки..." Демирджян смеялся и смеялся, он не мог удержаться. Фолей тоже улыбнулся, он понимал, но другой сержант с тремя боевыми звездами и двумя пурпурными сердцами заметил легкомыслие Демирджяна и лишь огрызнулся: "Смотри и слушай!" - сказал он, имея в виду Демирджяна и Вьетнам. "Он из тех, кто погибнет в первую неделю! Смотри и слушай!"Темным ранним пятничным утром рота М, не ведавшая знакомства с тем, каким особенным будет день, была разбужена сержантом, как обычно проходящим через залы  Аида и трясущим кровати со словами: "Подъем... подъем... подъ..ем, джентельмены". В четыре утра с бараками было что-то не так, они были низкими, будто лампу без абажура подвесили в конце ствола шахты, на стенах которой спят большие коричневые гусеницы. Конечно же, снаружи было темно. Транзисторный приемник чуть слышно, игравший рок-н-ролл ночью, закричал некой невообразимой аудитории: "Пошли! Пошли! Пошли!" - а диктор объявил, - "Сегодня холодно и ветряно! И я скажу вам, что холодно будет весь день  -  не выше двадцати (около -5<sup>о </sup>С, - прим. перев.)". Кто-то из роты сказал: "Проклятье", - а остальные шептали из-под недвижимых коричневых одеял о двух видах ...зунчиков. Где бы ни находилась радиостанция, ее точно не было на планете роты М, где время шло медленнее. Из новостей, Джонсон встретился со своими старшими советниками, что означало кое-какие дела в Южном Вьетнаме.</p> <p style="text-align: justify;">Рота позавтракала главным меню, из него ничего не исключили, ничего не заменили суррогатом. Затем высыпала наружу на церемонию поднятия флага в шесть утра, построившись в темные порядки на снегу. Перед ротой стоял Догерти, первый сержант,  его дурное настроение еще не вполне улетучилось после двух черных кофе, которые он выпил под звук римских колесниц в столовой, хмуро водя большим пальцем по манильскому конверту с шепотом: "Плохой день в Блэк Роке... Плохой день в Блэк Роке". Из проигрывателя<em> MX-39A/TIQ-2</em> в офисе адъютанта в полумиле от плаца прозвучал рожок. М отсалютовали. Где-то в ночи поднялся американский флаг, но солдаты видели лишь, как он растворяется во тьме над бараками среди Стрельца, Скорпиона и Весов. Когда музыка закончилась, Догерти убрал руку от козырька, и обернувшись к роте произнес: "Вольно! Следующие лица получили назначение во Вьетнам, - когда я назову ваше имя, отзовитесь и отправляйтесь в комнату отдыха. Аррингтон!" - в ответ - тишина. "Аррингтон!"</p> <p style="text-align: justify;">Кто-то ответил: "Он на кухонных работах", - и Догерти в спешке продолжил перечислять имена по списку.</p> <p style="text-align: justify;">Так рота М постигла свою судьбу. Позже тем днем пошли теории, почему тот или иной солдат был или не был выбран, фразы вроде "перетасовать карты", "имена в шляпе", "дротики на мишени" и "ты-ты-ты" слышались в шумных казармах, но рота М не предполагала, что избирающий перст принадлежал ей самой, потому что задолго до того, как были отпечатаны на мимеографе формуляры Соломинки, были найдены десятки причин. Есть теория, которой мы обязаны парню из Флориды, охотнику на аллигаторов по имени Ньюман, который не мог согласиться со случайностями во Вселенной. Заметив, что он сам,  Вильямс из Флориды, Мортон из Техаса и Йошика из Калифорнии получили направление во Вьетнам, он предположил, что армия посылает туда людей из южных штатов, которые скорее акклиматизируются на жаре, - правдоподобная гипотеза, у которой появится несколько сторонников. Конечно же, это было совпадением, Ньюман выбрал Японию, а с Вильямсом вышло несправедливо: он был внизу колоды зеленых перфокарт, и Палвер, покуривая свою сигару, достал карточку этого тихого черного оператора перископа и понял, что у него не хватит мест в Европе для каждого солдата, который бы хотел туда попасть. Наконец, он позволил своим пальцам подчиниться бессистемным электрическим импульсам мозжечка, пропустив Вильямса и дав назначение  в Европу следующему солдату, другому высокому негру, который уже стоял у двери своего первого сержанта с просьбой перевода во Вьетнам. Когда он писал "Европа", он не думал, что там бывает снег.</p> <p style="text-align: justify;">Демирджян пошел в телефонную кабинку и позвонил домой. "Жирьер", - тихо сказал младшему брату, засовывая окровавленный носовой платок обратно в карман. Его платок прошел этой дорогой после того, как из носа пошла кровь, когда он начал плакать, перестав смеяться, - первая из трех эмоциональных реакций на новости, которые он сейчас передавал Жирьеру: "Я получил назначение во Вьетнам". Его друг, покоритель женских сердец Салливан, который все еще мечтал о том, что он отправиться на Карибы, где будет встречаться с девчонками в желтых бикини, поспешил в шумную комнату отдыха, узнать предназначался ли крик Догерти "Салливан!" ему или другому Салливану роты М.</p> <p style="text-align: justify;">- Тот, что <em>RA</em> 1146..., - начал Догерти.</p> <p style="text-align: justify;">- Здесь, сержант, - произнес Салливан.</p> <p style="text-align: justify;">"Хорошо, другой Салливан может уйти". И Салливан подумал: "Какого черта?" С уязвленным видом, он откинулся на автомат по продаже мороженого. Биглоу, желавший отправиться во Вьетнам, но не предупредивший, из-за мытья кастрюль, об этом Пентагон, расплылся в улыбке, но он всегда улыбался, он выглядел как одно из тех лиц на баварской фарфоровой пивной кружке, которые улыбаются и улыбаются самоудовлетворенно, независимо от того, пуста или полна кружка. Не найдя ничего рядом с именем Биглоу кроме знака "Х", означающего отсутствие предпочтений, Палвер назначил его во Вьетнам. Хофельдер, парень из Филадельфии, который больше не думал о перископах, справившись с лихорадкой, с удовольствием покинул больничную койку, чтобы направиться с друзьями во Вьетнам, едва ли он предполагал, что часом позже отдел кадров получит телеграмму от Палвера, перенаправляющего Хофельдера в Форт Льюис, Вашингтон. Руссо, Лохинвар (см. В. Скотт. "Лохинвар", - прим. перев.), вступивший в вооруженные силы в шестнадцать стоял в шумной комнате и наносил быстрые решительные уколы штыком и удары прикладом воображаемого оружия. Он радостно отправлялся во Вьетнам, хотя ему еще и не полагалось служить в Армии. Были и дружеские рукопожатия, и хлопки по плечу. "Мы будем там все вместе", - рота М была счастлива этому, видя как комната наполняется знакомыми лицами, буквально вытесняющими остальную вселенную кроме одиноких туалетов и душевых стоек, которые еще восемь недель и в грядущем году будут уютно находится поблизости. Большинство ребят из М были счастливы отправиться туда, где будут их друзья, где сержанты не будут повсюду ими командовать, где не будет снега. Немного удивительно, но Америка почтила их тем, что сочла достойными выполнять основную задачу по своей защите.</p> <p style="text-align: justify;">Кто-то спросил: "Что случилось с Чаской?" У всех в роте М фамилия была нанесена через трафарет на карман рубашки, но, конечно же, звали всех по шутливым уменьшительным прозвищам от них: Скотти, Вилли, Салли, Демёрдж, Йошику - Йойо, а Прочаску, который сейчас стоял опираясь на свою кровать - Чаской. Он всхлипывал и устало двигал кепку по волосам, его плечи трясли железную станину кровати, голос запинался: "Это слишком. Мои не... мои нервы на пределе", - и, - "этой мой первый нервный срыв", - и, - "я хотел бы просто выйти наружу и замерзнуть до смерти", - и, - "я никогда не думал о самоубийстве, но сейчас эта мысль пришла ко мне". Он ничего не мог поделать с назначением во Вьетнам, по сути, он не отправлялся туда. В день опроса, вспоминая красивую семнадцатилетнюю шведскую девчонку в ресторане Пэрадайз, подававшую ему вкусные гамбургеры, он написал "Швеция" в опроснике Соломинки, Соломинка, зная, что Швеция сохраняет нейтралитет и американские солдаты там не размещаются изменил ответ на Европу, а Палвер назначил его в Германию. Нет, Прочаска впал в крайность из-за цепи событий, начавшуюся с того самого солдата, который спросил "Что с Чаской?". Несколькими ночами ранее, выглаживая свою форму, неосторожный парень обжог Прочаске руку, нанеся открытую рану. Так что естественно, Прочаска не хотел опускать больную руку в бак с горячей водой и пеной щелочного мыла, которое использовала морская пехота, когда он был в наряде на кухне роты К этим знаменательным пятничным утром. Однако, это случилось. Кухня роты К была той самой кухней, которой генерал выдал ежемесячную переходящую награду: деревянный диск с бронзовым щитом, на котором нанесен рисунок с намеком на геральдику: поварская шапка с половником справа от трех соусниц. Награду, которую начальник раздачи очень сильно хотел бы постоянно видеть на этом почетном месте над паровыми овощеварками. Его звали сержант Сода. Так что когда Прочаске сказали погрузить его поврежденный орган в щелочной бак с горшками и кастрюлями, он был вынужден вежливо возразить. Вы все еще с нами? Сода имел на кухне превосходство над наполовину искалеченным солдатом в наряде, и его поварской персонал беспощадно отомстил Прочаске, крича на него: "Поторопись! Быстрее! Вперед! Сделай это!", - пока тот вычищал узкие цементные полосы между кафельной плиткой на полу Соды. Неспособный больше выносить это, Прочаска бежал в дружелюбное убежище М, где сейчас опирался на кровать в слезах, пытаясь собраться. Он простонал: "Мне нравилось на кухне, там было весело, но сейчас... Я лучше бы отправился во Вьетнам, только бы выбраться отсюда!"</p> <p style="text-align: justify;">Ну конечно, он бы отправился. Потому что с одобрения высших эшелонов, всем отправляющимся во Вьетнам полагался отпуск на выходные с полудня того дня, это и было хорошей новостью от Догерти. Он изложил ее экспедиционным силам М, когда они собрались в сияющей комнате отдыха. Он сказал, что в восемь утра их ждет политинформация, в девять часов их ждут два часа армейской муштры: всякие налево-направо, последний урок их пехотной подготовки, в двенадцать они отправятся на обед, и когда серые казармы будут вычищены, они получат свои отпуска, у них будет две ночи, чтобы провести их с семьями перед тем как отправиться на войну, хотя это и означало пропустить проверку самого полковника. А в воскресенье они должны, - строго сказал Догерти: "Должны быть на месте до полуночи воскресенья". С понедельника по среду они заполнят необходимые формуляры, получат свое зеленое белье, в четверг покинут учебку, в пятницу отправятся во Вьетнам. "Сейчас! Нам нужно забраться высоко туда, где сидит бригадный генерал Экман", - произнес Догерти. "Парни, вы можете выразить свою признательность за этот трехдневный отпуск, вернувшись воскресной ночью!"</p> <p style="text-align: justify;">"Да, сержант!" - ответила М; отпуск был всем, о чем они думали.</p> <p style="text-align: justify;">"Если вы не вернетесь, то отправитесь под трибунал. Парни", - Догерти замедлил голос, - "это будет не просто самоволка. Это называется "самовольное оставление части". Парни", - медленнее и медленнее, как патефон с выдернутой вилкой, - "я думаю, потянет лет на шесть и УПП", - увольнение с лишением прав и привилегий. "Вам не стоит оставлять часть. Сделайте это", - его голос снова стал набирать скорость, - "и получите УПП на всю жизнь! И! Так как ни вы, ни ваши дети не получите нормальную работу! Потому что у них не будет приличного образования! И они не будут нормально питаться! Потому что у вас не будет денег! И ТАК! ВСЕ ВЕРНУТЬСЯ В ВОСКРЕСЕНЬЕ?"</p> <p style="text-align: justify;">"Да, Сержант", - ответила рота.</p> <p style="text-align: justify;">"Парни", - заговорил капитан, - "Парни, моя рота это подопытный кролик. Вы, ребята, можете быть эгоистичными и не вернуться в воскресенье или вернуться в состоянии нестояния. Тогда вы разобьете надежды командования и нам больше никогда не получить трехдневный отпуск".</p> <p style="text-align: justify;">"Помните о тех, кто пойдет после вас!" - вставил Догерти. "Пятнадцать тысяч парней, которых вы будете встречать всю свою жизнь. Пятнадцать тысяч парней, которые не смогут сказать "прощай", если вы не вернетесь в воскресенье! "</p> <p style="text-align: justify;">"Моя задница висит на фонарном столбе", - крикнул капитан. "Вы можете опустить меня или оставить висеть там! Так ВЫ РЕБЯТА ВЕРНЕТЕСЬ В ВОСКРЕСЕНЬЕ?"</p> <p style="text-align: justify;">"Да... сэр!" - хором ответила М.</p> <p style="text-align: justify;">"Отлично. Я буду ждать вас", - закончил капитан.</p> <p style="text-align: justify;">И М отправилась на занятия, а потом на строевую подготовку, где бочкогрудый черный сержант отмерял ритм своим воистину властным голосом! Из его рта шел пар, когда он кричал в утренний воздух: "Выше нос, грудь вперед! Мощный Майк строем идет! Прав ли я?"</p> <p style="text-align: justify;">"Ты прав!" - откликнулась М, их правые ноги выбивали барабанную дробь, ударяя по заснеженной земле.</p> <p style="text-align: justify;">"Медленнее ритм! Майк ритм! Рота ритм! Счет!", - кричал сержант.</p> <p style="text-align: justify;">И все отвечали: "М...А...И...К! М...А...И...К! Мо...щный Майк! Мо...щный Майк! Бей, бей,  БЕЙ!", - а поднятые ветром снежные хлопья кружились вокруг их марширующих ног. Субботняя ночь. Сладко-горестная ночь роты М. Не думайте, что солдат, в этом легендарном отгуле обнимал любимую, - нет. Девушка Салливана уехала в Стоу, выделывать параллельные повороты на лыжах, а Салливан мирно сидел на стуле в желтой кухне своей мамы, нашептывая в воображаемый телефон "Содружество 6-1234" и "Эдэмс 2-2000". Брекеты его младшей сестры сверкали счастьем, а она, хихикая, кричала Салливану: "О-о... быстрее!" - пока ее пальцы живо строчили значки на стопке жестких перфокарт - она практиковалась, собираясь стать телефонисткой. Подруга Вильямса безнадежно ждала его во Флориде, как банка любимого кукурузного пюре в торговом центре Фриджидейр: армейская бухгалтерия не дала им встретиться. Что-то пошло не так в бухгалтерии, Вильямсу не заплатили за несколько месяцев, так что в субботу он не мог уехать из лагеря и пошел с одиноким Йошикой из Калифорнии в кино. Фильм назывался "Пляжный мяч" ("<em>Beachball</em>" - прим. перев.). Биглоу встретил девушку на танцплощадке Ай-Эм-Си-Эй! Он проводил ее до пансиона и пожелал спокойной ночи. Его ступни окоченели на снегу, а дом с галереей под деревом зеленым был в Орегоне, в 141 долларе отсюда. А в Гринвич-Виллидж в тот зимний вечер, когда собралась эта компания из четырех кукующих монахов-расстриг, некий солдат  по-настоящему обрадовался. Это был рядовой первого класса, в чьи обязанности входило работать с восьми до пяти в бухгалтерии, распределяя деньги роты М. Однако, не этот счастливый рядовой был причиной долгой истории бедности М. Не по своей воле он занимался этим, его приставили к маленькому пыльному арифмометру помимо того, что он служил под началом двух сержантов. В первую очередь, он был морским пехотинцем и лишь потом клерком в бухгалтерии. В пятницу он был в наряде на кухне в лагере, в субботу он смотрел фильм о партизанских методах ведения войны, без преувеличения, в десятый раз, в воскресенье темный бухгалтерский офис был закрыт, в понедельник его ждал наряд по уборке снега, во вторник утром все системы были готовы, рядовой первого класса мог поработать над прокисшими платежными записями роты М, флуоресцентные лампы цвета дождевых облаков перестали мерцать уже за полночь, но в среду за ним уже был наряд в прачечной, в четверг ему покажут еще фильмов, в пятницу он... постойте, в пятницу М отправится во Вьетнам. И это впервые за много месяцев ставило рядового в затруднительное положение.</p> <p style="text-align: justify;">По настоящему, осязаемому телефону Салливан позвонил подруге своей девушки-лыжницы, Дебби, и позвал ее на ночной киносеанс, хотя по совести, ему не стоило гулять с ней. На другом конце города, в своем семейном особняке с безумной остроконечной крышей Демирджян сидел со школьными товарищами, которые играли в вист за круглым дубовым столом, <em>в вист</em>! Когда-то в моде были гимнастические обручи, Битлз, сейчас подростки в Массачусетсе играли в вист навылет и ели сардельки, беседуя о мирных временах. "Помните заместителя директора, мистера Сильвио? Мы звали его Слюнио? Мистер Тьфу? Помните..." - говорил Демирджян, одетый в мягкий желтый свитер, выкладывая трефу.</p> <p style="text-align: justify;">- Чему ты научился в армии? - прервал его друг, выигравший ставку, с шумом загребая карты. </p> <p style="text-align: justify;">- Как ловить обезьян, - ответил Демирджян, и заметив повисшую неясность, объяснил своим растерявшимся друзьям, как выживать в джунглях на обезьяньем мясе. "Выдалбливаешь кокосовый орех", - произнес он, цитируя классический пример Робинзон-Крузонизма. "Привязываешь его к чему-нибудь, так что когда тупая обезьяна засунет туда лапу с мыслью "здорово, я достал себе отличный кусочек кокосового ореха", болван не сможет вынуть ее, сжатую в кулак, и ему не хватит мозгов, чтобы разжать ее. Ты же в это время прячешься за деревом, затем бьешь обезьяну дубиной по голове. Я имею в виду не то, что это жестоко или что-то в этом роде, а то, что тебе нужно питаться." Он горько рассмеялся, ведь ему приходится состоять в организации, настолько запутавшейся в приличиях, что она научила его бить беспомощных обезьян, у которых лапа застряла в кокосовом орехе </p> <p style="text-align: justify;">Снаружи многолюдной комнаты Демирджяна, по телевизору ковбой скакал по стране Мальборо, под аккомпанемент неоригинальной музыки Дикого Запада. "Н-и-а-а-а-а", армянские духовые инструменты, музыка для танца живота, для заклинания змей, для темнокожей семьи Демирджяна, совмещающей удовольствие от просмотра фильма по телевизору с прослушиванием записей, а черный виноград с инжиром и кофе из маленьких китайских чашек. Мать Демирджяна была гречанкой, отец - турком, он занимался ремонтом ковров. Сам Демирджян был армянином, на то была генеалогическая причина, но стоит начать вникать в нее и... фьють, смысл ускользал, оставляя загадку. Значилось, что он родился в Яффе, его отец в это время был в Астрахани, работая сапожником, а его мать имела статус беженки в Стамбуле, акушеры приняли роды и созвонились с коллегами из двух других городов, или что-то еще непонятное вроде этого. В Америку Демирджян приехал, когда ему было десять, он был столь юн, что его восточное происхождение оставило за собой лишь три несовместимых признака: восточный акцент, уханье в произношении, звучащее для людей незнакомых словно с ними говорил обкуренный, и самый настоящий восточный базар сморщенных старых дядечек и грудастых тетушек, многие из этих несравненных родственников сейчас поглощали виноград его мамаши в гостиной, собравшись под предлогом проводов ее первенца. Тетка Демирджяна спросила собравшихся по-турецки, ее голос возвышался над все этой "отправляйся-со-мной-в-Касбах" музыкой, переходя в визг: "И где Варужан будет жить?" - Варужан, так звали Демирджяна по имени. "В барака?" - имея в виду французский бараки в 1939г. в Сирии.</p> <p style="text-align: justify;">"Не думаю", - ответила его мать, дикие свирели Еревана продолжали издавать своё "Н-и-а-а-а". "В тылу, может, и стоят бараки, но на передовой, думаю, он будет жить в истихкам", - вспоминая о глубоких турецких траншеях в 1914 в Чанаккале. "Да, будет жить в истихкам в батаклик", - в траншеях в болоте, изворот армейской инженерной мысли, который тетушка пыталась представить себе целые пять секунд, пережевывая фисташку, а потом сменила тему.</p> <p style="text-align: justify;">"И что Варужан будет есть? Я читала", - продолжила она - "что во Вьетнаме нечего есть кроме риса и рыбы".</p> <p style="text-align: justify;">"Варужан не любит рыбу", - произнесла мать Демирджяна. "Я объяснила ему, что можно есть траву, у которой водянистый сок, и нельзя есть ту, что с молочком".</p> <p style="text-align: justify;">"И что сказал Варужан?"</p> <p style="text-align: justify;">"Варужан сказал, что армия ему про это рассказывала. Я же ему объяснила, что нужно положить траву в воду, пока она не станет мягкой".</p> <p style="text-align: justify;">"Но!" - выкрикнула тетушка - "Я читала, что во Вьетнаме нет воды, которую можно пить."</p> <p style="text-align: justify;">"Женщина!" - вступился отец Демирджяна. "Ты сама сказала, что во Вьетнаме есть рис. Значит там должны быть и рисовые поля, а? Полям нужна вода, значит, во Вьетнаме должна быть вода!"</p> <p style="text-align: justify;">"Виктория говорила о питьевой воде", - мягко разъяснила мать. "Но вода есть во вьюнах и бамбуке, так Варужану сказала армия. А еще там есть обезьяны, Варужан знает, как их ловить. А еще кролики. И ящерицы со змеями. Так что Варужану будет, что есть кроме риса", - пауза для задумчивого глотка турецкого кофе - "я думаю, Варужану не нравятся змеи. Скажу ему, чтобы он ел их, если не нравятся". Милый семинар так и продолжался всю снежную ночь, и никто из родственников Варужана не заметил, что он сложил свой стол для виста и тихо пробрался на полночные проводы Салливана на другом конце Ньютона, штат Массачусетс.</p> <p style="text-align: justify;">Придет рассвет / И я уйду / Крепко обняв тебя (в ориг. Dick Haymes - In My Arms, - прим. перев.), - но Дебби нужно было домой к двенадцати, и Салливан, помня о хороших манерах, ехал с ней туда, где ее ждал длинный свитер. Тем временем, друзья Салливана собрались у него дома, захватив выпивку с собой, но, казалось, их почетный гость вошел в парадную дверь, упав духом. Это было после двенадцати. Неделями Салливан гоняли в армии как игрушечный драндулет на севших батарейках, беспрестанно давя на него, и этой ночью Салливан выдохся. "Эй!", - крикнул его друг, когда он ввалился в комнату, - "Тебя посылают во Вьетнам? Я думал, мы хотим победить в этой войне", - все засмеялись.</p> <p style="text-align: justify;">Салливан ответил "м-м-ф", опустил подбородок на грудь и утонул в кресле прямо в черном плаще, пока море усталости разливалось по нему, как вода из треснувшего бойлера. В дальней комнате он слышал звуки Чиллерамы, идущей по телевизору. Салливан предположил, что его мать того гляди заплачет и цепко смотрит фильм. Незнакомые люди пришли в ее дом без приглашения и увели ее дочерей, а сейчас армия похитит ее единственного сына, оставив с ней лишь черно-белого кота Джерома.</p> <p style="text-align: justify;">- Так скажи нам! Что ребята, вообще думают о Вьетнаме? - громко спросил парень со стаканом J&amp;B в руке.</p> <p style="text-align: justify;">- ...Они отправятся туда, если потребуется.</p> <p style="text-align: justify;">- Но сами они не хотят?</p> <p style="text-align: justify;">- ...Нет, не хотят.</p> <p style="text-align: justify;">- Они боятся этого?</p> <p style="text-align: justify;">- ...Да.</p> <p style="text-align: justify;">- А <em>ты</em> боишься?</p> <p style="text-align: justify;">- ...Да.</p> <p style="text-align: justify;">- А мелкий парень, он тоже боится, а?</p> <p style="text-align: justify;">- ...Да.</p> <p style="text-align: justify;">- Поедете вместе?</p> <p style="text-align: justify;">- ...Да, собираемся делить один окоп, - устало ответил Салливан.</p> <p style="text-align: justify;">- ...Вместе навсегда, - пробормотал Демирджян, наполовину проснувшись, осмотревшись, и снова впадая в дрему.Дамы и господа, наш полет в Сайгон займет около восемнадцати часов. Обратите ваше внимание на знаки "Не курить" и "Пристегнуть ремни". Пожалуйста, выполните действия, когда знаки загорятся...</p> <p style="text-align: justify;">Рота М направлялась во Вьетнам на пассажирском авиалайнере, и она была недовольна стюардессами. Одна из этих невероятных девушек в синей униформе не могла понять разницу между словами "сахар" и "злаки".</p> <p style="text-align: justify;">- Мисс, можно мне злаков? - продолжал просить Салливан.</p> <p style="text-align: justify;">- Вот, - отвечала стюардесса, указывая крепким пальцем старой школьной учительницы в его сахар.</p> <p style="text-align: justify;">Еще одна из этих несовершенных ангелов сказала меланхоличному солдату по имени МакКарти, женившемуся двумя неделями ранее: "Посмотрите, на самолете есть еще люди кроме вас!" - когда тот попросил безобидный стакан молока. Стюардессы снова и снова приносили М завтрак и ничего кроме завтрака, потому что их протокол указывал, что время ленча наступает в полдень, в час, который никогда не настанет в мягком самолете роты М, пока его реактивные струи смотрят на запад. После Сиэттла земля потемнела, стала черной, когда они летели над Атлантикой и чернильной в Токио, ранним-ранним утром. В один час после полуночи всем, что видел Йошика над домом своих предков, была дюжина голубых взлетно-посадочных полос. Земля снова стала черной в Маниле, где огни взлетных полос оставляли бледные голубые полосы на штабелях армейских алюминиевых гробов стоящих напротив иллюминаторов.</p> <p style="text-align: justify;">- Эти стюардессы не так уж и претенциозны, - произнес Демирджян, проснувшись ночью размяться.</p> <p style="text-align: justify;">- Спроси меня, так они просто бестолковы, - вторил ему МакКарти.</p> <p style="text-align: justify;">- Пара СНРстюардесс, - вставил Салливан солдатское определение стажеров на работе.</p> <p style="text-align: justify;">"Уважаемые господа", - подумал МакКарти, вернувшись в свое синее откидное сидение, представляя письмо руководителям авиалиний. "Я - рядовой армии Соединенных Штатов, имел удовольствие летать на одном из ваших чартеров во Вьетнам". Ну... Едва ли это было удовольствием со столь жестокими стюардессами, думал он далее, это не повод быть невежливым. "Я очень разочарован полетом. Стюардессы были очень..." - в поисках слова, - "претенциозны и сложны в общении", - что-то здесь было не так, что же? Так были ли стюардессы претенциозны или нет? "Эти стюардессы не претенциозны", - сказал Демирджян. По существу, соглашаясь с высказыванием, МакКарти как-то не уловил негатив Демирджяна, этот парадокс. "Стюардессы были очень вспыльчивы", - еще раз, - "очень грубыми и сложными в общении. Лететь с ними было некомфортно, и я чувствую, что должен довести это до вашего сведения. Искренне ваш", - вот только и бумаги у стюардесс не было.</p> <p style="text-align: justify;">Тем временем самолет приземлился в непроглядной тьме аэропорта Сайгона, и вот, измятыми сидушками своих хаки брюк рота М почувствовала безошибочное гравитационное притяжение к легендарной вьетнамской почве, к корню самого существования М. "Господа", - начала стюардесса, все леди скромно оставили их еще в Маниле, - "температура за бортом 84 градуса (29 по Цельсию, - прим. перев.), местное время четыре-тридцать утра. Пожалуйста, оставайтесь на местах пока..." У М не было причин чувствовать себя попавшими на<em> terra incognita</em>, затерянную в неизвестной долготе этим утром. По правде сказать, неделей раньше Хофельдер мог перечислить все, что он знал о таком феномене как Вьетнам в трех коротких предложениях: "Это рядом с Китаем. Это не особо богатая страна. Люди там вынуждены есть рис, потому что там много рисовых полей." Но в перерывах между заполнением формуляров и получением зеленых стальных шлемов, М в своей большой бетонной классной комнате с невообразимо мелкими воробьями, сидящими на трубах отопления, посвятила два полных утра урокам практической географии. Армия назвала их "уроками ориентации" без всяких каламбуров. Сперва, М показали однокатушечный фильм, в котором мрачный диктор заметил, что вьетнамцы живут во взрывоопасной обстановке, в которой миролюбие не удовлетворяет текущим нуждам. После фильма в этом же туннеле материализовался лейтенант с картой, на которой крестом было отмечено место назначения М. Видимо, зоны занятые коммунистами были окрашены в красный, спорные - в розовый, а места, где народ Вьетнама получил свободу - в белый. Выглядело все это как грязная печень больного кролика, которых не советовали есть сержанты, преподававшие выживание в джунглях. Тот же отдаленный лейтенант показал несколько слайдов Кодахром, первый ряд развратно присвистнул, когда на экране появились шесть вьтенамских нимф в своих милых розово-голубых одеждах. Устный комментарий лейтенанта сообщал, что Сайгон был городом с неблагополучной венерологической обстановкой. Далее аккуратный, небольшого роста, капитан из медицинского корпуса рассказал об эндемических болезнях Вьетнама, что там они столкнуться с опасностями, исходящими от окружающей среды, и нужно будет внести индивидуальные корректировки, чтобы успешно с этими опасностями справиться. Капитан просто прорычал это как "а-р-р-р": поблизости дьявольская наземная команда истребителя Супер Сейбр с ужасным ревом тестировала свое дикое небесно-голубое чудо. Капитан быстро кричал, чтобы пройтись по всем опасностям за один летный час. Он предупредил М о том, что "холера, тиф и дизентерия могут вспыхнуть, когда фекалии попадают в пищу и воду". Заражение, "заражение туберкулезом особенно распространено среди проституток", - заметил он. "Клонорхоз и парагонимоз развиваются в печени и легких зараженных ленточными сосальщиками", - а, - "гепатит, малярия, тиф, лихорадка денге и чума", - это прочие болезни, которых стоит опасаться. Капитан объявил: "сделайте себе услугу, не гладьте собак, они могут быть больны бешенством". "Все говорили вам плохие вещи, я собираюсь сказать хорошие", - прокричал черный сержант первого класса, кому М позднее апплодировала, а один солдат кричал "ура", даже Салливан, лежавший в стороне с видом последнего выжившего пилота камикадзе проявил интерес. "Во Вьетнаме полно миловидных девушек", - толковал сержант. "Хочу, чтобы вы выбрались в отель Капитолий! Свернете налево! Квартал и налево! Полквартала, пересечете улицу, не попадите под такси и первый бар справа! Черная кошка! Спросите Джуди и скажите ей, что я послал вас", - будь прокляты опасности окружающей среды.</p> <p style="text-align: justify;">От красномордого мастер сержанта с квакающим голосом десятидолларового автоматического адресного справочника М услышала экстраординарную вещь: за два месяца начальной подготовки, два месяца пехотной подготовки ни один другой сержант не раскрыл им жизненно важный вопрос "как избежать смерти". "Не доверяйте никому! Никому! Мужчине, женщине или ребенку!" - прокричал сержант по имени Эдмайр - "Скажем, вы в Сайгоне, сидите там в баре Хэппи. Входит парень в гражданской одежде, кладет пакет вам под стул. Вставайте и бегите! <em>Бегите!</em> Или вы вышли за покупками. Парень бросает вам подарок - <em>бросьте его назад</em>! Или вы в отеле, а парень паркует свою развалюху и куда-то отходит. <em>Будьте настороже! </em>Или милый маленький ребенок на велосипеде прислонился к стене. <em>Он может взорваться!</em>"Далее после того как Эдмайр провел их по порту высадки, он обратился к слайдам Кодахром, касаемо грядущих опасностей в зоне боевых действий. Он начал: "Возьмем волчью яму пунжи. Каждая из этих бамбуковых палок заточена, заточена очень остро, и на каждой из них бычий навоз. В стране тысячи этих ям!<em> Вы - их - увидите! </em>Что я вам могу посоветовать? <em>Не - вздумайте - в - них - падать!</em> Дальше, на этом слайде капкан пунжи. Теперь каждая из палок с колючками. Я сказал, <em>с колючками - занозами</em>. Когда медик извлекает их, может быть немного <em>больно</em>! Совсем <em>чуть-чуть!</em> Во Вьетнаме тысячи таких капканов! <em>Вы - их - увидите! Не наступайте на них!</em>" Затем Эдмайр говорил о том, что нужно всегда быть начеку, но не дал никаких практических советов при внезапном минометном огне или минном поле, при укусе незаметным комаром, скорпионом или коброй. "Там есть одна букашка, ее называют Мистер Два Фута", - громко заявил он. "Если он ужалил вас в большой палец, <em>не лезьте</em> в карман за бритвой или ножом! <em>Куда бы он вас ни укусил, ложитесь - вниз - быстро!</em> Потому что вы мертвы!".</p> <p style="text-align: justify;">Выбрось. Не упади. Быстро пригнись. Каждый из дорожных советов Эдмайра становился еще одним откровением для Вильямса, чей невинный гражданский ум никогда не предвидел опасностей, которых не удалось бы избежать, просто передвигаясь пригнувшись. </p> <p style="text-align: justify;">- Вам, ребята, не захочется, чтобы я был во Вьетнаме, я трус, - объявил Вильямс, преувеличивая состояние, в которое его привела лекция Эдмайра, когда она закончилась. </p> <p style="text-align: justify;">- Что ж, все мы трусы. - сказал один философствующий солдат.</p> <p style="text-align: justify;">- Посмотри на это с другой стороны, - снова начал Вильямс - Двигаемся вместе. Предполагается, что тихо. Я вижу удава, вставшего на хвост, я собираюсь <em>кричать...</em></p> <p style="text-align: justify;">... Когда Вильямс покинул самолет в черном аэропорту Сайгона, на трапе ему не встретился удав. М прошла по темному бетону, не столкнувшись с ямами пунжи. В какой-то мере, Демирджян был расстроен тем, что его иллюзии разбились. На нижнем краю Земли трава, кажется, оставалась зеленой, а пространство эвклидовым. Все зря! Гневные  стюардессы, 30 000 долларов на пилотов, вся эта растрата высокооктанового топлива и, некоторые еще могли сказать (и говорили) "<em>там Большая Медведица</em>". Демирджяну хотелось бы, чтобы вместо нее было что-то другое, Южный Крест или комета Галлея или что-нибудь еще, что сделало бы пересечение половины линий долготы чуть более притягательным. "Нет, я думаю, это оранжевая чашка", - сказал он, глазея на звездное вьетнамское небо. "А та штука там, должно быть Луна. Яркая штука в форме арбуза. В тропическом климате, она бывает только в форме арбуза".</p> <p style="text-align: justify;">К сожалению, Вьетнам был не для поэтов. Кровь в нем еще циркулировала. Гравитация действовала. Если вещи ронять, они падали, и, называйте это недостатком воображения, называйте это здравым смыслом, но М не испытывала тревог, по пути через черный как смоль аэропорт к низкому коричневому зданию. Американцы были повсюду, американцы в серой униформе, американцы в темных грузовиках и джипах. Настал день, маленький американский капитан проехал мимо на велосипеде, ведя его одной рукой, другой, отдавая честь, а Салливан сказал Демирджяну: "Что за грохот, что за стук", - построив предложение в точности также, как в Соединенных Штатах. М зашла в коричневое здание и заполнила там формуляры, затем съела главное меню, где печеная картошка была исключена, а картофельное пюре добавлено. Рота М прибыла во Вьетнам.</p> <p style="text-align: justify;">В течение нескольких часов она отправится в страну. Серьезный сержант предупредил М, глядя прямо в глаза, пока те закидывали свои вещмешки и самих себя в большие открытые армейские грузовики: "<em>Будьте настороже! Если мы проезжаем мимо кого-то на дороге, и если у него есть что-то в руке, мне не важно, был он такого или этакого роста, парень, девчонка, не важно, посмотрите что в руке! И если не знаете, сообщите мне, быстро!</em>".Может М и не проигнорировала бы это, видя они мужчин с густой бородой в зеленке или слыша странные паранормальные пугающие звуки, но в этом обычном армейском лагере совет казался параноидальным. И, откровенно говоря, пока М ехала по ухабистым улицам Сайгона, окруженная гудками трафика и запахами готовящейся еды, пока М ехала на своих легких грузовиках стоя, присев и сидя на вещмешках, они видели около пятидесяти тысяч восточных лиц слева и справа, и у сорока из них были всякие забавные вещи в руках: деревянные ящики, желтые плетеные корзины, бутылки с... <em>чем</em>? глиняные миски. Двадцать тысяч людей подозрительно проходили мимо маленькими шаркающими шажками. Еще двадцать тысяч неподвижно стояли, что было еще хуже. Тысяча персон припарковали свои маленькие грузовики Ламбретта и куда-то отошли, и пять тысяч жителей на потрепанных велосипедах и ржавых мотороллерах стояли, прислонившись к средиземноморского вида стенам. На одной заваленной мусором улице ребенок без штанов, который, кажется, играл с пустыми пивными банками, закатил одну под грузовик роты, и никто не задумался об этом. Сайгон или Севилья, видеть заговор в каждой сумке и велосипеде - это безумие, с тем же успехом можно вступить в общество Бёрча. Забавно, но М не были вооружены, у будь-настороже сержанта не было винтовки, которой бы он мог воспользоваться. Их стальные шлемы все еще лежали неясными выпуклостями в вещмешках, общие шлемы в грузовике ржавчина прочно соединила вместе, так что у Биглоу не было ни одного, а его друг русского происхождения, Дубицкий, держал, словно китайскую пагоду, сразу три. "Знаю", - сказал сержант с серьезным взглядом, - "Я знаю, что пейзаж вам не знаком, и вы хотите осмотреться", - в этом он был прав, единственным непокоренным человеком на этой автобусной экскурсии по Сайгону и окрестностям был тот шестнадцатилетний парень с дикими глазами, Руссо, он держал охотничий нож, достаточно длинный, чтобы сражаться им как мечем и кричал через плечо: "Не спите, ребята, катит еще одна повозка с сеном", - и другие не менее смешные вещи. "Я наблюдаю за тем парнем", - крикнул он своим беззаботным друзьям, когда молодой пешеход вынул из кармана своей черной пижамы цилиндр, размером не больше сигареты, поджег его и закурил.</p> <p style="text-align: justify;">Суетящиеся люди, желто-голубые такси, казалось, все в Сайгоне было в две трети от нормального размера, а цвета выбирались как в парке развлечений. "Гляди-ка! Это будто Кони-Айленд без аттракционов", - крикнул один солдат в экстазе отождествления, пока они проезжали мимо магазинчиков с красными и желтыми потрескавшимися вывесками. "Это, должно быть, пригород", - когда дома сменились зелеными полями, и, - "<em>Там буйвол!</em>" Будь здесь только Прочаска, М бы пела "Клементин", проезжая через желтые деревни, где старые беззубые женщины глядели на них, а дети махали в след, где пышные полупрозрачные пальмовые ветви были так близко, что их можно было коснуться. Серые деревянные рейки кузова грузовика гремели при езде, сползающие сумки давили на ноги солдат, колеса шуршали по дороге, песок взвивался в воздухе, а из высокой травы могли выскочить коммунисты. Группа попадет в засаду месяцем позже. Валторна, флейта и баритон будут убиты, барабанщик спасется невредимым, а М окружит лагерь колючей проволокой.</p> <p style="text-align: justify;">Вообразите все что угодно. Теперь раскрасьте в песочный цвет, в цвет красного песка, это и будет размещением М, размером с поле для учений. Старый борец с песком и пылью, свирепый Милетт, впал бы здесь в неистовство, потому что песок был на каждой палатке, красный песок на мешках с песком, на бутылях с водой, красный песок на каждом солдате, уже через минуту после того, как он прибыл сюда. Температура была, может, градусов 100 (38 гр. Цельсия, - прим. перев.). Спустившись с кузова и протащившись в назначенные им палатки, М сбросила свои вещмешки на узкие койки со звуком "<em>в-ж-у-у-х!</em>", столбики красного песка поднялись над полотном. М с опозданием отправилась наружу, где ждала и ждала. Руссо стал выглядеть словно маленький круглый человек в сауне. Он сел на пыльную землю со словами: "Собираюсь написать письмо. <em>Дорогой сержант. Вы были правы. Здесь жарко".</em></p> <p style="text-align: justify;">Цвет лица Йошики стал напоминать кусок влажного хозяйственного мыла. Он повернулся к будь-настороже сержанту и спросил: "Есть какие-то действия поблизости?"</p> <p style="text-align: justify;">- О, нет, - ответил Демирджян. - Тут очень тихо.</p> <p style="text-align: justify;">- Дерьмо, - произнес Йошика свое любимое слово, сжавшись будто проткнутый воздушный шарик. - Откуда ты знаешь? Ты же только что приехал, - но рота М вскорости получила ответ.</p> <p style="text-align: justify;">- Стройся! - И пока М вставала в шеренги на солнце младший сержант оглушительно ясно дал понять, что прогулка закончилась. Его приказы били по М как артиллерийский огонь, один за другим. - Солдаты! Вни-мание! Первая шеренга, напра-во! Вперед ...арш! Напра-во! Вторая шеренга, нале-во! Вперед ...арш! Солдаты ... стой! Нале-во! - пока он не построил роту в линию шириной с городскую улицу. - Вперед ...арш! Строем ...арш! Солдаты ...стой! - приказал он, и М оказалась перед колючей проволокой ограждения лагеря, стоя там на 100 градусах, высматривая, один Бог знает, какие опасности, как беспризорники перед забором колонии, задаваясь вопросом "и что теперь?". И тогда сержант дал команду, которую Демирджян до смерти боялся услышать "кру-гом!".</p> <p style="text-align: justify;"><em>Кру-гом! </em>За два полных месяца основной подготовки у Демирджяна не было проблем с командами "направо", это было просто по-детски легко, или "налево", "разойтись", а "равнение направо" - парни бьют соседа в шеренге - <em>биф! бах!</em> - по веселой армейской традиции, просто забава! Но "кругом" была вещью мрачной и загадочной. Каждый раз, когда сержант-инструктор начинал команду "<em>кру-у</em>", Демирджян переносил вес на левую ногу, и по завершении <em>"-гом</em>", он заступал правой ногой за левую, затем поднимался на носках черных ботинок и  изящно поворачивался - <em>ах, почему же так никогда не выходило? </em>Сколько бы он ни пытался (а он пытался). Старый сержант Тисдейл, серолицый жилистый контрактник, непреклонный наставник Демирджяна на основной подготовке, проявлял терпение. Выпускник местной школы сержантов, он получил свое право носить шляпу медведя Смоки (персонаж агит. плакатов, - прим. перев.), зазубрив, что надо реветь "<em>впер-е-ед марш</em>" в три раздельных слога, а для "<em>нале-е-во</em>" правильно в два, чтобы ни один солдат с немытыми ушами не встал в нелепую позу "<em>во-о-льно</em>". На занятиях по "<em>кругом</em>" Тисдейл учил, что это "<em>не трюк</em>", требующий координации Нуреева, нет, самый неуклюжий армейский увалень сможет повторить его, если запомнит одно содержательное слово. Бледный сержант твердо решил поразить своего самого бестолкового пня (<em>полностью невменяемого армЯнина</em>) этим "сезам, откройся" одним осенним вечером. Бедный старый косолапый Демирджян прибыл, Тисдейл поставил его на ярко-синий коврик, купленный за $2.98 в Сирс, чтобы Демирджян не оставил уродливых черных следов на линолеуме его кабинета, пока он будет корчится в "<em>налево</em>", "<em>направо</em>" и "<em>кругом</em>". И вот сержант произнес своим скрипящим голосом волшебно слово. И слово это было "берешь-значит-правую-ногу-и-ставишь-ее-примерно-на-четыре-фута-позади-левой-ноги-и-чуть-левее-твоей-левой-ноги-и-крутишься-на-сто-восемьдесят-градусов-на-левой-пятке-и-правом-носке-через-правый-бок". Демирджян внимательно слушал, затем встал на носки словно петух и... "Нет-нет-нет," - произнес Тисдейл - "слушай снова". Совесть вещала ему: "<em>Бэмби, твоя дочь, она в пятом классе и у нее проблемы с домашней работой, не может разобраться в дробях</em>", - но сейчас он был здесь, вместо того, чтобы помочь ей дома, - по вине Демирджяна. Отчаявшись, Тисдейл разбил свое кабалистическое слово пополам, разломил его на две запутанные половины, прокричал его со счетом "раз! два!" - все напрасно. Демирджян так и поворачивался как неуклюжий штатский. Он возненавидел сержанта. Демирджян хотел его убить, спустить с черной лестницы бараков, это было бы не сложно. "Или штык, штык в его тощем пузе, <em>агрррх</em>!" Когда Демирджян окончил базовый курс, когда он вступил в пехотную роту М ничего не изменилось, да, выключатели в этих бараках были черными, а не тошнотворно-зелеными, на рамах кроватей стояли другие имена, но команда "<em>кругом</em>" была одна: <em>раз! два!</em> - обратный отсчет перед судорогой, готово, взял и запнулся! Однажды Демирджяну показали фильм по строевой подготовке, диктор, Марроу, назвал его символом дисциплины. Демирджян видел недисциплинированные армии, изображения шли одно за другим: бельгийские гражданские на перепаханной снарядами земле, китайцы, которые не смогли бы выполнить "кругом", потому что валялись как карандаши мертвыми на улицах Шанхая. Демирджян не понимаю всего этого, но Марроу продолжал твердить: "дисциплина, <em>дисциплина</em>, <em>дисциплина</em>, нужно быть <em>дисциплинированным</em>, если хочешь стать сол..." - и тут пленка кончилась. И вот Демирджян стоял в жаркий полдень в зоне боевых действий, и сержант кричал ему "кру-гом!".</p> <p style="text-align: justify;">Демирджян повернулся.</p> <p style="text-align: justify;">- Хорошо - проревел сержант, - выдвигаемся! Подберите это! Вбейте себе в голову один раз, так чтобы не пришлось повторять! - и М отправилась на свое первое профессиональное задание на красной почве Вьетнама. Минутой раньше своих товарищей по оружию Демирджян поднял пару маленьких окурков, Йошика-  старую спичку, а Салливан не вставая потянулся к своей палатке.</p> <p style="text-align: justify;">Той ночью М лежала на туго натянутом брезенте коек и прислушивалась к звукам: <em>у-у-у-у-у</em> - что-то подошло к концу; <em>бум</em> - взрыв; <em>тра-та-та-та</em> - пулеметы, автоматические винтовки и пикирующие бомбардировщики; <em>а-р-р-к</em> - тропические птицы, львы и тигры, сирены воздушной тревоги и сферы в небесах, накатывающиеся друг на друга как пустые бочки, звезды, падающие и скачущие по самолетам. М не были напуганы. Опыт стал снотворным, дал понять, что это те же звуки битвы, что были на зимних учениях. Предполагалось, что все эти ракеты были американскими и не нацеливались в их палатки, а значит, предназначались вон тем врагам. Догадка была верной. "Это миномет", - без паники объявил Руссо - "А это артиллерия."</p> <p style="text-align: justify;">- Ну, я хотел бы, чтоб они прекратили. Я хочу спать, - произнес Вильямс.</p> <p style="text-align: justify;">- Что это? - спросил Салливан. Под этим он понимал не отдаленные звуки фильма про войну, а приятный гражданский запах, таинственно поднимающийся из кровати Демирджяна.</p> <p style="text-align: justify;">- Джейд Ист (одеколон, - прим. перев.) - мне нравится. - объяснил Демирджян.</p> <p style="text-align: justify;"><em>У-у-у-у-у! Бум!</em></p> <p style="text-align: justify;">- О, мне нравится Каноэ, - сказал Салливан.</p> <p style="text-align: justify;">- А мне нет, - ответил Демирджян - пахнет вялыми розами.</p> <p style="text-align: justify;">- Еще люблю Олд Инглиш.</p> <p style="text-align: justify;">- Не нравится, как не нравится и Инглиш Лезер.</p> <p style="text-align: justify;">- Да, я хотел сказать Инглиш Лезер, он неплох.</p> <p style="text-align: justify;">- Нет, последнее время встречаю его слишком часто.</p> <p style="text-align: justify;">- Обычно, я использую Брут.</p> <p style="text-align: justify;">И... БАХ! Палатка зашаталась, а Руссом спокойно объявил: "И это миномет". Дивизия, к которой относилась М начала выдавливать коммунистов с ничьей земли, где-то в сотне ярдов от чернильно-черной зоны отдыха М.</p> <p style="text-align: justify;">- Господи, - не особо обеспокоено сказал Салливан. - Полегче на моей кровати.</p> <p style="text-align: justify;">- Некоторым нравится играть в индейцев против ковбоев, - добавил Демирджян - А мне нравится играть так,- говорил он чуть громче чем требовалось. По правде сказать, Демирджяну становилось страшно: чтобы видеть реальность со стороны нужно быть умным, спокойным человеком, видеть, что уравнения параболы полета снаряда сходятся в равенство, что свистящая банка тротила может полететь и туда и сюда, и что однажды у-у-у и бах могут звучать по эту сторону колючей проволоки. Скоро Демирджян будет освобождать себя от тревог как поэт, на картонных коробках от индивидуального рациона он попробует писать катартические строфы, один из его стихов закачивается так: "<em>Почуял страх, еще не проронив слезы ты этим утром... каждым утром... каждым утром</em>". Но этой ночью Демирджян сделал глоток J&amp;B из пинтовой бутылки и просто включил транзисторный приемник, музыка оградила его от чуждых вьетнамских звуков, а одеколон от пыльных вьетнамских запахов.</p> <p style="text-align: justify;">"<em>Блю-юз - проходящего - поезда-а</em>,"- слышал Демирджян на радиостанции вооруженных сил в Сайгоне - БАХ! "Боже, боже, боже, слышу его кончиками волос..."  БАХ! Доходы от рекламы шли на казначейские облигации и церковь.</p> <p style="text-align: justify;">Не бывает ли тебе...</p> <p style="text-align: justify;"><em>Одной</em>...</p> <p style="text-align: justify;">Одиноко без <em>него</em>...</p> <p style="text-align: justify;">- Пре-е...дыдущая, - воскликнул ведущий - представлена-а... со-о-оветом...ка-а-апелланов вооруженных сил! - БАХ! Так все и продолжалось в первую ночь М на войне: радио, звон жетонов, когда солдаты ворочались во сне, храп и разное барахло, которое, в конце концов, издавало БАХ! в ночи.</p> <p style="text-align: justify;">В четыре утра М разбудили, чтобы направить в наряд на кухню. Демирджян отнесся к этому с недоверием, спрашивая себя, когда же сержант остановиться на своем пути в жерло пушки. Впрочем, он не остановился и приказал М двигаться на мрачную кухню, вопя разъяренным голосом: "Закройте это! Обойдете вокруг стены из мешков! Надо было надраить ботинки до блеска! Отполируй пуговицы! Ночью будет плакат, как укладывать ваши сумки! В барак! Два, три, четыре..." БАХ!Вообще, М не задержалась в громыхающем лагере: они заполнили желтые формуляры, а потом отправились вертолетами глубже в глушь, куда был назначен их батальон. Рота все еще была в, так называемом в армии, "трубопроводе", и на одном из резких поворотов трубы Биглоу просочился оттуда. Его вызвали по внутренней связи в пыльную палатку кадровиков, откуда поторопили на собеседование на должность писателя в палатку отделения занятого представлением информации общественности. Биглоу, улыбающийся солдат удачи, чьим стремлением в Азии было сорвать банк, осознал, что он стоит на распутье. За год в линейной роте он мог стать сержантом, хотя капрал и получал 163.50 доллара в месяц, сержантам выдавали 194.10. Полтора года такого заработка, больше акций IBM. С другой стороны в том, чтобы всегда катиться за орудийным передком, были и недостатки. Во-первых, Биглоу тренировали как минометчика, а не пехотинца. Его задачей было доставлять взрывчатку коммунистам в паре миль от него из штуковины, напоминающей по размеру и форме канализационную трубу. БАХ! Но если Чарли подойдут ближе, скажем, в тот же уютный окоп, где будет Биглоу, на расстояние удара его же канализационной трубой по голове, придется защищать себя пистолетом. Тем самым маленьким пистолетом, из которого он еще ни разу не попал в цель. В один печальный день пехотной подготовки, Биглоу стоял со своим причудливым пистолетом на рубеже, сквозь струи дождя косясь на еле различимые за ними мерцающие, словно муаровый узор, мишени. Но каждый раз, когда он поднимал свой крохотный мокрый пистолет, чтобы поразить эти призрачные видения, его пончо надувалось как парус, вытянутую руку тянуло в подветренную сторону и водянистая цель оставалась неоскверненной пулевыми отверстиями. Промокший до нитки худощавый лейтенант, ответственный за это фиаско, доложил майору, медведеподобному человеку, чье прозвище было Железный Майк.</p> <p style="text-align: justify;">- Сэр, - произнес лейтенант, салютуя, стоя в кабинете Майка, а точнее, в уютном дверном проеме, который, кроме прочего, привлекал к нему все внимание. – Сэр, эти люди не могут ухватить пистолет.</p> <p style="text-align: justify;">- Что вы понимаете под «не могут ухватить»?  Ваша задача их научить!</p> <p style="text-align: justify;">- Я пытался, сэр, но люди не могут <em>ухватить</em> то, что я им говорю…</p> <p style="text-align: justify;">Настоящий выбор, Биглоу разыскал своего серьезного «всегда настороже» сержанта, чтобы спросить совета. </p> <p style="text-align: justify;">- Я не знаю, почему каждый хочет на фронт, - сказал тот с удивлением. Он провел здесь много месяцев. – Ты не беспокоишься о том, что ты промок, потому что ты не высыхаешь. Твоя одежда гниет. Ты снимаешь майку, выжимаешь ее и выбрасываешь. В тебя стреляют, тебя ранят. А когда рана заживает, то есть наполовину заживает, тебя посылают обратно на фронт.</p> <p style="text-align: justify;">- Да, но вы же получаете звание? – Спросил Биглоу.</p> <p style="text-align: justify;">- Я вот что скажу, лучше быть живым капралом, чем мертвым сержантом. Подумай об этом, подумай.</p> <p style="text-align: justify;">Биглоу продолжил медитировать над этим, вот только когда он вошел в палатку «общественной информации» и протянул свой желтый бланк капитану, сидящему за пыльной печатной машинкой, капитан просто крикнул: «Ты из Аризоны! Я из Невады!» - и Биглоу оказался публицистом прежде чем смог дальше медитировать. Но судьба колебалась над тем, что приготовить для лучше друга Биглоу, Дубицкого. Такой же выпускник колледжа (Скрэнтон), такой же кандидат на должность в отделе общественной информации, на его досье молодой капитан остановился.</p> <p style="text-align: justify;">- Так. Так кадровики отправили тебя сюда, - произнес он задумчиво, будучи не очень уверенным, что в отделе есть место для человека, который изучал философию с Иезуитами, бегло говорил по-украински и еще на четырех языках, но не мог печатать. – Э-э-э… Видишь что-нибудь особенное в нашей палатке? – спроси он.</p> <p style="text-align: justify;">Что-нибудь? На чем мог остановиться Дубицкий, если вся палатка, можно сказать, была сделана из особенностей! – Вижу множество подружек месяца Плейбоя, – выпалил Дубицкий.</p> <p style="text-align: justify;">- На какой месяц обратил внимание?</p> <p style="text-align: justify;">- Я смотрел на Ноябрь, сэр.</p> <p style="text-align: justify;">- Ноябрь. Ух, и во что же одета Ноябрь? – Хорошо, что бы вы спросили у человека, чья последняя письменная работы была по прагматизму Дьюи?</p> <p style="text-align: justify;">- Сэр, Ноябрь носит что-то вроде кружевного неглиже. Оно прикрывает одну из ее ног, но не другую.</p> <p style="text-align: justify;">- И какую ногу оно прикрывает или не прикрывает?</p> <p style="text-align: justify;">- Сэр, Я думаю, что оно прикрывает правую ногу.</p> <p style="text-align: justify;">- Что ж, нам здесь нужно быть точными. Мы не хотим, чтобы ты писал, будто генерал говорил, что неглиже не прикрывает ей не ту ногу.</p> <p style="text-align: justify;"><em>- Дьявол! </em>Прервал их полковник по общественной информации, смотревший на игровую доску Ремик Мичиган (разновидность карточной игры, - прим. перев.), которую ему только что прислала мать. – Дьявол, писать же он может!?</p> <p style="text-align: justify;">Несколькими минутами позже, двое счастливых бывших минометчиков снова появились в палатке, где остальная часть роты М запихивала свои вещь мешки в темнозеленые сумки. Биглоу глупо улыбался, говоря за обоих. – Эй, вы слышали? Мы будем корреспондентами армейской газеты.</p> <p style="text-align: justify;">- Трусы, - ревниво произнес необращенный минометчик, продолжая упаковывать мешок.</p> <p style="text-align: justify;">- Спросим, мы получим больше медалей чем вы!</p> <p style="text-align: justify;">- Ага, желтую за то, что желтопузый.</p> <p style="text-align: justify;">- Враги были повсюду вокруг меня! Глумливо закричал Демирджян. Его пристыдило, что пара друзей так невосприимчивы к скуке, что согласились обосноваться в метности, где все, что им придется делать, это время от времени собирать сигаретные бычки и заступать в наряд на кухню. – Повсюду вокруг меня! И все, что у меня было, это шариковая ручка. Они рванули ко мне…</p> <p style="text-align: justify;">- Прижали меня к стене! – продолжил другой парень. – Я обнажил мою шариковую ручку! Я колол! Колол! Колол… - а потом М забрались на борт своих вертолетов, сгрудив мешки в проходе, словно хрящевые сосиски, и оглушительно полетели на север, в то время как Биглоу, Дубицкий и МакКарти, любитель эпистолярного жанра, которого провидение направило на место бармена в офицерском клубе, остались позади в относительной безопасности.</p> <p style="text-align: justify;">Кто вслед за Фергусом готов // Гнать лошадей во тьму лесов… Место дислокации батальона напомнило М об этом стихотворении. Высокие деревья вроде платанов выстраивались в едва уловимые линии, посаженные в какое-то безмятежное время, а жилища выступали темными и невозмутимыми нефами то тут, то там, куда бы ни посмотрели солдаты. Кричали кукушки, и посреди этой идиллии М слушала своего батальонного командира, сидя полукругом на пестрой земле. Лейтенант-полковник, светлокожий негр с сияющими глазами, приветствовал их в конце их путешествия, в их доме на 1966 год. «Я знаю, вы слышали об это батальона, так что вы слышали?» - спросил полковник, наклонившись вперед в ожидании ответа. Одна рука напряженно лежала на кобуре пистолета, другая на подсумке с фляжкой, поза, не мотивирующая к честному ответу – ответь неправильно, и, кажется, он мог выстрелить от бедра: бах! шмяк! Скорейшее разрешение спора на Востоке, и глупый оппонент падает замертво. «Сейчас я точно знаю, вы слышали о нас, так встаньте и ответьте!» - произнес полковник, известный среди своего батальона как полковник Смоук.</p> <p style="text-align: justify;">Что его ответить? Всего одни выходные во Вьетнаме, и М должна столкнуться с Чарли повсюду, куда бы их ни направили; их процент потерь был чем-то диким: это был батальон, рожденный в понедельник, так говорили из уст в уста. Больше того, в те самые выходные, внимательные уши М слышали и о самой Операции: их проклятый батальон получил приказ, в следующий понедельник в полном составе погрузиться на серо-зеленые вертолеты и отправиться в самое сердце позиций Чарли, в их тыл. Семь дней М будет бродить по каучуковым плантациям Мишлен, по тому самому огненному аду, где целое подразделение вьетнамцев было уничтожено тем утром, когда М изучали повороты на строевой подготовке. Не удивительно, что М стало известно об Операции, несмотря на то, что отпечатанный на мимеографе приказ имел гриф «СЕКРЕТНО».</p> <p style="text-align: justify;">- <em>Ты! </em>– крикнул полковник, обратив свой пламенный взгляд на одного из минометчиков роты.</p> <p style="text-align: justify;">- Я слышал, сэр, я слышал, что вы были в самом пекле.</p> <p style="text-align: justify;">- Ты слышал, что нас убивали и ранили, не так ли? Но еще ты слышал <em>это, </em>а? То, что мы убили кучу ВиСи! И во Вьетнаме нет другого батальона, уничтожившего столько ВиСи, сколько мы! И это наша работа во Вьетнаме, бы здесь, чтобы убивать их! – М слушали тихо, ни одно из лиц не показывало, убедили ли их слова полковника.</p> <p style="text-align: justify;">- Сейчас этот батальон очень хорош, знаете почему? Потому что мы помогает друзьям. Мы не бросаем друзей. Я хочу, чтобы вы говорили «если где-то на свете меня ранят, я хочу быть раненным в этом батальоне. Потому что мои друзья вынесут меня, они меня не бросят» - М и бровью не повели. – И это касается не только поля боя! Даже в наряде на кухню! Кто сделает дело, если вы не можете? Ваш друг! Если вы халявите, если вы подхватили венерическое, если вы заболели, кто сделает вашу работу? Друг!</p> <p style="text-align: justify;">«Где?» - спросил себя Салливан, практически слыша визг покрышек своей души, свернувшей с пути, по которому вел полковник. «Где в этом первобытном лесу кто-нибудь может подхватить венерическое?» - думал он,  с удивлением вглядываясь в жилища. Полковник, тем временем, уже описывал Салливану их уютную диспозицию. Батальон был частью железного круга, неизмеримого радиуса и даже больше, с витками колючей проволоки по периметру, изобилием растяжек «Чарли, опасайтесь мин» и мощной прицельной артиллерией, Фантомами, Супер Сейбрами, Фридом Файтерами с заданными координатами. Салливану оставалось сидеть в укрепленном бункере из мешков с песком со всем арсеналом Америки на кончиках пальцев и вглядываться в ничейную землю через бойницу. Винтовки, пулеметы, безоткатные орудия длинные, как пушки, лучи смерти, что угодно, пусть только подумает, и Салливану это поднесут, хоть атомную бомбу. И все же «где девчонки?» интересовался он. Полковник же подбирался к этому. Как он объяснил, в самом центре этого американского бастиона стоит маленькая чудная вьетнамская деревушка с населением в тридцать две тысячи душ, многие из которых, большинство из которых, почти все из которых, кто знает? - Являются коммунистами, некоторые столь убежденно красными, что пробираются через темные леса, стреляя в спину американским солдатам. С месяц назад, они убили другого лейтенанта-полковника. Странная война.</p> <p style="text-align: justify;">«Сейчас в деревне есть шлюхи», - продолжил он. «И они – коммунистические шлюхи. И, со стопроцентной уверенностью, у них есть венерические. А вы приехали сюда молодыми и здоровыми, и хотите вернуться домой в Штаты такими же. Вы не хотите привезти женам или подружкам эту мерзость. И кое-что еще насчет шлюх! Я сказал, вы здесь, чтобы убивать коммунистов. Так вот, есть еще причина: вы здесь, чтобы завоевать сердца и умы вьетнамцев, сделать их лояльными к правительству, и сделать это не получиться, если станете гоняться за шлюхами, если униформа измята, если низ рубашки не заправлен», - полковник подбирался к теме, наиболее близкой его сердцу, к жажде, за которую он был назван Смоук – «если пуговицы не застегнуты, если вы не бриты, если вы не пострижены, вьетнамцы назовут вас именно теми, кто вы есть: <em>жопами</em>, самыми жопными жопами на всем белом свете, особенно на Востоке, и…» - еще пять минут в таком же проповедующем русле, после которых полковник исчез, пуф! В огненной вспышке, оставив М стоять  в очереди перед опрятной палаткой адъютанта, чтобы заполнить очередные формы. </p> <p style="text-align: justify;">Никто особенно и не разговаривал. И дело не только в речи полковника об «огне и сере», подавившей М, дело еще и во внезапной тишине, что осталась после него в этом райском уголке. Салливан всматривался в кроны деревьев, потом на часы, думая «стоит найти новый ремешок, этот прямо разваливается». Демирджян стоял, спрашивая себя, сколько, «сколько еще закостенелое армейское сознание будет испытывать его терпение». Демирджян еще немного поиграл с резинкой, и, в конце концов, легонько щелкнул ей по шее Мортона.</p> <p style="text-align: justify;">«Да где ты это взял?» - дружелюбно спросил его Мортон, повернувшись, посмеиваясь,. Это было свойственно ему, быть милым, несмотря ни на что, погрузи Демирджян стилет в его шею, ответ Мортона будет все тем же: «Да где ты это взял?» - выстрели Демирджян ему в позвоночник, накинь петлю на шею и дерни посильнее, можно быть уверенным, Мортон вежливо кивнет – «Ладно, ну хватит, хватит» - прежде чем скончаться с улыбкой на губах. Обида просто не была одним из его чувств, он не чувствовал, что нужно как-то защищаться, стоять за себя, потому что не верил в существование столь подлых человеческих черт, которые бы заставили других нанести ему вред. Возможно, он был блаженным, и, определенно, он был славным. Достойный друг Прочаски, сопровождавший его на Таймс Сквер в отпуске, и с той же учтивостью вернувший даме-пацифистке ее листовки. Несколькими пятницами ранее, когда их первый сержант в последний раз с сочувствием желал счастливого пути, он не сказал этого Мортону, вместо этого с грустью в глазах он сказал: «Сынок, ты не отправишься в Техас, не на три дня!» - и Мортон безропотно лег на свою железную кровать, вокруг которой собрались друзья и даже сержант, поторапливая его уехать в Филадельфию, Рай (ориг. <em>Rye</em>), куда угодно, а оттуда в Техас. Но Мортон просто усмехнулся, сказав, что это будет неправильно. Этажом ниже на диване в комнате отдыха капитан, первый сержант и сержант по операциям с напряжением обсуждали, может ли человек и вправду успеть сгонять в Техас и обратно за трехдневный отпуск.</p> <p style="text-align: justify;">- У нас выходило за тридцать шесть часов, - говорил им сержант по операциям, подходя к кульминации своей невообразимо ошеломляющей истории: седан Mercury, визг колес, кофе в бумажных стаканчиках, «и мы по-настоящему гнали!»</p> <p style="text-align: justify;">- М-м-м, - отвечал капитан роты М, пока загружал число тридцать шесть в мозг.</p> <p style="text-align: justify;">- Двадцать лет назад, это было невозможно, - сфилосовствовал операции сержант — а через десять лет, появятся самолеты, они будут пролетать две тысячи миль за час!</p> <p style="text-align: justify;">- Вау!, - произнес первый сержант М, доверившись тому, что планета и вправду становится меньше, трое руководителей позвали Мортона к себе вниз после обеда, дав ему трехдневный пропуск в Форт Уэрт. Прибыв туда к обеду, он отправился со своей мамой на вечернуюю прогулку и сообщил, что он отправляется во Вьетнам, похоронить его нужно в серебряном гробу с бархатной подкладкой горохово-зеленого цвета, если он умрет.</p> <p style="text-align: justify;">- Да что ты говоришь! - ответила его мама, но Мортон вежливо продолжил, упомянув, что не имеет ввиду, будто он, как подросток, может разумно рассуждать о своей смерти или постоянно думает о ней.  Он попросил, чтобы пришедшие его помянуть сняли обувь (индуистская традиция, - прим. перев.), но похоронить его в черном одно-пуговичном континентальном костюме с черной гвоздикой в петлице, белой рубашке со сборками и черном галстуке бабочке на шее, о которую сейчас Демирджян шлепал двухфутовой резинкой.</p> <p style="text-align: justify;">- О! Да что ты говоришь! - снова сказала его мама.</p> <p style="text-align: justify;">- Так ГДЕ же ты это взял? - спросил Мортно Демирджяна.</p> <p style="text-align: justify;">- А ГДЕ ты думаешь? С каучукового дерева, - ответил Демирджян, указывая на ветку, с которой подозрительно сочилась жижа цвета шпатлевки, потому что «платаны» были каучуковыми деревьями, а новый, заросший кустарником, дом М — каучуковой плантацией. Вьетнамцы из деревни неподалеку сверлили деревья, поставляя американским водителям резиновые шины, а по вечерам убивали их лейтенант-полковников.</p> <p style="text-align: justify;">В этом и любом другом армейском батальоне было три роты, и М прибыла во Вьетнам, чтобы укрепить все три. Завещав свои десять тысяч долларов пособия отцу, Мортон был отправлен в одну роту, а Демирджян в другую, Вильямс, которому не нравились удавы или края окопов — в третью. М, в чьей теплой плазме каждая из этих клеток вечно чувствовала заботу, М была разорвана на части как какой-нибудь шарик из жвачки равнодушным офисным клерком. Новые ребята в военных школах, девчонки на танцах-знакомствах, сидящие на старых скрипящих стульях, чужие в стране чужих, тихие рядовые роты М один за одним отправлялись в тусклые бункеры . Старые вояки смеялись, как же они смеялись, они скрючивались, хватались за животы, смотрели на именные жетоны М и гоготали.</p> <p style="text-align: justify;">- Эй, Салливан! Ты ирландец?</p> <p style="text-align: justify;">- ...Да.</p> <p style="text-align: justify;">- Конечно ирландец, с таким имечком как Салливан! Га-га-га! А тебя значит зовут Демон?</p> <p style="text-align: justify;">- ...Демирджян.</p> <p style="text-align: justify;">- Девствиннян? Так тебя зовут Девствиннян? Га-га-га!</p> <p style="text-align: justify;">Над ними со звуком, хлопающего паруса пролетал серо-зеленый вертолет с красным крестом на брюхе.</p> <p style="text-align: justify;">- Эй, смотрите! Еще несколько тел прибыло! Га-га-га.</p> <p style="text-align: justify;">- Га-га-га. По мне так это снабжение!</p> <p style="text-align: justify;">- Задницы моей снабжение! Га-га-га!</p> <p style="text-align: justify;">«Теперь, когда смеюсь над чем-нибудь, смеюсь, чтоб не заплакать» (Байрон, Дон Жуан, - прим. перев.). Старослужащие не были жестоки нарочно. Полгода. Они были во Вьетнаме половину года. Они шли, они шли, там была мина, рядовой из Оклахомы, которому они отдали свой паёк был мертв, а они шли дальше, и именно эти (конечно же эти) пустые армейские ботинки теперь заполняла М. Этим полднем старослужащие позволили себе отдохнуть. Они ушли во вьетнамскую деревню и пришли в состояние безудержного веселья, забывшись под рифлеными крышами. Они не привезут домой никакой пакости, напротив, они пошли забрать белье из прачечной, но они сидели с пивом <em>Bamouiba </em>за фанерными столами и убегали от реальности, разыгрывая кавалеров перед гражданскими: перед вьетнамскими девушками, которые, возможно, были шлюхами, с чернозубыми от бетеля дамочками в прачечной, со сборщиками арахиса, с продавцами пива, но больше всего с гладкокожими вьетнамскими детьми, которые хихикали и двигали ушами, передавая мысли о войне. Источник невинного, но опьяняющего веселья.</p> <p style="text-align: justify;">- Девочка-сан, это пиво теплое. Не хорошо! Номер десять! - разговор между двумя великими культурами Вьетнама проходил ни на вьетнамском, как представляли американцы, ни на английском, как думали вьетнамцы. Эти двое беседовали на ломаном японском, где «сан» означало «мистер» или «мисс», а «ичибан» - «номер один», «лучшее».</p> <p style="text-align: justify;">- Девочка-сан, пиво номер десять!</p> <p style="text-align: justify;">- Пиво номер один! Это ты номер десять!</p> <p style="text-align: justify;">- Ну а ты - дочь-сан Хо Ши Мина</p> <p style="text-align: justify;">- Нет Хо Ши Мин! Он номер десять! Номер тысяча! Ты дьен кай ду, - уже по-вьетнамски, что значит «взял верх».</p> <p style="text-align: justify;">- Девочка-сан, я не какаду! Ты какаду! - веселые старослужащие возвращались в будничный мир ранним вечером в непривычной эйфории, которую М ощущала как издевательство.</p> <p style="text-align: justify;">- Понедельник вы приходить прачечная? - спрашивали их некоторые из девушек во вьетнамской деревне.</p> <p style="text-align: justify;">- Нет. Понедельник мы идем плантация Мишлен, - ответил кто-то из ветеранов.</p> <p style="text-align: justify;">- Номер один! - объявил кто-то из девушек. В понедельник утром на тридцать радостных минут, в первый раз за их общую историю, М испытывала на себе приятную погоду. Температура на их высоте была 70 (21 по Цельсию, - прим. перев.), и, несмотря на закрытые борта их быстрых вертолетов, дул один из этих лето-в-кабриолете, ерошащих волосы бризов. М вместе со своим и еще тремя батальонами были в боевой форме и летели к каучуковой плантации Мишлен, лесу, где коммунисты, как маленькие трудолюбивые бобры, затачивали бамбуковые палки несколько дней, окунали их в бычий навоз, ссали на них, устанавливали в ямы пунджи, в ловушки для ступней, в безумные маленькие капканы в стиле Бэтмена на деревьях, так-то! Из кустов - треск! Из зарослей - крик! Закапывали мины, прятали гранаты и растяжки, и "берегись!" - говорил старина Фолей на пехотной подготовке двумя неделями ранее, "берегись!" Вот и они! Пять галлонов горящего топлива! Какими-то дьявольскими способами коммунисты на плантации Мишлен узнали об этой операции неделю назад, хотя она и была помечена грифом "секретно".</p> <p style="text-align: justify;">У М в её удобных вертолетах тоже были карты в рукаве, преимущественно, новые черные опасного вида винтовки с пулей, которая являла собой настоящий ужас: в полете она кувыркалась и крутилась. В полдень воскресенья, сержант отделения Демирджяна держал ее между большим и указательным пальцем, пристально вглядываясь в нее долго и философски - Гамлет, в некой ненаписанной сцене, созерцающий свой обнаженный клинок. "Это..." - сержант произнес сам себе - "это всего лишь старая добрая вещица. Но она не несёт ничего кроме смерти," - покрутил ее большим пальцем, думая, что ведь это настоящая ощущаемая пуля, думая о тощей енотовой гончей, с которой охотился его дядя в Луизианне, о настоящей ощущаемой гончей, если уж она загонит енота, то будет кружить вокруг пня, так что еноту не уйти.  "Вещица эта", - продолжил сержант отделения - "она может сделать два или три оборота у вас в голове прежде чем выйдет наружу. Попадет в живот, а вылететь может через макушку. Чарли. Они сделают все что могут, чтобы заполучить это оружие. Они рискнут сотней, чтобы получить одну из винтовок."</p> <p style="text-align: justify;">"О да. Это просто сладкий персик." - Подумал Демирджян, хотя еще он поймал себя на мысли - "Да? Пусть только попробуют." Все дикое воображение Демирджяна не смогло предвидеть, что сержант выйдет в таком виде. Это был негр, низкого роста, но грудь его была как сузафон. В его зубах всегда была зажата половина сигары. Сами зубы были позолочены, а через звездочки и сердечки в позолоте кокетливо проглядывала эмаль. Демирджян никогда не видел, чтобы его сержант появился с целой нетронутой сигарой. Рядом с его спадающими черными усами на левой щеке был пучок жестких волос. "Береги их, они счастливые", - шептала бабушка, когда тому было три, и хотя другие дети звали его "мохнатой мордой", а в армии они поседели, невероятный сержант Демирджяна ни за что не сбрил бы их. Его настоящее имя было Месилово - сержант Месилово.</p> <p style="text-align: justify;">"Хорошо," - сказал они отделению Демирджяна в полдень перед операцией. "Что вам нужно знать о высадке с вертолета. Бегите пять метров и падайте, потому что мы не хотим, чтобы кого-то ранило лопастями. Вываливайтесь и разбегайтесь. Первые пять минут не услышите ничего кроме "пок-пок-пок" над головой. Если кого-то ранят, не паникуйте и не вскакивайте, потому что тогда ранят уже вас и еще хуже. Просто кричите "медик". Будьте хладнокровны, хладнокровны, как только можете, хладнокровны и спокойны, не тряситесь и не трещите." Салливан грыз ногти, Демирджян своими трудолюбивыми пальцами сосредоточенно ткал циновку из восьми желтых соломок. "Так, кое-что еще. Сейчас поговорим с полковником Смоуком. Он говорит, что пехотинец как кролик. Если поймаете кролика, не отпускайте его в терновый куст, потому что это его дом. Как и мы когда в лесу, Смоук говорит, это наш дом. Так что мы берем с собой нашу зубную пасту, мы берем наш крем для бритья, бреемся как и дома. Когда вернемся. Когда мы вернемся, Смоук прикажет нацепить звания, потому что всем из М присвоено звание рядовой первого класса. Ну, а что до меня, то я, пожалуй, поищу себе другие нашивки, потому что эти желтые Чарли видят и наверняка скажут "пойду-ка я заполучу этого младшего сержанта."  Так что, когда вернемся, займемся шитьем.</p> <p style="text-align: justify;">Деревья становились больше, коричневый грунт ближе, вертолеты М медленно опускались. Несмотря на то, что М не нужно было нести свои черные винтовки, у них была серьезная проблема с багажом: каждый нес все свои подсумки для патронов, две фляжки, лопатку для окопов, противогаз, рюкзак на лямках, ручные гранаты, как бутоньерки, в то время, как каждый из ветеранов имел под резинками на шлеме еще и туалетную бумагу с сигаретами, чтобы не намокли при переходе вброд. Йошика, по воле божьей, помощник пулеметчика тащил три невообразимых пулеметных ленты, которые свисали у него с шеи и болтались до колен, так что выглядел он как Вонга - король Тонга в бусах из медвежьих зубов. У Демирджяна была огромная кружка, которую он получил после того, как неделю пил кофе из котелка. Его не особо беспокоило то, что она мялась, а ее поверхность выглядела как странное темное лунное море. Он подвесил ее за пряжку ремня, так что выглядел как нищий, направляющийся в Армию Спасения. В рюкзаке у Демирджяна лежала баночка с кремом для бритья <em>Old Spice</em>. У Салливана был <em>Rise</em> с ментолом и зубная паста <em>Maclean</em>. Ни у кого не было <em>Jade East </em>или <em>Brut</em>. У Мортона был <em>Palmolive</em> и "садимся!" - крикнул сержант Месилово. Вертолеты улетели, и Демирджян обнаружил, что лежит на полоске твердой засохшей грязи на плоском поле. Он подумал, что это, должно быть, несобранный рис, который он видел в первый раз, но уж никак не каучуковая плантация. Ха-ха! Вся секретная операция была уловкой, уверткой, и сам Смоук не знал об этом до прошлого вечера. М не были и рядом с веселой плантацией Мишлен, их цель держалась в настоящем секрете, и находилась в двенадцати милосердных милях к югу. Ура американской армии! </p> <p style="text-align: justify;">"Проклятье! Проклятье! Проклятье! Я взвод потерял." - обычно спокойный капитан Демирджяна спешил и бормотал что-то, он имел ввиду, что поставил его не на то место, ничего страшного. По правде говоря, коммунисты были так удивлены внезапным возникновением Операции в стиле Панч и Джади (<em>Punch and Judy </em>- популярное кукольное шоу, - прим. перев.), так захвачены врасплох, что их здесь даже не было, так что Демирджяну не в кого было стрелять, да и в него никто не стрелял. Светило Солнце. Кружили амбарные ласточки. Вообще, место вторжения было довольно уютным: теплая болтовня, масса высохших рисовых стеблей, лежащая в квадратной сетке поросших травой каналов высотой один или два фута. Демирджян сидел в углу на пересечении двух таких каналов и думал: "и так...? Когда же мы чем-нибудь займемся?" Брошенный ребенок Судьбы, он был прямо там, где пересекаются абсцисса и ордината, где <em>Х </em>= 0 и <em>Y </em>= 0, где все силы и случайности войны просто превратились в ничто. Со всех сторон Демирджяна, включая некоторые места, которые стоило вписать в анналы истории, окружала полумиля пространства незначительного и изолированного. Кто-то спросит: "Что и полмили под ним тоже?" - может и под ним какие-нибудь маленькие красные черти тыкали вилами в настоящих коммунистов. В полумиле над ним Смоук, черный командир батальона, сидел в персональном вертолете и кружил по часовой стрелке в поисках потерянного взвода. "Да его черт подери!" - слышал Смоук, как капитан Демирджяна прочертыхался по полевому радио, имея ввиду молодого штабного лейтенанта, - "они угодили не на тот рейс!"</p> <p style="text-align: justify;">"Вот сукин сын," - ответил Смоук. "У него голова в заднице, да еще и булки сжаты," - повернувшись налево, он сказал своему пилоту, Фу Манчу, продолжать кружить. Что ж, пилот вертолета и вправду выглядел как Фу: его голова была выбрита налысо, черные усы свисали со щек. Он был зауряд-офицером.</p> <p style="text-align: justify;">На полмили позади оазиса спокойствия Демирджяна штабной офицер батальона сидел на картонной коробке от пайка и крутил ручки радио, чтобы спросить об ужасающих звуках, что неслись по обжигающим плантациям от солдат разведки направо в полумиле от Демирджяна. Наконец, офицер радировал Смоуку, в полумиле над Демирджяном: "Вся эта активность, это разведка боем," - имея ввиду, что ковбои из разведки воздушной кавалерии прискакали в какую-то удивительную вьетнамскую деревню на своих тридцатипятитысячифунтовых лошадках и палили в нее из пулеметов пятидесятого калибра, ну а пули, здоровенные как хот-доги, здоровенные как поп-арт Класа Ольденбурга, - это был кавалерийский ревущий способ удостовериться, не сидят ли там какие-нибудь коммунисты, ведь если они там, то без сомнения откроют обратный огонь. Все другие благоразумные вьетнамские домовладельцы уже уковыляли бы прочь. В полумиле от Демирджяна налево, в деревне, где десять или дюжина семей беженцев преуспели в споре с ротой Мортона, Биглоу, с черно-белой повязкой <em>PIO</em> на руке, отдел по связям с общественностью, сидел под тенистым пончо и угощал ланчем девушку, чью камуфлированную каску украшало гнездышко красных бугенвильских цветов. Биглоу предложил ей несколько пайков.</p> <p style="text-align: justify;">- Нет, спасибо, я пока не буду, - мило ответила девушка, не желая есть пока не наступит прохлада. Температура была 100 (38 по Цельсию, - прим. перев.).</p> <p style="text-align: justify;">- Ну... где ты живешь? - спросил ее Биглоу.</p> <p style="text-align: justify;">- В маленькой вилле в Сайгоне, - ответила она, одарив Биглоу сестринской улыбкой. Она сказала, что ее имя Беверли Диипи из Нью-Йоркской <em>Herald-Tribune</em>.</p> <p style="text-align: justify;">Неподалеку Мортон по приказу сжигал вьетнамские дома. "Прекратить жечь эти дома!" - прокричал Смоук в радио, ударив крышу кабины (правда из плексигласа) в полумиле над каской Демирджяна. Фу так и летал кругами по часовой стрелке, его бездвижная рука покоилась на рычаге, его усы сбивались под бризом, а мысли летели, ух: "Мне нужно смазать их мексиканским воском для усов этой ночью." - и это было лучше чем бензиностойкая вертолетная смазка, которой он пользовался четыре месяца. "Прекратить жечь эти дома!" - орал Смоук своим капитанам. "В домах нет коммунистов!" Капитаны передали лейтенантам "не жечь дома, если там нет коммунистов", лейтенанты передали сержантам "если сожгете эти дома, лучше бы там были коммунисты", сержанты передали рядовым "лучше сожгите дома, там коммунисты", и Мортон продолжал чиркать своими спичками из пайка. Так или иначе, скоро там не осталось вьетнамских фермерских хижин, которые бы не были слоем тлеющей черной пыли. </p> <p style="text-align: justify;">Старый скучающий Демирджян всё ждал приказов. В полумиле перед ним в роте Вильямса произошло нечто экстраординарное, это был выстрел! Бах! И молодой парень по имени Хидждон стал истекать кровью. "Сержант, я выстрелил в себя," - сказал Хидждон лидеру своего отделения - он и вправду побледнел. </p> <p style="text-align: justify;">- Что ты сделал! - крикнул сержант, но Хидждон с пистолетом в неопытной руке почти упал в обморок.</p> <p style="text-align: justify;">- Сдуваем! Это три-ноль! - кричал взволнованный штабной офицер в рацию со своей коробки от пайков, в полумиле за расслабленной спиной Демирджяна. "Сдуваем!", - что значило вертолет с красным крестом. "Сдуватели на месте!" "Принял!" Вертолет с шумом приземлился в полумиле прямо перед глазами Демирджяна, добрый медик погрузил Хидждона на борт, а корреспондент <em>Stars and Stripes</em> взял интервью у штабного офицера.</p> <p style="text-align: justify;">- Снайпер?</p> <p style="text-align: justify;">- Ну, это пулевое ранение.</p> <p style="text-align: justify;">Несколькими секундами позже и на тридцать градусов прохладнее, уже без кровотечения, бледный Хидждон был доставлен в полевой госпиталь, а его распечатанный на мимеографе формуляр отправился в пыльный лагерь дивизии. Там факты и цифры, касающиеся этого несчастного случая будут переданы в кондиционируемый армейский трейлер, темный как холодильная камера и будут переведены в нововавилонскую клинопись на белых перфокартах <em>IBM</em>, которые, в дальнейшем, будут принесены в жертву единственной счетной машине <em>IBM</em> в мире, которая находится в горячей точке, - гордости дивизии роты М. Хранитель этого вагончика нажимает голубовато-ледяную кнопку "СТАРТ", машина <em>IBM</em> начинает мурлыкать, прожевывая двадцать пять ранений каждые десять секунд и печатая каталог их дел в алфавитном порядке на бумаге широкой как клавиатура пианино. Маленькая карточка Хидждона была всего в двух секундах от мурлыкающих зубов машины, а она печатала: </p> <p style="text-align: justify;">ХИКМАН ДАЛЛАС Е СЖТ</p> <p style="text-align: justify;">за этим следовала бледная строчка кодовых цифр, которые сообщали, что Хикман был легко ранен, холост и жил в Огайо. Затем карточка Хидждона была второй в очереди, а бесстрастная машина печатала: </p> <p style="text-align: justify;">ХИКМАН ДАЛЛАС Е СЖТ</p> <p style="text-align: justify;">эта версия неудачи Хикмана настаивала на том, что он был убит, женат и жил в холмах Западной Вирджинии. "М-р-р", - издала IBM и зажгла холодную надпись "Рассмотреть конфликт!". "Да хоть раз будет у тебя безумный день, когда все идет по порядку?" - "М-р-р" и она заглотила Хидждона за один леденящий укус.</p> <p style="text-align: justify;">ХИДЖДОН ФРЕД С МЛ РПК</p> <p style="text-align: justify;">вывела машина вместе со строкой ломаных цифр, сообщающих, что Хидждон был ранен в часть тела, не являющуюся его головой, торсом, рукой или ногой (это была его ступня). Затем эта усиленно охлаждаемая машина выдала РВБ - ранен врагом в бою, и еще до окончания мощной операции, Хидждон, все еще в госпитале, все еще в белых бинтах, был награжден пурпурным сердцем по указу президента Джонсона.  </p> <p style="text-align: justify;">И! И там, в тихом центре кампании, в спокойном глазе шторма, на пупе земли и всех событий сидел Демирджян и чистил ногти. В конце концов Демирджян чувствовал себя немного глупо на этом месте, потому что все несоответствия, все отличия между этой операцией и еще одним  тупым тренировочным упражнением были случайны, принципиальное отличие, если оно и было, не показывалось. Сунув руку между своей грубой рубашкой и футболкой, Демирджян достал субботний номер <em>Stars and Stripes</em>, и облокотившись на канаву стал читать: "На расстоянии около мили от штаба грузовик военной полиции, чтобы избежать столкновения с такси, свернул в сторону и въехал в магазин, убив женщину и ранив двоих детей." </p> <p style="text-align: justify;">Демирджян читал: "Я верю, что уже слишком поздно обсуждать, должны ли мы быть в Южном Вьетнаме," - произнес Стэннис в Сенате.</p> <p style="text-align: justify;">Демирджян читал: "Выходит, что Ки лучший премьер чем в США." -  А вьетнамские официальные лица все чего-то ждут. </p> <p style="text-align: justify;">Демирджян читал: "Дагвуд, угадай что - Паулина хочет выйти за Ричарда."</p> <p style="text-align: justify;">Демирджян читал: "Но по общим правилам, вдовушка, стоит тебе поплакать по мужу хотя б неделю!! Но ты шли к черту эту правила!! Ужас, таракан!!"</p> <p style="text-align: justify;">Затем среди всего этого возник Сержант Месилово. "Пошли," - сказал он, и Демирджян встал на затекшие ноги, говоря себе - "Это армия, торопись и жди!" Демирджян прошел милю и выкопал себе окоп, все это случилось в понедельник.</p> <p style="text-align: justify;">Во вторник Демирджян лежал под прорезиненным пончо перед окопом и прислушивался к ворчанию двух друзей.   </p> <p style="text-align: justify;">- Проклятье, - сказал специалист четвертого класса, парень, чье современное звание было бы капрал, - придется пришить эти полоски назад, когда вернемся.</p> <p style="text-align: justify;">- И, - произнес сержант, - нам нельзя их пришивать, надо будет пристрочить. </p> <p style="text-align: justify;">- Что ты имеешь ввиду, в чем разница? </p> <p style="text-align: justify;">- Ну пришивают руками. А строчат на машинке.</p> <p style="text-align: justify;"> - Чего? Где мы возьмем машинки?</p> <p style="text-align: justify;">- А мы и не возьмем, в том-то все дело. Мы пристрочим их руками... </p> <p style="text-align: justify;">В этот же вторник Салливан был назначен в наряд на кухню, на приготовление полковнику слабопрожаренного ростбифа и грейпфрутового сока. И это был вторник.</p> <p style="text-align: justify;">В среду Демирджян попал в засаду. Нет! Никто из этого батальона никогда не попадал в засаду, Смоук доказал это силлогизмом. Во-первых, засада неожиданна; во-вторых, в нашем батальоне мы готовы, что произойдет все что угодно; в-третьих, выходит, что никто из этого батальона никогда не попадал в засаду! И все же, когда одна свирепая рота коммунистов открыла по Демирджяну огонь из винтовок, карабинов, пулеметов, безоткатных ружей и  гранатометов из-за каких-то вечнозеленых деревьев, а люди стали умирать и падать раненные, Демирджян мог бы спросить "готовы ли мы?" И правда не готовы. Демирджян начал день с бритья, чистки зубов водой из фляжки и поездки на бронетранспортере. В бою бронетранспортер едва ли был тем же, что на обучении в Штатах. Там то была пилюля, аспирин-фенацетин-кафеиновая пилюля, многоцелевая капсула, которую ваш мудрый медик мог прописать Скотти, когда тот пожаловался недомогание с температурой 108 (42 по Цельсию, - прим. перев.). Медик диагностировал жалобы Скотти, как случай удержания сигареты Винстон на термометре в надежде быть освобожденным от тренировки в холодный зимний день, и он со смехом выписал Скотти медицинского рода бронетранспортер. По случаю, Скотти никогда и близко не оказывался к бою. Отчаявшись в своей мечте танцевать с гавайскими девчонками, он выбросился из армейского самолета в то самое утро, когда началась операция. Скотти отправился в Джорджию, чтобы стать парашютистом, вместо того, чтобы быть пехотинцем на Дальнем Востоке.</p> <p style="text-align: justify;">Нет, конечно, бронетранспортер не был пилюлей, это была бронированный транспорт пехоты, безумный танкоподобный грузовик, который кавалерия использовала для перевозки пехотинцев через рисовые поля. Бездельничащий взвод Демирджяна, шестеро из которого были из М, был присоединен к невероятным стальным крытым конным фургонам воздушной кавалерии. Они ехали на восток, в джунгли, которые кавалерийцы в шутку называли Шервудским лесом. Тем самым лесом, где, по глупому совпадению, линейная рота Чарли лежала в засаде. Температура была 100, облаков было совсем немного, вода на некоторых полях изящно их отражала как на картинах Фрагонарда. Как только их бронетранспортер проехал мимо нескольких желтых вьетнамских домиков, где могли непостижимо рыскать один или два снайпера, осторожные разведчики остановились и сожгли эти маленькие трогательные хижины. Действие, которое любой американец горячо осудит, пропорционально расстоянию от него до этих самых домов. Демирджян присоединился к пирушке, бросив гранаты в соломенную крышу. Он совсем не считал это бессмысленным, напротив, у Демирджяна была неизменная точка зрения морского пехотинца "наконец-то!" Наконец-то он мог сделать что-то с ясным военным усилием, ясным как в физическом плане, так и в плане большой стратегии. Демирджян сейчас мог быть, как и волком в хлеву, так и ярым фанатом Микки-Мауса, каким он, к счастью, не был. Его патриотический долг был выполнен, Демирджян читал номер <em>Stars and Stripes</em>, пока его бронетранспортер катился. У его колесницы была стальная шкура и гусеницы из черной резины, крепкие как копыта старого слона, в маленьких трещинах виднелась желтая солома. Хмурый водитель сидел среди стали и смотрел на поля через, подумать только, перископ, а у его щеки стоял старый пулемет Ольденбурга, на рукоятке которого покоились две коричневые руки с пальцем на курке. Подъезжая к Шервудскому лесу, солдаты сказали Демирджяну выйти вперед с черной винтовкой, чтобы прикрыть транспорт. </p> <p style="text-align: justify;">Следуя со своим взводом к мрачному лесу, пока бронетранспортер полз за ними, как жук через ковер. Демирджян вспомнил стих Роберта Фроста: "Дороги две идут в лесу, по той, что меньше хожена, пойду". Хорошая пехотная тактика. Честь и хвала белому щенку, что спас Демирджяну жизнь. Напуганный беспокойными солдатами разведки и дорогой через лес, подпрыгивая на длинных нога, сержант, что не любил строчить и вышивать крикнул: "Эй! Взгляните на чертову собаку!" - и весь взвод Демирджяна целиком состоявший из подростков открыл огонь из всего что есть. Бах, в ногу, прыгнул, приземлился на другие три, бах-бах-бах, песик умер. Коммунисты, что были переведены в тыл, в бедную азиатскую деревню, где выбросить означало голодать, никак не могли подумать о том, чтобы не покормить тем, что имеют с лучшим другом человека. Так что, решив, что мощная очередь предназначалась им, коммунисты открыли ответный огонь еще до того, как Демирджян перешагнул последнюю канаву перед смертельной зоной. Когда пули полетели к нему со шлепающими звуками, Демирджян был поражен. С ним такого раньше никогда не случалось. О, арабские мальчишки в Ливане бросали камни, а грязный Даг в классе математики промазал по Демирджяну железным стулом, иногда он дрался, но винтовки? Пулеметы? Шлеп? Шлеп? Шлеп? Ни разу. Демирджян еще не видел самых, что ни на есть коммунистов, вообще он еще не вглядывался в плотный лес - источник инфернальной какофонии. "Пригнись, болван," - крикнул строчевышивальный сержант, а Салливан, лежал за канавой и думал, вовсе не исступленно - "увижу ли я Пэм снова? Или Дэбби," - в один и тот же момент отстранено размышляя и дергая противогазную сумку Демирджяна, пытаясь склонить его к земле. Но тот крепко стоял среди шлепков и ударов хлыста, звучащих так будто Вашингтон пересекает Делавэр, удивленный, с желанием увидеть хоть какую-то цель в этих джунглях, чтобы выстрелить в нее из своей черной винтовки. Демирджян знал, что некоторые солдаты, кажется, уже были мертвы: медик был мертв, другой друг смертельно ранен, оба были не из М. Лейтенант разведки лежал, пуля, которую призрачные коммунисты выпустили ему в грудь, попала в звезду Давида с силой удара тарана - заступничество достойное романа. Иные из этих воюющих полтергейстов выпустили пулю сквозь каску сержанта со звенящим звуком "бинг-г", туда, оттуда, каска раскалывается на части, словно мокрая бумага, пуля же, весьма странно, не попадает в голову сержанта. </p> <p style="text-align: justify;">Шлеп! Шлеп! Шлеп! Будто жестокие аплодисменты или безжалостный шлепок газетой по мухе. Демирджян был совершенно отстранен. М лежала на животах за канавами глубиной по колено. Из огня да в полымя. Но здесь, в травянистом убежище М, знаменитые эффекты крещения огнем: холодный пот, сердце как литавры, ненадежный сфинктер, сжатие нервов, как щупалец у медузы, - все эти легендарные симптомы проходили удивительно мягко. По правде говоря, М никогда не представляла, чтобы кто-то из них был мертв, дефицит воображения, который должен быть частично возмещен еще одним месяцем во Вьетнаме. Избыток воображения у Демирджяна привел к тому же: среди всех этих опасных шлепков, он уносил его за пределы страхов смерти, к фантазиям о чудесном спасении. Не обращая внимания на крики сержанта "пригнись!" врожденная упертая любознательность Демирджяна обернулась направо, на пурпурные облака, которые таинственным образом вылетали из его взводного сержанта, что по-отечески о них заботился. По случайности, пуля, попавшая сержанту в плечо, подожгла фиолетовый сигнальный флаер на разгрузке, и пока сержант пытался сбросить горящую разгрузку. Шлеп! Другая пуля прошла через его сердце и он умер. Солдат, который к нему полз крикнул: "Эй! Док!" - но тоже был убит. К тому времени, Демирджян понял, как несочетаемы отвага и благоразумие, и залег в своей канаве, как хороший солдат, который подчиняется приказам и все еще не видит коммуниста. Время от времени он поднимался, чтобы взглянуть или выстрелить из винтовки в сторону леса с обнадеживающим "бах!", не зная, попал он или нет.</p> <p style="text-align: justify;">Демирджян, в своем роде, стал ценить жутковатую природу войны своего поколения. У многих, у большинства ветеранов Вьетнама заметно тяжелое выражение глаз или нерешительное подергивание в уголках рта, оно демонстрирует, как они год сражались с тенями, поднимали оружие на море невидимых эссенций, сходились в смертельной схватке с нереальными духами. Это была та смертельная битва, акт, единственной целью которого было превращение обычных католиков в героев, не маленьких смущенных Воццеков (персонаж одноименной оперы Берга, - прим. перев.), а героев, которые могут вызвать поддержку с воздуха. Когда серебристые самолеты начали заходить в пике на деревья, Демирджян мог лишь лежать на краю канавы и наблюдать, как колония черных термитов поедает серого жука. Достав репеллент от насекомых из кармана штанов, Демирджян направил добротную струю спрея на одного из этих видимых, в конце концов, врагов человеческих. Термит прекратил свою отвратительную трапезу и взглянул своими насекомыми глазами на Демирджяна. Его душ продолжался, так что термит развернулся и побежал направо от Демирджяна, очевидно, испугавшись Супер Сейбр, что заходили с другой стороны, чтобы сбросить бомбы со сферическим гулом на испуганные вечнозеленые деревья. "Ты глупышка," - сказал Демирджян термиту, - "пытаешься убежать от дряни, которая повсюду на тебе," - ошеломленная букашка, наконец, запаниковала и свалилась с двухдюймовой кручи, закончив свои страдания. Бум! И пока серебристые бомбардировщики продолжали безжалостную атаку на растительный мир, любопытная серо-зеленая гусеница ползла неподалеку. Демирджян раздавил несостоявщуюся бабочку коричневой веткой, произнося: "Что ж, выживает сильнейший, ты не особо-то сильна." Бум! Бум! Бум! Далеко позади Демирджяна из-за стога сена возник вьетнамец в черной пижаме. Он бежал, в панике задрав руки к небу, сигнализируя "Я сдаюсь!". И когда разъяренный солдат разведки попытался обрушить ненависть в форме своего стального мачете на это антропоморфное сырье, другой, более собранный парень, пришел на помощь. Взятый в плен, вьетнамец не представляли из себя ничего более страшного, нежели напуганный человек преклонных, шестидесяти четырех, лет. Звали его Нгуен Ван Манг. </p> <p style="text-align: justify;">К этому времени ужасная линейная рота Чарли растворилась, словно первый сочный взрыв пикирующих бомбардировщиков был петушиным криком. Необыкновенный черный сержант Демирджяна встал на ноги со словами: "Вернемся в лагерь." - и в ту среду самым худшим звуком, что дошел до ушей М был единственный хриплый, но весьма преувеличенный крик, - "Я ранен!" Он раздался от парня, чья неолитическая челюсть, будто контрподвес некоего невидимого подвесного моста, держала его рот непоправимо открытым, так что когда он прыгнул из бронетранспортера и споткнулся о канаву, то прикусил губу.</p> <p style="text-align: justify;">"Кровь хлещет?" - кричал он, пока М неровным прыжками блаженно понеслась к своим окопам. Салливан ел фруктовый пирог из пайка, Демирджян возился со страницей головоломок в <em>Junction City Union</em>. "А-а-а?" - показывал парень им свою безынтересную рану. </p> <p style="text-align: justify;">Той ночью в своих уютных окопах стойкие ветераны роты М здоровые, вполне энергичные и счастливые оттого, как слабо они напуганы, слушали свое транзисторное радио, когда радиостанция вооруженных сил впервые упомянула Операцию: "Контакт был спорадический, потери Соединенных Штатов легкие." А потом диджей включил джаз, и то была среда.</p> <p style="text-align: justify;">Четверг. Вильямс, добродушный любитель перископов из Флориды в этот день коснулся вечности: он видел настоящего коммуниста, огромного как мир и храброго вдвойне. То был опыт, которым не наслаждался ни один солдат из всего настороженного батальона М в течение операции. Этот особенный коммунист вперился в Вильямса из кустов, не дальше чем через столик для пинг-понга. Вообще, он смотрел на него вдоль ствола винтовки. "Хо!" - вскрикнул Вильмс в ужасе. Но начнем сначала.</p> <p style="text-align: justify;">В четверг взвод Демирджяна радовался заслуженному отдыху, пока роты Вильямса и Мортона шли через темные джунгли Шервудского леса. Путь затрудняли всевозможные лианы, маленькие красные муравьи. Их миссией было уничтожение источника силы Чарли - рисовых схронов коммунистов. Каждый раз, когда торопливые, словно улитки, друзья Вильямса приходили к одному из них в поросли, они сжигали его. Идея была в том, что две или три тонны этого коричневого вещества могли поддерживать батальон Чарли на марше неделю. Вертлявый маленький вьетнамец шел с ними, для утверждения всех поджогов и взрывов. Солдат был обучен мистическому искусству проверки, что рис в каждом тайнике был воистину коммунистическим. Однажды, когда их мачете прорубались через растительность, медленные товарищи Вильямса вышли к штабелям чего-то похожего на кленовую карамель из Вермонта в брусках, напоминающих хозяйственное мыло. Но все это лежало в пещере и просто так не сгорело бы. Находчивый сержант стал бросать сладости муравьям, но нет, это было слишком долго. Ручные гранаты? Теперь перед ними был кленовый сахар с дырками. Слезоточивый газ? Не стоит пробовать, возможно, он запрещен Женевской Конвенцией. В конце концов, терпеливый сержант радировал армейским инжинерам, и они взровали карамель тринитротолуолом. Биглоу присутствовал на этом сафари со своей повязкой журналиста. "История!" - сказал он себе, но предположил, что не сможет написать об этом: сержант офиса по связям с общественностью сказал ему, что столь хищнические дела не пройдут мимо армейской цензуры. "Так не найдешь друзей среди вьтнамских фермеров," - объяснил он. </p> <p style="text-align: justify;">Движение сквозь джунгли, даже с мачете, было похоже на поиски чего-то важного на большом захламленном чердаке. Старые недосушенные халаты лезут в лицо, ржавые вешалки норовят схватить за волосы, а разваливающаяся колода карт ползет под ногу. Больше того, в этом диком лесу были и снайперы, стреляющие в людей. Шорох в листве и шлеп! Но что в самом деле терзало роты Вильямса и Мортона, в то время как они продирались сквозь джунгли, были не люди, а муравьи. Маленькие красные муравьи, которые четверть века не видели таких сочных людей с Запада. Даже французские войска не решались зайти в это коварное место. Мортон скажет себе: "О! Вот еще один," - когда очередной ворошащийся муравей бросится с листвы на его шею, а Мортон скатает его потными пальцами, держа винтовку в другой руке, и задавит муравья насмерть. У него будет чувство вины, от этих выдающихся актов самоутверждения. Будучи баптисом, он считал, что Бог создал все на земле, имея на то свои причины. Он добродетельно верил, что, может, эти маленькие рыжие муравьи содержат в себе лекарство от малярии, рака, которое доктора когда-нибудь найдут. Ночью он оправдает эту непрекращающуюся бойню, сказав себе: "Ничего страшного, там их еще так много." Он покажет Руссо, шестнадцатилетнему отчаянному мальчишке, который клялся, будь он в том заполненном насекомыми лесу (а он не был, получив тепловой удар), кричал бы "умри! каждому муравью, которого он прикончит, а потом смеялся как Мефистофель. Мортон покажет ему свою веру, улыбнется с терпением и скажет, что божьи муравьи должны быть убиты с добротой. </p> <p style="text-align: justify;">Биглоу. Сейчас Биглоу был, в первую очередь, солдатом, только потом репортером. Он сжимал мурьавьев между большим и указательным пальцем, механично сбрасывал их безжизненные тела на землю. Но пока Биглоу, дюйм за дюймом, продвигался вперед, он думал, не получится ли из этого какой-нибудь статьи. Как убивать мурьавьев. Автор Воугэн А. Биглоу. Он думал, первый способ - задушить муравья, забив ему в глотку песчинку зубочисткой. Второй способ... Микроскопическая яма Пунжи, беззаботный муравей страшно подыхает на острие кола. На практике же Биглоу убивал муравьев вполне конвенционально: безразлично, не обращая внимания на агонии умирающих, пока он шел рядом с другом, которые однажды тыкал в него шариковой ручкой со словами: "Я колю!" Я колю! Я колю!</p> <p style="text-align: justify;"> - Биглоу, - припомнил парень в этом неуместном месте, - Скажи Дубитскому, он должен мне пять долларов. </p> <p style="text-align: justify;">- Хорошо, - сказал Биглоу, давя муравья.</p> <p style="text-align: justify;">- И Биглоу. У тебя пара моих хаки.</p> <p style="text-align: justify;">- Ага, - ответил Биглоу, бросая мертвого муравья вниз.</p> <p style="text-align: justify;">- И Биглоу? Если капитан не вытащит нас отсюда, можешь взять и вторую пару.</p> <p style="text-align: justify;">- Но Вильямс! В кроткий разум Вильямса и не пришла мысль убивать этих муравьев, если один из них кусал его, он просто смахивал его, без всякой мрачной мести. Таким мирным был его нрав, когда он внезапно столкнулся с коммунистом, вьетнамцем в белой рубахе с черными волосами, Вильямс никогда не забудет его всклоченные волосы. Он лежал в маленькой ямке среди джунглей, в вымоине, и услышав хруст веток, обернулся. Вильямс увидел этого захватчика и крикнул "Хо!", инстинктивно пригнувшись к земле. Пуля задела его лопатку, и Вильямс выдохнул "О..." и зарылся лицом в грязь, держа свою черную винтовку высоко над собой, как африканское копье. Он палил по деревьям. Бах! Бах! Бах! И кричал.</p> <p style="text-align: justify;">- Сержант! Сержант! Сержант! Сюда! - полцарства за перископ! </p> <p style="text-align: justify;">- В чем дело? - крикнул сержант и поторопился к шумной сцене.</p> <p style="text-align: justify;">- Стреляйте! - заорал Вильямс, делая именно это, пока его лицо перепахивало землю. Я видел одного! </p> <p style="text-align: justify;">- Где? </p> <p style="text-align: justify;">- Вон там! Он меня подстрелил. Дернул головой, проследил за вечнозелеными деревьями, но там больше не было черноволосого коммуниста.</p> <p style="text-align: justify;">- Куда?</p> <p style="text-align: justify;">- Здесь, в плечо!</p> <p style="text-align: justify;">- Ничего нет. Может, рикошетом задело.</p> <p style="text-align: justify;">- Сержант, это был не рикошет! Я ранен! Я знаю, ранен!</p> <p style="text-align: justify;">- Стой смирно! - произнес сержант без тени волнения. - Ты не ранен, не о чем беспокоиться, ты в порядке. - Держись.</p> <p style="text-align: justify;">Вильямс ошарашенно взглянул на свои ноги и осмотрелся. - Хорошо, я постараюсь. - Сказал он сержанту.</p> <p style="text-align: justify;">- Сможешь идти через джунгли?</p> <p style="text-align: justify;">- Постараюсь.</p> <p style="text-align: justify;">Но когда Вильямс продолжил свой марш смерти через путающиеся лианы, а усики цепляли его за плечи, тянули за ноги, он боялся увидеть, как черноволосый человек смотрит на него из каждого куста, он представлял, что лозы это черные волосы, волосы, материализующиеся прямо из тенистого воздуха. Рыжие муравьи упали ему на рукав, и Вильямс механически смахнул их. "Выберусь отсюда и никогда не вернусь. Никогда!"</p> <p style="text-align: justify;">Его черноволосая Немезида или кто-то еще стрелял по американцам по всему их тернистому пути через лес. Шлеп! Шлеп! Двое мертвы, несколько ранены. Наконец, выйдя на освещенные Солнцем рисовые плантации, товарищи Вильямса были довольно злы на коммунистов, уж поверьте! В своей дикой мести неукротимые рядовые прошли через желтую вьетнамскую деревню как Визиготы, как армия Шермана, сжигая дома, раздирая одежду, ломая челюсти, рис струился на грязный пол. "Я его не оставлю этим чертовым гукам!" Один из солдат пристрелил собаку, а сержант воскликнул: "Ты и вправду отличный, черт тебя подери, солдат!" - они лишь рассмеялись. Кто-то достал зажигалку: "Лейтенант не хочет, чтобы мы... - Нахер лейтенанта," - и дом был объят черными языками пламени. Кто-то выстрелил из гранатомета, ничего не осталось. </p> <p style="text-align: justify;">Следующим утром Вильямс пошел вдоль окопов поговорить со своим сержантом, моложавым парнем с Востока. - Не хочу казаться добромысленным возражателем, - начал Вильямс, когда сержант отвел его чуть в сторону. </p> <p style="text-align: justify;">- Имеешь в виду сознательным возражающим?</p> <p style="text-align: justify;">- Не хочу казаться ни одним из них. Я сделаю все, что прикажите, кроме убийства.</p> <p style="text-align: justify;">- Ну, - ласково произнес сержант. - Не думаешь ли ты, что сдаешься слишком легко?</p> <p style="text-align: justify;">- Нет, серж, я пытался, пытался, я определился. Во мне нет чего-то для убийства, я обнаружил это вчера.</p> <p style="text-align: justify;">- Послушай, никто из нас не хочет никого убивать. Но если есть что-то, что нужно сделать, кто-то должен это сделать, вот и все. </p> <p style="text-align: justify;">- Серж, от меня нет толку в джунглях, если я никого не могу убить. Я просто не вернусь в джунгли, я просто не вернусь.</p> <p style="text-align: justify;">- Ну, кто-то должен вернуться в эти джунгли, Чарли сами не выйдут. - закончил терпеливый сержант.</p> <p style="text-align: justify;">Через несколько недель после того, как М действовала на той заросшей каучуковой плантации, когда мягкий свет просачивался через высокие деревья, птицы пели в листве, а обезьяны там скакали, - через несколько недель после того, как сержант Вильямса мягко с ним переговорил, он стал ужасно угрожать ему: трибунал, шесть лет принудительных работ, позорное увольнение; но ни кнут, ни пряник не могли изменить простую веру Вильямса в то, что закон джунглей - убей или умри - не для него. "Чудо бесхребетное", - назвал его лейтенант на обеде в офицерской палатке, думая - "он эгоистичен, он непатриотичен, он говорит, что боится - ну так все боятся, здесь вообще-то война, но Вильямс не играет на ней свою роль." Лейтенант мог вытерпеть все это во вьетнамцах, но Вильямс, он был американцем. </p> <p style="text-align: justify;">Вызвали скорую помощь, Вильямса доставили на яркую посадочную полосу резиновой плантации. Потом вертолет с красным крестом и еще одна армейская скорая помощь отвезли его в пыльную, невыносимо жаркую маленькую палатку, где сидел психиатр его дивизии. Он увлеченно вытер носовым платком вспотевшие руки, тщательно сложил его в четверть, потом в шестнадцатую часть перед тем, как убрать в карман брюк.</p> <p style="text-align: justify;"> - Ну, Вильямс? В чем твоя проблема? - начал психиатр. Это был рыжеволосый капитан.</p> <p style="text-align: justify;">- Не хочу участвовать в убийстве, - ответил Вильямс.</p> <p style="text-align: justify;">- Как это случилось? - отрешенно психиатр думал "аутизм, ассоциации, амбивалентность, аффект" - четыре признака шизофрении, которым его научили в Колорадо. Одна такая сказка и... никто не идеален. Две - ух, три - вжик! Увольнение по медицинским показателям для бедного психотического Вильямса. </p> <p style="text-align: justify;">Вильямс сидел на стуле рядом с маленьким столом доктора, такой же кошачий набор мебели, за которым он одно время работал в <em>VC</em>, Шахтерская корпорация Каролина, Вирджиния, платили $1.97 в час. Все знания о психиатрах Вильямс почерпнул из телевидения: он верил, что его рыжеволосый врач даст ему несколько ярких цветных блоков, которые нужно собрать вместе. Шизофрения? Никогда он о ней не слышал. Три из четырех признаков звучат для него как тарабарщина. Ассоциация? Национальная ассоциация содействия прогрессу цветного населения или Рыцари Пифии (<em>Knights of Pythias</em>, секретное общество в США, - прим. перев.) - ни к одной из них он не принадлежал. Во всей своей невинности он сидел в этой изнурительной палатке и отвечал на дружелюбные вопросы доктора. Отец Вильямса утонул. Месяц после этого у него были головные боли. Он жил с матерью, но у него есть подружка. Ее звали Кэтэрнелл. Он хотел бы на ней жениться и когда-нибудь сделает это. Через десять минут врач написал "болезней не обнаружено" на формуляре Вильямса и отправил его назад в линейную роту, где капитан назначил его поваром, и он научился смешивать воду, муку и темно-коричневую жировую основу, получая соус.</p> <p style="text-align: justify;">Но вернемся к пятнице и к операции.</p> <p style="text-align: justify;">В пятницу случилось то, чего давно ждали: батальон М кого-то убил, наконец-то. - Для чего нам штык? - кричал сержант с дикими глазами роте М в учебке в Америке. - Убивать! - научилась орать М в ответ. - Враг решителен, он не сбежит в ужасе, - говорил М с горящими глазами командир батальона Смоук. "Вы должны убить его." И в пятницу утром М неминуемо убили. Они делали свою работу со смешанными чувствами: одни понимали, других тошнило в присутствии навощенной смерти, кто-то был безразличен. М думали так в тренировочном лагере. Хофельдер думал: "Что если коммунист дико побежит на него, я правду смогу его убить?" - спрашивал он себя. Но его друг просто смеялся, говоря: "Ерунда. Я это я, он это он," - имея ввиду, что если уж он кого убьет, то это проблемы убитого, не его.</p> <p style="text-align: justify;">Эпизод снова случился с взводом Демирджяна, снова они забрались на раскаленные бронетранспортеры и вприпрыжку поехали в Шервудский лес и дальше, сжигая еще больше желтых домов по пути. Вообще, большой-босс лейтенант-полковник воздушной кавалерии дал капитанам приказ: убедиться, что есть явные признаки, если снайпер в доме - разрушить его, иначе - оставить. Но в повторяющихся императивах, исчезающих уточнениях и мудром понимании того, что полковник не мог это говорить всерьез, его приказ стал почти неузнаваемым, когда добрался по каналам сержанта Месилово. Месилово слышал следующий приказ: "Убить всех. Разрушить все. Убивать коров, свиней, кур - все."</p> <p style="text-align: justify;">- Но, сэр. Вы не можете все разрушить, - сказал Месилово хмурому второму лейтенанту, передавшему это. </p> <p style="text-align: justify;">- Так сказала кавалерия, - с энтузиазмом ответил лейтенант.</p> <p style="text-align: justify;">- Сэр, я не стану убивать женщин и детей, - ответил ему Месилово.</p> <p style="text-align: justify;">Но когда их транспорт катился по обреченным деревням, там не было ни женщин, ни детей, ни мужчин - сбежали все. Крепкие кавалеристы и взвод Демирджяна путешествовали с семи. "Мерзко," - думал Салливан, пока утро становилось жарче, а его стальная машина всегда была на Солнце, и ни разу не попадала в тень, несмотря на то, что в небесной синеве над ним было множество маленьких белых перьевых облаков. Чудо вьетнамской погоды. Но настоящим чудом из чудес был Демирджян. Вокруг него, казалось, кружилась непривычная атмосфера: его взгляд, готовый к атаке наклон винтовки, он прямо напоминал какой-то образец пехотинца, которые были повсюду на плакатах, словно неистовые львы. Они были расклеены в тренировочных лагерях, даже внутри чайных чашек в офицерской столовой. Среда удовлетворила романтичное сердце Демирджяна, подтвердила его веру: если бы он остался в пехотных подразделениях, а не в отрядах разведки, если бы он держал винтовку на плече для салюта, а не для стрельбы, то американская армия лишилась бы грандиозных моментов своего существования. Улавливая дух свирепых приказов, Демирджян стрелял в водяного буйвола и от души поливал трассерами желтый стог сена, чтобы поджечь его. Ньюман, старый философствующий охотник на аллигаторов М выбрался из своего бронетранспортера, чтобы поджечь один из желтых фермерских домов, но коль скоро он видел женщин и детей, бегущих оттуда минуту назад, у него были серьезные сомнения в своей задаче. Он спросил сержанта: "Зачем делать это? Они завтра же построят еще один," - но на самом деле Ньюман думал - "Сейчас я сожгу их дом, и это просто сделает из них коммунистов, не так ли?" Смоук говорил тоже самое. Как бы то ни было, Ньюман подчинялся приказам, используя свои армейские спички, он закрыл упаковку с надписью "Мой дом там, где свобода - Бенжамин Франклин", апокалипсис продолжался.</p> <p style="text-align: justify;">Там и произошел инцидент. Разведчик нашел какое-то подобие бункера: сверху хижина, под ней дыра, в которой слышатся голоса. Он сказал Демирджяну бросить туда гранату. Демирджян медлил, тогда солдат, упомянутый ранее, хотя и не по имени, прыгнул с брони и кинул гранату сам. Она вкатилась через дверь, ударилась о какую-то земляную перегородку прежде, чем взорваться, и... он ахнул, когда десяток или дюжина женщин и детей с визгом выбежали в своих мятых пижамах: ни крови, ни видимых повреждений. Он забрался на машину и поехал дальше. Следующая БМП в колонне с Йошико на борту подъехала к этой лачуге. Специалист четвертого класса, негр, держа в руках свою черную винтовку, осторожно вытянул шею, вглядывался в тьму секунду или две и закричал.</p> <p style="text-align: justify;">- Боже мой! </p> <p style="text-align: justify;">В чем дело, - спросил специалист второго класса, мальчишка, у которого Йошика был в помощниках. </p> <p style="text-align: justify;">- Они ранили девчушку, - и в черных мускулистых руках первый специалист вынес семилетку с длинными черными волосами и маленькими сережками. Изумленные глаза, ее глаза, что застынут в памяти М, кажется, в этих глазах совсем не было белков, только черные эллипсы, словно черные рыбки. Из носа у ребенка шла кровь: в задней части черепа была дыра.</p> <p style="text-align: justify;">- Сэр, - произнес сержант разведки, нажав большим пальцем на кнопку оливково-серой рации. На связи был его капитан, - сэр, здесь маленькая девочка, гражданская, она ранена. Можем "сдуть"? - Сержант надеялся, на вертолет, который доставит таращащуюся девочку в один из забитых вьетнамских гражданских госпиталей, где пациенты лежали по три на койке с роковыми ранениями, вроде отсутствующих рук, ног или дыр в каких-то частях своего тела.</p> <p style="text-align: justify;">- Принял, - ответил капитан разведки, но спустя мгновение девочка вздрогнула и умерла.</p> <p style="text-align: justify;">"Сэр", - сказал сержант, и транспорт продолжил движение, остановившись лишь по просьбе стрелка Йошики, который дал другим детям жевачку и постарался поддержать мать девочки. "Нам жаль," - мать смущенно трясла головой, словно хотела сказать "пожалуйста, с каждым может случиться", в ее плече застрял осколок шрапнели. Медик перевязал его прежде чем уехать.</p> <p style="text-align: justify;">Без сомнения, в последующие месяцы М увидит операции с большей долей славы (и увидит много таких операций, армии потребовалось бы пятнадцать сотен подобных маневров, чтобы покрыть всю территорию коммунистов, а Чарли могли вернуться этим же вечером) - больше славных операций, но эта первая Операция М подошла к своему меланхоличному концу. Усталому батальону больше не пришлось убивать, ранить или брать в плен, ни коммунистов, никого другого, по подозрению или явного, в грядущие полтора дня. Большинство М искренне стыдилось случая с семилетней девочкой. У лейтенанта разведки не было опасений, он говорил себе: "Эти люди не желают видеть нас здесь, чего о них беспокоиться?" - мысль, которую он горько и свободно высказал в разговоре. В своем невинном прошлом, лейтенант прошел через вроде бы пустые вьетнамские деревни, не разрушая их по пути, не убивая мужчину, женщину, мальчишку, который потом стрелял по ним, убивая одного или двух американцев, людей, за чьи жизни отвечал лейтенант. Во искупление грехов лейтенанта, Вьетнам показал ему черту, где жалость должна смениться осторожностью. </p> <p style="text-align: justify;">Йошика стоял у убежища и смотрел, как умирает девочка. Он не чувствовал особого участия в проблемах Азии, хотя и был азиатом, а его мать жила в Хиросиме, но будучи американцем, он любил детей. Он отвернулся, его лицо застыло, словно восковая маска. Жизнь не научила его выражать мысли с особой точностью, и Йошика просто сказал про себя любимое слово и пообещал думать о других вещах. Но именно это он и не мог сделать. В течение трех последующих пятниц, он прыгал из пыльного армейского грузовика, видел блестящую проволоку между двух кустов, флегматично говорил: "Там мина," - сержант предупреждал солдат, расставляя руки, касаясь его руки. Три пятницы спустя в черном взрыве Йошика был ранен также, как девочка с широко открытыми глазами. Сержант, коснувшийся растяжки погиб, негр, обнаруживший девчушку погиб, старый охотник на аллигаторов был пронизан шрапнелью и эвакуирован, и "Йокасока мертв" - говорили солдаты на резиновой плантации той ночью, все еще не произнося его имя правильно, не зная, что Йошика лежит едва живой в госпитале в Сайгоне. На его бритой голове красуются огромные шрамы, как у Франкенштейна, прыщи покрыты спекшейся кровью, в горле проделана дыра, через которую он дышит, на губах пузыри, ступни ног странного бледно-желтого цвета, голова болтается влево-вправо, словно желая крикнуть "нет-нет-нет", рука шлепает по бедру, будто он услышал какую-то сумасбродную историю, вокруг кровати натянута простыня, чтобы он не свалился, в него капает прозрачная жидкость из бутылки, буро-желтая жидкость капает из него, рядовой первого класса отгоняет мух и чистит дырку в его горле всасывающим устройством, скромная медсестра Навахо укрывает его ноги простыней, доктор склоняется над ним, шепча: "Боб? Ты в госпитале. Полежишь немного на носилках. Тебе предстоит небольшое путешествие. Сначала на самолете...</p> <p style="text-align: justify;">Случилось так, что кровать рядом с Йошико была детская, внутри лежал щенок в красный горошек и вьетнамская девочка двух лет с большими глазами. Маленькие белые пластыри опутывали ее как обеденную свечу, не давая ей коснуться влажной верхней губы, на которой нежный доктор - добрый самаритянин прооперировал трещину, страшный дефект от рождения. </p> <p style="text-align: justify;">Суббота. Последний день в плане операции и пятидесятый с того дня, когда Милетт сказал М: "У меня дома жена и три ребенка." Суббота, и М ничем не были заняты, кроме того, что гоняли маленькие матерчатые квадратики по стволам винтовок. Демирджян произнес: "Я вчера ее чистил," - и сел на траву у окопа, скрестив ноги, рядом со специалистом четвертого класса разгадывать кроссворд в <em>Stars and Stripes.</em> Повернулся к коммунистам, если таковые были, согнутой спиной.  </p> <p style="text-align: justify;">- Имя Афины. - Вот это хороший вопрос, - пробормотал Демирджян. </p> <p style="text-align: justify;">- Комната в гареме, - мягко продолжил специалист. </p> <p style="text-align: justify;">- Десять по вертикали?</p> <p style="text-align: justify;">- Девять. </p> <p style="text-align: justify;">- Десять это имя девчонки Энн.  </p> <p style="text-align: justify;">- А девять? </p> <p style="text-align: justify;">- Девять это комната в гареме.</p> <p style="text-align: justify;">- Спальня чтоль?</p> <p style="text-align: justify;">- Так что там девять? - спрашивал Демирджян.</p> <p style="text-align: justify;">Салливан сидел и читал "Неразгаданные загадки убийства Кеннеди." Руссо валялся: его любимый длинный охотничий нож пропал в джунглях, словно Эскалибур в озере. К тому же Руссо хватил тепловой удар, и он прошептал друзьям свой настоящий возраст, надеясь, что его сдадут властям. Мортон сидел в окопе и ел паёк, вежливо интересуясь у друзей, зачем они сожгли вьетнамские дома. Он находил это забавным. В пятницу утром Мортон спросил лидера отряда: "Сержант, мне сжечь эти дома?" - "Да, вот тебе в помощь," - ответил сержант, дав ему канистру керосина с кухонной полки. Отлично, приказ есть приказ, Мортон смирился с этим, но позже сержант сказал: "Достаточно," - а непослушные друзья Мортона остались позади и сожгли всю деревню, превратив ее в маленькую копию Лидице. И сейчас Мортон добродушно выяснял, почему. Напарники, все старослужащие во Вьетнаме, гарантировали Мортону, что он не будет таким чувствительным после того, как вьетнамцы попытаются прикончить его пару раз.</p> <p style="text-align: justify;">- Все эти люди, коммунисты пришли и забрали их братьев и отцов, так что если у них семья среди коммунистов, конечно, они будут им симпатизировать. - сказал один.</p> <p style="text-align: justify;">- Взгляни с другой стороны, - ответил второй, - ты сжигаешь их дома, если они и не коммунисты, то все равно ими станут, - он имел в виду, иди и жги, сужающееся кольцо причин заставило Мортона моргнуть.</p> <p style="text-align: justify;"> - Я сжигаю, потому что ненавижу, - просто ответил третий. Ненавижу Вьетнам. Ненавижу потому что я здесь. Ненавижу каждый дом, каждое дерево, каждую кучу соломы, когда я их вижу, то хочу сжечь. - Кажется, он был удивлен тем, что остальные напарники имели разумные причины.</p> <p style="text-align: justify;">- Что ж, - смеясь произнес Мортон, - полагаю, через пару месяцев и я стану сжигать дома! - Но этому не суждено было случиться. Потому что две недели спустя, шагая по пыльной дороге, Мортон услышал щелчок и умер, подорвавшись на одной из коммунистических мин. Его ноги валялись, словно лохмотья в грязи, казалось, у него три или четыре ноги. "Мы провели мемориальную службу в его честь," - написал капеллан отцу и матери Мортона в Техас. "Его праведные дела отразятся в пролитых слезах. И нет большей любви, чем у человека, отдавшего свою жизнь за друзей. Возможно," - писал капеллан в обыденном письме, - "вас согреет память о том, что Билли сражался за благородную цель, он помогал добрым людям жить в свободе здесь и во всем мире. Вы пребудете в моих молитвах," - написал капеллан родителям Мортона, которые похоронили мальчика в его однопуговичном костюме. </p> <p style="text-align: justify;">- Местоположение Тадж-Махала, - спросил специалист четвертого класса. </p> <p style="text-align: justify;">- Индия! Индия! - крикнул Демирджян. </p> <p style="text-align: justify;">- Слишком много букв, - прозвучало в ответ. Закончив с кроссвордом, они взялись за новости и обнаружили статью об операции на передовице, датированную несколькими днями ранее.</p> <p style="text-align: justify;">- Ты посмотри, - сказал Демирджян, - не думал, что они напишут об этом так много.</p> <p style="text-align: justify;">- Дивизия, - громко прочел спец, - провела самую большую кампанию за все время вьетнамской войны. Ну надо же! Я и не знал. После того, как тысячи солдат наводнили проросшую местность...</p> <p style="text-align: justify;">- Заросшую! - крикнул Салливан, подняв взгляд.</p> <p style="text-align: justify;">- Закаленная в боях дивизия...</p> <p style="text-align: justify;">- Закаленная в боях! Ха! </p> <p style="text-align: justify;">- ...полагаясь на элемент неожиданности, планировала захватить громадные силы Вьетконга, которые, как считалось, скрываются в районе. Военная машина двигалась с молниеносной скоростью с утра понедельника. Солдаты и танки вместе с бронетранспортерами бросились в указанную местность, сжимая кольцо. Другие силы двигались через джунгли с востока...</p> <p style="text-align: justify;">- Попали под перекрестный огонь! - воскликнул Салливан, и веселье продолжалось, пока сержант с тремя полосками и двумя плашками не подошел к периметру, и не приказал взводу Демирджяна прекратить дурачиться и отправиться на патруль вдоль окопов. Демирджян шагал на ничейную землю, говоря про себя, что армия есть армия. Но думал он об этом с откуда-то возникшей невозмутимостью. Он достал старую крышку от арахисового масла из пайка, банку курицы с лапшой и пустую рваную упаковку от Мальборо. И несколько месяцев спустя он... </p> <p style="text-align: justify;">Несколько месяцев спустя, по милости божьей, Салливан отбыл по приказу в Сайгон, где охранял какой-то бордель. МакКарти смешивал сухое мартини в дивизионном лагере, а Вильямс готовил соус на каучуковой плантации, гадая, почему Кэтэрнелл не пишет. Ньюман все еще ловил воображаемых аллигаторов в госпитале. По аннонимному обращению, Руссо был уволен без сохранения звания и уехал в Йонкерс, став церемониймейстером на параде в День Памяти. Биглоу отправился в Алабаму, где учился летать на вертолете, $298.20. Прохазка проводил трехнедельный отпуск на Ривьере. Йошика с изумлением обнаружил, что жив и в Калифорнии, а Мортон в Техасе, мертв и похоронен. Но Демирджян? </p> <p style="text-align: justify;">Демирджян остался в своем подразделении, по словам генерала, лучшем в батальоне. Демирджян вот-вот должен был получить специалиста четвертого класса и, наверное, станет сержантом в 1966. Он по-прежнему не видел ни одного коммуниста, да и не встретил ни одного вьетнамца, которому было бы дело до них. На вылазках, он летал по джунглям, будто Тарзан на лианах, смотрел на высокое желтое пламя и думал, что американская армия не так уж плоха. Без всяких угрызений совести он сказал себе: "Вместе с американцами, я бы сжег целую страну и принялся за следующую." Четверть его армейского турне благополучно завершилась.</p> <p style="text-align: right;"><strong>- перевел Владимир Самойлов специально для Альманаха "Искусство Войны"</strong></p></div> Вьет-классика жанра 2015-05-03T11:26:24+04:00 2015-05-03T11:26:24+04:00 http://navoine.info/vietclassic.html administrator <div class="element element-itemcategory first"> <a href="http://navoine.info/category/fotogalereya.html">Фотогалерея</a> <a href="http://navoine.info/category/vietnam.html">Вьетнам</a></div> <div class="element element-itemcreated"> Воскресенье, 03 Май 2015</div> <div class="element element-textarea last"> <p style="text-align: center;"><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/5700/20682809.408/0_c7a43_3e550e4e_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /></p> <!--more--> <p style="text-align: center;"><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15483/20682809.408/0_c7a44_34124626_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/5504/20682809.408/0_c7a45_a737f5ed_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/17917/20682809.408/0_c7a46_4f206b1c_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15536/20682809.408/0_c7a47_e21a4ee4_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15570/20682809.408/0_c7a48_9a3ea19b_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/8/20682809.408/0_c7a49_55c45184_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/6203/20682809.408/0_c7a4a_67326946_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9668/20682809.408/0_c7a4b_af864543_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/5809/20682809.408/0_c7a4c_3922bd32_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15570/20682809.408/0_c7a4d_de834470_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/5408/20682809.408/0_c7a4e_3aa25b4f_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/5306/20682809.408/0_c7a4f_8e01226f_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/6308/20682809.408/0_c7a50_4e32a95f_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15536/20682809.408/0_c7a51_db13e163_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15517/20682809.408/0_c7a52_794bd122_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/5820/20682809.408/0_c7a53_62af0841_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/8/20682809.408/0_c7a54_f4c005a0_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/5/20682809.408/0_c7a55_3ea05edb_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15485/20682809.408/0_c7a56_f7ce1217_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/6214/20682809.408/0_c7a57_18fe70f9_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/17871/20682809.408/0_c7a58_1ab87e65_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4527/20682809.408/0_c7a59_7c95362e_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/5809/20682809.408/0_c7a5a_768c143b_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3513/20682809.408/0_c7a5b_c0be5ebf_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4527/20682809.408/0_c7a5c_5a194027_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/16159/20682809.408/0_c7a5d_fd03b4ef_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/18/20682809.408/0_c7a5e_2c9b198a_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9827/20682809.408/0_c7a5f_5d496b70_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15485/20682809.408/0_c7a60_be074754_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /></p></div> <div class="element element-itemcategory first"> <a href="http://navoine.info/category/fotogalereya.html">Фотогалерея</a> <a href="http://navoine.info/category/vietnam.html">Вьетнам</a></div> <div class="element element-itemcreated"> Воскресенье, 03 Май 2015</div> <div class="element element-textarea last"> <p style="text-align: center;"><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/5700/20682809.408/0_c7a43_3e550e4e_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /></p> <!--more--> <p style="text-align: center;"><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15483/20682809.408/0_c7a44_34124626_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/5504/20682809.408/0_c7a45_a737f5ed_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/17917/20682809.408/0_c7a46_4f206b1c_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15536/20682809.408/0_c7a47_e21a4ee4_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15570/20682809.408/0_c7a48_9a3ea19b_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/8/20682809.408/0_c7a49_55c45184_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/6203/20682809.408/0_c7a4a_67326946_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9668/20682809.408/0_c7a4b_af864543_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/5809/20682809.408/0_c7a4c_3922bd32_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15570/20682809.408/0_c7a4d_de834470_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/5408/20682809.408/0_c7a4e_3aa25b4f_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/5306/20682809.408/0_c7a4f_8e01226f_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/6308/20682809.408/0_c7a50_4e32a95f_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15536/20682809.408/0_c7a51_db13e163_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15517/20682809.408/0_c7a52_794bd122_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/5820/20682809.408/0_c7a53_62af0841_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/8/20682809.408/0_c7a54_f4c005a0_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/5/20682809.408/0_c7a55_3ea05edb_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15485/20682809.408/0_c7a56_f7ce1217_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/6214/20682809.408/0_c7a57_18fe70f9_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/17871/20682809.408/0_c7a58_1ab87e65_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4527/20682809.408/0_c7a59_7c95362e_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/5809/20682809.408/0_c7a5a_768c143b_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/3513/20682809.408/0_c7a5b_c0be5ebf_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/4527/20682809.408/0_c7a5c_5a194027_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/16159/20682809.408/0_c7a5d_fd03b4ef_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/18/20682809.408/0_c7a5e_2c9b198a_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/9827/20682809.408/0_c7a5f_5d496b70_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /><br /><br /><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15485/20682809.408/0_c7a60_be074754_XL.jpg" border="0" alt="" title="" /></p></div> The person quest behind photo of embracing enemies in Vietnam war 2015-04-28T19:11:39+04:00 2015-04-28T19:11:39+04:00 http://navoine.info/enembr-vietnam-war.html administrator <div class="element element-itemcategory first"> <a href="http://navoine.info/category/istoria-foto.html">История фото</a> <a href="http://navoine.info/fotogafia/">Фотография</a> <a href="http://navoine.info/category/sydba.html">Судьба</a> <a href="http://navoine.info/category/vietnam.html">Вьетнам</a></div> <div class="element element-itemcreated"> Вторник, 28 Апрель 2015</div> <div class="element element-textarea last"> <p><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15542/20682809.408/0_c78b9_bd97dd1d_L.jpg" border="0" width="500" height="295" style="display: block; margin-left: auto; margin-right: auto;" /></p> <p style="text-align: justify;"><strong>Chu Chi Thanh still has one of his most treasured photos, in which two Vietnamese soldiers from enemy armies shared a pose, solemnly hung in his room as his search to identify those in the rare picture remains unfinished.</strong></p> <p style="text-align: justify;">Now in his 70s, the former <em>Vietnam News Agency </em>photojournalist still has a clear memory about the photo, which he said was taken in April 1973 at the Long Quang border line in Trieu Trach Commune, Trieu Phong District of the north-central province of Quang Tri.</p> <p style="text-align: justify;">The area was closely watched and guarded by the Vietnamese army in the North and the pro-American South Vietnam during the wartime before 1975.</p> <p style="text-align: justify;">Thanh said he was so moved seeing two enemies, still in their different army uniforms, embrace each other to pose for a photograph that he forgot to note their names after capturing the picture.</p> <p style="text-align: justify;">“It is the image of peace and national concord,” he said.</p> <p style="text-align: justify;"><strong>A historic photo</strong></p> <p style="text-align: justify;">Thanh said he and his colleague, Tran Mai Huong, were “surprised at what was happening” when they were assigned to the Long Quang station.</p> <p style="text-align: justify;">Soldiers of both sides pointed guns towards each other during daytime but the situation was different in the evening, he said.</p> <p style="text-align: justify;">Soldiers of the north loudly called over across the frontline and waved at soldiers of the south, inviting them to have fresh tea.</p> <p style="text-align: justify;">Thanh at first thought it was a joke.</p> <p style="text-align: justify;">“But minutes later, a group of four or five ‘southern soldiers’ crossed the borderline, which was heavily guarded with weapons, to join the ‘northern soldiers’ in their huts, where they then talked with each other cheerily,” he recalled.</p> <p style="text-align: justify;">The enemies shook hands and exchanged tea cups and cigarettes, and soldiers of the south “gave away a bottle of rice wine as gift to soldiers of the north,” Thanh said.</p> <p style="text-align: justify;">Seeing Thanh holding a camera, a marine of the south asked the photojournalist to shoot a photograph for him with a soldier of the north.</p> <p style="text-align: justify;">“Journalist, please shot a keepsake photo for me and this soldier,” Thanh recalled the marine’s words.</p> <p style="text-align: justify;">Then, the two soldiers from two enemy armies came to stand side by side, embraced each other in their arms, and smiled innocently to pose for what has later become one of the most precious photos of Thanh.</p> <p style="text-align: justify;">Thanh said he shot several photographs and was so moved at seeing the touching moment that he forgot to ask their names.</p> <p style="text-align: justify;"><strong>Quest for the soldiers</strong></p> <p style="text-align: justify;">After peace was restored across Vietnam in 1975, Thanh brought the photograph to many of his colleagues and veterans, hoping they could help recognize their identities. Thanh contacted Phan Tu Ky, former head of an army unit in Trieu Trach during the period of 1972-73.</p> <p style="text-align: justify;">Ky had tried his best to help Thanh but all efforts were in vain, until mid-April, when he knew that a group of veterans would visit the Long Quang border line.</p> <p style="text-align: justify;">More than 20 veterans in the group were asked to have a look at the historic photo, but none of them recognized those in the picture.</p> <p style="text-align: justify;">The photograph was then sent to all liaison boards in the Vietnamese army.</p> <p style="text-align: justify;">Finally, on April 21, a veteran named Do Thanh Cham told Thanh on the phone that the soldier of the north in the photograph is Duong Minh Sac, born in 1954.</p> <p style="text-align: justify;">Cham said Sac were sharing their childhood in the same village in Kim Quan Commune, Thach That District, Hanoi, before becoming close friends in the wartime.</p> <p style="text-align: justify;">However, Sac died of diseases several years ago, Cham said.</p> <p style="text-align: justify;">The veteran then gave the address of Sac’s wife, who resides in the central province of Thua Thien-Hue, to a <em>Tuoi Tre </em>(Youth) newspaper journalist.</p> <p style="text-align: justify;">As the woman, Do Thi Thim, was contacted by the <em>Tuoi Tre</em>correspondent, she confirmed that the soldier of the north in the photograph is her late husband.</p> <p style="text-align: justify;">Thim said she met Sac when they worked in Russia in 1990 and married a year later.</p> <p style="text-align: justify;">“In 2008, Sac insisted to be taken to visit the former battlefield in Quang Tri, and his wish was fulfilled,” Thim said.</p> <p style="text-align: justify;">“He died the following year.”</p> <p style="text-align: justify;">The former <em>Vietnam News Agency </em>photojournalist is now hoping he will soon be able to identify the other soldier in the picture.</p> <p style="text-align: justify;">He also hopes the community will give him a helping hand in the quest.</p> <p style="text-align: justify;">“I always consider the photograph the symbol of national concord,” he said.</p> <p style="text-align: right;"><strong>- <a href="http://tuoitrenews.vn/features/27757/the-person-quest-behind-photo-of-embracing-enemies-in-vietnam-war" rel="nofollow">http://tuoitrenews.vn</a></strong></p></div> <div class="element element-itemcategory first"> <a href="http://navoine.info/category/istoria-foto.html">История фото</a> <a href="http://navoine.info/fotogafia/">Фотография</a> <a href="http://navoine.info/category/sydba.html">Судьба</a> <a href="http://navoine.info/category/vietnam.html">Вьетнам</a></div> <div class="element element-itemcreated"> Вторник, 28 Апрель 2015</div> <div class="element element-textarea last"> <p><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15542/20682809.408/0_c78b9_bd97dd1d_L.jpg" border="0" width="500" height="295" style="display: block; margin-left: auto; margin-right: auto;" /></p> <p style="text-align: justify;"><strong>Chu Chi Thanh still has one of his most treasured photos, in which two Vietnamese soldiers from enemy armies shared a pose, solemnly hung in his room as his search to identify those in the rare picture remains unfinished.</strong></p> <p style="text-align: justify;">Now in his 70s, the former <em>Vietnam News Agency </em>photojournalist still has a clear memory about the photo, which he said was taken in April 1973 at the Long Quang border line in Trieu Trach Commune, Trieu Phong District of the north-central province of Quang Tri.</p> <p style="text-align: justify;">The area was closely watched and guarded by the Vietnamese army in the North and the pro-American South Vietnam during the wartime before 1975.</p> <p style="text-align: justify;">Thanh said he was so moved seeing two enemies, still in their different army uniforms, embrace each other to pose for a photograph that he forgot to note their names after capturing the picture.</p> <p style="text-align: justify;">“It is the image of peace and national concord,” he said.</p> <p style="text-align: justify;"><strong>A historic photo</strong></p> <p style="text-align: justify;">Thanh said he and his colleague, Tran Mai Huong, were “surprised at what was happening” when they were assigned to the Long Quang station.</p> <p style="text-align: justify;">Soldiers of both sides pointed guns towards each other during daytime but the situation was different in the evening, he said.</p> <p style="text-align: justify;">Soldiers of the north loudly called over across the frontline and waved at soldiers of the south, inviting them to have fresh tea.</p> <p style="text-align: justify;">Thanh at first thought it was a joke.</p> <p style="text-align: justify;">“But minutes later, a group of four or five ‘southern soldiers’ crossed the borderline, which was heavily guarded with weapons, to join the ‘northern soldiers’ in their huts, where they then talked with each other cheerily,” he recalled.</p> <p style="text-align: justify;">The enemies shook hands and exchanged tea cups and cigarettes, and soldiers of the south “gave away a bottle of rice wine as gift to soldiers of the north,” Thanh said.</p> <p style="text-align: justify;">Seeing Thanh holding a camera, a marine of the south asked the photojournalist to shoot a photograph for him with a soldier of the north.</p> <p style="text-align: justify;">“Journalist, please shot a keepsake photo for me and this soldier,” Thanh recalled the marine’s words.</p> <p style="text-align: justify;">Then, the two soldiers from two enemy armies came to stand side by side, embraced each other in their arms, and smiled innocently to pose for what has later become one of the most precious photos of Thanh.</p> <p style="text-align: justify;">Thanh said he shot several photographs and was so moved at seeing the touching moment that he forgot to ask their names.</p> <p style="text-align: justify;"><strong>Quest for the soldiers</strong></p> <p style="text-align: justify;">After peace was restored across Vietnam in 1975, Thanh brought the photograph to many of his colleagues and veterans, hoping they could help recognize their identities. Thanh contacted Phan Tu Ky, former head of an army unit in Trieu Trach during the period of 1972-73.</p> <p style="text-align: justify;">Ky had tried his best to help Thanh but all efforts were in vain, until mid-April, when he knew that a group of veterans would visit the Long Quang border line.</p> <p style="text-align: justify;">More than 20 veterans in the group were asked to have a look at the historic photo, but none of them recognized those in the picture.</p> <p style="text-align: justify;">The photograph was then sent to all liaison boards in the Vietnamese army.</p> <p style="text-align: justify;">Finally, on April 21, a veteran named Do Thanh Cham told Thanh on the phone that the soldier of the north in the photograph is Duong Minh Sac, born in 1954.</p> <p style="text-align: justify;">Cham said Sac were sharing their childhood in the same village in Kim Quan Commune, Thach That District, Hanoi, before becoming close friends in the wartime.</p> <p style="text-align: justify;">However, Sac died of diseases several years ago, Cham said.</p> <p style="text-align: justify;">The veteran then gave the address of Sac’s wife, who resides in the central province of Thua Thien-Hue, to a <em>Tuoi Tre </em>(Youth) newspaper journalist.</p> <p style="text-align: justify;">As the woman, Do Thi Thim, was contacted by the <em>Tuoi Tre</em>correspondent, she confirmed that the soldier of the north in the photograph is her late husband.</p> <p style="text-align: justify;">Thim said she met Sac when they worked in Russia in 1990 and married a year later.</p> <p style="text-align: justify;">“In 2008, Sac insisted to be taken to visit the former battlefield in Quang Tri, and his wish was fulfilled,” Thim said.</p> <p style="text-align: justify;">“He died the following year.”</p> <p style="text-align: justify;">The former <em>Vietnam News Agency </em>photojournalist is now hoping he will soon be able to identify the other soldier in the picture.</p> <p style="text-align: justify;">He also hopes the community will give him a helping hand in the quest.</p> <p style="text-align: justify;">“I always consider the photograph the symbol of national concord,” he said.</p> <p style="text-align: right;"><strong>- <a href="http://tuoitrenews.vn/features/27757/the-person-quest-behind-photo-of-embracing-enemies-in-vietnam-war" rel="nofollow">http://tuoitrenews.vn</a></strong></p></div> Почему американские солдаты нападали на своих командиров во Вьетнаме 2015-02-06T10:44:29+04:00 2015-02-06T10:44:29+04:00 http://navoine.info/officerkill-why.html administrator <div class="element element-itemcategory first"> <a href="http://navoine.info/category/voenlit.html">Военлит</a> <a href="http://navoine.info/category/army.html">Армия</a> <a href="http://navoine.info/category/vietnam.html">Вьетнам</a></div> <div class="element element-itemcreated"> Пятница, 06 Февраль 2015</div> <div class="element element-textarea last"> <p><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15562/20682809.3f1/0_c4956_b723af5d_L.jpg" border="0" width="331" height="500" style="display: block; margin-left: auto; margin-right: auto;" /></p> <p style="text-align: justify;">Со времени окончания боевых действий во Вьетнаме прошло уже много лет, однако участие Соединенных Штатов в этой войне по-прежнему вызывает оживленные дискуссии в американском военно-историческом сообществе.</p> <p style="text-align: justify;">В частности, некоторое время назад в Соединенных Штатах была опубликована книга Джорджа Лепра «Почему американские солдаты подрывали гранатами своих офицеров во Вьетнаме». Книга интересна тем, что является единственным полным исследованием феномена попыток подрыва гранатами американскими военнослужащими своих командиров во время Вьетнамской войны. Автор предпринимает попытку объяснить сам феномен нападений с использованием ручных гранат, мотивацию таких нападений и меры, предпринятые в армии, чтобы прекратить их или по крайней мере снизить сопровождавший их общественный резонанс.</p> <p style="text-align: justify;"><strong>ТЫЛОВОЕ БЕЗУМИЕ</strong></p> <p style="text-align: justify;">Один из выводов этой книги состоит в том, что случаи убийства или угрозы офицерам и сержантам Сухопутных войск и Корпуса морской пехоты Вооруженных сил США с помощью гранат или другого оружия в большинстве случаев происходили не во время боевых действий, а при нахождении в тылу. Кроме этого, автор книги опровергает утверждения активистов, протестовавших против войны во Вьетнаме, и некоторых исследователей и историков, что антивоенные настроения и политическое неприятие американского присутствия в Юго-Восточной Азии оказали прямое влияние на эти попытки нападений на офицеров и сержантов.</p> <p style="text-align: justify;">Автор признает в самом начале, что солдаты нападали или убивали «непопулярных товарищей с самого начала вооруженного конфликта». По мере наращивания американского военного вмешательства в Юго-Восточной Азии подобные инциденты стали настолько частыми, что газеты New York Times и Newsweek информировали своих читателей: случаи нападения с применением ручных гранат стали далеко не единичными, и «в среднем таких случаев насчитывалось до 20 в месяц».</p> <p style="text-align: justify;">Следует сказать, что автор с самого начала противоречит сам себе, когда утверждает, что антивоенные настроения не оказали влияния на вооруженные нападения американских военнослужащих на своих товарищей и командиров. Книга как раз и начинается с общего объяснения, как призывная система, сильное антивоенное движение, студенческие протесты и раздор в американском обществе привели к тому, что к 1970-м годам американские Сухопутные войска и морская пехота оказались не в состоянии привлечь на службу лучшую часть молодежи, и в итоге им пришлось снизить высокие требования к дисциплине, которые еще пять лет назад существовали в обоих видах Вооруженных сил Соединенных Штатов.</p> <p style="text-align: justify;"><strong>МОТИВЫ</strong></p> <p style="text-align: justify;">Автор на основе тщательного изучения архивных материалов военной полиции и судов военного трибунала показывает, что фактически все подрывы или попытки подрыва произошли не в боевой обстановке, а в тыловых районах. Но тогда каковы были мотивы тех рядовых солдат, которые пытались убить или устрашить своих командиров? Здесь выявляется несколько причин.</p> <p style="text-align: justify;">Во-первых, министр обороны Роберт Макнамара предложил «проект 100 000», который позволил привлекать на американскую военную службу молодых людей, до этого не прошедших отбор по уровню интеллектуального развития и соответственно менее способных к адаптации к армейским условиям, а также имеющих психические проблемы.</p> <p style="text-align: justify;">Во-вторых, деградация младшего сержантского состава вызвала кризис в умении руководить мелкими подразделениями – неопытные сержанты были излишне «добренькими», искали популярности у подчиненных и соответственно не могли бороться с нарушениями дисциплины.</p> <p style="text-align: justify;">В-третьих, употребление наркотиков (исследование, проведенное Министерством обороны США в 1971 году, показало, что 50,9% личного состава американских Сухопутных войск во Вьетнаме курили марихуану), злоупотребление алкоголем (пиво было дешевым, а крепкие напитки – легко доступными) также играли свою роль, поскольку они снижали способность военнослужащих осознавать свои действия, что, в свою очередь, приводило к нападениям на сослуживцев.</p> <p style="text-align: justify;">Справедливости ради отметим, что те, кто служил во Вьетнаме, до сих пор спорят о том, было ли употребление наркотиков и алкоголя причиной или следствием общего падения дисциплины. Впрочем, никто не возражает, что этот фактор играл свою роль в случаях нападения с использованием ручных гранат.</p> <p style="text-align: justify;">Дополнительным мотивирующим фактором было недовольство теми офицерами и сержантами, которые требовали энергично вести боевые действия, хотя президент Ричард Никсон уже объявил о выводе американских войск из Юго-Восточной Азии. И мотив был простой: «Никто не хотел умирать в последний день войны».</p> <p style="text-align: justify;">Наконец, по мнению автора, расовая вражда была причиной некоторых случаев нападений с использованием ручных гранат, в которые были вовлечены чернокожие солдаты и белые рядовые солдаты и сержанты. Чернокожих солдат все больше раздражало, на их взгляд, несправедливое к ним отношение и расовая дискриминация, особенно после потрясшего всех убийства Мартина Лютера Кинга, и это раздражение иногда приводило к нападениям на старших начальников.</p> <p style="text-align: justify;">Расовую вражду во Вьетнаме, несомненно, подстегивали заявления известных чернокожих активистов, таких как член организации «Черная пантера» Элдридж Кливер. В своем послании от 4 января 1970 года под названием «К моим черным братьям во Вьетнаме», например, Кливер призывал «начинать убивать расистских свиней, которые отдают вам приказы. Убейте генерала Абрамса и всех его офицеров. Уничтожайте продовольствие и снаряжение или передавайте их вьетнамцам». И хотя не было предпринято никаких попыток убийства Абрамса или других офицеров из состава американского Командования военной помощи во Вьетнаме, призывы Кливера встревожили многих белых офицеров в Сайгоне.</p> <p style="text-align: justify;">В конце концов нападения с использованием ручных гранат показывают, что они были следствием многих причин, и Лепр тщательно исследует эти причины. На основе анализа материалов военных трибуналов он делает вывод, что «главной причиной большинства нападений с использованием ручных гранат были притеснения и оскорбительное отношение к подчиненным со стороны начальников».</p> <p style="text-align: justify;"><strong>АНТИВОЕННЫЙ СЛЕД</strong></p> <p style="text-align: justify;">Отдельный раздел книги посвящен «нападениям и антивоенной деятельности». Автор делает попытку доказать, что будто бы не было прямой связи между антивоенными настроениями и указанными нападениями. При исследовании архивных материалов Лепр обнаружил всего два случая, где присутствовали «антивоенные и антиправительственные высказывания». Признавая, что война во Вьетнаме была непопулярна среди многих американских военнослужащих, как и вообще в американском обществе, и что антивоенные настроения, конечно, влияли на призывников (и соответственно на тех, кто нападал на старших начальников), автор тем не менее делает вывод, что нет доказательств того, что эти нападения были частью широко распространенного «бунта рядовых» или «частью более масштабной политической борьбы против аморальной политики США дома и за рубежом».</p> <p style="text-align: justify;">Этот вывод вызывает большие сомнения, так как известно, что, будучи под стражей, несомненно испытывая давление судебных органов и перед лицом тяжести обвинений и строгости наказания, обвиняемые зачастую стараются всеми способами облегчить свое положение. А в этих условиях антивоенные высказывания могли только усугубить вину и привести к еще более строгому приговору. Поэтому антивоенные настроения, лежавшие в основе мотивации вооруженных нападений на начальников, скорее всего скрывались, а сами нападения мотивировались совсем другими причинами.</p> <p style="text-align: justify;">Интересно отметить, что, как считают американские специалисты, хотя нападения с использованием ручных гранат редко происходят в нынешней американской профессиональной армии, тем не менее они случаются и сегодня. Свидетельством этому является суд над старшим сержантом Альберто Мартинесом по обвинению в убийстве двух офицеров с помощью мины, установленной у окна их офиса в Тикрите (Ирак) в 2005 году. Мартинес был оправдан военным судом присяжных в Форт-Брэгге в 2008 году. В другом случае сержант Джозеф Боцисевич был осужден за убийство двух сослуживцев после того, как они подвергли его критике за ряд грубых промахов в бою в Ираке в 2008 году. Он был осужден судом присяжных в Форт-Стюарте за умышленное убийство и приговорен к пожизненному заключению без права помилования. Эти оба случая показывают, что такое явление, как нападение с использованием ручных гранат в американской армии, не ушло в прошлое.</p> <p style="text-align: justify;">В целом книга Джорджа Лепра является достаточно полным и профессиональным исследованием такого феномена, как вооруженные нападения сослуживцев на своих товарищей в боевой обстановке. Однако автору не хватило, возможно, смелости, а возможно, и глубины проникновения в суть рассматриваемого явления. Отсюда – противоречивые выводы и игнорирование того очевидного и давно всеми признанного факта, что несправедливый и антигуманный характер агрессии Соединенных Штатов во Вьетнаме способствовал росту антивоенных настроений в американском обществе и лежал в основе как осознанных, так и неосознанных мотивов вооруженных нападений американских военнослужащих на своих товарищей и командиров. И вполне объяснимо, что это происходило чаще не в бою, а в тылу, где дисциплина ослаблялась и свою роль начинали играть алкоголь и наркотики.</p> <p style="text-align: justify;"><strong>- Виктор Гаврилов</strong></p> <p style="text-align: justify;">Источник - <a href="http://nvo.ng.ru/forces/2015-02-06/14_vietnam.html" rel="nofollow">http://nvo.ng.ru</a></p></div> <div class="element element-itemcategory first"> <a href="http://navoine.info/category/voenlit.html">Военлит</a> <a href="http://navoine.info/category/army.html">Армия</a> <a href="http://navoine.info/category/vietnam.html">Вьетнам</a></div> <div class="element element-itemcreated"> Пятница, 06 Февраль 2015</div> <div class="element element-textarea last"> <p><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15562/20682809.3f1/0_c4956_b723af5d_L.jpg" border="0" width="331" height="500" style="display: block; margin-left: auto; margin-right: auto;" /></p> <p style="text-align: justify;">Со времени окончания боевых действий во Вьетнаме прошло уже много лет, однако участие Соединенных Штатов в этой войне по-прежнему вызывает оживленные дискуссии в американском военно-историческом сообществе.</p> <p style="text-align: justify;">В частности, некоторое время назад в Соединенных Штатах была опубликована книга Джорджа Лепра «Почему американские солдаты подрывали гранатами своих офицеров во Вьетнаме». Книга интересна тем, что является единственным полным исследованием феномена попыток подрыва гранатами американскими военнослужащими своих командиров во время Вьетнамской войны. Автор предпринимает попытку объяснить сам феномен нападений с использованием ручных гранат, мотивацию таких нападений и меры, предпринятые в армии, чтобы прекратить их или по крайней мере снизить сопровождавший их общественный резонанс.</p> <p style="text-align: justify;"><strong>ТЫЛОВОЕ БЕЗУМИЕ</strong></p> <p style="text-align: justify;">Один из выводов этой книги состоит в том, что случаи убийства или угрозы офицерам и сержантам Сухопутных войск и Корпуса морской пехоты Вооруженных сил США с помощью гранат или другого оружия в большинстве случаев происходили не во время боевых действий, а при нахождении в тылу. Кроме этого, автор книги опровергает утверждения активистов, протестовавших против войны во Вьетнаме, и некоторых исследователей и историков, что антивоенные настроения и политическое неприятие американского присутствия в Юго-Восточной Азии оказали прямое влияние на эти попытки нападений на офицеров и сержантов.</p> <p style="text-align: justify;">Автор признает в самом начале, что солдаты нападали или убивали «непопулярных товарищей с самого начала вооруженного конфликта». По мере наращивания американского военного вмешательства в Юго-Восточной Азии подобные инциденты стали настолько частыми, что газеты New York Times и Newsweek информировали своих читателей: случаи нападения с применением ручных гранат стали далеко не единичными, и «в среднем таких случаев насчитывалось до 20 в месяц».</p> <p style="text-align: justify;">Следует сказать, что автор с самого начала противоречит сам себе, когда утверждает, что антивоенные настроения не оказали влияния на вооруженные нападения американских военнослужащих на своих товарищей и командиров. Книга как раз и начинается с общего объяснения, как призывная система, сильное антивоенное движение, студенческие протесты и раздор в американском обществе привели к тому, что к 1970-м годам американские Сухопутные войска и морская пехота оказались не в состоянии привлечь на службу лучшую часть молодежи, и в итоге им пришлось снизить высокие требования к дисциплине, которые еще пять лет назад существовали в обоих видах Вооруженных сил Соединенных Штатов.</p> <p style="text-align: justify;"><strong>МОТИВЫ</strong></p> <p style="text-align: justify;">Автор на основе тщательного изучения архивных материалов военной полиции и судов военного трибунала показывает, что фактически все подрывы или попытки подрыва произошли не в боевой обстановке, а в тыловых районах. Но тогда каковы были мотивы тех рядовых солдат, которые пытались убить или устрашить своих командиров? Здесь выявляется несколько причин.</p> <p style="text-align: justify;">Во-первых, министр обороны Роберт Макнамара предложил «проект 100 000», который позволил привлекать на американскую военную службу молодых людей, до этого не прошедших отбор по уровню интеллектуального развития и соответственно менее способных к адаптации к армейским условиям, а также имеющих психические проблемы.</p> <p style="text-align: justify;">Во-вторых, деградация младшего сержантского состава вызвала кризис в умении руководить мелкими подразделениями – неопытные сержанты были излишне «добренькими», искали популярности у подчиненных и соответственно не могли бороться с нарушениями дисциплины.</p> <p style="text-align: justify;">В-третьих, употребление наркотиков (исследование, проведенное Министерством обороны США в 1971 году, показало, что 50,9% личного состава американских Сухопутных войск во Вьетнаме курили марихуану), злоупотребление алкоголем (пиво было дешевым, а крепкие напитки – легко доступными) также играли свою роль, поскольку они снижали способность военнослужащих осознавать свои действия, что, в свою очередь, приводило к нападениям на сослуживцев.</p> <p style="text-align: justify;">Справедливости ради отметим, что те, кто служил во Вьетнаме, до сих пор спорят о том, было ли употребление наркотиков и алкоголя причиной или следствием общего падения дисциплины. Впрочем, никто не возражает, что этот фактор играл свою роль в случаях нападения с использованием ручных гранат.</p> <p style="text-align: justify;">Дополнительным мотивирующим фактором было недовольство теми офицерами и сержантами, которые требовали энергично вести боевые действия, хотя президент Ричард Никсон уже объявил о выводе американских войск из Юго-Восточной Азии. И мотив был простой: «Никто не хотел умирать в последний день войны».</p> <p style="text-align: justify;">Наконец, по мнению автора, расовая вражда была причиной некоторых случаев нападений с использованием ручных гранат, в которые были вовлечены чернокожие солдаты и белые рядовые солдаты и сержанты. Чернокожих солдат все больше раздражало, на их взгляд, несправедливое к ним отношение и расовая дискриминация, особенно после потрясшего всех убийства Мартина Лютера Кинга, и это раздражение иногда приводило к нападениям на старших начальников.</p> <p style="text-align: justify;">Расовую вражду во Вьетнаме, несомненно, подстегивали заявления известных чернокожих активистов, таких как член организации «Черная пантера» Элдридж Кливер. В своем послании от 4 января 1970 года под названием «К моим черным братьям во Вьетнаме», например, Кливер призывал «начинать убивать расистских свиней, которые отдают вам приказы. Убейте генерала Абрамса и всех его офицеров. Уничтожайте продовольствие и снаряжение или передавайте их вьетнамцам». И хотя не было предпринято никаких попыток убийства Абрамса или других офицеров из состава американского Командования военной помощи во Вьетнаме, призывы Кливера встревожили многих белых офицеров в Сайгоне.</p> <p style="text-align: justify;">В конце концов нападения с использованием ручных гранат показывают, что они были следствием многих причин, и Лепр тщательно исследует эти причины. На основе анализа материалов военных трибуналов он делает вывод, что «главной причиной большинства нападений с использованием ручных гранат были притеснения и оскорбительное отношение к подчиненным со стороны начальников».</p> <p style="text-align: justify;"><strong>АНТИВОЕННЫЙ СЛЕД</strong></p> <p style="text-align: justify;">Отдельный раздел книги посвящен «нападениям и антивоенной деятельности». Автор делает попытку доказать, что будто бы не было прямой связи между антивоенными настроениями и указанными нападениями. При исследовании архивных материалов Лепр обнаружил всего два случая, где присутствовали «антивоенные и антиправительственные высказывания». Признавая, что война во Вьетнаме была непопулярна среди многих американских военнослужащих, как и вообще в американском обществе, и что антивоенные настроения, конечно, влияли на призывников (и соответственно на тех, кто нападал на старших начальников), автор тем не менее делает вывод, что нет доказательств того, что эти нападения были частью широко распространенного «бунта рядовых» или «частью более масштабной политической борьбы против аморальной политики США дома и за рубежом».</p> <p style="text-align: justify;">Этот вывод вызывает большие сомнения, так как известно, что, будучи под стражей, несомненно испытывая давление судебных органов и перед лицом тяжести обвинений и строгости наказания, обвиняемые зачастую стараются всеми способами облегчить свое положение. А в этих условиях антивоенные высказывания могли только усугубить вину и привести к еще более строгому приговору. Поэтому антивоенные настроения, лежавшие в основе мотивации вооруженных нападений на начальников, скорее всего скрывались, а сами нападения мотивировались совсем другими причинами.</p> <p style="text-align: justify;">Интересно отметить, что, как считают американские специалисты, хотя нападения с использованием ручных гранат редко происходят в нынешней американской профессиональной армии, тем не менее они случаются и сегодня. Свидетельством этому является суд над старшим сержантом Альберто Мартинесом по обвинению в убийстве двух офицеров с помощью мины, установленной у окна их офиса в Тикрите (Ирак) в 2005 году. Мартинес был оправдан военным судом присяжных в Форт-Брэгге в 2008 году. В другом случае сержант Джозеф Боцисевич был осужден за убийство двух сослуживцев после того, как они подвергли его критике за ряд грубых промахов в бою в Ираке в 2008 году. Он был осужден судом присяжных в Форт-Стюарте за умышленное убийство и приговорен к пожизненному заключению без права помилования. Эти оба случая показывают, что такое явление, как нападение с использованием ручных гранат в американской армии, не ушло в прошлое.</p> <p style="text-align: justify;">В целом книга Джорджа Лепра является достаточно полным и профессиональным исследованием такого феномена, как вооруженные нападения сослуживцев на своих товарищей в боевой обстановке. Однако автору не хватило, возможно, смелости, а возможно, и глубины проникновения в суть рассматриваемого явления. Отсюда – противоречивые выводы и игнорирование того очевидного и давно всеми признанного факта, что несправедливый и антигуманный характер агрессии Соединенных Штатов во Вьетнаме способствовал росту антивоенных настроений в американском обществе и лежал в основе как осознанных, так и неосознанных мотивов вооруженных нападений американских военнослужащих на своих товарищей и командиров. И вполне объяснимо, что это происходило чаще не в бою, а в тылу, где дисциплина ослаблялась и свою роль начинали играть алкоголь и наркотики.</p> <p style="text-align: justify;"><strong>- Виктор Гаврилов</strong></p> <p style="text-align: justify;">Источник - <a href="http://nvo.ng.ru/forces/2015-02-06/14_vietnam.html" rel="nofollow">http://nvo.ng.ru</a></p></div> Японские солдаты Вьетминя 2015-01-14T10:44:24+04:00 2015-01-14T10:44:24+04:00 http://navoine.info/japsoldiers-viet.html administrator <div class="element element-itemcategory first"> <a href="http://navoine.info/category/exclusive/">Эксклюзив</a> <a href="http://navoine.info/category/luchshee/">Лучшее</a> <a href="http://navoine.info/category/perevody.html">Переводы</a> <a href="http://navoine.info/category/sydba.html">Судьба</a> <a href="http://navoine.info/category/vietnam.html">Вьетнам</a></div> <div class="element element-itemcreated"> Среда, 14 Январь 2015</div> <div class="element element-textarea last"> <p><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/16138/20682809.3ea/0_c3599_c3a058f0_L.jpg" border="0" width="280" height="414" style="display: block; margin-left: auto; margin-right: auto;" /></p> <p><strong>- перевод Николая Шимкевича специально для Альманаха "Искусство Войны"</strong></p> <p>***</p> <div style="text-align: justify;">[Эта тема очаровала меня с тех пор, как я прочитал сообщения о том, что японский гений и военный преступник, полковник Цудзи Масанобу (1), провел свои последние годы во Вьетнаме, помогая победить американцев. Наконец, кто-то провел по этой теме серьезное исследование. Французский ученый Кристофер Гоша, используя французские архивы, концентрируется на 1945 – 1950 гг.; и разумеется, нет доказательств, что кто-то из упомянутых им личностей остался служить Северному Вьетнаму или Вьетконгу во время «Американской войны». Далее, с разрешения проф. Гоша, приводится выжимка из его статьи «Запоздалые союзники в Азии» (2), опубликованной в сборнике «Путеводитель по Вьетнамской войне», под редакцией Янга и Бузанко, Блэквелл, 2002. – Дэн Форд.]</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;"><strong>ЗАПОЗДАЛЫЕ СОЮЗНИКИ В АЗИИ</strong></div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">По оценке Гоша, вероятно, 5 000 японских солдат остались во Вьетнаме осенью 1945 г. (Переводчик обозначает их статус словом «дезертиры», но я не думаю, что это честно. Как вы можете дезертировать из армии, которая сдалась?) Коммунисты, известные своей способностью подчинять средства цели, разумеется, использовали их в войне против французов. Как указывает Гоша, у Вьетминя было очень мало опыта в военном деле или в управлении (в отличие от партизанского сопротивления, наподобие того, которое они вели против японских оккупантов). Они были не против воспользоваться опытом оставшихся в стране японцев – как военных, так и гражданских.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Вьетнам был разделен победившими союзниками по 16-й параллели: китайцы оккупировали север, а британцы – юг. Китайцы дали Вьетминю значительную свободу действий, тогда как британцы привлекли французские войска, чтобы избавить себя от бремени оккупации; конечно, французы быстро продвинулись к тому, чтобы подавить любое движение за независимость.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Первая японская помощь поступила в виде оружия: на севере Во Нгуен Зяп вооружил свои войска французским оружием, которое японцы выдавали своей марионеточной индокитайской гвардии. Японское оружие появилось на черном рынке вскоре после капитуляции. И недолго пришлось ждать, пока появится возможность привлечь японских солдат и офицеров: прямого пути домой для этих людей не было, даже если они хотели уехать. Они не были побеждены на поле битвы; они не могли понять, почему император закончил войну; дома, кроме позора и разрухи, их не ждало ничего. У многих были вьетнамские жены или подружки. Когда закончилась война, они, в соответствии с традицией, ощущали себя ронинами – самураями без полководца. Как ронины, они легко присоединялись к любому работодателю, который был готов их нанять.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">А Вьетминю были нужны они, особенно офицеры и сержанты, в качестве инструкторов. В сентябре 1945 года в северном Вьетнаме насчитывалось около 50 000 японских солдат и гражданских; в декабре 1946 около 32 000 были репатриированы и 3 000 бежали на остров Хайнань, 15 000 еще оставались в стране. Возможно треть из них, полагает Гоша, могли присоединиться к Вьетминю в качестве личного состава боевых частей или гражданских экспертов. На оккупированном британцами юге, с возвращением французов и под сильным натиском Вьетминя, японский гарнизон в гораздо большей степени был репатриирован; по оценкам Гоша, летом 1946 г. оставалось только несколько тысяч, и вероятно лишь несколько сотен присоединились к коммунистическим силам. (По всей видимости, большое количество просто растворились среди населения, в качестве фермеров и лавочников.)</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">В провинции Тхайнгуен японцы, по-видимому, управляли оружейным заводом. В Ханое японский ученый, получивший образование на западе, которого звали Кёси Комацу, руководил подконтрольным Вьетминю «Международным комитетом помощи и поддержки правительства ДРВ». В Куангнгае в офицерской школе Вьетминя было шесть японских офицеров среди преподавателей; в Южном Чунгбо 36 из 50 военных инструкторов были японцы. Майор Исии Такуо, молодой офицер 55-й дивизии в Бирме, в декабре 1945 года дезертировал с несколькими товарищами в Камбоджу и ушел во Вьетнам, где стал полковником Вьетминя, временным главой Куангнгайской военной академии, а позже – «главным советником» партизан-коммунистов на юге. Некоторые специалисты, включая врачей и экспертов по артиллерийскому вооружению, были вынуждены работать на Вьетминь против своей воли. Французы установили личности одиннадцати японских медсестер и двух врачей, работавших на Вьетминь в северном Вьетнаме в 1951 году.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">«Одним из результатов японского присутствия в армии Вьетминя был рост французских потерь в начале войны», — пишет Гоша. В течение первых боев на севере японские солдаты служили на передовой. В 1947 г. в Хюэ французы сообщали о бое с японским штурмовым отрядом из 150 человек. Также в 1947 году полковник Исии помог устроить засаду, в которой погибли свыше 70 французских солдат.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Косиро Иваи командовал вьетнамскими подразделениями в бою и проводил рейды коммандос в тылу французов; в 1949 году он был заместителем командира батальона Вьетминя. Позже он занимался планированием в 174-м полку, помогая Вьетминю эксплуатировать недавно приобретенные китайские пушки.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">В 1951 году Вьетминь начал репатриацию своих японских (и европейских) помощников, через Китай и Восточную Европу. После Женевских соглашений 1954 года, которые разделили Вьетнам на две половины, 71 японец покинул Вьетнам и отправился домой, другие вернулись годы спустя. «Горстка оставалась во Вьетнаме даже в 1970-х, — пишет Гоша. — Некоторые не вернулись никогда». Это не обязательно означает, что они помогали в войне против американцев; скорее, эти оставшиеся просто стали местными жителями.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;"><strong>ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ</strong></div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">[Вот еще одно сообщение на ту же тему, от Джорджа Мура, который несколько лет назад начал модерировать конференцию о Вьетнамской войне. — ДФ]</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Много лет назад [здесь] происходила дискуссия о солдатах японского императора, которые в 1945 и 1946 годах выразили желание служить Вьетминю в обмен на защиту от трибунала союзников по военным преступлениям во Второй мировой войне. Эта тема рассматривается в новой книге Сесила Б. Карри «Победа любой ценой: гений вьетнамского генерала Во Нгуен Зяпа» (3). Ниже приведены некоторые заметки о ней, адресованные студентам, которые хотели бы в нее заглянуть. Очень важно, что в наши дни можно легко получить копию оригинального доклада американского РУМО на эту тему. См. ниже. Имея на руках копию этого доклада, на давно забытую тему можно написать весьма интересную статью.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">См. стр. 125, где обсуждается вопрос о репрессиях Вьетминя по отношению к оппозиционным группам сразу после того, как китайская гоминьдановская армия ушла из Ханоя и северного Вьетнама в июне 1946 года:</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">«В этих действиях Зяп получил помощь не только от регулярных кадров Вьетминя, но и от другого специального подразделения. В 1945 году Зяп взял на службу 1 500 фанатично «антибелых» японских военных, которые предложили ему свои услуги после капитуляции Японии перед союзниками. Их это привлекало больше, чем идея вернуться на побежденную и оккупированную родину. К тому же, эти солдаты под командованием 230 сержантов и сорок семь жандармов опасались японской Кэмпэйтай, потому что все они были в розыске для допроса союзниками, по подозрению в военных преступлениях. Всей группой командовал полковник Мукаяма из штаба 38-й императорской армии. Зяп организовал для всех них получение вьетнамского гражданства и фальшивые документы. Мукаяма стал одним из твердых сторонников Зяпа, и когда было нужно – охотно служил ему, как было и в этом случае, атакуя противников режима Вьетминя».</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">К сожалению, сноска к этому тексту содержит только слова: «документ РУМО». Впрочем, это не имеет значения, потому что имеется имя полковника Мукаямы. Поиск в документах РУМО по этому имени, безусловно, приводит к оригинальному докладу РУМО на эту тему. Он был написан в 1945 или 1946 году.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">На стр. 166 этой книги [книги Карри] имеется указание, что «полковник Мукаяма был убит в декабре 1947 года в Тётю, во время боя с французскими парашютистами».</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Быстрый поиск по указателю классической книги Филипа Девийе «История Вьетнама с 1940 по 1952» (4) приводит к тому же самому имени Мукаяма. Девийе говорит о нем как о подполковнике<span lang="en-US">. </span>См. стр. 282: «В течение всей весны и лета (1946) приготовления в «тьен кху» [в зоне войны – вьет.] были интенсифицированы. Японские техники и специалисты оказали командованию Вьетмия свое содействие в качестве технических консультантов, помощников командиров или в качестве инструкторов. Среди японских офицеров, фанатично антибелых, пришедших после капитуляции предложить свои услуги вьетнамскому правительству, фигурировал, к примеру, подполковник Мукаяма из штаба 38-й армии».</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Под другим углом тема представлена в относительно новой книге профессора [Жака] Вайе «Индокитайская война 1945 – 1954 гг.» (5) См. стр. 27, где рассматривается роль японцев: «Из японских дезертиров, которые были взяты на службу Вьетминем, многие бежали от Кэмпэйтай. Французские службы были склонны преувеличивать их численность: ‘армия из 10 000  человек’ под Хюэ, ‘7 000 японцев’ между Намдинем и Киньоном, в Тонкине, ‘7 000, расположенных в основном в провинциях Баккан, Вьетчи и Лангшон’. Весной 1946 года они пересмотрели свои оценки: 2 000 японцев в вооруженных отрядах Вьетминя. Что касается китайцев, они были равнодушны к проблеме; пленные, которых они вербовали, одевались в гражданское, потому что это были техники».</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Излишне говорить, что Баккан, Вьетчи и Лангшон в это время были областями, подконтрольными Вьетминю. Это была первая территория, «освобожденная» Вьетминем.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Сноска к этому тексту гласит: «Записка о ситуации в Хюэ. Не датировано и не подписано – составлено для нужд ДГЕР в 1946 году. Частный архив».</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Это означает, что записка в настоящее время в распоряжении профессора Вайе. В 1994 году он был профессором Университета Пуатье во Франции и президентом комиссии по Индокитайской войне при Институте современных конфликтов. Также он автор книги о японо-французских отношениях во Вьетнаме между 1940 и 1945 годами.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">ДГЕР – это аббревиатура названия одной из служб военной разведки эпохи Второй мировой войны, <span lang="en-US"><em>Direction</em></span><span lang="en-US"><em> </em></span><span lang="en-US"><em>des</em></span><span lang="en-US"><em> </em></span><span lang="en-US"><em>Etudes</em></span><span lang="en-US"><em> </em></span><span lang="en-US"><em>et</em></span><span lang="en-US"><em> </em></span><span lang="en-US"><em>de</em></span><span lang="en-US"><em> </em></span><span lang="en-US"><em>la</em></span><span lang="en-US"><em> </em></span><span lang="en-US"><em>Recherche</em></span>, которая позже вошла в состав СДЕСЕ [<span lang="fr"><em>Service de documentation extérieure et de contre-espionnage</em></span>]. Большая часть ее старых документов, касающихся Индокитая, доступны общественности в главном архиве Французского Индокитая в Экс-ан-Провансе, на юге Франции. Этот архив, долгое время использующийся многими студентами, в настоящее время имеет свой сайт. (6)</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;"><strong>- Дэниел Форд</strong></div> <div style="text-align: justify;"><strong> </strong></div> <div style="text-align: justify;">Оригинал - <a href="http://www.warbirdforum.com/japviet.htm" rel="nofollow">http://www.warbirdforum.com</a></div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">*** </div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">(1) Цудзи Масанобу – японский военный, политик и писатель. После капитуляции Японии во Второй мировой войне, несколько лет скрывался в Индокитае, опасаясь суда за военные преступления. В 1950 году издал в Японии книгу воспоминаний «Скрываясь за 3 000 ли». Как утверждает сам, в Индокитайской войне участия не принимал. С 1952 года – депутат японского парламента. В 1961 году уехал в Лаос, где его следы теряются. Существует несколько неподтвержденных версий его гибели. Место в парламенте формально сохранялось за ним до истечения полномочий в 1965 году. В 2005 году ЦРУ рассекретило документ, в котором говорилось об участии Цудзи в неосуществленном заговоре с целью убийства премьер-министра Ёсиды. Японские исследователи ставят историю с заговором под сомнение: доклад ЦРУ основан на данных, предоставленных Гоминьданом, и не имеющих подтверждения из других источников. – Прим. перев.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">(2). A Companion to the Vietnam War (Wiley Blackwell Companions to American History). Wiley-Blackwell, 2002.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">(3). Curry, Cecil B. Victory at Any Cost: The Genius of Viet Nam's Gen. Vo Nguyen Giap (The Warriors). Potomac Books, 2005.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">(4). Deviller, Philippe. Histoire du Viêt-Nam de 1940 à 1952. Éditions du Seuil, 1952</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">(5). Valette, Jacques. La guerre d'Indochine, 1945-1954 (Histoires/Colin). A. Colin, 1994</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">(6) <a href="http://www.archivesnationales.culture.gouv.fr/anom/fr/index.html" target="_blank" rel="nofollow">http://www.archivesnationales.culture.gouv.fr/anom/fr/index.html</a></div></div> <div class="element element-itemcategory first"> <a href="http://navoine.info/category/exclusive/">Эксклюзив</a> <a href="http://navoine.info/category/luchshee/">Лучшее</a> <a href="http://navoine.info/category/perevody.html">Переводы</a> <a href="http://navoine.info/category/sydba.html">Судьба</a> <a href="http://navoine.info/category/vietnam.html">Вьетнам</a></div> <div class="element element-itemcreated"> Среда, 14 Январь 2015</div> <div class="element element-textarea last"> <p><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/16138/20682809.3ea/0_c3599_c3a058f0_L.jpg" border="0" width="280" height="414" style="display: block; margin-left: auto; margin-right: auto;" /></p> <p><strong>- перевод Николая Шимкевича специально для Альманаха "Искусство Войны"</strong></p> <p>***</p> <div style="text-align: justify;">[Эта тема очаровала меня с тех пор, как я прочитал сообщения о том, что японский гений и военный преступник, полковник Цудзи Масанобу (1), провел свои последние годы во Вьетнаме, помогая победить американцев. Наконец, кто-то провел по этой теме серьезное исследование. Французский ученый Кристофер Гоша, используя французские архивы, концентрируется на 1945 – 1950 гг.; и разумеется, нет доказательств, что кто-то из упомянутых им личностей остался служить Северному Вьетнаму или Вьетконгу во время «Американской войны». Далее, с разрешения проф. Гоша, приводится выжимка из его статьи «Запоздалые союзники в Азии» (2), опубликованной в сборнике «Путеводитель по Вьетнамской войне», под редакцией Янга и Бузанко, Блэквелл, 2002. – Дэн Форд.]</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;"><strong>ЗАПОЗДАЛЫЕ СОЮЗНИКИ В АЗИИ</strong></div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">По оценке Гоша, вероятно, 5 000 японских солдат остались во Вьетнаме осенью 1945 г. (Переводчик обозначает их статус словом «дезертиры», но я не думаю, что это честно. Как вы можете дезертировать из армии, которая сдалась?) Коммунисты, известные своей способностью подчинять средства цели, разумеется, использовали их в войне против французов. Как указывает Гоша, у Вьетминя было очень мало опыта в военном деле или в управлении (в отличие от партизанского сопротивления, наподобие того, которое они вели против японских оккупантов). Они были не против воспользоваться опытом оставшихся в стране японцев – как военных, так и гражданских.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Вьетнам был разделен победившими союзниками по 16-й параллели: китайцы оккупировали север, а британцы – юг. Китайцы дали Вьетминю значительную свободу действий, тогда как британцы привлекли французские войска, чтобы избавить себя от бремени оккупации; конечно, французы быстро продвинулись к тому, чтобы подавить любое движение за независимость.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Первая японская помощь поступила в виде оружия: на севере Во Нгуен Зяп вооружил свои войска французским оружием, которое японцы выдавали своей марионеточной индокитайской гвардии. Японское оружие появилось на черном рынке вскоре после капитуляции. И недолго пришлось ждать, пока появится возможность привлечь японских солдат и офицеров: прямого пути домой для этих людей не было, даже если они хотели уехать. Они не были побеждены на поле битвы; они не могли понять, почему император закончил войну; дома, кроме позора и разрухи, их не ждало ничего. У многих были вьетнамские жены или подружки. Когда закончилась война, они, в соответствии с традицией, ощущали себя ронинами – самураями без полководца. Как ронины, они легко присоединялись к любому работодателю, который был готов их нанять.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">А Вьетминю были нужны они, особенно офицеры и сержанты, в качестве инструкторов. В сентябре 1945 года в северном Вьетнаме насчитывалось около 50 000 японских солдат и гражданских; в декабре 1946 около 32 000 были репатриированы и 3 000 бежали на остров Хайнань, 15 000 еще оставались в стране. Возможно треть из них, полагает Гоша, могли присоединиться к Вьетминю в качестве личного состава боевых частей или гражданских экспертов. На оккупированном британцами юге, с возвращением французов и под сильным натиском Вьетминя, японский гарнизон в гораздо большей степени был репатриирован; по оценкам Гоша, летом 1946 г. оставалось только несколько тысяч, и вероятно лишь несколько сотен присоединились к коммунистическим силам. (По всей видимости, большое количество просто растворились среди населения, в качестве фермеров и лавочников.)</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">В провинции Тхайнгуен японцы, по-видимому, управляли оружейным заводом. В Ханое японский ученый, получивший образование на западе, которого звали Кёси Комацу, руководил подконтрольным Вьетминю «Международным комитетом помощи и поддержки правительства ДРВ». В Куангнгае в офицерской школе Вьетминя было шесть японских офицеров среди преподавателей; в Южном Чунгбо 36 из 50 военных инструкторов были японцы. Майор Исии Такуо, молодой офицер 55-й дивизии в Бирме, в декабре 1945 года дезертировал с несколькими товарищами в Камбоджу и ушел во Вьетнам, где стал полковником Вьетминя, временным главой Куангнгайской военной академии, а позже – «главным советником» партизан-коммунистов на юге. Некоторые специалисты, включая врачей и экспертов по артиллерийскому вооружению, были вынуждены работать на Вьетминь против своей воли. Французы установили личности одиннадцати японских медсестер и двух врачей, работавших на Вьетминь в северном Вьетнаме в 1951 году.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">«Одним из результатов японского присутствия в армии Вьетминя был рост французских потерь в начале войны», — пишет Гоша. В течение первых боев на севере японские солдаты служили на передовой. В 1947 г. в Хюэ французы сообщали о бое с японским штурмовым отрядом из 150 человек. Также в 1947 году полковник Исии помог устроить засаду, в которой погибли свыше 70 французских солдат.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Косиро Иваи командовал вьетнамскими подразделениями в бою и проводил рейды коммандос в тылу французов; в 1949 году он был заместителем командира батальона Вьетминя. Позже он занимался планированием в 174-м полку, помогая Вьетминю эксплуатировать недавно приобретенные китайские пушки.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">В 1951 году Вьетминь начал репатриацию своих японских (и европейских) помощников, через Китай и Восточную Европу. После Женевских соглашений 1954 года, которые разделили Вьетнам на две половины, 71 японец покинул Вьетнам и отправился домой, другие вернулись годы спустя. «Горстка оставалась во Вьетнаме даже в 1970-х, — пишет Гоша. — Некоторые не вернулись никогда». Это не обязательно означает, что они помогали в войне против американцев; скорее, эти оставшиеся просто стали местными жителями.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;"><strong>ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ</strong></div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">[Вот еще одно сообщение на ту же тему, от Джорджа Мура, который несколько лет назад начал модерировать конференцию о Вьетнамской войне. — ДФ]</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Много лет назад [здесь] происходила дискуссия о солдатах японского императора, которые в 1945 и 1946 годах выразили желание служить Вьетминю в обмен на защиту от трибунала союзников по военным преступлениям во Второй мировой войне. Эта тема рассматривается в новой книге Сесила Б. Карри «Победа любой ценой: гений вьетнамского генерала Во Нгуен Зяпа» (3). Ниже приведены некоторые заметки о ней, адресованные студентам, которые хотели бы в нее заглянуть. Очень важно, что в наши дни можно легко получить копию оригинального доклада американского РУМО на эту тему. См. ниже. Имея на руках копию этого доклада, на давно забытую тему можно написать весьма интересную статью.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">См. стр. 125, где обсуждается вопрос о репрессиях Вьетминя по отношению к оппозиционным группам сразу после того, как китайская гоминьдановская армия ушла из Ханоя и северного Вьетнама в июне 1946 года:</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">«В этих действиях Зяп получил помощь не только от регулярных кадров Вьетминя, но и от другого специального подразделения. В 1945 году Зяп взял на службу 1 500 фанатично «антибелых» японских военных, которые предложили ему свои услуги после капитуляции Японии перед союзниками. Их это привлекало больше, чем идея вернуться на побежденную и оккупированную родину. К тому же, эти солдаты под командованием 230 сержантов и сорок семь жандармов опасались японской Кэмпэйтай, потому что все они были в розыске для допроса союзниками, по подозрению в военных преступлениях. Всей группой командовал полковник Мукаяма из штаба 38-й императорской армии. Зяп организовал для всех них получение вьетнамского гражданства и фальшивые документы. Мукаяма стал одним из твердых сторонников Зяпа, и когда было нужно – охотно служил ему, как было и в этом случае, атакуя противников режима Вьетминя».</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">К сожалению, сноска к этому тексту содержит только слова: «документ РУМО». Впрочем, это не имеет значения, потому что имеется имя полковника Мукаямы. Поиск в документах РУМО по этому имени, безусловно, приводит к оригинальному докладу РУМО на эту тему. Он был написан в 1945 или 1946 году.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">На стр. 166 этой книги [книги Карри] имеется указание, что «полковник Мукаяма был убит в декабре 1947 года в Тётю, во время боя с французскими парашютистами».</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Быстрый поиск по указателю классической книги Филипа Девийе «История Вьетнама с 1940 по 1952» (4) приводит к тому же самому имени Мукаяма. Девийе говорит о нем как о подполковнике<span lang="en-US">. </span>См. стр. 282: «В течение всей весны и лета (1946) приготовления в «тьен кху» [в зоне войны – вьет.] были интенсифицированы. Японские техники и специалисты оказали командованию Вьетмия свое содействие в качестве технических консультантов, помощников командиров или в качестве инструкторов. Среди японских офицеров, фанатично антибелых, пришедших после капитуляции предложить свои услуги вьетнамскому правительству, фигурировал, к примеру, подполковник Мукаяма из штаба 38-й армии».</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Под другим углом тема представлена в относительно новой книге профессора [Жака] Вайе «Индокитайская война 1945 – 1954 гг.» (5) См. стр. 27, где рассматривается роль японцев: «Из японских дезертиров, которые были взяты на службу Вьетминем, многие бежали от Кэмпэйтай. Французские службы были склонны преувеличивать их численность: ‘армия из 10 000  человек’ под Хюэ, ‘7 000 японцев’ между Намдинем и Киньоном, в Тонкине, ‘7 000, расположенных в основном в провинциях Баккан, Вьетчи и Лангшон’. Весной 1946 года они пересмотрели свои оценки: 2 000 японцев в вооруженных отрядах Вьетминя. Что касается китайцев, они были равнодушны к проблеме; пленные, которых они вербовали, одевались в гражданское, потому что это были техники».</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Излишне говорить, что Баккан, Вьетчи и Лангшон в это время были областями, подконтрольными Вьетминю. Это была первая территория, «освобожденная» Вьетминем.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Сноска к этому тексту гласит: «Записка о ситуации в Хюэ. Не датировано и не подписано – составлено для нужд ДГЕР в 1946 году. Частный архив».</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Это означает, что записка в настоящее время в распоряжении профессора Вайе. В 1994 году он был профессором Университета Пуатье во Франции и президентом комиссии по Индокитайской войне при Институте современных конфликтов. Также он автор книги о японо-французских отношениях во Вьетнаме между 1940 и 1945 годами.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">ДГЕР – это аббревиатура названия одной из служб военной разведки эпохи Второй мировой войны, <span lang="en-US"><em>Direction</em></span><span lang="en-US"><em> </em></span><span lang="en-US"><em>des</em></span><span lang="en-US"><em> </em></span><span lang="en-US"><em>Etudes</em></span><span lang="en-US"><em> </em></span><span lang="en-US"><em>et</em></span><span lang="en-US"><em> </em></span><span lang="en-US"><em>de</em></span><span lang="en-US"><em> </em></span><span lang="en-US"><em>la</em></span><span lang="en-US"><em> </em></span><span lang="en-US"><em>Recherche</em></span>, которая позже вошла в состав СДЕСЕ [<span lang="fr"><em>Service de documentation extérieure et de contre-espionnage</em></span>]. Большая часть ее старых документов, касающихся Индокитая, доступны общественности в главном архиве Французского Индокитая в Экс-ан-Провансе, на юге Франции. Этот архив, долгое время использующийся многими студентами, в настоящее время имеет свой сайт. (6)</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;"><strong>- Дэниел Форд</strong></div> <div style="text-align: justify;"><strong> </strong></div> <div style="text-align: justify;">Оригинал - <a href="http://www.warbirdforum.com/japviet.htm" rel="nofollow">http://www.warbirdforum.com</a></div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">*** </div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">(1) Цудзи Масанобу – японский военный, политик и писатель. После капитуляции Японии во Второй мировой войне, несколько лет скрывался в Индокитае, опасаясь суда за военные преступления. В 1950 году издал в Японии книгу воспоминаний «Скрываясь за 3 000 ли». Как утверждает сам, в Индокитайской войне участия не принимал. С 1952 года – депутат японского парламента. В 1961 году уехал в Лаос, где его следы теряются. Существует несколько неподтвержденных версий его гибели. Место в парламенте формально сохранялось за ним до истечения полномочий в 1965 году. В 2005 году ЦРУ рассекретило документ, в котором говорилось об участии Цудзи в неосуществленном заговоре с целью убийства премьер-министра Ёсиды. Японские исследователи ставят историю с заговором под сомнение: доклад ЦРУ основан на данных, предоставленных Гоминьданом, и не имеющих подтверждения из других источников. – Прим. перев.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">(2). A Companion to the Vietnam War (Wiley Blackwell Companions to American History). Wiley-Blackwell, 2002.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">(3). Curry, Cecil B. Victory at Any Cost: The Genius of Viet Nam's Gen. Vo Nguyen Giap (The Warriors). Potomac Books, 2005.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">(4). Deviller, Philippe. Histoire du Viêt-Nam de 1940 à 1952. Éditions du Seuil, 1952</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">(5). Valette, Jacques. La guerre d'Indochine, 1945-1954 (Histoires/Colin). A. Colin, 1994</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">(6) <a href="http://www.archivesnationales.culture.gouv.fr/anom/fr/index.html" target="_blank" rel="nofollow">http://www.archivesnationales.culture.gouv.fr/anom/fr/index.html</a></div></div> За линией Макнамары 2014-12-15T22:18:58+04:00 2014-12-15T22:18:58+04:00 http://navoine.info/macnamara-line.html administrator <div class="element element-itemcategory first"> <a href="http://navoine.info/category/exclusive/">Эксклюзив</a> <a href="http://navoine.info/category/perevody.html">Переводы</a> <a href="http://navoine.info/category/army.html">Армия</a> <a href="http://navoine.info/category/vpk-hitech-guns.html">ВПК/Hi-Tech/Оружие</a> <a href="http://navoine.info/category/vietnam.html">Вьетнам</a></div> <div class="element element-itemcreated"> Понедельник, 15 Декабрь 2014</div> <div class="element element-textarea last"> <p><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15568/20682809.3e0/0_c1ca8_1a6b8178_L.jpg" border="0" width="500" height="335" style="display: block; margin-left: auto; margin-right: auto;" /></p> <div style="text-align: justify;"><strong>- перевод Николая Шимкевича специально для Альманаха "Искусство Войны"</strong></div> <div style="text-align: justify;"><strong> </strong></div> <div style="text-align: justify;"><strong>ВВЕДЕНИЕ</strong></div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">7 сентября 1967 г. на пресс-конференции в Вашингтоне, округ Колумбия, министр обороны Соединенных Штатов объявил о планах строительства электронного антиинфильтрационного барьера к югу от демилитаризованной зоны (ДМЗ) — демаркационной линии между Северным и Южным Вьетнамом. Основной целью «линии Макнамары» было подать сигнал тревоги, когда враг будет пересекать границу. После этого, в целях предотвращения инфильтрации с севера, против Вьетнамской народной армии (ВНА, армия Северного Вьетнама) должна была быть пущена в ход огневая мощь союзников, в виде воздушных и артиллерийских ударов. [1] Линия Макнамары представляла собой попытку американских военных объединить современные технологии с одним из древнейших способов обороны в военном искусстве. США должны были понимать, что важны более чем передовые технологии, чтобы создать эффективный барьер.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;"><strong>ЭВОЛЮЦИЯ КОНЦЕПЦИИ БАРЬЕРА</strong></div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Организованная война старше, чем человеческая история,— искусственные барьеры для защиты появились даже раньше, чем культивация растений. [2] И Великая Китайская стена, и Адрианов вал в Британии были построены для того, чтобы минимизировать возможность вторжения северных варваров в более населенные области.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Аналогичным образом вьетнамцы использовали концепцию барьера в <span lang="en-US">XVII</span> веке, когда в 1620 году Северный и Южный Вьетнам начали раздельное политическое существование, которое продлилось 150 лет. На юге Нгуены построили в узких местах в центральном районе страны две огромные стены. В семи крупных кампаниях, иногда длящихся по нескольку лет, армии Чиней с севера ни разу не смогли прорвать эти барьеры.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Конфликты между Нгуенами и Чинями отчасти выглядели пророчески. Ведущими силами того времени были португальцы и голландцы. Голландцы пытались вытеснить своих европейских соперников из Юго-Восточной Азии, и их главнейшими конкурентами были португальцы. Голландцы поддерживали Чиней. Португальцы поддерживали Нгуенов, отправляя им из Португалии регулярные поставки современного оружия. Еще в 1615 г. португальцы построили литейный завод, чтобы Нгуены могли производить на месте тяжелые пушки. [3]<span lang="uk-UA"> </span>Эти события <span lang="en-US">XVII</span> века предвосхитили собой соперничество времен Холодной войны между США и Советским Союзом — состязание, ареной которого снова стал Вьетнам.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Французы знали об успехе барьера Нгуенов во Вьетнаме. Во время Первой индокитайской войны генералы планировали реализацию идеи такого барьера в узкой части Вьетнама, чтобы отделить «гнилой» север от менее тяжело зараженной южной части своей колонии. [4] Но поражение, нанесенное французам вьетнамскими коммунистами при Дьенбьенфу, перевело проблемы Франции с ее непокорной колонией в разряд неактуальных. Победа Вьетминя на французами привела к подписанию женевских соглашений и к началу конца французского военного присутствия в Индокитае.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">В 1954 г. Франция направила многих ветеранов Индокитая в Алжир, когда там разразилась гражданская война. В Алжире французы воевали со страстностью, которой не хватало в Индокитае. Алжир был домом для миллиона колонистов европейского происхождения, которые искали у Франции защиты, и Франция чувствовала моральное обязательство блюсти их интересы. Вдобавок, и в отличие от Индокитая, Алжир считался неотъемлемой частью французской метрополии.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Алжирские националисты (<span lang="en-US">Front</span> <span lang="en-US">de</span> <span lang="en-US">la</span> <span lang="en-US">Liberation</span> <span lang="en-US">Nationale</span>, или ФНО) являли собой две военные силы: «внутреннюю» армию, которая действовала непосредственно в Алжире, и «внешнюю» армию, которая базировалась в соседних странах – Тунисе и Марокко. Функцией внешней армии была поставка людей и военных <span lang="ru-RU">грузов</span> националистическим силам в Алжире. Французские военные, по политическим соображениям, имели запрет от правительства Франции на проведение войсковых операций против внешней армии в Тунисе и Марокко. Положение в Алжире могло означать, что ситуация созрела для применения концепции барьера.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Этот барьер, подобно линии Мажино перед Второй мировой войной, был назван в честь министра обороны, занимавшего кабинет во время его строительства. Линия Мориса в Алжире была закончена в 1957 году и протянулась на 460 километров вдоль алжиро-тунисской границы и на 750 километров вдоль алжиро-марокканской, от Средиземного моря до бесплодной пустыни Сахара. Основу этого барьера составляла изгородь восьми футов в высоту, под напряжением в пять тысяч вольт. По обе стороны изгороди имелось пятьдесят ярдов пространства, плотно усыпанного противопехотными минами. По кромкам минного поля стояли непрерывные ряды колючей проволоки, в стиле Западного фронта Первой мировой войны.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Забор под напряжением был устроен для того, чтобы убить любого, кто его тронет. За колючей проволокой, с алжирской стороны, были построены дороги, по которым непрерывно курсировали вооруженные наземные патрули с немецкими овчарками — чтобы обнаружить и уничтожить нарушителей, пытающихся пересечь линию. Боевые вертолеты вели воздушное патрулирование. Мощные прожектора освещали барьер ночью. Электронные датчики могли точно определить местоположение вражеской диверсионной группы. Для автоматического прицеливания и огня 105-мм гаубиц имелся радар.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Французы отправили на этот барьер 80 тыс. солдат — сильнейшая концентрация французских сил в Алжире. Эти войска включали в себя парашютные полки, механизированные и бронетанковые подразделения. Алжирские националисты, успешно пересекавшие границу ночью, связывались боем и уничтожались на следующий день.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Солдаты ФНО всеми способами пытались прорваться <span lang="uk-UA">через</span> барьер. Из Германии были доставлены кусачки высокого напряжения. Использовались крюки, чтобы поднять провод и дать возможность войскам пройти под ним. Солдаты пытались делать подкопы под провода и набрасывать поверх них изолирующие материалы. Для проделывания дыр в заграждении использовались бангалорские торпеды. Совершались диверсии малыми группами, отключавшими сигнал тревоги, пока большие группы пытались перейти в других местах. ФНО пытались обойти линию, пересекая пустыню Сахара. Однако почти во всех случаях французам удавалось бросить против солдат националистов массированную огневую мощь и уничтожить их. Подавляющее превосходство французских воздушно-десантных войск и щедрое использование транспортных самолетов обычно обеспечивали тактический успех французов и поражение националистов. За первые семь месяцев работы линии Мориса ФНО потеряли 6 тыс. человек и 4,3 тыс. единиц оружия.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Линия Мориса была успешно снизила уровень инфильтрации в Алжир, ни много ни мало на 90 процентов. Блокируя внешнюю поддержку ФНО, барьер создал для французской армии «закрытый охотничий заказник». [5] Солдатами националистов, успешно прорвавшими линию, занимались <span lang="en-US">commandos</span> <span lang="en-US">de</span> <span lang="en-US">chasse</span> [охотничьи команды — фр.], подразделения размером с роту, сформированные из французских и алжирских войск, преследовавшие солдат националистов повсюду, куда бы они ни шли, до тех пор пока не обнаруживали их и не уничтожали. ФНО были вынуждены прекратить крупномасштабные попытки прорвать барьер. Внутренняя алжирская армия была практически отрезана от внешней поддержки.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;"><strong>БАРЬЕР ВО ВЬЕТНАМЕ</strong></div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">С начала американского вмешательства во Вьетнаме США осознали, что граница Южного Вьетнама с Лаосом и Северным Вьетнамом проницаема, и эта проницаемость допускает проникновение людей и оружия на юг. Идея искусственного барьера между Северным и Южным Вьетнамом впервые была рассмотрена американцами в 1958 г. В 1961-м глава американской группы военных советников, генерал-лейтенант Лайонел Макгарр внес предложение министру Макнамаре о создании санитарного кордона вдоль лаосо-северовьетнамской границы для предотвращения инфильтрации из Северного Вьетнама. [6] Другое предложение в том же году было сделано в рамках работы Организации Договора Юго-Восточной Азии (СЕАТО): План 5/61 СЕАТО предлагал физически перекрыть границу как на ДМЗ так и вдоль границы с Лаосом, с помощью международных сил. <span lang="en-US">[7]</span></div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Генерал Уильям Уэстморленд, командующий американскими войсками во Вьетнаме, также выступал за укомплектованный войсками барьер — для предотвращения инфильтрации со стороны ДМЗ и с территории Лаоса в Южный Вьетнам. В 1964 году, в предложении для и. о. посла Алексиса Джонсона, он рекомендовал использовать для достижения этой цели международные силы. Предложением Уэстморленда было создание барьера как части проекта развития региона: инженеры, защищенные боевыми частями, должны были расширить дорогу из Южного Вьетнама, через лаосские маршруты инфильтрации, к границе Таиланда. В этом сценарии барьером против инфильтрации должны были служить боевые части. Официальные лица в Вашингтоне не выказали энтузиазма, и план был положен под сукно. [8] Эти ранние предложения по барьеру не были отвергнуты — скорее, они постоянно откладывались, по причине веры в то, что решить проблему инфильтрации могут ковровые бомбардировки.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">К началу 1965 года американцам стало ясно, что их осторожная политика во Вьетнаме не работает. Южный Вьетнам достиг точки «надвигающегося коллапса», [9] и продолжение существующей политики неизбежно вело к поражению и США, и Южного Вьетнама. Ответ США состоял в значительном увеличении численности своих войск в Южном Вьетнаме (184 тыс. в конце 1965; 385 тыс. в конце 1966 [10]) и в начале операции <span lang="en-US">Rolling Thunder</span> – непрерывных воздушных бомбардировках Северного Вьетнама.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">В середине 1966 года США пришли к выводу, что ни одна из этих стратегий не была эффективной. Наращивание группировки США совпало с ростом инфильтрации северовьетнамских сил на юг. Документы Пентагона отмечают, что: «…общая численность вылетов против Северного Вьетнама в рамках операции <span lang="en-US">Rolling Thunder</span> возросла с 55 тыс. в 1965 до 148 тыс. в 1966, общий тоннаж бомб – с 33 тыс. до 128 тыс., число потерь самолетов выросло с 171 до 318, а непосредственная стоимость операции выросла с $ 460 млн до 1,2 млрд.» Бомбардировок в 1966 году «…удачно выполнено не намного больше чем в 1965.» [11] По всей видимости, придя к выводу, что усилия США недостаточны как по степени так и по существу, американские военачальники посчитали, что США должны резко нарастить воздушную войну и мобилизовать дополнительные резервы личного состава. Они побуждали президента подумать о вторжении в Лаос, Камбоджу и даже Северный Вьетнам, чтобы принудить Ханой прекратить поддержку войны на Юге.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Министр Макнамара полагал, что подобное расширение войны может привести только к продолжению патовой ситуации, только на более высоком уровне. В 1966 году Роджер Фишер, профессор Гарвардской школы права, озабоченный контролем над вооружением, представил помощнику министра обороны Джону Макнафтону предложение, направленное на ослабление инфильтрации через Лаос по тропе Хо Ши Мина и через ДМЗ. Предложением Фишера было блокировать эти маршруты «с помощью высокотехнологичного барьера». [12] Фишер появился весьма вовремя: Макнафтон и Макнамара как раз выбирали наилучший способ ослабления инфильтрации. В апреле 1966 г. Макнамара перенаправил предложение подразделению Джейсона — группе, сформированной в 1959 году при Институте оборонного анализа, в которую входили около сорока пяти крупнейших академических ученых страны.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Предложение Фишера по сути дублировало технологическую концепцию, использованную при строительстве линии Мориса в Алжире. Она должна была опираться на существующие технологии в области мин, ям колючей проволоки и других элементов. Задачей, поставленной перед группой Джейсона, после уточнения Макнафтоном и Макнамарой, было разработать план обустройства барьера, оснащенного передовыми электронными устройствами. В июне 1966 года представители военных, ЦРУ, Белого дома и Госдепартамента встретились с членами группы на территории частной школы для девочек в Уэлсли, штат Массачусетс. Группа потратила большую часть лета на то, чтобы разработаь доклад по поставленной задаче и представить его лично министру Макнамаре 30 августа.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Группа согласилась с предыдущими исследованиями, которые отрицали эффективность операции <span lang="en-US">Rolling Thunder</span>, <span lang="ru-RU">отмечавшими</span>, что по состоянию на июль 1966 года американские бомбардировки Севера «не оказывают заметного эффекта на способность Ханоя оказывать поддержку военным операциям на Юге ...» Доклад Джейсона пошел еще дальше, утверждая, что расширенная воздушная кампания в будущем не заставит Ханой прекратить инфильтрацию на Юг, в настоящей или возросшей степени. Наконец, в докладе отмечалось, что существуют «доказательства того, что бомбардировки имеют результатом рост решимости ДРВ [Демократической Республики Вьетнам] продолжать войну до окончательной победы». <span lang="en-US">[13] </span>Предложение Джейсона по антиинфильтрационному барьеру состояло из двух компонентов:</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">1. противопехотный барьер, укомплектованных войсками, вдоль южной стороны ДМЗ от Южно-Китайского моря до Лаоса;</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">2. противотранспортный барьер, в первую очередь построенный на воздушных операциях над территорией Лаоса, для пресечения трафика на Тропе Хо Ши Мина.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Были некоторые особенности, общие для обоих барьеров, включая использование новых технологий — таких как дистанционные акустические и химические датчики; петарды, представляющие собой крошечные мины, предназначенные для произведения шума, когда на них наступают, тем самым подающие сигнал акустическим датчикам; а также гравийные мины — небольшие, покрытые тканью квадраты, предназначенные для поражения ног наступающих на них людей. Гравийные мины не обнаруживаются стандартными миноискателями, а пластиковые гранулы, вылетающие из них и попадающие в тело, невидимы для рентгеновских лучей.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Назначение датчиков состояло в том, чтобы облегчить обнаружение вражеских целей для американских самолетов. Эти датчики обнаружения целей должны были контролироваться с самолетов, которые передавали данные на центральный компьютер в Таиланде. Центральный компьютер должен был наводить авиационные удары на цели. Выбранные для этого боеприпасы — кассетные бомбы <span lang="en-US">BLU</span>-26<span lang="en-US">B</span> <span lang="en-US">Sadeye</span> — содержали однофунтовые бомбы количеством от 600 и более. После сбрасывания, корпус разрывался таким образом, чтобы разбросать бомбы на большой территории. При ударе о землю они взрывались, разбрасывая содержащиеся в корпусе стальные шарики.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Для обоих барьеров требовалось: 240 млн гравийных мин, 300 млн петард-пуговиц, 120 тыс. кассетных бомб <span lang="en-US">Sadeye</span>, 19,2 тыс. акустических сенсоров, 68 патрульных самолетов, и возможно 50 самолетов для разбрасывания мин. Ориентировочная общая стоимость этих компонентов составляла <span lang="en-US">$ 800 </span>млн в год. Группа Джейсона предупреждала, что будет необходимо развивать новые технологии, чтобы предвосхищать усиление изначальных возможностей врага по преодолению барьера, тем самым стоимость операции возрастала почти до $ 1 млрд в год. Прочие связанные расходы составляли $ 1,6 млрд на исследование и развитие и $ 600 млн на командный центр в Таиланде. [14] Этот командный центр должен был поддерживать прежде всего операции в Лаосе.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Высшее военное руководство США выказало мало энтузиазма по поводу этой концепции. Адмирал Грант Шарп, командующий силами США в Тихом Океане, полагал, что воздушный барьер будет неэффективен без наземных войск для его поддержки. Генерал Вестморленд соглашался с этой точкой зрения. 3-я амфибийная группировка морской пехоты, основное соединение Корпуса морской пехоты во Вьетнаме, была несогласна с концепцией барьера в принципе, предпочитая вместо этого использовать свои мощности в мобильных операциях. [15] Группа Джейсона рекомендовала дальнейшее исследование концепции барьера, но Макнамара одобрил реализацию их предложений без рекомендованных дополнительных исследований.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;"><strong>ПРОТИВОПЕХОТНЫЙ БАРЬЕР ВО ВЬЕТНАМЕ</strong></div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Военное командование США во Вьетнаме (КОВПВ) изменило первоначальное предложение Джейсона по противопехотному барьеру. План КОВПВ в его окончательном виде напоминал линейный барьер, более похожий на линию Мориса: состоящий из полосы очищенной земли 0,6 — 1 км в ширину, оснащенный колючей проволокой, минными полями, сенсорами и наблюдательными вышками, поддерживаемыми рядом опорных пунктов. За опорными пунктами должен был находиться ряд баз огневой поддержки, для корректирования огневых рубежей артиллерии. Эта часть системы должна была начинаться на побережье Северного Вьетнама к югу от ДМЗ и продолжаться на запад, через прибрежную равнину, на дистанцию около трехсот километров, до начала горной области. От этой точки до лаосской границы барьер должен был быть не столь всеобъемлющим: оптимальные пути инфильтрации должны были быть помечены и блокированы минными полями и перегорожены колючей проволокой. Артиллерийские базы, расположенные на вершинах холмов, должны были обеспечивать огневую поддержку, а также пункты развертывания сил быстрого реагирования для поиска и уничтожения просочившегося врага. <span lang="en-US">[16]</span></div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Самый северный военный округ Южного Вьетнама (Военный округ-1, или 1-й корпус) был зоной ответственности Корпуса морской пехоты. Подразделения морской пехоты и инженерно-строительные части флота начали строительство барьера летом 1967 года, даже до того как Макнамара публично объявил об этой концепции. Сразу после этого объявления барьер окрестили «линией Макнамары». [17] Окончательный план (оперативный план 11-67 3-й АГМП) делил строительство на две фазы. Первая фаза состояла в расширении полосы, монтаже линейной заградительной системы, расчистке земли и строительстве части опорных пунктов и базовых районов. Завершение первой фазы было намечено на ноябрь 1967. Вторая фаза, которая должна была начаться после сезона дождей, предполагала завершение последних опорных пунктов на западе и продолжение строительства заграждений. Датой завершения этой фазы был назначен июль 1968.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Линии Макнамары первоначально дали кодовое название: «Проект Девять». После частичного раскрытия информации по «Проекту Девять», КОВПВ переименовала план в <span lang="en-US">Dye Marker</span>. В своих попытках возвести <span lang="en-US">Dye Marker</span><span lang="ru-RU"> м</span>орпехи быстро столкнулись с трудностями. В сентябре 1967 г. Северный Вьетнам приступил к первой фазе своего «всеобщего наступления, всеобщего восстания» (пиком которого было Тетское наступление 1968 года). На территории 1-го корпуса первая фаза началась с массированных северовьетнамских атак на позиции морской пехоты вдоль ДМЗ. Помимо ответственности за строительство линии Макнамары, с морской пехоты не снималась обычная тактическая ответственность в этой области. Среда была неблагоприятна для строительства: «На каждом шагу морпехи, которые должны были пахать […] полосу, обстреливались стрелками Северного Вьетнама, как глиняные голуби в тире». <span lang="en-US">[18]</span></div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Генерал Вестморленд выражал недовольство работой морпехов по проекту барьера. Он пришел к выводу, что контроль качества на проекте неадекватен, что <span lang="en-US">Dye Marker</span> не получил приоритета, соизмеримого с его оперативным значением, и что проект требует как больше внимания со стороны командования морской пехоты так и лучшего управления. Морпехи получили приказ работать лучше. Чувства, которые они испытывали к <span lang="ru-RU">проекту</span>, остались неизменными. Один офицер морской пехоты в сердцах заявил следующее: «Послушать этих ублюдков, так ты должен строить зону до самой Индии, бросить на это весь Корпус морской пехоты и еще половину армии, чтобы ее охранять; и даже тогда они, наверное, найдут до чего докопаться». <span lang="en-US">[19]</span></div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Северные вьетнамцы оставались недружелюбными. Вторая фаза северовьетнамского «общего наступления — общего восстания» происходила во время праздника Тет 1968 года. В январе, когда линия Макнамары должна была заработать, стало ясно, что северные вьетнамцы массово присутствовали вокруг базы морской пехоты Кхешань, в северо-западном углу 1-го корпуса. 29 января председатель Объединенного комитета начальников штабов генерал Уилер подтвердил президенту Джонсону уверенность в планах Вестморленда по защите изолированной базы, пообещав письменно: «что морские пехотинцы будут иметь преимущество в Кхешани». [20] Эти обстоятельства вынуждали Вестморленда уделить Кхешани высший приоритет. Все датчики и сопутствующее оборудование, которые планировалось установить вдоль ДМЗ, вместо этого были переданы защитникам Кхешани. Сейсмические и акустические датчики были тут же разбросаны на вероятных подходах противника с самолетов 7-й воздушной армии. Почти сразу датчики начали показывать активность врага.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">В апреле, наконец, осада Кхешани закончилась. Датчики, развернутые там, очень хвалили. Полковник Дэвид Лоундс, командующий силами морской пехоты в Кхешани, говорил: «Я думаю, потери могли быть больше раза в два», — если бы не было датчиков. [21] Один из членов группы Джейсона, когда хвалил технологию датчиков, был менее скромен. Физик Кеннет Кейс из Калифорнийского университета Сан-Диего утверждал, что именно датчики показали, когда враг начал массированную атаку базы, позволив развернуть воздушную и артиллерийскую бомбардировку, которая уничтожила противника. «Вот как морские пехотинцы вышли из Кхешани», согласно Кейсу. <span lang="en-US">[22]</span></div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Возможно, датчики и спасли морпехов по Кхешанью, но Кхешань эффективно остановила дальнейшее строительство на линии Макнамары. Защитники Кхешани не встречали своего врага широким, линейным фронтом; скорее, они были им практически окружены. Бои показали, что сенсорная технология работала в 360-градусном применении. Не было никаких убедительных доказательств, что техника барьера будет работать в линейном применении, как предполагалось планом Макнамары. [23] Командиры, знакомые с успехом технологии датчиков в Кхешани, хотели применить концепцию в различных операциях по всему Южному Вьетнаму. Поскольку враг мог атаковать с любого направления, датчики обеспечивали безопасность, а также обнаружение целей для военных объектов на всех территориях страны. В отличие от скудной на растительность Северной Африки, география Индокитая делала невозможным перекрытие границы между государствами с помощью электронного барьера.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Весной 1968 г. журналисты отметили, что строительство антиинфильтрационного барьера заметно отстает от график,а и многие военные выражают сомнение, что он когда-либо будет завершен. Войска вдоль ДМЗ сообщали, что они не видят признаков какой-либо работы на линии в течение многих недель, и нет признаков того, что какие-то усилия предпринимаются для скорейшего завершения проекта. «Я где-то читал, что предполагалось, что мы имеем все виды колючей проволоки и электронных устройств на месте вдоль демилитаризованной зоны, – говорит капитан, который участвовал в некоторых военных операциях на этой территории. – Но этого тут просто нет. Если бы оно было, я бы это видел. А я этого не видел». <span lang="en-US">[24]</span></div> <div style="text-align: justify;"><span lang="en-US"> </span></div> <div style="text-align: justify;"><strong>ПРОТИВОТРАНСПОРТНЫЙ БАРЬЕР В ЛАОСЕ</strong></div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Тропа Хо Ши Мина использовалась Вьетминем как линия связи между севером и югом во время войны с французами. В 1959 году Северный Вьетнам сформировал Группу 599 для работы на тропе, как средстве обеспечения перевозок материальных ресурсов и живой силы из Северного Вьетнама в Южный, для нужд Национального фронта освобождения (НФО). Режим бесполетной зоны начал осуществляться в 1964 силами Королевских лаосских ВВС. 14 декабря 1965 г. ВВС США начали операцию <span lang="en-US">Barrel Roll —</span> боев<span lang="ru-RU">ую</span> разведку тропы снабжения.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">На самом деле тропа Хо Ши Мина была серией троп, дорог, в некоторых местах также водных путей. Эта линия доставки начиналась в Северном Вьетнаме и проникала в Лаос через различные горные перевалы. Она продолжалась на юг через территорию Лаоса и внедрялись в Южный Вьетнам в военных округах <span lang="ru-RU">1</span> и <span lang="ru-RU">2</span>. Другие ветви тропы продолжались на юг в Камбоджу, а затем внедрялись в Южный Вьетнам в военном округе <span lang="ru-RU">3</span>. Большая часть тропы шла по пересеченной местности, покрытой густыми джунглями.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Ранние попытки воздушного заграждения разрабатывались, чтобы преследовать врага и уменьшить или даже полностью остановить поток людей и материалов. До 1968 года война на Юге была прежде всего партизанским конфликтом. Пять шестых коммунистической армии Юга были сформированы подразделениями Национального фронта освобождения, которые обычно смешивались с гражданским населением. Вместе с подразделениями ВНА, они воевали в среднем один день из тридцати. Их потребность во внешних поставках составляла чуть более тридцати тонн в день, и никакие бомбардировки не могли помешать прибытию такого количества груза на юг. [25]</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">После 1968 природа боев во Вьетнаме изменилась. Национально-освободительная армия (НОА, вооруженные силы НФО) была истреблена в ходе «всеобщего наступления, всеобщего восстания» 1967 — 68 гг. и Тетского наступления 1968-го. Хотя она со временем пополнилась, она никогда не восстановила свою прежнюю мощь. Бремя войны все больше сдвигалось на подразделения ВНА. Ко времени Пасхального наступления 1972 года на долю ВНА приходилось 90 процентов коммунистических вооруженных сил на Юге. В военном отношении НОА была использована неэффективно. [26] Возросшие логистические потребности регулярных армейских частей означали значительное увеличение трафика на Тропе Хо Ши Мина.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">31 марта 1968 года президент Джонсон объявил, что авиация США больше не будет бомбить Северный Вьетнам, за исключением области непосредственно к северу от ДМЗ, где сосредоточение врага угрожает силам США и Южного Вьетнама. Избыток воздушных средств перенаправлялся с бомбардировки Северного Вьетнама на Южный Вьетнам и Тропу Хо Ши Мина в Лаосе. Среднее число ежедневных вылетов бомбардировщиков в Лаос возросло с 25 в 1965 до более чем 200 в 1969 году. <span lang="en-US">[27]</span></div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Линия Макнамары, в добавление к американской кампании воздушного заграждения в Лаосе, была продолжением существующей стратегии. Вкладом линии Макнамары было добавление новейших технологий к существующим усилиям, чтобы сделать их более эффективными. Воздушная составляющая системы барьера получила кодовое наименование <span lang="en-US">Muscle Shoals</span>, а связанные технологии окрестили <span lang="en-US">Igloo White</span>. Тропа стала полевой лабораторией для тестирования и совершенствования компонентов электронного поля боя.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;"><span lang="ru-RU">Грузопоток</span> на Тропе Хо Ши Мина преимущественно осуществлялся автомобильными караванами. [28] Этот поток можно было сократить как уничтожением транспортных средств, так и разрушением самой Тропы. Новый тип самолетов был разработан для уничтожения грузовиков. Такой самолет, так называемый «ганшип», мог быть экипировано приборами ночного видения, такими как телевизионные системы для низкого уровня освещенности и фронтальные ИК-детекторы. Нацеленные вперед по ходу самолета, эти устройства могли обнаруживать людей, костры, недавно остановленные машины, или окопы с солдатами. Еще один тип теплового датчика содержал электронно-лучевую трубку, которая обнаруживала электрическую систему зажигания, имеющуюся в автомобилях. Цели, обнаруженные этими приборами, размером от 40мм, могли быть уничтожены скорострельными пушками. Со скорострельностью до 6 тыс. выстрелов в минуту, ганшипы могли работать с высоты от 5 тыс. до 1 тыс. футов, вне досягаемости малокалиберного противовоздушного огня противника. [29] Ганшип, оборудованный датчиками и автоматической пушкой, был известен как <span lang="en-US">PAVE Spectre</span>. Более поздние модели имели дополнительные бронелисты — для защиты экипажа и увеличения времени полета <span lang="ru-RU">на боевой</span> высоте. ВВС заявляли, что один ганшип <span lang="en-US">PAVE Spectre</span> уничтожил 68 грузовиков за час. <span lang="en-US">[30]</span></div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Другое усовершенствование касалось методов доставки боеприпасов и состояло в автоматизации процесса сбрасывания. Бортовой компьютер выполнял баллистические вычисления для непосредственного захода самолета на цель, а также автоматического сброса боеприпаса в нужное время. Сами боеприпасы были модифицированы для увеличения точности. Бомбы с лазерным наведением были обычными бомбами, дооснащенными устройством лазерного наведения. Цель подсвечивалась лазерным лучом. Бомба следовала по лучу к цели; подвижное оперение бомбы выводило ее на цель. Такие бомбы могли сбрасываться с высоты 20 тыс. футов и при этом имели точность 80 процентов. [31] Другие «умные» бомбы наводились на цель по радио (<span lang="en-US">Bullpup</span>) или телевизионной камерой (W<span lang="en-US">alleye</span>).</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Когда усилия США по <span lang="ru-RU">блокированию</span> Тропы стали более интенсивными, враг ответил переносом большей части трафика на ночные часы. [32] США добились прогресса в точности навигации, чтобы наводить свои самолеты в <span lang="ru-RU">условиях плохой </span>видимости. Радиомаяки <span lang="en-US">Loran</span> указывали пилоту его позицию относительно известных, стационарных позиций на земле. Система наведения, известная как <span lang="en-US">PAVE</span> <span lang="en-US">Phantom</span>, была разработана, <span lang="ru-RU">чтобы</span> добиться возможности слепого бомбометания. <span lang="en-US">PAVE</span> <span lang="en-US">Phantom</span> была настолько автоматизирована, что пилот просто вводил полученные от <span lang="en-US">Loran </span>данные о позиции цели в компьютер, вместе с данными об оружии, которое нужно использовать. Компьютер выводи<span lang="ru-RU">л</span> самолет на цель и сбрасывал боеприпас в положенное время. Такие методы бомбометания не были достаточно точными для уничтожения отдельного грузовика, но были способны успешно атаковать группу стоящих машин. Также их можно было использовать для блокирования уязвимых точек тропы, вызывая камнепады на дорожном полотне. <span lang="en-US">[33]</span></div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">В дополнение к устройствам, которые обнаруживали цели с воздуха, были разработаны и установлены на тропе множество наземных датчиков. Эти датчики сбрасывались с самолетов и либо приземлялись на землю, либо повисали в листве. Датчики, которые противник находил и пытался оказать на них внешнее воздействие, должны были самоуничтожаться. Они работали от батарей и могли оставаться работоспособными в течение нескольких месяцев. Некоторые датчики обнаруживали движение или звук. Другие были чувствительны к металлическим объектам или химическим выделениям тел млекопитающих. Данные, собранные этими датчиками, передавались по радио на приемники, расположенные на наземных станциях или на борту находящихся в воздухе самолетов. От этих станций данные передавались на центральный пункт обработки, расположенный на военной базе Накхонпханом, Таиланд.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Этот Центр контроля за инфильтрацией (ЦКИ) был сердцем систему <span lang="en-US">Igloo White</span>. После того, как данные были отсортированы компьютером, они поступали специалистам по анализу целей, которые должны были передавать свои оценки ударной авиации и направлять ее на цели. Компьютеры ЦКИ содержали всестороннее и точное отображение Тропы Хо Ши Мина. Обычное время между обнаружением цели датчиком и сбросом боеприпаса с самолета было менее пяти минут, достижимый минимум составлял две минуты. [34] Считывая показания датчиков, компьютеры могли прогнозировать ожидаемый путь и скорость грузового каравана. Самолеты направлялись к определенной точке, и боеприпас автоматически сбрасывался во время, которое должно было совпасть с прибытием каравана в зону гибели. Такая система перекрытия действовала в любую погоду, и для нее не требовались сухопутные войска.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Проект <span lang="en-US">Igloo White</span> действовал с 1968 до конца 1972 г. Представители ВВС США указывали, что бомбардировки уничтожили большое число грузовиков: 5,5 тыс. в 1968, 6 тыс. в 1969, 12 тыс. в 1970 и 12 тыс. в 1971 — последнем полном году проведения операции. Официальные оценки предполагали, что каждый грузовик перевозил 10 тыс. фунтов военных грузов. В 1971 только 20 % грузов, начавших движение по тропе, достигли пункта назначения. Согласно репортеру <span lang="en-US">Agence</span> <span lang="en-US">France</span>, который видел эту сцену, физические разрушения в области Тропы были ужасны:</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">«По обе стороны дороги — кучи металлолома, куски самолетов, контейнеры от кассетных бомб, гильзы, 37-мм артиллерийские снаряды [ВНА], взорвавшиеся противопехотные мины … Когда приходит муссон, эта пыль превращается в грязь, и дороги делаются скользкими … ничто не живет в этой пыли, ни единого сверчка. В ней постоянно обитает только человек.» <span lang="en-US">[35]</span></div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Операция <span lang="en-US">Igloo White</span> начала сворачиваться в декабре 1972. Причиной были перспективы прекращения огня, казавшиеся многообещающими, а также высокая стоимость самой операции. Кроме того, в декабре 1971 года ВНА обстреляли Сайгон. Президент Никсон посчитал эту атаку нарушением соглашения 1968 года о прекращении бомбардировок. Ответом Никсона на это нарушение было возобновление бомбардировок Северного Вьетнама, операция <span lang="en-US">Deep Alpha</span>, наносящая удары по целям до 20-й параллели. Поскольку ВВС США сконцентрировались на<span lang="ru-RU">создании заграждения на стадии</span>, когда военные грузы были еще в Северном Вьетнаме, было меньше причин бомбить Лаос. Вражеский трафик на Тропе значительно сократился. [36] Последней бомбардировкой Тропы Хо Ши Мина стал удар <span lang="en-US">B</span>-52 в апреле 1973 года. <span lang="en-US">[37]</span></div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;"><strong>ЗАКЛЮЧЕНИЕ</strong></div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">К марту 1972 года практически все наземные силы США покинули Вьетнам. Оставалась только одна наземная наблюдательная станция в 1-м корпусе. Технология датчиков все еще держалась американцами в секрете и не была передана армии Южного Вьетнама. Бункер считывания показаний датчиков 155-й команды советников на военной базе в Куангчи, которая планировалась к выводу в мае, отслеживал передвижение противника в течение нескольких недель. 28 марта американские советники в южновьетнамских войсках начали получать многочисленные непрерывные сигналы в дневные часы, чего не случалось с момента вывода американцев. Два дня спустя армия Северного Вьетнама начала крупнейшее за всю войну наступление, вторгшись через ДМЗ тремя пехотными дивизиями, при поддержке танков и артиллерии. <span lang="en-US">[38] </span>Остатки линии Макнамары их остановить не могли.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Воздушные заградительные операции, выполняемые во взаимодействии с наземными силами, могут достичь больших тактических успехов. Самолеты, работающие независимо, способны нанести большой урон, но с небольшой боевой эффективностью. В начале 1944 года авиационные штабы союзников пытались использовать воздушное заграждение само по себе, чтобы перерезать поток немецких войск и грузов к линии Густава в Италии, вынудив немцев отступить. Без задействования сухопутных сил союзников скоро стало ясным, что эта операция успехом не увенчается.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">В ходе Корейской войны военно-воздушные силы заново прошли учебный материал о пределах возможностей воздушного заграждения. К 1951 году фронт в Корее стабилизировался. ВВС США начали массированную кампанию по воздушному заграждению, призванную перерезать пути поставок северокорейской армии, чтобы вынудить ее отступить. Корейские коммунисты всего лишь испытывали неудобство, но позиции продолжали держать. Воздушное заграждение без наземных маневров снова показало себя бесполезным после вторжения в Корею китайских войск. [39] Даже при том, что промежуток между Второй мировой войной и Вьетнамом был относительно коротким, штабисты американских ВВС показали себя неспособными применить этот опыт в Индокитае.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Противопехотный барьер вдоль ДМЗ никогда не строился по плану. Большая часть предполагаемого барьера была в зоне досягаемости вражеской артиллерии, расположенной сразу к северу от ДМЗ, и вся область была объектом постоянного зондажа ВНА. Американские вооруженные силы никогда не были достаточно настойчивы, чтобы адекватно возвести и укомплектовать людьми барьер, ведя в то же время боевые действия. Если бы барьер был построен в ранние годы вмешательства США в войну, сопротивление его возведению было бы гораздо меньше. Однако, пока северные вьетнамцы не увеличили интенсивность боевых действий до высокого уровня в середине 1960-х, понимание необходимости барьера было недостаточным для отдачи приказа о его строительстве.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">А если бы эффективный барьер был возведен, ВНА несомненно решили бы его обойти — опция, которая была недоступна для партизан ФНО, когда в Алжире действовали крупные соединения. Ясно, что солдаты коммунистов, которые были нужны в военных округах 2, 3 и 4, могли бы с большей легкостью обойти барьер с фланга по Тропе Хо Ши Мина, чем прорываться с боем через сотни и тысячи солдат США и АРВ, расположенных в военном округе 1 (ВО 1). Боевые действия, случавшиеся в ВО 1, обычно начинались коммунистами с целью связать силы американцев и южных вьетнамцев.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">В отличие от противопехотного барьера, противотранспортный барьер на территории Лаоса был точным исполнением плана Джейсона. Он был успешен в части уничтожения большого количества военных грузов. Несомненно, многие вражеские солдаты также были убиты; свыше одного миллиона тонн бомб было сброшено на Тропу США и их союзниками в течение 1965 – 1971 гг. [40] Но сеть Тропы была слишком обширной чтобы быть выведенной из строя любым количеством бомбардировок; со временем враг раскрыл, что протяженность Тропы превышала тринадцать тысяч километров. Коммунисты по большей части успешно контролировали интенсивность боев на протяжении Вьетнамской войны. Когда поставки были недостаточны для поддержания военной активности на высоком уровне, враг сворачивал операции <span lang="ru-RU">до тех пор</span>, пока материальных средств не становились достаточно. С<span lang="en-US"> 1966 </span>по<span lang="en-US"> 1961 </span>гг<span lang="en-US">. </span>Тропа была использована для инфильтрации 630 тыс. солдат, 100 тыс. тонн продовольствия, 400 тыс. единиц оружия и 50 тыс. тонн боеприпасов в Южный Вьетнам. [41] Чем больше США пытались перекрытьтранспортировку по Тропе, тем изощреннее она становилась. В первые дни большинство инфильтраций через Тропу осуществляли пешие носильщики, бредущие по узким тропам. К 1972 г. Тропа состояла из дорог с твердым покрытием, способных пропустить бронеавтомобиль, и нефтяного трубопровода. Директор ЦРУ Ричард Хелмс высказал следующий комментарий об эффективности американской заградительной программы в Лаосе:</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">«Смотрите: до бомбардировок они отправляли троих человек на юг, чтобы двое дошли. Сейчас<span lang="en-US"> </span>они<span lang="en-US"> </span>отправляют<span lang="en-US"> </span>пятерых<span lang="en-US">. </span>Мы<span lang="en-US"> </span>готовы<span lang="en-US"> </span>терять<span lang="en-US"> </span>самолеты<span lang="en-US"> – </span>они<span lang="en-US"> </span>готовы<span lang="en-US"> </span>платить<span lang="en-US"> </span>живой<span lang="en-US"> </span>силой<span lang="en-US">. </span>Так<span lang="en-US"> </span>что<span lang="en-US"> </span>нет<span lang="en-US"> </span>никакой<span lang="en-US"> </span>разницы<span lang="en-US">. </span><span lang="ru-RU">Трупов стало </span>больше<span lang="en-US">. </span>Но с точки зрения чистого результата нет никакой чертовой разницы.» <span lang="en-US">[42]</span></div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">В отличие от линии Макнамары во Вьетнаме, линия Мориса в Алжире была военным успехом. Армия националистов была эффективно изолирована от внешней поддержки. За первые три года боев АНО (военное крыло ФНО) потеряла свыше 30 тыс. убитыми и 13 тыс. пленными. «Это означало … АНО была почти уничтожена сразу.» [43] Франция была сильна в военном отношении в Алжире, но политически слаба дома. Как для французов так и для американцев продолжение войны вызывало уменьшение поддержки в стране их военных предприятий за рубежом. Обе нации испытывали неудовлетворенность тем, как их вооруженные силы ведут войну. Обе нации перенесли конституционные кризисы, связанные с продолжением боевых действий.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Франция в конце концов решила, что ее усилия по удержанию колониального статуса Алжира не стоят своей цены. Похожая эволюция обстоятельств не допустила и военного успеха США во Вьетнаме, несмотря на их подавляющее военное и технологическое превосходство.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;"> <div><strong>- Питер Браш</strong></div> <div><em> </em></div> <div><em>(Печатная версия статьи опубликована: «<span lang="en-US">Vietnam</span> <span lang="en-US">Magazine</span>», February, 1996, pp. 18-24.)</em></div> <div><em> </em></div> <div><em>***</em></div> </div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;"><strong>Примечания</strong></div> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">1. New York Times, September 8, 1967, 6, </span>и<span lang="en-US"> New York Times, September 9, 1967, 4.</span> </p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">2. </span>См<span lang="en-US">.: Arther Ferrill, "The Secod Oldest Profession," (MHQ: The Quarterly Journal of Military History, Vol. 3, No. 1, Autumn, 1990, pp. 24-29) </span>по<span lang="en-US"> </span>поводу<span lang="en-US"> </span>организации<span lang="en-US"> </span>боевых<span lang="en-US"> </span>действий<span lang="en-US"> </span>в<span lang="en-US"> </span>эпоху<span lang="en-US"> </span>неолита<span lang="en-US">. </span>Феррилл отмечает, что Иерихон, одно из старейших человеческих поселений, был обнесен оборонительными стенами до того, как стал общиной оседлых земледельцев.</p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">3. Joseph Buttinger, The Smaller Dragon (New York: Praeger, 1958), 168.</span></p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">4. John Prados and Ray W. Stubbe, Valley of Decision (Boston, MA: Houghton Mifflin, 1991), 141.</span></p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">5. John Talbott, The War Without a Name (New York: Alfred A. Knopf, 1980), 184. </span>Это<span lang="en-US"> </span>описание<span lang="en-US"> </span>линии<span lang="en-US"> </span>Мориса<span lang="en-US"> </span>взято<span lang="en-US"> </span>из<span lang="en-US"> </span>Тэлбота<span lang="en-US">, </span>а<span lang="en-US"> </span>также<span lang="en-US"> </span>из<span lang="en-US"> Alistar Horne, A Savage War of Peace (New York: Viking Press, 1977), 264-266.</span></p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">6. Prados, Valley of Decision, 10-11.</span></p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">7. </span>Там<span lang="en-US"> </span>же<span lang="en-US">, 11.</span></p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">8. General William Westmoreland, A Soldier Reports (New York: Doubleday, 1976), 147-148.</span> </p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">9. George C. Herring, America's Longest War (New York: Knopf, 1979), 128.</span></p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">10. Westmoreland, A Soldier Reports, 154 and 193.</span></p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">11. The Pentagon Papers (New York Times Edition) (New York: Bantam Books, 1971), 523.</span></p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">12. Ann Finkbeiner, "Jason: Can a Cold Warrior Find Work?" Science, 29 November 1991: 1285.</span></p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">13. Paul Dickson, The Electronic Battlefield (Bloomington: Indiana University Press, 1976), 24-25.</span></p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">14. </span>Описание<span lang="en-US"> </span>электронных<span lang="en-US"> </span>компонентов<span lang="en-US"> </span>барьера<span lang="en-US"> </span>во<span lang="en-US"> </span>Вьетнаме<span lang="en-US"> </span>см<span lang="en-US">.: Dickson, The Electronic Battlefield, 25-28; The Pentagon Papers, 507-509, </span>и<span lang="en-US"> Prados, Valley of Decision, 141-142.</span></p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">15. </span>О<span lang="en-US"> </span>дискуссии<span lang="en-US"> </span>с<span lang="en-US"> </span>военными<span lang="en-US"> </span>критиками<span lang="en-US"> </span>концепции<span lang="en-US"> </span>барьера<span lang="en-US"> </span>см<span lang="en-US">.: Major Gary L. Telfer, Lieutenant Colonel Lane Rogers, </span>и<span lang="en-US"> V. Keith Fleming, Jr., U.S. Marines in Vietnam, 1967 (Washington, D.C.: Headquarters and Museums Division, U.S. Marine Corps, 1984), 86-87.</span></p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">16. </span>Описание<span lang="en-US"> </span>обитаемых<span lang="en-US"> </span>позиций<span lang="en-US">, </span>которые<span lang="en-US"> </span>были<span lang="en-US"> </span>возведены<span lang="en-US"> </span>морской<span lang="en-US"> </span>пехотой<span lang="en-US"> </span>согласно<span lang="en-US"> </span>концепции<span lang="en-US"> </span>барьера<span lang="en-US"> </span>см<span lang="en-US">.: Otto J. Lehrack, No Shining Armor (Lawrence, Kansas: University Press of Kansas, 1992), 181-183.</span></p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">17. </span>Согласно<span lang="en-US"> U.S. News &amp; World Report (January 1, 1968, p. 24) </span>это<span lang="en-US"> </span>название<span lang="en-US"> </span>было<span lang="en-US"> </span>дано<span lang="en-US"> </span>барьеру<span lang="en-US"> </span>безымянными<span lang="en-US"> </span>солдатами<span lang="en-US"> </span>в<span lang="en-US"> </span>поле<span lang="en-US"> </span>в<span lang="en-US"> </span>тот<span lang="en-US"> </span>же<span lang="en-US"> </span>самый<span lang="en-US"> </span>день<span lang="en-US">, </span>когда<span lang="en-US"> </span>Макнамара<span lang="en-US"> </span>объявил<span lang="en-US">, </span>что<span lang="en-US"> </span>барьер<span lang="en-US"> </span>должен<span lang="en-US"> </span>быть<span lang="en-US"> </span>построен<span lang="en-US">.</span> </p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">18. William R. Corson, The Betrayal (New York: Norton, 1968), 78.</span></p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">19. Telfer, U.S. Marines in Vietnam, 1967, 94.</span></p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">20. Robert Pisor, The End of the Line (New York: Ballentine Books, 1982), 118.</span></p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">21</span>.<span lang="en-US"> United States Congress. Senate Armed Services Committee. Permanent Investigations Subcommittee. Hearings: Investigation into Electronic Battlefield Program. 91st Congress, 2nd Session (Washington, D.C.: Government Printing Office, 1971), 95. (</span>Отсюда<span lang="en-US"> </span>и<span lang="en-US"> </span>далее<span lang="en-US">: Electronic Battlefield Program Hearings).</span></p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">22. Finkbeiner, "Jason: Can a Cold Warrior Find Work?", 1286.</span></p> <p style="text-align: justify;">23. Примером нелинейного характера поля боя в Кхешани может быть размещение войск ВНА. Одна дивизия ВНА была расположена к северу и северо-западу от базы. Другая – к югу и юго-западу. Крупнейшая сухопутная атака на Кхешань была предпринята солдатами ВНА, которые обошли ДМЗ и атаковали с востока. См<span lang="en-US">.: Captain Moyers S. Shore, The Battle for Khe Sanh, (Washington, D.C.: History and Museums Division, Headquarters, U. S. Marine Corps, 1969), 29 </span>и<span lang="en-US"> 123-124.</span></p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">24. New York Times, March 25, 1968, p. 1.</span></p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">25. Mark Clodfelter, The Limits of Air Power (New York: The Free Press, 1989), 205.</span></p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">26. Douglas Pike, PAVN: People's Army of Vietnam, (New York: Da Capo Press, 1986), 49.</span></p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">27. Raphael Littauer and Norman Uphoff, eds., The Air War in Indochina, (Boston: Beacon Press, 1971), 70.</span></p> <p style="text-align: justify;">28. Большинство грузовиков, использовавшихся на Тропе, составляли советские ЗИЛ-157, трехосные полноприводные машины. Грузоподъемность составляла от 5<span lang="en-US"> </span>500 до 9<span lang="en-US"> </span>900 фунтов и скорость до 41 мили в час по лаосским дорогам. <span lang="en-US">Electronic Battlefield Program Hearings, 160.</span></p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">29. Aviation Week and Space Technology, May 10, 1971, 76.</span></p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">30. Dickson, The Electronic Battlefield, 86.</span> </p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">31. Aviation Week and Space Technology, June 22, 1970, 167.</span></p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">32. </span>Согласно<span lang="en-US"> </span>свидетельству<span lang="en-US"> </span>генерал<span lang="en-US">-</span>майора<span lang="en-US"> </span>Карлоса<span lang="en-US"> </span>Тэлбота<span lang="en-US"> (Carlos Talbott), </span>начальника<span lang="en-US"> </span>оперативного<span lang="en-US"> </span>управления<span lang="en-US"> </span>ВВС<span lang="en-US"> </span>США<span lang="en-US">, 98 % </span>перемещений<span lang="en-US"> </span>врага<span lang="en-US"> </span>по<span lang="en-US"> </span>Тропе<span lang="en-US"> </span>производилось<span lang="en-US"> </span>ночью<span lang="en-US">. Electronic Battlefield Program Hearings, 107</span></p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">33. New York Times, April 11, 1971, 4.</span></p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">34. Dickson, The Electronic Battlefield, 87.</span></p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">35. Quoted in Dickinson, The Electronic Battlefield, 90-91.</span> </p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">36. New York Times, October 23, 1972, 2.</span> </p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">37. Christopher Robbins, The Ravens, (New York: Crown Publishers, 1987), 326.</span></p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">38. Colonel G. H. Turley, The Easter Offensive (New York: Warner Books, 1985), 50-53.</span></p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">39. Robert R. Leonhard, The Art of Maneuver, (Novato, CA: Presidio, 1991), 161-162.</span></p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">40. Littauer, The Air War in Indochina, 281.</span></p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">41. Robbins, The Ravens, 289-290.</span></p> <p style="text-align: justify;"><span lang="en-US">42. </span>Там<span lang="en-US"> </span>же<span lang="en-US">.</span> </p> <div style="text-align: justify;"><span lang="en-US">43. Edgar O'Ballance, The Algerian Insurrection, 1954-1962, (Hamden, CT.: Archon Books, 1967), 92.</span></div> <div style="text-align: justify;"><span lang="en-US"> </span></div> <div style="text-align: justify;"><span lang="en-US">***</span></div> <div style="text-align: justify;"><span lang="en-US"> </span></div> <div style="text-align: justify;"><span lang="en-US">Оригинал - </span><a href="http://msuweb.montclair.edu/~furrg/pbmcnamara.html" rel="nofollow">http://msuweb.montclair.edu</a></div></div> <div class="element element-itemcategory first"> <a href="http://navoine.info/category/exclusive/">Эксклюзив</a> <a href="http://navoine.info/category/perevody.html">Переводы</a> <a href="http://navoine.info/category/army.html">Армия</a> <a href="http://navoine.info/category/vpk-hitech-guns.html">ВПК/Hi-Tech/Оружие</a> <a href="http://navoine.info/category/vietnam.html">Вьетнам</a></div> <div class="element element-itemcreated"> Понедельник, 15 Декабрь 2014</div> <div class="element element-textarea last"> <p><img src="https://img-fotki.yandex.ru/get/15568/20682809.3e0/0_c1ca8_1a6b8178_L.jpg" border="0" width="500" height="335" style="display: block; margin-left: auto; margin-right: auto;" /></p> <div style="text-align: justify;"><strong>- перевод Николая Шимкевича специально для Альманаха "Искусство Войны"</strong></div> <div style="text-align: justify;"><strong> </strong></div> <div style="text-align: justify;"><strong>ВВЕДЕНИЕ</strong></div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">7 сентября 1967 г. на пресс-конференции в Вашингтоне, округ Колумбия, министр обороны Соединенных Штатов объявил о планах строительства электронного антиинфильтрационного барьера к югу от демилитаризованной зоны (ДМЗ) — демаркационной линии между Северным и Южным Вьетнамом. Основной целью «линии Макнамары» было подать сигнал тревоги, когда враг будет пересекать границу. После этого, в целях предотвращения инфильтрации с севера, против Вьетнамской народной армии (ВНА, армия Северного Вьетнама) должна была быть пущена в ход огневая мощь союзников, в виде воздушных и артиллерийских ударов. [1] Линия Макнамары представляла собой попытку американских военных объединить современные технологии с одним из древнейших способов обороны в военном искусстве. США должны были понимать, что важны более чем передовые технологии, чтобы создать эффективный барьер.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;"><strong>ЭВОЛЮЦИЯ КОНЦЕПЦИИ БАРЬЕРА</strong></div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Организованная война старше, чем человеческая история,— искусственные барьеры для защиты появились даже раньше, чем культивация растений. [2] И Великая Китайская стена, и Адрианов вал в Британии были построены для того, чтобы минимизировать возможность вторжения северных варваров в более населенные области.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Аналогичным образом вьетнамцы использовали концепцию барьера в <span lang="en-US">XVII</span> веке, когда в 1620 году Северный и Южный Вьетнам начали раздельное политическое существование, которое продлилось 150 лет. На юге Нгуены построили в узких местах в центральном районе страны две огромные стены. В семи крупных кампаниях, иногда длящихся по нескольку лет, армии Чиней с севера ни разу не смогли прорвать эти барьеры.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Конфликты между Нгуенами и Чинями отчасти выглядели пророчески. Ведущими силами того времени были португальцы и голландцы. Голландцы пытались вытеснить своих европейских соперников из Юго-Восточной Азии, и их главнейшими конкурентами были португальцы. Голландцы поддерживали Чиней. Португальцы поддерживали Нгуенов, отправляя им из Португалии регулярные поставки современного оружия. Еще в 1615 г. португальцы построили литейный завод, чтобы Нгуены могли производить на месте тяжелые пушки. [3]<span lang="uk-UA"> </span>Эти события <span lang="en-US">XVII</span> века предвосхитили собой соперничество времен Холодной войны между США и Советским Союзом — состязание, ареной которого снова стал Вьетнам.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">Французы знали об успехе барьера Нгуенов во Вьетнаме. Во время Первой индокитайской войны генералы планировали реализацию идеи такого барьера в узкой части Вьетнама, чтобы отделить «гнилой» север от менее тяжело зараженной южной части своей колонии. [4] Но поражение, нанесенное французам вьетнамскими коммунистами при Дьенбьенфу, перевело проблемы Франции с ее непокорной колонией в разряд неактуальных. Победа Вьетминя на французами привела к подписанию женевских соглашений и к началу конца французского военного присутствия в Индокитае.</div> <div style="text-align: justify;"> </div> <div style="text-align: justify;">В 1954 г. Франция направила многих ветеранов Индокитая в Алжир, когда там разразилась гражданская война. В Алжире французы воевали со страстностью, которой не хватало в Индокитае. Алжир был домом для миллиона колонистов европейского происхождения, которые искали у Франции защиты, и Франция чувствовала моральное обязательство блюсти их интересы. Вдобавок, и