Альманах "Искусство войны" http://navoine.info Wed, 12 Dec 2018 03:09:42 +0400 Joomla! - Open Source Content Management ru-ru Новозеландский спецназ изнутри: как воспитать элитного солдата http://navoine.info/nzsas-slodier.html http://navoine.info/nzsas-slodier.html Азия/Океания Армия
Воскресенье, 07 Октябрь 2018

Их работа

Вот уже почти две недели они сидят в заснеженных горах Афганистана.

Холод пронизывает до костей, неуютно ужасно.

Негостеприимный пейзаж покрыт низкорослыми хвойными деревьями. Укрыться от зорких глаз, смотрящих снизу, получается большим с трудом.

Наблюдатели внимательно следят за крошечными фигурками, которые снуют вверх-вниз по каменным тропкам, связывающим долину Шахи Кот с Пакистаном. Вот четверо мужчин — на голове тюрбаны, двое явно вооружены, остальные двое возможно тоже. В журнал заносится время и направление движения.

На дворе февраль 2002. До одного из крупнейших боев с «Аль-Каидой» (террористическая организация, запрещена в России — прим. ред.) и Талибаном (организация, запрещенная в России — прим. ред.) остаются считанные дни.

Один из операторов небольшого отряда специальной авиадесантной службы Новой Зеландии сидит на теплоизоляционном мате — тонкой подушке, едва спасающей от холода. Подмораживает. На нем белоснежный камуфляж и бронежилет — и на склоне горы его почти незаметно. Рядом лежит 80-килограммовый груз — в нем все необходимое, чтобы продержаться 10 дней в одном из самых неприветливых мест в мире.

Он выслеживает фигуры внизу.

Кто они — афганцы? Или европеоиды, а значит, возможно, «Аль-Каида»? Что у них за оружие? Может, там пещеры, где они и прятались? И есть ли основания полагать, что из пещер есть вход в туннели?

Такой была операция «Анаконда» для трех патрулей из новозеландских десантников. План действий диктовался разведданными, которые они сами и собирали при помощи союзников.

Они наблюдали. Сообщили собранные координаты. И самолеты прибыли.

Когда упали бомбы, земля содрогнулась, и численность противника уменьшилась.

Такая у них работа. Для этого их и учат.

Внутренний отбор

Есть лишь один способ попасть в новозеландскую Специальная авиадесантная службу (САС).

Это тяжелые, изнурительные жернова, называемые «отбором». Каждый год приходят десятки заявок. А проходят лишь единицы.

Начиная с 2013 за четыре года на отбор попало 243 кандидата. Взяли лишь 31 из них. За десять дней соискателей проверяют на прочность — бывший капитан новозеландской армии и психолог десантных войск Алия Боджилова называет это «физическим, психологическим и социальным стрессом».

Во время проверки соискателям заглядывают в душу: чтобы пройти дальше, они обязаны проявить личную мотивацию и волю к победе.

Путь в авиадесант начинается с забега на время. Это лишь одно из испытаний, которые кандидатом предстоит пройти, преодолевая растущее напряжение.

Следующий этап: подтягивания, отжимания. Нарастающее физическое напряжение задумано, чтобы измотать кандидатов: сколько сил у них осталось в запасе, определит комиссия. За испытаниями бесстрастно наблюдают психологи, ветераны десанта и инструктора.

Боджилова: «С самого начала отбора соискателей никак не подбадривают и не стимулируют, ни положительным ни отрицательным образом. На них смотрят лишь бесстрастные лица, и мотивацию остается искать лишь внутри себя».

Полоса препятствий, заплыв в униформе. Но и это еще не все: приходится оттаскивать и грузить раненых и маршировать в полной выкладке (а это минимум 35 килограммов веса) со скоростью семь километров в час. По сути, это стандартный тест на физическую подготовку для солдат новозеландской армии, только интенсивность выше, стандарты круче, а времени меньше. 

FST баннер.png

Дни идут своим чередом, и соискатели отваливаются один за другим. Потребление пищи и сон ограничены, разум занят решением основных военных задач, а тело сгибается под тяжестью тяжелого рюкзака и винтовки. Испытания длятся день за днем и не прекращаются, даже если натрешь мозоли или подвернешь щиколотку.

Бывший сержант-майор Джон Маклауд по прозвищу «Конь» прошел отбор и отслужил в десанте 18 лет.

Служба эта не для всех, признает он. Он сиживал во многих комиссиях и видел, как люди «ломаются пачками».

«У некоторых парней аж слезы наворачиваются. Проще говоря, чего-то внутри им не хватает. И это вовсе не их вина. Одним дано, другим — нет», — рассуждает он.

Хотя базовые навыки, безусловно, важны, равно как и выносливость и отменное здоровье, по мнению Маклауда, отбор не пройти без одного, главного качества.

«Уверен, это твердость характера и полная отдача», — считает он.

К середине отбора половина желающих уже отсеялась.

В последние дни проводится так называемое испытание фон Темпского. Свое название оно получило по имени Густавуса Фердинанда фон Темпского и его отряда, ставшего ответом колониального правительства на партизанские вылазки маори.

Кандидаты проводят на марше свыше 20 часов, пробираются через болота и карабкаются на песчаные дюны, таща на себе 20-килограммовые бочки с бензином. Их по одной на каждого соискателя плюс одна запасная, которую приходится волочь по очереди.

Боджилова говорит, что отбор ставит перед кандидатами вопрос — а так ли им это надо?

«Большинство из них на собеседовании говорит, что всегда были неугомонными непоседами, которых окружающая обстановка либо не увлекала, либо казалась слишком простой», — объясняет она.

По ее словам, отобравшиеся признают, что десант идеально подходит их устремлениям и убеждениям.

«Чаще всего, поступающие к нам говорят, что хотели бы приносить пользу» — Маклауд вспоминает последние испытания, включая 60-километровый марш-бросок, разбитый на три участка.

«Делать нечего, стиснул зубы и пошел дальше. Хочется спать, хочется есть, все на зубах, из последних сил. Последние семь дней ты вкалывал на пределе».

«Я видел, как ребята шатаются, падают и последние пять-десять метров до финиша добираются ползком».

«С другой стороны, есть и такие, кому дается легко».

Как все начиналось

Спустя десять лет после окончания Второй мировой войны начался набор в войска специального назначения.

Их цель была укрепить положение Великобритании в Малайзии.

Рон Кросби (Ron Crosby) в книге «Новозеландский САС: первые 50 лет» (NZSAS: The First Fifty Years) отмечает: это был один из первых случаев, когда руководство страны осознало, что даже небольшой вклад спецназа может иметь для союзников стратегическое значение, значительно превышающее затраты.

Подразделение было создано по поручению премьер-министра Сидней Холланда под командованием майора Франка Ренни, командира Пехотной школы в Вайуру. Обучение сосредоточилось на ориентировке на местности, патрулировании джунглей и невооруженной борьбе с применением специальных навыков.

Подразделение было развернуто и хорошо себя зарекомендовало против коммунистического мятежа в Малайе, развив навыки патрулирования и слежки, которые высоко ценятся и сегодня.

После Малайи 1950-х годов новозеландский авиадесант был направлен в 1965 году на остров Борнео, где вместе с британским спецназом проводил диверсионные рейды в Индонезию. На смену Борнео в 1969-71 годах пришел Вьетнам. Там новозеландский авиадесант отточил свои навыки выслеживания, разведки и ближнего боя.

Будущее подразделения казалось шатким до тех пор, пока не возникла потребность в национальной контртеррористической силе в результате роста международного терроризма в 1970-х годах, включая взрыв на встрече глав правительств стран Содружества в Сиднее в 1978 году.

На том заседании присутствовал сэр Роберт Малдун (премьер-министр Новой Зеландии в 1975-1984 гг., прим. перев.). Благодаря его участию, вкупе с давлением со стороны руководства авиадесантом по военным каналам, подразделение взвалило на себя «грязную» контртеррористическую работу.

Малдун и десантники тесно сблизились. Кросби вспоминает, как однажды Малдун уселся в темном учебном помещении вместе с бывшем командиром Грэем Шэттки, изображая заложников.

Вдруг раздался оглушительный взрыв и повалили клубы дыма, из которых вырывались десантники с оружием наперевес.

Малдун признался Шэттки, что впечатлен. «Полагаю, иной раз вы тренируетесь с боевыми патронами», — поинтересовался он, не теряя самообладания.

Высокопоставленные военные побледнели, когда Шэттки указал на пулевые отверстия. «Это и были боевые, господин премьер-министр», — сообщил он.

Маклауд вспоминает, как однажды вместе с товарищами по оружию побывал в «Улье» (одно из зданий парламентского комплекса в Веллингтоне, прим. перев.). Они разглядывали офис Малдуна и решили устроиться поудобнее.

«Я помню, как я уселся в его кресло в парламенте. Ноги задрал на стол, вокруг стоят мои парни.

Вдруг заходит он сам и говорит: „Привет, ребята, ну как вам?". Тут он закрывает дверь, и только теперь мы увидели на ее тыльной стороне фотографию премьера с членами нашего подразделения.

„Вот вы и в сборе, моя банда, — говорит Малдун и смеется, — Ну как, вам удобно?"».

Начало подготовки

Пройдя отбор, будущим десантникам предстоит девятимесячный цикл тренировок.

«Тренировка построена по принципу „ползком, пешком, бегом", — рассказывает сержант-майор Стивен. — Бойцы начинают с самого начала, обучаются азам, учат основные принципы всякого задания, и только потом переходят на более высокий уровень».

Маклауд: «Если кто-то воображает, что и так крутой и считает себя пупом земли, это выбьет из них дурь. Если ты не выполняешь нормативы на тренировке — счастливо оставаться».

Основные навыки включают в себя первую медицинскую помощь, подрывные работы, войну в джунглях, стрельбу, медицинскую подготовку, ориентирование на местности, обращением с оружием и ряд других умений.

Десантники отрабатывают навыки атаки и что делать, если попал в засаду. Разработаны модели поведения на все случаи жизни. Их надо заучить, чтобы действовать на уровне инстинктов.

Солдаты учатся строить наблюдательные пункты, чтобы сохранять незаметность, приобретают навыки камуфляжа и слежки. Ключевой частью тренировки является война в джунглях, хотя в настоящие джунгли новозеландский десант не попадал со времен Тимора, а это было уже поколение назад.

Учения длятся сутки или по несколько дней, а то и по нескольку недель.

Маклауд вспоминает, как он вел тренировки, когда замерзшим солдатам приходилось просиживать в горных кустах ночи напролет в засаде с противопехотными минами.

На рассвете мины «срабатывают», патруль «просыпается» и начинается бой.

В более продолжительных учениях участвуют вертолеты, самолеты и корабли, чьи маневры по территории страны расписаны заранее.

Офицер авиадесанта Крис считает, что у прошедших отбор «отменная мотивация и прекрасная инициатива». Они не только «дисциплинированно исполняют приказы», но и «думают собственной головой», полагает он.

Это редкий набор качеств — по мнению Криса, им обладает лишь 5% людей.

Преподаватель стратегии в Университете Мэсси доктор Рис Болл, пристально изучавший авиадесант, пишет, что основные требования включают в себя готовность к «изнурительным маршам с отягощением за определенное время». Ну и, конечно, придется прыгать с парашютом. «Если вы не сможете выпрыгнуть из самолета, вас прокатят», — объясняет он.

Существуют специальные тренировки по отработке побега и способов, как избегнуть плена. Они описаны в книге «Солдат номер пять», кульминацией которой является сцена допроса. Автор книги, бывший десантник, вспоминал собственный опыт — как его, солдата британского патруля «Браво два-ноль», взяли, завязали глаза, кинули под покровом зимней ночи в грузовик и выбросили где-то в районе лагеря Вайуру.

Еще солдат снабжают приблизительной картой и дают задание встретиться с нужным человеком в заданных координатах. Всю следующую неделю им придется питаться подножным кормом, перемещаясь от одного агента к другому. При этом искать их будут специальные отряды с вертолетами — на глаза им лучше не попадаться.

На одной из встреч солдату предлагается наудачу запустить руку в сумку с едой. В ней пара ломтиков хлеба, две-три картофелины и кусок сырой требухи.

Оканчивается тренировка неизбежной поимкой и допросом с пристрастием. Если пойманный раскроет что-либо помимо имени, звания, личного номера и даты рождения, обучение на этом заканчивается.

Пленнику связывают глаза и подвергают целому арсеналу методов — их наверняка применит на допросе противник в условиях недостатка времени.

Выучившись всему, что от них требуется на данном уровне, солдаты «завершают цикл», получают пояс и кортик и становятся полноценными десантниками.

Современный десант

В последние годы боеспособность и изобретательности новозеландских десантников прошла проверку Афганистаном.

Новая Зеландия отправила свое подразделение в Афганистан в знак солидарности с США после терактов 11 сентября — это был важный дипломатический жест.

В конце 2001 года в Кандагар были направлены примерно 40 десантников и 20 человек вспомогательного персонала. Они оказались стране, разрываемой конфликтами, стране, где царила анархия.

Найти свою роль было непросто, особенно после того, как пешие патрули, выброшенные зимой на высокогорье, были обнаружены уже после первых двух заданий. Десантников срочно сняли с позиций вертолетами под прикрытием пары истребителей-бомбардировщиков, прилетевших с американских авианосцев.

Напротив того, операция «Анаконда» в марте 2002 стала большим успехом для десанта. В книге Кросби рассказывается, как три патруля были отправлены на разведку обходных маршрутов в Пакистан перед решающей кампанией против Талибана и «Аль-Каиды».

Никем не замеченные, они следили за перемещениями в районе границы, и вместе с представителями спецназа из других стран внесли свой вклад в точность авианалетов на отступающие силы противника.

В ряде заданий десантникам отводилась роль «сил быстрого реагирования». В одном случае они едва не стали участниками катастрофы, прикрывая два отряда американских «морских котиков»: им было поручено уничтожить два лагеря, где якобы хозяйничали талибы.

Никакой поддержки в общем-то не потребовалось: «котики» благополучно уничтожили почти всех, и лишь потом выяснилось, что их «противники» были силами нового правительства.

Новозеландские десантники приняли участие в ряде похожих заданий по добыче разведданных. Ли Невилл, автор руководства для спецназа в Афганистане, привел слова одного американского солдата: «Мы немного работали с новозеландским спецназом. Про них говорили, что в операциях непосредственного столкновения они ребята суровые. Я тоже служил в спецназе, мы и сами не сопли жуем, но до „киви" (прозвище новозеландцев, прим. перев.) нам далеко».

FST баннер.png

Десантники участвовали в боях в жилых кварталах и пещерах, в горах и в зоне городской застройки. В неразберихе, напоминающей Дикий Запад — а именно такая царила тогда в Афганистане — поводок был короткий, и ряд миссий требовал одобрения «Улья».

Один канадский профессор, встречавшийся с десантниками, утверждал, что однажды был получен приказ выдворить некий «особо ценный объект» в Пакистан. По неподтвержденной информации, за успешное выполнение задания новозеландский десант удостоился президентской благодарности от Джорджа Буша-младшего.

К середине 2002 года чрезвычайные происшествия и упор коалиции на воздушные силы вынудили десантников сменить тактику. Они получили «Хаммеры», перепрофилированные для работы в пустыне, установили на них тяжелое вооружение, дополнили его ракетами дальнего действия и приступили к патрулированию.

Работая в сотнях километров от базы, они собирали подробные разведданные на местах — фотографии, карты, личности местных лидеров, признаки наличия «Талибана».

Майор Шолто Стивенс, служивший в десанте с начала по середину 2000-х, заявил в интервью Институту боевых разработок в Канзасе, что в приоритете стояло «добывание информации», а не «массовое уничтожение противника» или «захват целей особой важности во время каждой миссии».

«Они поняли, что конфликт предстоит долгий, и что возвращаться в Афганистан придется еще не раз. Так они осознали всю важность данных об инфраструктуре, населении и этнокультурной составляющей — в дополнение к данным, касающимся непосредственно противника».

Во время одного из таких заданий капрал Вилли Апиата получил орден — крест Виктории.

В 2009 году новозеландский десант снова оказался в Афганистане. На сей раз для обучения афганских войск реагирования в Кабуле. Эта миссия стоила жизни младшему капралу Леону Смиту (33) и капралу Дугу Гранту (41).

В это же время авиадесант осуществил операцию «Бёрнэм». По данным самих десантников, в ее ходе были уничтожены девятеро повстанцев, хотя другие источники сообщали о жертвах среди мирного населения и военных преступлениях. Государственное расследование продолжается.

Авиадесант считается одним из трех стратегических военных ресурсов Новой Зеландии. Ресурс относится к стратегическим, если может оказаться решающим и принести победу не только в отдельно взятом бою, но и в целой войне.

Для сравнения, два других стратегических ресурса — фрегаты «Те Каха» и «Те Мана» общей стоимостью примерно в 500 миллиардов долларов, а также шесть разведывательных самолетов P-3K2 «Орион» общей стоимостью почти в 292 миллиона долларов.

В авиадесант берут строго мужчин. Считанные женщины пытались туда пробиться — и одной это почти удалось. Командование специальными операциями планирует создание женского подразделения и отдельного женского командования, аналогичного тем, что весьма пригодились странам коалиции в Афганистане, где общение между полами затруднено в силу культурных и религиозных причин.

Средний возраст новозеландского десантника — в районе 35 лет. По словам Стивена, получается мешанина из ребят, «побывавших в бою и знающих, каково это на линии фронта», и молодых солдат, «молодчиков, которые пришли попробовать свои силы и зарекомендовать себя с лучшей стороны».

«Таким образом, можно сказать, что ветераны каким-то образом сглаживают напряженность событий для новичков», — объясняет он.

Авиадесант вырос в размерах и приобрел вес, став официальным подразделением Вооруженных сил Новой Зеландии. Всего он насчитывает шесть эскадронов — часть из которых занимается заданиями за океаном. Кроме того, есть диверсионно-разведывательная группа, выполняющаяся «грязную работу» в борьбе с терроризмом, и команда подрывников — они помогают полиции и обучены обращаться с биологическими, химическими и радиационными угрозами. Если учесть вспомогательный персонал и бойцов на обучении, общая численность авиадесанта — в районе 500 человек.

Волчья стая

Некоторые десантники получают узкую специализацию в зависимости от окружения, в котором приходится работать.

Рис Болл объясняет, что специалистами становятся по четыре отряда в каждом в двух боевых эскадронах.

Горно-стрелковые отряды учатся альпинизму высокого уровня, операциям на высоте и осваивают сопряженные умения. Парашютный отряд осваивает парашют и другие формы переброски по воздуху. Мобильный отряд специализируется на всех видах автотранспортных средств, от мотоциклов до бронетранспортеров «Супакат» (Supacat). Морской отряд тренируется нырять с аквалангом, а также проводить операции на катерах, гребных лодках, каноэ, подводных лодках и всем, что плавает на воде и под водой.

Обучение солдата выживанию в горах занимает примерно восемь недель. Еще три недели уходит на то, чтобы закрепить полученные навыки.

Наряду со специализацией, десантники получают дополнительные знания по части коммуникаций, подрывных работ, медицинской помощи, патрулирования и слежки.

«Все, что мы делаем, вполне достижимо, иначе бы нас самих здесь не было. Да, это сложно, но, как сказал один из моих наставников: „если будет легко, то и браться за дело не стоит"», — говорит Крис, командующий офицер.

Если базовая тренировка учит тому, как, например, собрать взрывное устройство, то углубленное обучение: как подготовить заряд к определенной задаче — например, взорвать радиовышку или что-то в этом роде, объясняет Маклауд.

«Тренировки жесткие. Очень жесткие. И понимаешь это лишь когда немного продержишься.

Усталость замечаешь, лишь когда идешь в отпуск. День на шестой или седьмой ты вдруг расслабляешься, вроде как отпускаешь поводья.

А после десяти дней отпуска замечаешь по-настоящему. Ты сам того не понимая работал с высокой интенсивностью. А все потому, что тебя вывели на этот уровень».

Огневая подготовка идет непрерывно. Маклауд отводит ей центральное место в учебном процессе. «Начинаем с холостых… затем переключаемся на боевые, чтобы ребята привыкли к тому, как мимо свистят пули».

Происходит имитация ближнего боя: на тренировках «парни стоят перед тобой, а ты стреляешь мимо». «Быстрота реакции нарастает сама собой, до уровня автоматизма».

Интенсивность тренировок растет, солдаты достигают «высокого уровня подготовки», а это означает, что они уже готовы к быстрому развертыванию, говорит Стивен.

Тренировки настолько тяжелые, что на них умерло вдвое больше людей, чем потеряно в бою. За 63 года существования авиадесанта во время тренировок погибли девять человек и лишь четверо — на поле боя.

Последним во время тренировки лишился жизни сержант Уэйн Тейлор, он погиб у берегов полуострова Коромандель. Разбирательство несчастного случая еще не окончено. Расследование причин его гибели продолжается.

Их имена выбиты на военном мемориале в штабе авиадесанта в Папакуре наряду с погибшими во время исполнения долга.

Погибшие лишились жизни в экстремальных условиях. Один соскользнул с горного хребта, другого растоптал слон в Зимбабве.

По словам Болла, это лишь подчеркивает высочайший уровень подготовки спецназа и ее важность.

«Если посмотреть на несчастные случаи на тренировке новозеландских десантников, да или любых других подразделений спецназа по всему миру, полагаю, нельзя не понять и не оценить их усилий.

В новозеландском авиадесанте часто можно услышать присказку: „тяжело в учении — легко в бою". Это отражает подход, когда дело приходится иметь с серьезными вещами».

Cложные ситуации в реальном мире требуют интенсивной подготовки.

Болл: «чтобы достичь этого стандарта, авиадесант и силы специальных операций используют методы обучения, которые включают в себя элемент риска».

«Мы говорим о тренировке с открытым огнем, работе с боевой амуницией, прыжках с парашютом, плавании, скалолазании, промышленном альпинизме, выпрыгивании из самолета, спуску по канату и подобных вещах.

Подготовка направлена на то, чтобы снизить потенциальные риски до приемлемого уровня. Все эти вещи делаются для того, чтобы дать понять, каково придется на настоящем задании, когда вас бросят в горячую точку».

По словам Болла, реальный опыт и тренировки неразрывно связаны: «часто бывает так, что инструктаж ведут люди, которые испытали то, о чем говорят, на своей шкуре и знают не понаслышке».

Часть тренировок сопряжена с неудобствами и по-своему даже экстремальна. «Приходится иметь дело с непредвиденными обстоятельствами, — рассказывает Стивен. — Так что тренировки направлены скорее на то, чтобы научить нас принимать решения в условиях стресса».

Боджилова объясняет: идея в том, чтобы довести подготовку до олимпийского уровня, когда экстремальное для других становится нормой для тебя.

Каждый солдат должен научиться «выкладываться по максимуму в условиях полного дискомфорта» — при изнеможении, без сна и достаточного количества еды, без социальной поддержки, без достаточного количества информации, когда обо всех этих вещах только мечтаешь, но принимаешь правильные решения даже без них.

Крис объясняет: главное — моральная готовность и психическое здоровье.

«Полагаю, правильной аналогией будет стая волков против лошади. Я имею в виду, что лошадь готовят к отдельному забегу, подводя ее к лучшим результатам именно в этот конкретный день.

Стае волков же приходится охотиться вместе, чтобы добиться результата. И они должны быть готовы к удару в любой момент».

Внутри звена

Они проносятся как поток, единым отрядом, где едва ли различимы отдельные люди.

В звене их шестеро. На них зеленые комбинезоны, бронежилеты и разгрузка, куда влезают запасные магазины, пластиковые наручники и светошумовые гранаты.

У одних на ногах ботинки, у других — кроссовки для большей эффективности.

Есть инструменты для выбивания дверей, а на бедрах прицеплены автоматические пистолеты — сейчас век уличных боев, а, значит, винтовка может не понадобиться вовсе.

Каждый знает свое место: кто ведущий, кто прикрывает, кто прорывается влево и вправо и кто замыкает.

Раздаются выстрелы. Вместо громких щелчков глухое буханье — у всех стоят глушители. Патроны боевые, потому что смысл тренировки в том, чтобы приучить себя к тому, что смерть свистит мимо ушей.

Под глухую дробь боевых патронов они зачищают комнаты, отыскивая цель.

Звено бежит по коридору, равнение в цепочку. К стенам приближаться нельзя: их лижут пули. Если ведущего вдруг застрелит противник, остальные останутся невредимы.

«Дверь справа», — бросает один. Двое заглядывают в комнату с криком: «Руки за голову!»

Внутри заложник в поясе, начиненном взрывчаткой. Провода ведут к взрывателю в руке у манекена. «Красная цепь!» — это кодовый сигнал, что у заложника бомба.

«Все чисто». Один побегает к манекену поближе: «Как ваше имя? Зовут вас как?».

Другой переступает через порог, но его одергивают. Если бомба взорвется, лишаться двоих солдат глупо.

Манекен с бомбой пристально изучают. Смертельный риск — это часть службы, поэтому тренировка не вызывает вопросов.

Две минуты, два этажа, ряд целей «уничтожены», комнаты зачищены, найден один заложник.

«Давайте вниз, ребята».

Перезарядить оружие. Посмотреть видеозапись. Найти ошибки. Представить себе безупречную работу. Попробовать еще раз.

Заглянуть в душу

Десантники даже думают по-другому.

Маклауд: «Надо всегда стремиться найти лучшее решение, каким бы оно ни было. Надо мыслить нешаблонно».

Когда у тебя есть цель, представляй себя на ее месте. «Что он будет делать дальше? А как бы я поступил, окажись я на его месте? Куда бы я двинулся? Как мне застать его врасплох? Вот, чего мы пытаемся добиться. Он пытается убить тебя, а ты — его».

Если речь идет о слежке, подумай, где лучше расположить наблюдательный пункт. «Будь я на месте противника, я бы сказал: здесь. Поэтому ты идешь и ставишь, где надо. Надо стараться перехитрить противника, надо действовать внезапно.

«Мысли нешаблонно. Другого выбора нет, иначе погибнешь.

Вот вы штурмуете здание, представили? Нормальные люди заходят через дверь, так? А почему бы не с крыши или сквозь пол? Так же можно? Так в чем же дело?

Здесь на вышке сидит чувак с гранатометом и снайперской винтовкой, снимает наших одного за другим. Как его самого убрать? Есть два способа. Либо ты шлешь старину Элвиса, чтобы он перебежал дорогу своим зигзагом, и тогда снайпер высунет башку и переключится на него. Тогда его можно будет преспокойно убрать.

А если по-другому? С другой стороны улицы подкатит пожарная машина. Он обязательно начнет вертеть головой — мол, что там еще стряслось? На рев сирены он стопудово обернется, гарантирую. А там уже наши люди готовы действовать».

В подразделении приветствуются свежие решения. Оно славится своим демократизмом: выступить с предложением может даже зеленая молодежь.

В обсуждении плана участвуют все, расхваливая или разругивая его на все лады.

«В конце концов, главное — чтобы задание было выполнено. Это главная и единственная цель. Ей следуют все, от командира до рядового».

Боджилова говорит, что тренировка оттачивает врожденные способности, которые могут потребоваться в условиях изоляции. Ключевой навык — решение проблем: «недостаточно руководствоваться тем, что есть, надо постоянно думать о будущих возможностях в каждый отдельно взятый момент».

«А еще — любопытство. Ты не просто решаешь задачу, собирая паззл, но и думаешь: каких именно кусочков не хватает. Что связывает эти события, хотя никакой связи между ними вроде бы нет?»

Так получается солдат не только внутренне стойкий, но и гибкий умом, говорит Крис. Может показаться, что это взаимоисключающие качества, но в действительности они хорошо друг друга дополняют.

«Они уверены в свои силах и знают, что могут попасть в неизвестные условия и все равно добиться положительного результата.

Это умение справляться со стрессом так, чтобы, когда тебя окружают, превосходят силами или запугивают, острота и ясность мысли не только не притуплялась, но и росла».

Столкнувшись с той или иной задачей в рамках миссии, приходится не только вырабатывать непосредственное ее решение, но и смотреть, как оно повлияет на дальнейшее развитие конфликта с точки зрения участия в нем Новой Зеландии.

Божилова считает, что солдатам необходимо иметь «прочный нравственный стержень», учитывая ту «степень двусмысленности, в которой приходится работать». Авиадесант действует в отдаленных местах, далеко от командной цепи, где ситуация быстро меняется, а всякое решение может повлечь за собой далеко идущие последствия. Нравственная основа подкрепляется правилами взаимодействия и международным законодательством на случай конфликтов — авиадесант может работать в тени, но обязан соблюдать те же рамки, что и остальные вооруженные силы Новой Зеландии.

«Отобравшиеся в подразделение словно возвращаются домой. Они попадают туда, где им и таким как они самое место. Там то, что они могут дать, совпадает с тем, чего от них требуется. А их способности соответствуют запросам мест, в которой приходится работать».

В своем стремлении приносить пользу они нашли место, где их потенциальный вклад соотносится с исключительными требованиями ситуации.

Это место, где те, кто рискует, тот побеждает.

Источник/Оригинал

FST баннер.png

]]>
Sun, 07 Oct 2018 21:17:42 +0400
Военная база Форт Леонард Вуд и 3-D печать на войне http://navoine.info/lwood-3d.html http://navoine.info/lwood-3d.html Северная Америка Армия ВПК/Hi-Tech/Оружие
Вторник, 08 Май 2018

На военном полигоне Форт Леонард Вуд в штате Миссури в США прошли очередные испытания новых технологий, которые могут быть применены на поле боя в ближайшем будущем.

В Леонард Вуд расположен «Учебный Центр войск боевого обеспечения армии США», где регулярно тестируют те или иные приспособления. Основой Центра является Инженерная школа армии США, среди главных задач которой как раз выделяется разработка тактико-технических требований к оборудованию, технике и экипировке в армии.

На полигонах к прототипам технологических новшеств получают доступ именно те военные, которые скорее всего и будут непосредственно использовать все придуманное на поле боя, то есть у них появляется шанс высказать все свои пожелания и замечания разработчикам еще на ранней стадии. По словам руководства Центра, это позволяет на 40% сократить время от появления концепции и до внедрения технологии в войска, не говоря уже об экономии средств.

На недавних учениях журналистам были представлены строительные 3D-принтеры, дроны с датчиками определения химического заражения и лазерные сканеры, которые создают трехмерные карты театра военных действий.

Инженерные войска показали свою машину, которая называется «Автоматическое возведение экспедиционных конструкций». Агрегат размером с приусадебный сарай может в автоматическом режиме из бетона построить казарму для двадцати солдат за 22 часа. Более простой бункер принтер может построить и за пару часов.

FST баннер.png

В планах – модернизация существующей модели, чтобы она работала в суровых погодных условиях, чтобы ее можно было легко перевозить в «горячие точки» и, что самое интересное, чтобы машина могла использовать грязь под ногами для производства кирпичей, а не требовала поставок сотен мешков цемента для работы.

Агрегат разрабатывали более трех лет и впервые продемонстрировали его работу еще в августе прошлого года. Данный военный принтер должен наполовину сократить расход строительных материалов, избавить армию от неудобных поставок фанерных и прочих емких конструкций и на 62% сократить затраты труда на возведение полу-временных зданий. Машина также в ходе «печати» зданий обеспечивает горизонтальное и вертикальное армирование бетонной укладки.

В Форт Леонард Вуд принтер тестируют уже три недели. Впервые работы ведутся под открытым небом, включая холодные дождливые периоды. Также впервые использовался не специальный лабораторный цемент, а тот, который был под рукой в гарнизоне. И, наконец, конструкции возводились не на идеальной ровной поверхности, чего требуют почти все гражданские аналоги строительных принтеров, а на неровной почве, покрытой гравием.

Помимо казарм принтер способен возводить барьеры, преграды, заграждения, самые простые бетонные дорожные блоки и прочие конструкции по желанию военных инженеров на местах.

Проект ведется с участием НАСА, которое заинтересовано в последующем применении данной технологии в космосе, особенно когда речь идет об использовании сухих материалов. Также военные создали партнерство с компанией Caterpillar, которая должна поспособствовать выводу принтера на коммерческие гражданские рынки, включая «печать» зданий в зонах природных бедствий.

Второе новшество – это дрон, оснащенный датчиками химического заражения. Беспилотники должны в теории лететь перед солдатами и предоставлять командирам информацию, насколько опасна для жизни и здоровья военнослужащих оперативная экологическая обстановка. В армии США эту технологию называют C-SIRP, что означает «интеграция химических, биологических, радиологических и радиационных датчиков на роботизированной платформе».

Под обычными квадрокоптерами крепится прибор размером с консервную банку, который использует лидар-технологию (LIDAR,  технология получения и обработки информации об удалённых объектах с помощью активных оптических систем, использующих явления поглощения и рассеяния света в оптически прозрачных средах). Данная технология уже давно применяется для изучения загрязнения атмосферы.

На полигоне в Форт Леонард Вуд был рассеян дым, который засекли датчики дронов. Беспилотники смогли следовать за движением дыма, идентифицировать неназванные химикаты в воздухе и передать видеоизображение происходящего операторам на расстоянии в три километра.

Дроны были представлены как государственными разработчиками, так и компанией InstantEy, которая в свою очередь является подразделением другой фирмы – Physical Sciences). Работы над машиной велись еще с 2015 года. Особую трудность вызывала компактность и вес «консервной банки», в которой должны были уместиться все датчики. С химическими датчиками это сработало, а с биологическими – нет. Биологическая «банка» оказалась слишком тяжелой для дронов. Пока такие датчики устанавливают на наземные роботизированные системы, но в ближайшее время американские разработчики надеются определять с помощью дронов и биологические угрозы.

И, наконец, в Форт Леонард Вуд представили систему сканирования «ФАРО» (FARO). Лазерный сканер стоит 60 тысяч долларов и в состоянии делать 800 тысяч трехмерных измерений в секунду. ФБР и полиция Нью-Йорка использует подобную систему на месте преступлений, что позволяет создать трехмерную модель обстановки со всеми ключевыми дистанциями и расстояниями между объектами за сорок минут, вместо того чтобы часами делать замеры вручную. Сканер определит расположение пятен крови, отпечатки подошв и поможет вычислить траекторию пуль.

В военной среде ранее данный прибор пока еще не использовался, но разработчики считают, что их система может применяться для создания трехмерных электронных карт театра военных действий, а также для прокладывания маршрутов следования конвоев.

По данным военных, система может быть размещена на роботизированных платформах или движущейся технике и выводить трехмерные образы даже на скорости в 55 миль в час (88 километров в час) и в полной темноте.

Проблема пока заключается в том, что лазерное сканирование происходит по окружению только в прямой видимости. Полиции на месте преступлений приходится время от времени менять местоположение сканера и затем «сшивать» изображения с разных точек обзора, чтобы создать всю трехмерную картину. Это все равно быстрее и качественнее, чем делать все ручками. В военной же среде тем не менее может и не быть такой роскоши, как спокойно снимать сканы местности с разных углов, но, с другой стороны, сканеры могут быть установлены на целый ряд движущихся машин (от дронов до наземных роботов), которые в совокупности дадут детальную картину поля боя.

В марте этого года капитализации компании FARO превысила 1 млрд долларов, на протяжении своей истории компания входила в рейтинги журнала «Форбс», как самая быстрорастущая компания и как одна из лучших малых компаний США. В последние годы почти во всех местах, где в Штатах произошли громкие террористические акты, для трехмерного сканирования и анализа преступлений полицией и ФБР использовались сканеры именно FARO. Новые военные контракты в области оперативного картографирования имеют все шансы значительно увеличить стоимость компании и дать армии новые возможности оценки обстановки.

Илья Плеханов

FST баннер.png

]]>
Tue, 08 May 2018 13:57:03 +0400
Какой будет будущая армия США http://navoine.info/usarmy-future-22.html http://navoine.info/usarmy-future-22.html Северная Америка Армия ВПК/Hi-Tech/Оружие
Вторник, 08 Май 2018

Американский генерал-майор в отставке Роберт Скейлс (Robert Scales) на днях написал большой материал о том, как в США подходят к прогнозированию ведения войны в будущем. Скейлс – интересная личность. Генерал Скейлс тридцать лет прослужил в армии США и завершил свою службу на посту начальника Военного колледжа армии США. В период с 1995 по 1997 гг. он играл ключевую роль в проекте «Армия после следующей», задачей которого было представить подлинно футуристическое видение армии США в будущем.  Проект, правда, закрыли в 2008 году.

На данную тему генерал еще в 2003 году опубликовал книгу «Желтый дым», где писал, что американские наземные вооруженные силы будущего – это сверхмобильные легкие подразделения, наделенные большой огневой мощью воздушной поддержки, которые молниеносно передвигаясь и черпая информацию из военного интернета и датчиков беспилотных машин, смогут побеждать неповоротливые и более многочисленные силы противника. Залог успеха – скорость и информированность обо всем, что происходит на поле боя. Скейлс видел армию будущего в виде автономных самодостаточных бригад численностью в 5 тысяч человек, которые бы перебрасывались по воздуху. При этом внутри бригад ротация персонала должна происходить на минимальной основе – люди в подразделениях должны служить бок о бок годами и становиться настоящими «братьями по оружию».

FST баннер.png

В рамках проекта «Армия после следующей» прогнозировался горизонт событий до 2025 года. Сегодня Скейлс оценивает, что ему удалось предсказать, что нет, и что будет дальше, например, в 2045 году. Один из уроков, который вынес генерал из своего опыта прогнозирования, что существует большое искушение поддаваться увещеванию технократов, что новые технологии радикально и быстро изменят способы ведения войны, но на деле пока получается так, что противник поражает не новыми технологиями, а умением творчески использовать уже существующие.

Тем не менее, в марте этого года в Сенате США предложили создать Комиссию национальной безопасности по вопросам искусственного интеллекта. Бюджет комиссии на 2019 году составит 10 млн долларов. Члены комиссии будут следить за тем, чтобы США оставались глобальными лидерами в сфере искусственного интеллекта, машинного обучения, квантовых вычислений. Другое направление деятельности – это оценка рисков для безопасности США, которые вытекают из развития военного искусственного интеллекта и его внедрения в вооруженные силы в Китае и России.

ВВС США на днях также опубликовали свои пожелания по бюджету на 2019 год и заодно пролили свет на то, каким они видят свой воздушный флот бомбардировщиков. В середине 2020-х в строй будет введен бомбардировщик B-21 Raider, а самолеты B-52, B-2 и B-1B пройдут масштабную модернизацию. Количество существующих бомбардировщиков должно быть увеличено со 157 машин до 175. К слову, в 1993 году у ВВС США было 290 бомбардировщиков. Американские генералы не устают повторять, что необходимо наращивать численность этих самолетов.

Основные технологические тренды в создании воздушного флота будущего – это применение искусственного интеллекта в сборе и анализе информации, внедрение спайки пилотируемых и беспилотных машин, использование автономных боеприпасов дальнего радиуса действия.

В совокупности и в теории все это должно позволить бомбардировщикам ВВС США наносить результативные удары издалека по вероятным противникам в лице России и Китая, которые обладают технологически развитыми системами противовоздушной обороны. В ВВС США также озабочены материальным обеспечением флота бомбардировщиков и отмечают, что необходима хорошо работающая логистика, которая бы бесперебойно обеспечивала наличие топлива, запасных частей и боеприпасов даже в ходе масштабных военных действий.

Впрочем, особый акцент делается на данных, компьютерных процессорах и искусственном интеллекте. Философия ВВС США будущего – это доминирование в наличии разведывательной информации, оперативной информации и ее анализе, что должно дать и боевой результат применения бомбардировщиков. Несмотря на то, что вскоре B-2 будут выведены из состава ВВС, даже на оставшееся время они будут переоснащены новыми процессорами, которые «в тысячи раз быстрее» тех, что работают на этих машинах сегодня. Компьютерная начинка также должна позволить самолетам лучше определять местоположение радаров противника и прокладывать оптимальный путь между ними. B-2 также будут вооружены крылатыми ракетами, способными нести ядерные боеголовки.

Что касается бомбардировщиков B-52, то срок использования 76 оставшихся в строю машин продлен до 2050 года. Самолеты будут модернизированы так, что смогут нести больше бомб во внутреннем отсеке. B-52 получат новую авионику, средства связи, навигационные приборы и средства подавления сигнала радаров противника.

На 2019 год Пентагон запросил на 3,447 больше дронов, чем в 2018 году. Бюджет на закупку беспилотников планируется увеличить на 27%. Речь, безусловно, не идет только об ударных дронах, но и как о разведывательных беспилотниках, включая морские и подводные, так и о средствах борьбы с дронами противника. Военные хотят потратить на эти нужды 9,39 млрд долларов, из которых более одного миллиарда уйдет на системы и боеприпасы для поражения дронов врага.

В 2013 году совокупный бюджет Пентагона на беспилотники был в два раза меньше. Эксперты отмечают небывалый спрос Пентагона на эти машины. При этом не ожидается резкого увеличения закупки крупных ударных дронов – акцент будет сделан на приобретении большего числа малоразмерных и дешевых беспилотников. Ожидается, что Пентагон пучит как минимум две тысячи только одних новых квадрокоптеров. Около 40 млн долларов будет выделено на экспериментальное подразделение в армии, которое будет тестировать использование наземных беспилотных систем. 2019 год также станет первым годом, когда военно-морские силы США потратят больше денег на дроны, чем военно-воздушные.

Оборонно-промышленный комплекс США пытается угнаться за спросом Пентагона, готов удовлетворить нужды ВМС США и предлагает новые модели.  Моряки хотят видеть беспилотники, которые могли бы дольше находиться в море в автономном режиме, брать больше полезного веса и оперировать в тяжелых погодных условиях. Большой интерес проявляется к машинам, способным находить морские мины и искать подводные лодки противника.

На недавно прошедшей военно-технической выставке в США компанией «Гидроид» был представлен подводный беспилотник «Ремус M3V» длиной менее одного метра. Этот «малыш», внешне напоминающий небольшую торпеду, может развивать скорость до 10 узлов и нырять на глубину в 300 метров. Дрон стоит недорого и предназначен для ведения разведки под водой. Другая компания представила дрон, который призван сканировать дно и следовать впереди кораблей ВМС США, передавая им информацию о рельефе и препятствиях. Еще одна новинка – это подводная зарядная станция для дронов. Станция может быть сброшена с корабля или вертолета в море на глубину до 3 тысяч метров. Подводные дроны будут способны заряжаться в ходе своих миссий без всплытия на поверхность.

Техника техникой, но в армии США также задумались о том, чтобы увеличить срок базовой первичной десятинедельной подготовки солдат – курса молодого бойца. Руководство сухопутных сил считает, что пришло время обращаться с солдатами не как с инструментами ведения войны, а как с профессиональными атлетами и принять на вооружение для всей армии опыт подготовки войск специального назначения. С февраля этого года в Форт Джексоне в Южной Каролине в тестовом режиме начали внедрять нововведения. Особый упор будет сделан не только на физической подготовке, но и на дисциплине. По мнению американских генералов дисциплина в нынешней армии США хромает, солдаты слишком часто подвергают сомнению приказы вышестоящих по званию, не выполняют инструкции и проявляют панибратские отношения с офицерским составом. Также руководство армии недовольно тем, что солдаты не умеют вызывать подмогу по рации, не могут эффективно использовать мушку на оружии и не знают историю вооруженных сил США, но в итоге солдаты на курсах первичной подготовки пока будут больше маршировать на плацу и устраивать больше состязаний между подразделениями.

Илья Плеханов

FST баннер.png

]]>
Tue, 08 May 2018 13:51:34 +0400
Это конец американскому подходу к ведению войны http://navoine.info/end-of-uswaywar.html http://navoine.info/end-of-uswaywar.html Северная Америка Армия
Вторник, 08 Май 2018

Заместитель помощника министра обороны США по вопросам стратегии и развития вооруженных сил Элбридж Колби (Elbridge Colby) заявил, что американская модель ведения войны находится под угрозой и больше не гарантирует победу. США десятилетиями полагались на свою развитую индустриальную базу, огневую мощь и господство на море и в воздухе. Теперь, по мнению высокопоставленного представителя Пентагона, этому всему приходит конец, так как последние два десятилетия Россия и Китай работали над модернизацией своих вооруженных сил и быстрее американцев внедряли передовые технологии, такие как искусственный интеллект и гиперзвуковое оружие.

А всего три года назад, в 2015 году, Эш Картер (Ash Carter), который был тогда министром обороны США, публично хвалился, что армия США – это самая сильная военная сила в истории человечества, «лучший стартап в истории», который победил фашизм, победил в Холодной войне, помог создать интернет, GPS, реактивный двигатель и полеты в космос. Впрочем, Картер предупреждал, что Россия и Китай постараются уменьшить технологическое отставание, но все равно никогда не смогут сравниться с «силой и изобретательностью американского духа».

Уже в 2017 году, правда, следующий за Картером и нынешний министр обороны США Джеймс Мэттис (James Mattis) резко сменил риторику и сказал, что не стоит полагаться на то, что Бог гарантирует победу США, потому что противники Америки прилагают все усилия, чтобы лишить США конкурентного преимущества, что они пытаются подорвать превосходство США во всех областях, и что это дает совокупный эффект, который ощущается всеми в современном мире.

FST баннер.png

Мэттис заявил, что несмотря на все технологические новшества в военном деле, милитаризацию космоса, кибероперации, системы ПВО и ПРО, самолеты пятого поколения и так далее, США все равно должны содержать дорогостоящие конвенциональные вооруженные силы, потому что если их не будет, то кто-нибудь решит, что можно уничтожить США.

Нынешнее же выступление Элбриджа Колби, которое так сильно противоречит словам Картера, соотносится со знаменитой работой Рассела Уигли (Russell Weigley) «Американское видение войны»/«Война по-американски» (The American Way of War), которую он опубликовал в 1973 году, и которая по сей день активно цитируется в зарубежной военной среде и влияет на умы стратегов. Но уже тогда Уигли в своем труде более 40 лет назад писал, что после опыта в Индокитае сама идея того, что США могут в любой точке планеты утверждать свою волю путем взвешенного контролируемого и точечного насилия, вызывает сомнения. Об Уигли часто стали вспоминать после того, как стало ясно, что США никак не удается закончить на своих условиях войну в Ираке и Афганистане.

Колби уверен, что сегодня русские и китайцы пытаются разрушить «теорию/стратегию победы» США, поэтому американцы должны брать инициативу в свои руки и противостоять теориям своих вероятных противников. Стратегия победы США будет заключаться в сочетании новейших технологий, обучения людей и выработки военной доктрины.

Проблему с американским превосходством американский стратег видит в том, что все делается слишком долго, что Кремниевая долина и хайтек-компании не хотят работать с забюрократизированным Пентагоном и поэтому технологии медленно внедряются в вооруженные силы.

Любопытно, что действия России военно-политические аналитики в свою очередь сравнивают с тактикой маркетологов в стартапах Кремниевой долины. Суть заключается в поддерживании бесконечного цикла инноваций, когда беспрерывные эксперименты ограниченного масштаба позволяют анализировать, отметать гипотезы и в итоге выстраивать эффективно действующие меры. Россия, по мнению зарубежных экспертов, на деле занимается такими экспериментами на мировой арене и поэтому быстро адаптируется к новым условиям и развивает свои военные возможности.

Колби, кстати, является также и одним из архитекторов новой Национальной оборонной стратегии США, где Россия и Китай открыто названы основными соперниками Вашингтона и «долгосрочными стратегическими конкурентами». Предполагается, что с Россией американцы сойдутся в борьбе на земле и в воздухе, а с Китаем основные сражение будут носить морской характер. Космос и киберпространство станут ареной войны как с русскими, так и с китайцами, и скорее всего, американцы уже вряд ли когда-нибудь будут безраздельно господствовать в этих областях.

В одном из своих аналитических докладов еще пару лет назад заместитель помощника министра обороны США предупреждал своих коллег: «Действительно, многие наблюдатели отмечают, что эти потенциальные противники (Россия и Китай) рассматривают американскую космическую архитектуру как “Ахиллесову пяту” военной мощи США, в свете глубинной зависимости Америки от космических систем и уязвимости структуры военных спутников…космос становится еще одной сферой ведения боевых действий наравне с другими — воздухом, морем, сушей и областью распространения электромагнитных волн — в которой Соединенным Штатам придется конкурировать и бороться за возможность доступа и эксплуатации этой территории, вернее, обеспечить безопасное и неоспоримое прохождение через нее и ее использование».

Сегодня же Колби требует от военно-промышленного комплекса предложений по применению новых прорывных технологий, которые бы не были заоблачной фантастикой, а могли бы поступить на вооружение в ближайшее время для непосредственного использования в боевых действиях. Самолеты F-35 и авианосцы класса «Форд» в долгосрочной перспективе обещают стабильность и безопасность, это – хорошо для США, но, как говорит Колби, «неважно, если мы сильны в глобальном контексте, если мы завтра проиграем в Европе или на Тихом океане».

Еще одно поле соперничество – это среда коммуникаций. Генерал Питер Галлахер, который ранее занимал должность директора департамента командования, управления, коммуникаций и компьютерных систем в Центральном командовании США, сегодня возглавляет недавно созданную в армии США «кросс-функциональную команду» (одну из восьми), которая занимается сетевой коммуникацией. По сути, Галлахер должен придумать, как противостоять русским и китайским хакерам, обеспечивать связь на поле боя, избегать «глушения» сигналов, управлять войсками без системы GPS и так далее.

Галлахер, как и Колби, понимает, что теперь война с равным противником будет вестись по-другому, и чтобы выжить в такой войне, надо менять подход к связи.

Вместо видеопотоков на мониторах будут отрывочные короткие сообщения, на электронных картах будут абстрактные иконки, все радиосообщения будут вестись прерывисто, чтобы источник сигнала не засек враг, информация больше не будет идти напрямую на спутники на геостационарных орбитах, а будет в зашифрованном виде и по частям передаваться дронам, спутникам на низких орбитах, перебрасываться сотнями разных путей между наземными антеннами, чтобы противник не мог их заблокировать все сразу, иерархия и система связи будет постоянно перестраиваться с помощью искусственного интеллекта, который будет автоматически адаптироваться к помехам, взломам и глушению, переключать частоты и так далее, чтобы поддерживать сигнал. DARPA в своих футуристических проектах работает на «новыми формами волн», которые трудно засечь.

Предполагается, что в своих целях американскими военными будут активно использоваться гражданские системы и инфраструктура связи. В планах – использование квантовых компьютеров и одновременно навигацию по звездному небу, запуск большего множества военных миниатюрных спутников связи и создание в атмосфере «слоя» из беспилотников и дирижаблей, которые будут выступать в качестве ретрансляторов сигнала.

Для навигации техника сможет общаться с другой техникой на коротком расстоянии и с помощью мощных сигналов, которые будет трудно заглушить, и так по цепочке в итоге танки, например, смогут выяснять свое местоположение. На земле будет установлена своя сеть трансляторов, которая будет дублировать или заменять спутниковую связь.

Примерно так сегодня видят будущую радиоэлектронную войну с Россией и Китаем американские генералы, больше не уповающие на тотальное огневое превосходство и господство в воздухе.

Илья Плеханов

FST баннер.png

]]>
Tue, 08 May 2018 12:35:59 +0400
Новая задумка Пентагона: шесть бригад военных инструкторов http://navoine.info/sfab.html http://navoine.info/sfab.html Северная Америка Армия
Пятница, 29 Сентябрь 2017

Еще летом прошлого года в Пентагоне объявили о планах по созданию в рядах вооруженных сил шести новых бригад поддержки сил безопасности (SFAB, Security Force Assistance Brigades), которые в качестве военных советников и инструкторов по всему миру осуществляли бы поддержку силовых структур той или иной страны. Создание новой структуры находится под пристальным вниманием Начальника штаба армии США генерала Марка Милли. 

Весной начали собирать первую бригаду 1SFAB «Легион», а 16 августа стало ее официальным «днем рождения». Бригада дислоцируется на базе Форт-Беннинг, командует ей полковник Скотт Джексон. В бригаде будут нести службу 529 военнослужащих, из которых 360 — это офицеры. Военнослужащие бригады (кроме 360 офицеров) получают бонус к зарплате размером в 5 тысяч долларов в год. Подразделение формируется на добровольной основе. 

Пока большая проблема с комплектацией состоит в том, что военнослужащие не понимают, как служба в SFAB скажется на их карьерном росте в рядах вооруженных сил. Ранее отрыв от прямых обязанностей на выполнение миссий по обучению зарубежных солдат воспринимался как упущенное время для восхождения по карьерной лестнице в рядах вооруженных сил. Армейское руководство обещало рассмотреть эту проблему. 

Уже 30 ноября бригада 1SFAB «Легион» должна быть полностью готова к выполнению своих миссий за рубежом, а летом этого года были выделены деньги на создание второй подобной бригады. 

Для выполнения зарубежных миссий американцам зачастую приходилось на ходу создавать разношерстные «транзитные» команды инструкторов, отрывая солдат от своих подразделений. Ad hoc подход во многом привел к тому, что иракская армия оказалась совершенно не готова защитить саму себя в 2014 году.

Мысли о целых бригадах советников сформировались к 2016 году, когда подразделения 10-й горной дивизии армии США занимались обучением иракской армии в ходе подготовки к штурму Мосула. Освобождение Мосула стало доказательством того, что США при постоянном непрерывном усилии способны натренировать местные силы до боеспособного уровня.

Деятельность американских военнослужащих в качестве инструкторов была расценена как успех, но у Пентагона вызвало беспокойство то, что они теряют свои ключевые навыки и боеспособность, отводя все свое время на инструктаж иностранных солдат. После продолжительного отрыва от своих прямых обязанностей военнослужащим США приходится нагонять упущенное в своей собственной подготовке. 

То же самое происходит и с другими американскими частями, которые работают с местными вооруженными силами, например, в Афганистане, на Ближнем Востоке и в Африке.

Другая причина создание отдельных бригад — это то раздробление, когда часть военнослужащих несет службу дома в США, а часть, обычно и самая опытная, — находится в Ираке или Афганистане, выполняя инструкторскую миссию. Все это влияет на слаженность подразделения и его боеспособность. Так родилась идея о создании совершенно отдельных воинских частей военных инструкторов. 

Данное решение, в принципе, логично и отражает меняющиеся условия в мире. Американцы хотят все меньше воевать сами, предпочитая, чтобы это делали местные силы. Опыт в Ираке они планируют применять уже в глобальном масштабе. Спрос на военных инструкторов растет. Это остановится целой огромной индустрией и такой «аутсорсинг» будет поставлен на поток. В теории каждому региональному командованию США (например, AFRICOM, EUCOM и т. д.) будет придано по бригаде SFAB. 

В случае обострения ситуации в той или иной стране Пентагону не надо будет сразу идти и решать самостоятельно с нуля все проблемы. Подготовленные SFAB местные вооруженные силы должны принять первый удар на себя и самостоятельно разрешить ситуацию. Если все же понадобится более массированная помощь США, то на основе SFAB с численностью в 500 человек будет оперативно наращена полноценная бригада в 4000 военнослужащих. 

Обучение военнослужащих бригад SFAB будет проходить в течение 6-8 недель, в том числе и с упором на обучении иностранным языкам (около 200 человек будут проходить языковые интенсивные курсы в течение 4 месяцев) и на знакомстве с иностранными образцами оружия. 

Также до военнослужащих SFAB будет доноситься важность понимания местных обычаев, культуры, традиций, политических нюансов. Офицерам расскажут и о необходимости налаживать личные контакты. 360 офицеров бригады в итоге получат статус военных советников.

Командир первой SFAB, полковник Скотт Джексон, прослужил в армии 27 лет и выступал в роли военного советника для губернатора одной из провинций Ирака, уверен, что создание SFAB станет важнейшим элементом вооруженных сил США, и что он и его коллеги не просто служат, но пишут сегодня историю страны и зарубежных операций. 

Тем не менее, решение Пентагона о новых бригадах вызвало много споров в военной среде, особенно среди представителей сил специального назначения, так как многие не понимали, какие функции будут возложены на новые подразделения. 

До последнего времени силы специального назначения за рубежом как раз тратили массу своего времени именно на инструктаж и обучение местных силовых структур, понимание ситуации на местах, погружение в реалии и налаживание неформального общения, а не только на хирургические удары и операции. Многие опасаются, что новые SFAB будут либо дублировать некоторые функции спецназа, либо попросту заменят его. 

Более того, уже ясно, что обучение новых военных советников будет проходить с привлечением все тех же сил специального назначения, которые уже работают в своих регионах. Это станет для них дополнительной нагрузкой. 

Также вызывает большой вопрос, смогут ли в столь кратчайшие сроки обучены 500 человек для роли военных советников. Как показывает практика, обучить грамотного спецназовца для таких задач занимает годы, а не недели. Дискуссии о роли и эффективности SFAB не утихают по сей день. 

Тем не менее, различия будут, так как SFAB призваны создавать не просто отдельные местные боеспособные подразделения, но и косвенно работать над возникновением всей военной структуры и системы у своих партнеров. Армейские подразделения будут работать с армией партнера. Спецназ же не призван создавать целые иностранные армии. В лучшем случае, как это происходит сейчас в Ираке и Афганистане, он может эффективно обучать себе подобные элитные подразделения. 

К 2022-2024 году ожидается окончательное завершение формирования 5-6 бригад, готовых вылететь в ту страну, куда их пошлет Пентагон.

]]>
Fri, 29 Sep 2017 11:55:13 +0400
Милитаризация Польши и новая база НАТО http://navoine.info/poland-milit.html http://navoine.info/poland-milit.html Европа Армия
Вторник, 29 Август 2017

На прошлой неделе состоялся визит главы НАТО Йенса Столтенберга. Генсек альянса встретился с президентом Польши Анджеем Дудой, премьер-министром Беатой Шидло, министром иностранных дел Польши Витольдом Ващиковским и другими высокопоставленными политиками страны, а также посетил расположение батальона НАТО в Оржише на северо-востоке Польши в 60 км от границы с Калининградской областью.

Столтенберг в ходе своего визита назвал Польшу «центром тяжести для всего того, что мы делаем в плане сдерживания на европейском континенте» и похвалил поляков за то, что Польша — одна из тех немногих стран альянса, что тратят много денег на оборону в соответствии с критериями НАТО (2% от ВВП), и также участвует в войне в Афганистане и Ираке. Именно Польша сегодня становится главным партнером и аванпостом НАТО у границ России и активно вооружается. 

Батальон НАТО и ракеты у границ России 

Первые солдаты США появились в Оржише, куда приехал Столтенберг, еще в апреле этого года. Польша в принципе лоббировала размещение контингента НАТО у себя в стране еще после присоединения Крыма к России в 2014 году и в итоге добилась своего. Всего на базе сегодня дислоцируются 900 американских военнослужащих, 150 английских и 120 румынских. 

Первоначальное же размещение новых крупных сил НАТО в Польше началось с января 2017 года, когда в рамках операции Atlantic Resolve в страну прибыло около 4 тысяч военнослужащих альянса и тяжелая техника, которые после были распределены по странам Восточной Европы. Это было и самое крупное развертывание американских сил в Европе после окончания холодной войны. 

А вот военно-воздушные силы США и НАТО отрабатывают совместные действия с польскими коллегами еще с весны 2013 года, включая использование десятков самолетов F-16 и обслуживание транспортников С-130.

В мае 2016 года в поселке Редзиково на севере Польши также официально начали строительство базы противоракетной обороны США. На церемонию прибыл тогда даже Боб Уорк, заместитель министра обороны США. Он заявил: «Когда строительство завершится в 2018 году, база в Польше будет готова для обороны северной и центральной частей альянса. Архитектура ПРО НАТО будет завершена и позволит защищать от баллистических угроз всю Европу. Европа и НАТО сталкиваются с новыми вызовами в сфере безопасности. Ответ на эти вызовы потребует эволюции НАТО, чтобы обеспечить безопасность в XXI веке». Полное оснащение базы ракетами-перехватчиками SM-3 комплекса Aegis Ashore завершится через год.

Формально, по словам западных политиков и военных, система ПРО США в Европе возводится для перехвата иранских ракетных ударов по Старому Свету. Президент России Владимир Путин считает, что размещение американских систем ПРО в Европе — это не защита, а наращивание ядерного потенциала: «Если, используя свои возможности в мировых средствах массовой информации, они еще могут ввести кого-то в заблуждение насчет того, что это не угрожает России, или насчет того, что это исключительно оборонительные системы, то присутствующих здесь... никто в заблуждение не введет. Ничего подобного, это не оборонительные системы, это часть ядерного стратегического потенциала США, вынесенная на периферию». 

К слову, в последнее время в связи ухудшением отношений между США и Турцией среди американских военных экспертов звучат предложения о переброске десятков ядерных бомб B-61 из Турции не в Германию или Западную Европу, а именно в Польшу. 

Логистическая база НАТО в Повидзе 

Представители НАТО и США посещает Польшу в последнее время с завидной регулярностью. В начале августа новую базу НАТО в Польше посетили командующий вооруженными силами США в Европе генерал-лейтенант Бен Ходжес и начальник штаба Сухопутных войск Соединенных Штатов генерал Марк Милли. 

Об этой базе стоит рассказать отдельно. 

На базе ВВС Польши у села Повидз сегодня без особой шумихи создается масштабная логистическая база НАТО. Если раньше эта база польских ВВС изредка принимала американские транспортники С-130, то теперь она превращается в важнейший элемент всей военной инфраструктуры НАТО в Европе. В нее будет вложено 200 миллионов долларов, и она станет крупнейшим логистическим хабом сил альянса, обеспечивающим действия северо-атлантического блока во всех странах Балтии и на севере Европы, а также в Болгарии и Румынии. 

Один из американских офицеров на возводимом объекте откровенно заявил, что через 5-10 лет США планируют разместить в Польше ни много ни мало как уже 5-10 тысяч военнослужащих и эта стратегически важная база будет готова к наличию такого крупного контингента. Кстати, подряд на строительство получила частная компания KBR, которая в 1999 году отстроила вторую по величине в Европе американскую базу Camp Bondsteel в Косово. 

Генерал Бен Ходжес отметил, что хотя в Европе и наметился прогресс с военной логистикой, но еще многое предстоит сделать, чтобы ускорить процессы транспортировки техники и живой силы в Европе и быть готовыми к переброске в случае реальной критической ситуации в Восточной Европе, имея в виду военный конфликт с Россией. 

Генерал заявил, что у НАТО сегодня нет достаточного количества железнодорожных путей, связывающих Германию и Польшу и в случае боевых действий не будет хватать вагонов. Проблему представляют и европейские мосты, которые не могут выдержать танки НАТО. Генерал выступает за создание «военного Шенгена», чтобы быстро доставлять войска в Литву через транзитные страны. Речь идет о Польше. Бен Ходжес называет Польшу «центром центра тяжести» и считает, что обеспечение любых боевых действий на востоке Европы будет проходить через Польшу.

Модернизация польских вооруженных сил 

Польша также готова начать и собственную масштабную модернизацию вооруженных сил. Обсуждается выделение на эти нужды до 55 млрд долларов в течение 15 лет и доведение оборонных расходов до 2,5% от ВВП страны, что даже больше, чем требует НАТО. Основная цель — увеличение численности вооруженных сил в два раза (со 100 тысяч человек), отказ от советского наследия, перевооружение армии под стандарты НАТО (сейчас до 70% вооружений в Польше — советского времени) и изменение структуры командования под западные образцы. 

При этом сами зарубежные аналитики отмечают, что в ходе модернизации Польша сосредоточится на наступательных вооружениях, таких как крылатые ракеты, самолеты пятого поколения, беспилотники, ракеты большой дальности, подводные лодки. Другой вопрос, что из всего перечисленного позволит сделать экономика Польши и насколько щедры в оказании помощи будут страны НАТО. 

Так или иначе, Польша ждет саммита НАТО, который пройдет летом следующего года в Брюсселе, чтобы понять, на что можно надеяться и какие виды на роль Польши у США и альянса в целом в ходе наращивания своего присутствия у границ России. 

Министр иностранных дел Польши Витольд Ващиковский после встречи со Столтенбергом отметил, что НАТО в ближайшее время должно определиться с новой стратегической концепцией: «Перед альянсом стоят задачи разработки новой стратегической концепции, реализация которой, возможно, начнется только в будущем году, после саммита НАТО в Брюсселе. Альянс должен принять решения относительно оборонного планирования, новой структуры командования».

Илья Плеханов

]]>
Tue, 29 Aug 2017 16:11:34 +0400
Война и экстремизм: проблема ультраправых в армии США http://navoine.info/ultright-usarmy.html http://navoine.info/ultright-usarmy.html Северная Америка Армия
Вторник, 29 Август 2017

12 августа в толпу протестующих против акции ультраправых в американском Шарлоттсвилле на машине врезался Джеймс Алекс Филдс-младший. Погиб один человек и 19 получили различные ранения. В 2015 году Филдс, восхищающийся нацизмом, пытался попасть в армию США и проходил курс молодого бойца, но был изгнан за несоответствие стандартам курса и так и не стал кадровым военным. По сути, он не был ни солдатом, ни тем более ветераном, он не был приписан ни к одному подразделению. 

Тем не менее, члены Объединённого комитета начальников штабов США сделали редкое для своего высокого статуса заявление, что американские вооруженные силы выступают против расизма, экстремизма и ненависти и не потерпят их проявления в своих рядах. Высказались все: от начальника штаба сухопутных войск США генерала Марка Милли до главы Корпуса морской пехоты генерала Роберта Неллера. В официальных социальных аккаунтах американских подразделений также осудили тот факт, что некоторые ультраправые в Шарлоттсвилле были одеты в военную форму или имели военные знаки различия. 

Частный случай или тренд? 

Такая неожиданно быстрая и публичная реакция генералов и военных стала ответом на критику ряда американских СМИ и части общества, что вооруженные силы США являются рассадником ультраправых идей. 

Например, Диллон Улисс Хоппер, лидер группировки Vanguard America, которая и организовала недавнюю злополучную акцию в Шарлоттсвилле, является бывшим морпехом. Хоппер служил в Ираке и Афганистане. 

И примеров наличия правых радикалов в рядах вооруженных сил США довольно много: 

  • в 1995 году десантник Джеймс Бермайстер по мотивам расовой ненависти убил двух чернокожих в Файеттвилле, Северная Каролина, а в ячейку причастных к преступлению неонацистов в 82-й воздушно-десантной дивизии входило более двух десятков солдат; 

  • в 2003 году на базе в Форт Рили в Канзасе шестеро военнослужащих были связаны с группировкой «Арийская нация» и вели вербовку сослуживцев;

  • в 2006 году «Национал-социалистическое движение» получило запросы от американских солдат из Ирака и Афганистана о вступлении в организацию по возвращению домой; 

  • в 2007 году двое военнослужащих из 82-й воздушно-десантной дивизии получили тюремные сроки за попытку продать бронежилеты и морфин знакомым ультраправым экстремистам; 

  • в 2012 году бывший военнослужащий и специалист по психологическим операциям Уэйд Майкл Пейдж (знакомый с вышеупомянутым Бермайстером) расстрелял шестерых прихожан в сикхском храме в Висконсине;

  • в марте этого года ветеран войны в Афганистане Джеймс Харрис Джексон на улице демонстративно зарезал темнокожего жителя Нью-Йорка по расовым мотивам;

  • в апреле этого года в Беркли в ходе уличных стычек ударом феминистки в лицо отметился осужденный ранее за вооруженное ограбление ветеран войны в Ираке и основатель местной правой группировки Натан Дамиго, который считает, что Трамп выиграл выборы лишь благодаря альтернативным правым.

Возник вопрос: сколько неонацистов скрывается в армейской среде?

Неудобная статистика 

В 2008 году ФБР опубликовало доклад об ультраправых и военнослужащих. Согласно этому докладу, после событий 9/11 и начала непрекращающейся войны с террором ультраправые воспользовались недобором и ослаблением критериев для поступления в армию США. Многие радикалы постарались стать военнослужащими. По словам некоторых из них, самая мощная армия в мире — армия США — была тогда единственным аналогом воодушевлявшей их военной машины нацисткой Германии. В 2006-2007 годах вдохновением многим американским военным в Ираке и Афганистане, включая элитных «морских котиков», служила художественная книга Д.Р. Элфорда "Страж Дьявола", написанная в 1971 году и повествующая о похождениях бывшего офицера СС в рядах Иностранного Легиона. В книге смакуется жестокая борьба бывших немецких военных с повстанцами в Индокитае. Только с 2001 по 2008 годы ФБР определило 203 действующих военнослужащих или ветеранов вооруженных сил как активных членов ультраправых группировок. Цифры доклада цитируются и по сей день, а специалисты считают, что в принципе с 2008 года ничего не изменилось.

В среде ультраправых служба в армии котируется, так как прививает дисциплину, навыки обращения с оружием и взрывчаткой, обучает тактическим действиям, дает опыт ведения реальных боевых действий в случае попадания в горячую точку, готовит к «грядущей расовой войне». Кроме того, солдаты после войн в исламских странах зачастую привносят и свежий заряд демонизации врага, этнической и религиозной ненависти. Ветераны в группировках часто становятся лидерами и примерами для подражания молодежи, способствуя агитации и привлечению новых членов. 

В 2009 году Министерство внутренней безопасности США опубликовало свой доклад, в котором указывалось, что ультраправые группировки могут воспользоваться психологическими проблемами возвращающихся с войн ветеранов по интегрированию в общество, что приведет к появлению в США новых праворадикальных террористических ячеек или террористов-одиночек. Доклад вызвал шквал критики со стороны консерваторов, так что министр внутренней безопасности Джанет Энн Наполитано была вынуждена извиниться перед ветеранами, отвергнуть выводы доклада, распустить отдел по ультраправому экстремизму и уволить автора исследования. Дэрил Джонсон, автор того доклада, сегодня считает, что до 75% членов существующих группировок-ополчений правого толка в США имеют в своей биографии отношение к вооруженным силам. 

Профессор социологии Пит Сими из Чепменского университета также уже много лет занимается праворадикальными организациями. Он хорошо знал стрелка Уэйда Пейджа. Последний в ходе личных бесед заявил, что именно армия США стала средой ультраправой радикализации для него и его знакомых. В 90-х прямо напротив военной базы Форт Брэгг даже стоял билборд с рекламой радикального «Национального альянса». Согласно исследованиям Сими, в 31% случаев праворадикального террора в США принимали участие бывшие военнослужащие. 

Бесконечная борьба с неонацистами в армии США 

Нельзя сказать, что в США совсем не понимают угрозы радикализации военных, и недавние оправдания генералов тому свидетельство.

Вооруженные силы США формально не рекрутируют ультраправых и наличие экстремистских татуировок или принадлежность к радикальным организациям может стать причиной отказа при поступлении на службу. Правда, по иронии судьбы тот же Диллон Хоппер из Vanguard America в Корпусе морской пехоты несколько лет прослужил именно рекрутером. Если сегодня военнослужащий США будет уличен в связях с радикальными организациями, его ждет выговор, снижение уровня доступа к информации или уже в самом крайнем случае выдворение из вооруженных сил. 

В армии США уже трижды за последние 30 лет предпринимали серьезные попытки зачистить ряды от ультраправых: в 86-м году на волне борьбы с Ку-Клукс-Кланом, в 95-96-х после теракта ветерана войны в Персидском заливе Тимоти Маквея в Оклахома-Сити, унесшего жизни 168 человек, и в 2009 году после избрания Барака Обамы президентом. Сегодня предпринимается очередная попытка как реакция на новое обострение расовых и религиозных отношений в стране после вступления в должность Трампа. Время покажет, будет ли успешной четвертая попытка.

Илья Плеханов

]]>
Tue, 29 Aug 2017 16:02:10 +0400
Использование виртуальной и дополненной реальности Пентагоном http://navoine.info/vrar-pentagon.html http://navoine.info/vrar-pentagon.html Северная Америка Армия ВПК/Hi-Tech/Оружие
Вторник, 29 Август 2017

VR/AR привлекает все больше внимания военных во всем мире и министерства обороны ведущих стран мира стараются ускорить внедрение этой технологии в вооруженные силы. 

Армейская исследовательская лаборатория США активно работает над усовершенствованием своей так называемой синтетической среды обучения (STE – Synthetic Training Environments), где используются VR/AR технологии. В новом варианте STE военнослужащие самых разных подразделений могут проводить масштабные совместные учения и обучаться, по сути не выходя из дома, или в любом другом месте. Таким образом убирается привязка к географии и центрам специального обучения и достигается интеграция одновременного обучения различных и многочисленных участников виртуальных миссий. Вся экипировка – это уже готовая коммерческая продукция, военные лишь пишут свои программы и сценарии для имитации военных миссий в виртуальной реальности. Все это происходит в рамках американской концепции развития армии будущего «Cила 2025» (F2025B – Force 2015 and beyond), где VR/AR отводится особое место. 

Пентагон заявляет, что дисплей тактической дополненной реальности (TAR — Tactical Augmented Reality), над которыми работы ведутся годами, также становится все лучше и лучше. Дисплей предназначен непосредственно для военнослужащих, действующих в той или иной местности, и в режиме реального времени выводит информацию об окружающей среде (расположение дружественных сил, описание объектов и т.п.) перед их глазами (либо в приборе ночного видения, либо на прозрачные линзы). Прорыв заключается в том, что теперь информация может идти в цвете и на ярком фоне, что позволит оперировать и днем. Также расширен угол обзора, что единовременно отображает больше данных на дисплее. 

В Корпусе морской пехоты США начали задействовать VR/AR тренажер Marine Tactical Decision Kit. Набор тестируют с мая этого года, а к концу года он должен поступить во все батальоны Корпуса. Очки виртуальной реальности дают 3D обзор в 360 градусов. Применяется для обучения при тактическом планировании и выполнении командных миссий. После прохождения миссий отсматриваются записи произошедшего в виртуальном мире и командиры разбирают ошибки действий подчиненных. К тренажеру проявили интерес и в армии США, которая следит за результатами тестового применения. 

В этом году в ходе военно-морских учений Trident Warrior 2017 при боевых стрельбах были испытаны очки дополненной реальности, разработанные специально для наводчиков корабельных орудий. На кораблях остались орудия, которые управляются вручную и прицеливание ведется визуально. Точность огня не слишком эффективна и возникают проблемы с донесением приказов стрелку голосом или по радиосвязи. Очки обеспечивают использование высокоскоростного беспроводного или проводного канала связи, по которому на очки передаются команды артиллерийского офицера, данные по целям и данные о самом орудии, включая остаток боезапаса. Стало известно, что в сентябре эти очки пройдут дополнительные испытания и где-то через год должны поступить на флот и, возможно, в армейские части США. 

Силы специальных операций США отрабатывают на тренажере виртуальной реальности прыжки с парашютом. Шлем и подвесная система позволяют отрабатывать самые различные непредсказуемые сценарии поведения парашюта в воздухе, варианты приземления, и, самое главное, дает реальный рельеф местности со спутниковых снимков. Так что в виртуальном мире можно отработать прыжки над любой горячей точкой и ознакомиться как минимум с рельефом и примерными погодными условиями. 

Виртуальная военная медицина — очевидная ниша. В прошлом году уже шла речь о том, что Пентагон может начать проводить через виртуальные медицинские курсы около 100 тысяч человек в год. При этом это не только имитация самого медицинского процесса оказания первой помощи при потере конечностей, но и имитации присутствия на поле боя, когда в виртуальной реальности медик слышит крики и стоны раненых, свист пуль, шум песчаной бури, хаос голосов других солдат вокруг, грохот стрельбы и т. п., и в этих стрессовых — пусть и виртуальных— условиях обучаемый должен правильно сделать свою работу. 

Канадский стартап IFTech разработал специальный жилет, частично напоминающий экзоскелет, который имитирует физическое воздействие на тело человека. Для военных целей это очень интересный концепт, так позволяет при обучении военнослужащих в VR/AR не просто выводить информацию на дисплеи, но и физически ощутимо имитировать попадание пули или осколков в человека, придавая все больше реальности происходящему. И зарубежные военные ресурсы отметили этот перспективный тренд слияния VR/AR и «электронной» одежды. 

Еще одна сфера, связанная с VR/AR технологиями — это имитация реального оружия для тренировок в виртуальной реальности. Компания Striker VR» представила свою разработку игрового бластера Arena Infinity. Это беспроводное устройство, которое работает до трех часов на аккумуляторе и которое способно имитировать отдачу при стрельбе из разных видов оружия, включая крупнокалиберные пулеметы или M4. Девайс специально заточен на применении в виртуальном мире. Цель компании — обкатать его возможности в игровой индустрии и затем выйти на рынок реальных военных симуляторов, предоставив имитацию отдачи широкого спектра стрелкового оружия. 

Периодически возникает вопрос, может ли обучение в VR/AR хоть как-то конкурировать с реальными учениями в поле. В Управлении военно-морских исследований США считают, что видеоигры и VR/AR играют важную роль. В современных условиях ведения боевых действий военнослужащим приходится работать с большими объемами информации в режиме реального времени, и те, кто прошел через подготовку в виртуальной и дополненной реальности реагируют потом в реальной ситуации быстрее тех, кто тренировался без этих технологий. Они быстрее обрабатывают информацию в уме, держат в памяти больше информации и просто быстрее принимают окончательное решение, при этом делая меньше ошибок. 

И, безусловно, главная причина использования VR/AR для военных — это значительное снижение стоимости и временных затрат на обучение военнослужащих, возможность личностного подхода, снижение травматизма, повышение эффективности обучения и вероятная отдача при ходе реальных боевых действий. 

Сегодня глобальный рынок только одних военных симуляторов для обучения военнослужащих оценивается в 9,3 млрд долларов. К 2021 году он достигнет 12,7 млрд долларов. Рынок военной дополненной реальности в 2016 году составил 1,6 млрд долларов. И эта цифра будет только расти. По самым разным прогнозам, именно военное применение VR/AR в итоге через десять лет займет нишу от 10% до 50% всего глобального рынка этих технологий. В борьбе за этот кусок пирога уже конкурируют такие гиганты как Applied Research Associates (ARA), BAE Systems, Elbit Systems, Rockwell Collins, Thales Group.

Илья Плеханов 

]]>
Tue, 29 Aug 2017 15:40:23 +0400
ВВС США: хватит ли бомб, пилотов и самолетов http://navoine.info/usaf-short.html http://navoine.info/usaf-short.html Северная Америка Армия
Вторник, 29 Август 2017

Обострение отношений США и Северной Кореи реанимировали в зарубежной прессе обсуждения о том, в каком состоянии находятся военно-воздушные силы США: хватит ли американцам самолетов, пилотов и бомб, чтобы бомбить КНДР в случае войны. Вся тяжесть авиационных ударов с воздуха ляжет на бомбардировщики B-1, B-2 и B-52. Тактические ядерные удары также скорее всего при худшем развитии событий будут производиться именно с самолетов ВВС США, так как запуски межконтинентальных ракет могут быть восприняты Россией и Китаем как угроза собственной безопасности и накалят обстановку до предела. 

Military Times опубликовали статистику по состоянию бомбардировщиков. Согласно этому изданию, из 75 самолетов B-52 только 33 готовы к боевым вылетам, из 62 самолетов B-1 — только 25, а из 20 самолетов B-2 — только 7 или 8 готовы к просто полетам. 

Бывший Заместитель начальника штаба авиационной разведки ВВС США генерал-лейтенант Дэвид Дептула (David Deptula) заявил, что сегодняшние ВВС страны — самые малочисленные и самые небоеспособные за всю историю США и кризис в отношениях с КНДР хотя бы проливает свет на это. 

B-2, призванный наносить ядерные удары, в январе 2017 года был использован в конвенциональной роли против ИГ* в Ливии. Два самолета находились в воздухе 34 часа и для их дозаправки использовали 15 воздушных танкеров. 

Но в основном B-2 стараются не задействовать, чтобы машины, которым уже за 20 лет, не вырабатывали ресурс и чтобы не отвлекать их от процесса обучения пилотов. Из 20 самолетов B-52 две машины постоянно находятся на плановом ремонте, две машины — на долгосрочной модернизации, одна — используется для испытаний. Из оставшихся 16 машин только половина готова к полетам здесь и сейчас и, по данным ВВС, только четыре — к непосредственным боевым вылетам. 

На Гуаме в 2016 году в ходе учебных вылетов базировались три B-2, но на базе есть только один ангар для полноценного обслуживания B-2. То есть в случае атаки на КНДР ядерным бомбардировщикам придется лететь со своей базы в Миссури. Сегодня на Гуаме официально нет B-2. 

Что касается B-1, то на Гуаме базируются всего шесть машин. В июле на острове прошла ротация эскадрилий, и по статистике оказалось, что предыдущее подразделение могло поддерживать 74%-ную боевую готовность B-1, то есть в случае неожиданного приказа сразу взлетят только четыре самолета. При этом стоит отметить, что B-1 уже не несет ядерные заряды и их применение по КНДР поэтому не будет так сильно нервировать Россию и Китай.

Также можно сказать, что с мая этого года B-1 на Гуаме активно совершают учебные вылеты к Корее, включая ночные, где на полигоне Южной Кореи отрабатывают нанесение бомбовых ударов. В августе прошлого года впервые в истории на Гуаме состоялись совместные учебные вылеты всей воздушной ударной троицы: в учениях одновременно приняли участие B-1, B-2 и B-52. 

Не все гладко и с пилотами. По данным ВВС, к 1 октябрю 2017 года военно-воздушным силам США будет не хватать 1000 пилотов, а может быть и больше. И нехватка ощущается не только среди пилотов истребителей, но это касается и пилотов бомбардировщиков. 

ВВС считают, что основаная причина оттока и недобора — лучшие условия в гражданской авиации. ВВС предложили пилотам бонусы вплоть до 35 тысяч долларов ежегодно и до 455 тысяч суммарно за 13 лет, но это не исправило ситуацию. Другая причина — это перевод пилотов в подразделения, работающие с беспилотниками. В данном направлении также ощущается нехватка операторов дронов. При этом перевод пилотов проводится в приказном порядке, что не нравится людям, которые привыкли летать сами, а не сидеть за пультами дистанционного управления. 

В 2015 году провели опрос, почему пилоты уходят из ВВС США. Как оказалось — финансы не являются единственной причиной. 37% опрощенных сказали, что их не устраивали «дополнительные обязанности». Эти обязанности (61 дополнительная обязанность в официальном списке) включали в себя не только работу с бумагами, но и проведение курсов по оказанию первой помощи, обучение онлайн или, например, ведение сайтов в интернете. В 2016 году Пентагону даже пришлось выпустить специальную инструкцию по предотвращению непрофильной загрузки пилотов. 

В июле Boeing опубликовал свои прогнозы по количеству необходимых пилотов для коммерческих авиалиний. Согласно прогнозу, к 2036 году с ростом числа самолетов в работе и с ростом авиаперевозок миру потребуется 637 тысяч новых пилотов. Из них 117 тысяч — это потребность Северной Америки. Сегодня пилоты увольняются и выходят на пенсию быстрее чем в индустрию вливаются новые. Гражданские компании вынуждены сокращать рейсы и терять деньги. Поэтому борьба за военных пилотов, у которых уже есть большое число вылетов, будет только обостряться и им будут предлагаться все лучшие условия до стабилизации рынка. При этом запрос будет исходить не только от авиакомпаний в США, но и из стран Азии, которые готовы платить летчикам большие деньги. 

При этом проблемы ВВС не ограничиваются просто нехваткой пилотов. Низкий процент боеспособных бомбардировщиков объясняется еще и тем, что помимо пилотов ВВС США не хватает техников и обслуживающего персонала. Их недостающее число оценивается в 3500 человек. Другая проблема — возраст машин. Средний возраст самолетов в американских ВВС — 28 лет. В то время как в коммерческой авиации этот показатель составляет всего 10 лет. Военные самолеты стареют и все меньше людей готовы их содержать в боеспособном состоянии. 

И, наконец, поднимается и вопрос банальной достаточности бомб и ракет для ведения войны. В ходе недавних боевых действий против ИГ в Сирии, Ираке, Ливии, против талибов в Афганистане и против террористов в Сомали и Йемене американцы израсходовали 56 000 единиц высокоточного и «умного» оружия (боеприпасы с лазерным и инфракрасным наведением, JDAM (Joint Direct Attack Munitions), ракеты Hellfire и т.п.). За последние три года эти цифры еще выше. В год Пентагон в целом тратит на эти виды боеприпасов около 2 млрд долларов. 

Генерал-майор ВВС США Джеймс Мартин (James Martin) заявил, что текущие военные кампании вызывают трудности в обеспечении ВВС боеприпасами. За 2018 год военно-воздушные силы хотели бы восполнить свыше 39 000 единиц высокоточного и «умного» оружия, а просьбы ВВС о необходимости срочного увеличения бюджета на закупку этих боеприпасов звучат как минимум уже два года. 

И это без учета возможных боевых действий против Северной Кореи. Начальник штаба Военно-воздушных сил США генерал Марк Уэлш (Mark Welsh) предупреждал, что бомбы тратятся быстрее, чем их закупают. 

В итоге еще в прошлом году Lockheed Martin объявили об увеличении производства ракет Hellfire с 500 до 650 в месяц и в четыре раза увеличили производство бомб Paveway II с лазерным наведением. Компания Boeing планирует увеличить производство бомб GBU-39 в следующем году в пять раз (с 1000 единиц до 5000). В 2015 году Boeing производил 8 000 единиц JDAM, а в 2018 году будет производить как минимум 36 500 единиц. Арсеналы активно восполняются и увеличиваются, но трудно сказать, хватит ли текущих запасов на кампанию против КНДР.

Илья Плеханов 

]]>
Tue, 29 Aug 2017 15:33:16 +0400
Три недели Патрика Шенахана и реформы в Пентагоне http://navoine.info/shanahan-reforms.html http://navoine.info/shanahan-reforms.html Северная Америка Армия
Пятница, 11 Август 2017

19 июля должность заместителя министра обороны покинул Боб Уорк (Robert Work) и на его место был назначен бывший вице-президент компании Boeing Патрик Шенахан (Patrick Shanahan). 

Напомним, что Уорк был страстным идеологом новых подходов к ведению боевых действий будущего. Его конек — это внедрение искусственного интеллекта и роботизированных систем в вооруженные силы, разработка стратегии войны в космосе и ведения комбинированного боя (так назовем Multi-Domain Battle — одновременное ведение боевых действий в различных сферах: на суше, море, в воздухе, космосе, киберпространстве и электромагнитном спектре) в условиях «системы ограничения доступа» (A2/AD, Anti-Access, Area Denial). Собственно и разработка масштабной стратегии «Третьего противовеса» (Third Offset Strategy), призванной обеспечить военно-технологическое преимущество США перед Россией и Китаем, — это тоже детище Уорка.

Перед новым замминистра обороны стоят немного другие задачи и, быть может, несколько более приземленные и насущные, а не столько стратегические и футуристические, как перед предыдущим вторым человеком в вооруженных силах США.

Патрик Шенахан в Boeing с 1986 года занимался как гражданскими так и военными направлениями. Он отвечал за программу по производству лайнера Boeing 757, за возрождение программы Boeing 787 после многочисленных задержек в производстве, занимался финансовым управлением программами Boeing 737, 747, 767, 777 и 787. 

Что касается военной техники, то Шенахан был вовлечен в программу Boeing по противоракетной обороне и поставки конвертоплана V-22 Osprey, вертолетов CH-47 Chinook и AH-64D Apache. По словам его коллег, Шенахан ставили на высокие должности там, где была куча проблем, технические неудачи и бизнес рассыпался, а Шенахану удавалось вновь наладить дела. 

По сути задачи Шенахана – это оптимизация и значительное ускорение закупок и поставок военной техники в вооруженные силы США и избавление министерства от бюрократических проволочек. Пентагон с приходом Трампа хочет вести свои дела все больше именно как бизнес. В Boeing Шанахана за спасение различных программ называли «Мистер Решение». Он мог успешно курировать сложные технологические проекты в условиях ограниченого бюджета и под давлением СМИ и общественности. Именно компетенции в этих областях и привели его на высокопоставленную должность замминистра обороны США. 

В итоге Шенахан будет практически отвечать за военный бюджет в 600 миллиардов долларов и портфель военных заказов на 1,6 триллионов долларов. В теории он должен дистанцироваться от компании Boeing и не принимать необоснованные предвзятые решения в интересах этой компании. 

Ожидается, что Шенахан сможет в первую очередь разобраться с проблемами и дороговизной самолетов F-35, а также его личный опыт в проектах противоракетной обороны сигнализирует о том, что США планируют уделять все больше внимания защите от ракетных ударов по стране со стороны вероятных противников. 

Считается, что Шенахана порекомендовал Трампу непосредственно нынешний глава Пентагона Джеймс Мэттис, которому нужны «технократы» с опытом работы на министерство обороны, а не миллиардеры.

Уже 1 августа всего лишь через две недели после выступления Шенахана в должность Пентагон представил Конгрессу США свои предложения по изменению системы закупок. Предлагается разбить Управление снабжения, технологии и логистики Пентагона на два новых офиса: один будет отвечать за исследования и инженерные разработки, а второй – за закупки и материальное обеспечение.

Будет создано около 12 новых департаментов, включая новый аналитический, который будет давать рекомендации по инвестициям в военные технологии будущего и изучать технологические программы потенциальных противников. 

В целом в Пентагоне стремятся с одной стороны уменьшить количество времени, которое уходит на отчетность вышестоящим начальникам, и загрузить все департаменты именно их основными техническими функциями, с другой стороны — пытаются сделать так, чтобы компетенции одного департамента дополняли компетенции других. 

Будут также реорганизованы задачи директора по управлению и он получит больше власти в распределении ресурсов на самые различные бизнес-процессы внутри Пентагона. 

При этом вся эта реорганизация должна произойти при 25% сокращении управленческого аппарата Пентагона. 

Шенахан в свою очередь отмечает, что если Пентагон не сконцентрируется на разработке новых технологий, то США начнут отставать от глобальных конкурентов. В его представлении, скорость закупок — это как взращивание профессионального баскетбольного игрока: надо найти талант, быстро его развить и запустить играть в высшую лигу. 

Для Пентагона такими «игроками» станут новые технологии. Их надо обнаружить, быстро довести до работоспособности и запустить в войска. Для этого необходимо выстроить эффективную систему и, самое главное, плотно работать с частными компаниями, которые достигают успеха в тех или иных технологических исследованиях и разработках. 

Шенахан открытым текстом говорит, что его цель — сделать так, чтобы бизнесу было легко вести дела с государством и чтобы государству удавалось помочь частным подрядчикам выполнять больше за меньшие деньги. Суть сотрудничества — не заставлять компании делать что-то для Пентагона по указке, а использовать их лучшие уже существующие разработки и тем самым помогать частным подрядчикам монетизировать технологические достижения. Все в теории останутся в выигрыше. 

Нововведения должны вступить в силу не позднее 1 февраля 2018 года. И они не всех радуют. Для многих комментирующих грядущее реформирование выглядит всего лишь как еще одна бюрократическая реорганизация, а никак не превращение военного госаппарата в нечто похожее на бизнес-компанию. Также акцент на технологиях будущего взвывает опасения, что текущие потребности вооруженных сил США не будут удовлетворены. И, наконец, ставка на эффективную работу частников в интересах обороны страны в сфере крупных технологических программ может стать банально провальной, так как военно-промышленный комплекс будет преследовать свои финансовые интересы и годами «доить» бюджет, не достигая искомого Пентагоном финансового и технического результата.

Илья Плеханов 

]]>
Fri, 11 Aug 2017 10:05:25 +0400