Альманах "Искусство войны" Альманах Искусство войны творчество ветеранов локальных войн: стихи, проза, воспоминания. Военные новости, военное обозрение, репортажи из горячих точек, мнения экспертов. http://navoine.info Tue, 17 Jul 2018 03:29:46 +0400 ru-ru Сходка африканских военных в Китае http://navoine.info/chiafrica-forum.html http://navoine.info/chiafrica-forum.html Африка Азия/Океания
Пятница, 06 Июль 2018

Еще в прошлом месяце Министерство обороны Китая пригласило представителей вооруженных сил аж 50 африканских стран на первый в истории Китайско-африканский форум по обороне и безопасности. Официально заявленные темы форума включают в себя укрепление военно-технического сотрудничества Китая и Африки, обсуждение региональных угроз безопасности и, что самое главное, вопросы финансирования и модернизации военных возможностей африканских стран. Форум начался 26 июня и закончится только 10 июля.

Военное сотрудничество рассматривается как важный шаг по обеспечению безопасности глобального китайского проекта «Один пояс — один путь», который подразумевает китайские инвестиции в инфраструктуру большого числа стран. Сегодня китайские компании за рубежом тратят 10 млрд долларов в год только на одну безопасность.

FST баннер.png

Проблему безопасности надо как-то решать. Выбор не очень богат: безопасность могут обеспечивать либо миротворцы ООН, либо размещенные в разных странах контингенты китайской армии, либо китайские и прочие лояльные Китаю частные военные компании, либо вооруженные силы тех стран, где работают китайцы и где есть экономические интересы Китая.

Китай позиционирует себя как «ответственного» игрока на глобальной арене, не делающем акценты на политических вопросах, а сосредоточенном на экономике и заботе о торговле и процветании как минимум половины земного шара. Если в 2012 году Китай инвестировал в Африку 40 млрд долларов, то в 2016 году этот показатель составил уже 90 млрд. Китай представляет себя лидером развивающихся стран, которые понимает и разделяет проблемы этих государств. По этой причине размещение контингентов китайской армии в Африке не видится адекватным решением проблемы безопасности. Никто не хочет брать на вооружение западную колониальную политику и обретать негативный образ вторжения во внутренние дела.

Хотя нельзя не вспомнить, что летом прошлого года Китай официально открыл свою базу в Джибути. В теории база может вместить до 10 тысяч китайских военных, но пока в Пекине ограничатся парой тысяч человек. База в Джибути в первую очередь позволит китайским ВМС нарастить свое присутствие в Индийском океане, также она станет опорным пунктом в случае экстренной эвакуации китайских граждан из Африки. Недавно, кстати, стало известно, что Китай расширяет портовую инфраструктуру на территории своей базы, удлиняя пространство для швартовки кораблей.

И можно отметить, что слухи о планах создания Китаем 18 военно-морских баз по всему Мировому океану циркулируют уже многие годы, как минимум с 2014-го. Агентство Синьхуа в свое время "рекомендовало" создание баз в таких портах, как: Чхонджин (Северная Корея), Порт-Морсби (Папуа — Новая Гвинея), Сиануквиль (Камбоджа), Ко Ланта (Таиланд), Ситтве (Мьянма), Джибути, Мальдивы, Сейшелы, Гвадар (Пакистан), порт Дака (Бангладеш), Лагос (Нигерия), Хамбантота (Шри-Ланка), Коломбо (Шри-Ланка), Момбаса (Кения), Луанда (Ангола), Уолфиш-Бей (Намибия), Дар-эс-Салам (Танзания). Как видно, Африка и здесь в сфере внимания китайских аналитиков.

Китай, помимо предпринимаемых экономических шагов, также постепенно активизирует свою роль в ООН. Китай среди стран Совбеза ООН с 2010 уже предоставляет для миротворческих миссий больше всего своих военнослужащих и граждан и планирует продолжать наращивать свое присутствие в делах ООН. Китайские миротворцы разного рода деятельности (врачи, инженеры, наблюдатели на выборах, полицейские, военные наблюдатели, солдаты и т.п.) в Африке в рамках миссий ООН находятся с 1989 года. Китайские миротворцы были в Либерии, Демократической Республике Конго, Кот-д’Ивуаре, Бурунди, Мозамбике, Южном Судане, Мали и т. д. Всего через миротворческие операции ООН за последние 2почти три десятка лет прошло 36 тысяч китайских военнослужащих.

FST баннер.png

Еще в 2015 году Китай заверил ООН, что готов предоставить восемь тысяч своих военнослужащих для миротворческих операций ООН, а также обещал обучить для этих целей две тысячи зарубежных солдат и уже провел инструктаж 1100 из них. Остальные 900 будут обучены к 2020 году. И, наконец, Китай заявил, что готов оказать военную помощь на сумму в сто миллионов долларов Африканскому Союзу, и вложить в операции ООН десять миллиардов долларов за десять лет. Сегодня Китай уже и так, кстати, оплачивает свыше 10% от общих расходов ООН на миротворческие операции.

Но и на миротворцев ООН полагаться не приходится. Слишком уж много ограничений существует на их деятельность, включая чисто политические. Китай это не устраивает.

И в Пекине очень хорошо помнят февраль 2011 года, когда Китаю пришлось в спешном порядке эвакуировать своих граждан из полыхающей огнем гражданской войны Ливии. Тогда к берегам Ливии был отправлен китайский военный корабль. В целом в 2011 году пришлось эвакуировать 50 тысяч китайских рабочих из Ливии и Египта. В 2015 году пришлось просить Джибути о помощи, чтобы китайские корабли могли эвакуировать китайцев из Йемена. С тех пор Китай четко осознал, что ему необходимо обеспечивать безопасность своих инвестиций и экономических интересов на африканском континенте.

Возможность применения китайских частных военных компаний муссируется в Пекине с 2007 года, но дальше нескольких проектов Китай дальше не пошел. Масштабирование деятельности китайских ЧВК на африканском континенте пока под огромным вопросом.

Остается один вариант — возложить бремя ответственности за безопасность китайских проектов на самих африканцев. И тут то и появляется идея созвать в Пекине военных из 50 африканских стран на форум. В программе форума в том числе даже предусмотрено посещение африканцами подразделений китайской армии.

По мере того, как проходит форум, СМИ сообщают о том, что Китай будет оказывать Африке «всестороннюю помощь» в вопросах безопасности. Безусловно, что африканские военные хотят видеть больше денег и больше оружия от китайцев, а Пекин хотел бы видеть от африканских стран гарантии безопасности китайских проектов, зависимость африканских экономик от китайского влияния и условий экономических отношений, долгосрочные закупки вооружений и готовность для временного или постоянного размещения китайских военнослужащих у себя в стране, если Китай решит, что того требуют геополитические обстоятельства.

Сегодня у Китая уже есть военно-технические и военно-торговые отношения с 45 из 54 африканских стран. Форум может дать шанс включить в сферу влияния Китая и оставшихся «блудных овец».

Помимо сугубо вопросов безопасности, Африка — это еще и рынок сбыта китайских вооружений. С 2013 по 2017 годы экспорт китайского оружия в Африку вырос на 55% по сравнению с предыдущими пятью годами. С 2008 по 2017 годы Китай экспортировал в Африку оружия на 3 млрд долларов. Тот же Алжир уже закупает 10% всего экспорта китайских вооружений, включая военные корабли.

Но при этом, если США и Россия в Африке продают львиную долю оружия нескольким странам (для США это — Египет и Марокко, для России — Алжир и Египет), то Китай поставляет оружие в меньших масштабах, но гораздо большему числу африканских стран. В долгосрочной перспективе это может оказаться более эффективной стратегией.

Напомним, что еще пару лет назад Лондонский Международный институт стратегических исследований опубликовал доклад, в котором сообщал, что уже 68% африканских стран закупают китайское оружие. В поставках вооружений Китаем в Африку нет ничего нового, но количество покупателей растет, а номенклатура импортируемой Африкой китайской военной продукции становится все более высокотехнологичной и сложной. Хотя западные эксперты и считают, что китайская продукция на африканском рынке уступает российским или западным образцам по качеству, тем не менее они признают, что ее закупки служат показателем того, что конфликты в Африке выходят на новый технологический уровень.

С 2005 года поставки оружия из Китая пошли в 10 новых африканских стран. Африканские страны обновляют свои арсеналы, оставшиеся еще после СССР, и готовы брать китайское оружие, тем более что зачастую сам Китай и дает кредиты под эти закупки или они идут в «довесок» к инфраструктурным контрактам с Китаем.

Китай также не сильно переживает о политических раскладах и не переживает за сохранность технологических секретов, позиционируя свои вооружения как самые доступные и лучшие в соотношении «цена-качество» на рынке, не претендуя на супер военный хай-тек, но при этом постепенно стараясь приблизится к этому образу. Например, без всяких проблем Китай поставляет свои относительно дешевые ударные воздушные беспилотники Нигерии, пока США с огромной неохотой только начинают продавать ударные дроны своим ближайшим союзникам.

Так или иначе, первый китайско-африканский военный форум завершится уже на днях, а в сентябре в Пекине пройдет уже очередной и более масштабный всесторонний, не только военный, форум китайско-африканского сотрудничества. Поднебесная и «Черный континент» еще только в начале общего пути.

Илья Плеханов

FST баннер.png

]]>
Fri, 06 Jul 2018 14:18:20 +0400
Зачем Китаю атомные ледоколы? http://navoine.info/china-icebreakers.html http://navoine.info/china-icebreakers.html Азия/Океания ВПК/Hi-Tech/Оружие
Вторник, 03 Июль 2018

В июне Китайская национальная ядерная корпорация (China National Nuclear Corporation, CNNC) объявила открытый тендер для судостроителей на создание атомного ледокола. Победитель тендера будет проектировать, строить, проводить испытаниях ледокола и осуществлять техническую поддержку после введения его в строй в интересах китайского государства. 

Интерес Китая к Арктике известен давно. Климатические изменения могут улучшить ледовую обстановку Северного морского пути и открыть новые возможности для морских перевозок из Азии в Европу вдоль северного побережья России, а также существует вероятность, что уменьшение ледового покрова откроет доступ к полезным ископаемым в регионе, стоимость которых оценивают в 35 триллионов долларов.

Говоря об интересах Китая к Арктике часто цитируют китайского контр-адмирала Инь Чжо, который периодически заявлял, что «Арктика принадлежит всему миру, так что ни у одного народа нет над ней единоличной власти» и что Китай должен играть свою роль в развитии Арктики, так как в стране проживает одна пятая населения планеты. 

Позже в этом году при публикации Китаем «Белой книги» по развитию «Полярного шелкового пути» китайские чиновники высказывались более дипломатично в русле того, что они не будут никому мешать и вмешиваться в суверенные дела приарктических государств, но при этом Китай обязательно будет присутствовать в регионе. 

У Китая есть несколько малоразмерных военных ледоколов, которые по своим техническим характеристикам не в состоянии работать в полярных регионах, и один большой гражданский ледокол «Снежный дракон», который Китай приобрел у Украины еще в 90-х годах. И это даже не совсем ледокол, а судно-снабженец усиленного ледового класса «Витус Беринг» (проект 10621), построенное на Херсонском судостроительном заводе в 1993 году. Судно было готово на 83%, когда его приобрели китайцы. За год они довели его до ума и ледокол вышел в море. Можно также вспомнить, что первый китайский авианосец тоже был приобретен у Украины. 

Первый же крупный неатомный ледокол собственного производства «Снежный дракон — 2» водоизмещением в 14 тысяч тонн китайцы начали строить совместно с Финляндией в 2016 году и должны ввести в строй в 2019 году, после чего оба китайских ледокола должны уйти в экспедицию и на испытания в Антарктику, а затем, вероятнее всего, сконцентрируются на работе в Арктике. Проект, правда, пока затягивается. С финнами договор был подписан еще в 2012 году, ожидался спуск на воду в 2014 году.

Второй ледокол Китая также скорее является научно-исследовательским судном со своими ограничениями по проходимости, что логически обуславливает создание третьего и атомного ледокола. А пока на первом ледоколе Пекин обучает и готовит кадры и специалистов для работы в северных регионах. 

Впервые китайский ледокол «Снежный дракон», кстати, прошел по Северному морскому пути в августе 2012 года, а по ранним прогнозам Китая, уже в 2020 году страна планировала отправлять каждую шестую тонну экспортной продукции через Северный морской путь с помощью своих собственных, а не российских, ледоколов. Здесь возникает вопрос, допустит ли Россия атомные китайские ледоколы в свои воды. 

Пока же в мае 2017 года в ходе встречи министров иностранных дел Китая и России обсуждался проект «Полярного шелкового пути», который подразумевает развитие инфраструктуры Северного морского пути и строительство портов с непосредственным участием китайских компаний. Китайские эксперты говорят о необходимости достичь «высокого уровня доверия» с Россией и предлагают выбрать пять портов в качестве опорных для участия Китая – Мурманск, Сабетта, Архангельск, Тикси и Уэлен.

Китайцы отмечают, что «для реализации китайско-российского проекта на Ямале Китайский торгово-промышленный банк, Государственный банк развития и Фонд Шелкового пути на совместных началах аккумулировали 19 млрд долларов США, или 63% общего объема инвестиций, оказав этому проекту большую финансовую поддержку. В освоении Арктики производственные отрасли Китая могут оказать России строительную поддержку по самым разным направлениям. Например, поставить буровые машины, произведенные китайской компанией «Хунхуа» для строительства терминала СПГ на Ямале. Техника и оборудование надежно работают при 45-градусном морозе и шквалистом ветре выше 12 баллов. Китайские предприятия в настоящее время строят 6 транспортных судов и отвечают за операционную деятельность 14 из 15 танкеров-газовозов. Таким образом, в ходе освоения Арктики китайские предприятия, работающие в сфере энергетики, судостроения, финансов, логистики и морской инженерии, могут оказать российской стороне огромную техническую поддержку».

Напомним, что помимо развития судов, Китай уже работает над созданием наземной инфраструктуры с европейцами. Этой весной Китай и Финляндия подписали договор о создании совместного исследовательского центра при Арктической космической обсерватории в Лапландии, который будет заниматься спутниковым мониторингом климатических изменений в Арктике и анализом возможностей навигации в водах Северного морского пути. В 2016 году Китай сделал похожие вложения в Швеции, где была построена китайская полярная наземная станция управления спутниками дистанционного зондирования (CNPGS).

И, наконец, дело не только в Арктике и ледоколах. Военные эксперты рассматривают создание атомного ледокола Китаем как важный шаг к дальнейшему строительству собственного атомного авианосца. У Китая есть атомные реакторы, которые работают на атомных подводных лодках, но создать собственные атомные технологии для энергоснабжения крупных судов и кораблей — это уже шаг вперед. Еще зимой этого года китайская судостроительная корпорация (China Shipbuilding Industry Corporation, CSIC) официально заявила, что намерена «ускорить процесс достижения технологических прорывов» в сфере строительства атомных авианосцев.

Авианосец в теории сможет работать на установленных нескольких реакторах, которые будут разработаны Китаем для атомного ледокола. Например, у тех же американцев их первый атомный авианосец «Энтерпрайз» (USS Enterprise) работал на восьми реакторах «Вестингауз» (Westinghouse A2W), а авианосцы класса «Нимиц» (Nimitz) работали уже всего на двух реакторах. Китай может пойти тем же путем, уменьшая число реакторов и увеличивая их эффективность.

Ряд экспертов также считают, что даже если первый атомный ледокол Китая не будет идеальным, Пекин без оглядки на финансовые издержки сможет использовать его для тестирования технологий на море в реальных условиях, обучения кадров и последующего прогресса при создании своего атомного авианосца.

Илья Плеханов

]]>
Tue, 03 Jul 2018 10:26:00 +0400
Суперкомпьютерный престиж и реальный смысл вычислительной гонки http://navoine.info/sk-race.html http://navoine.info/sk-race.html Северная Америка Россия/СНГ Азия/Океания ВПК/Hi-Tech/Оружие
Среда, 13 Июнь 2018

Опубликован новый рейтинг Top500 самых мощных суперкомпьютеров мира и на этот раз американская машина взяла первое место, подвинув китайский суперкомпьютер. Недавно компания IBM сообщила о запуске своего нового суперкомпьютера, который назвали Summit и который был создан по заказу Национальной лаборатории Ок-Ридж (Oak Ridge National Laboratory, ORNL) Министерства энергетики США. Производительность системы Summit оценивается в 200 петафлопс (200 квадриллионов операций в секунду).

Флопс — это FLoating-point Operations Per Second (операции с плавающей запятой в секунду).

После стандартного теста Linpack, который фиксирует рабочую производительность суперкомпьютера, реальный показатель американского Summit составил 122,3 петафлопс, а производительность бывшего чемпиона, китайского Sunway TaihuLight, напомним, составляет 93 петафлопс. Таким образом СШA вернули себе пальму первенства в самых производительных суперкомпьютерах, которую уступили Китаю в 2013 году.

Новый американский Summit состоит из 4608 двухпроцессорных серверов IBM AC922 на базе 22-ядерных процессоров IBM Power9, в каждом из которых работает 6 графических процессоров NVIDIA Tesla V100. Для внутренних соединений используется сеть Mellanox dual-rail EDR InfiniBand с пропускной способностью 200 Гбит/с на каждый сервер. Суперкомпьютер работает под управлением операционной системы Red Hat Enterprise Linux 7.4. Издание MIT Technology Review сообщает, что Summit весит больше, чем пассажирский авиалайнер, и занимает помещение площадью в 2 теннисных корта. 

Пиковая производительность Summit в приложениях глубокого обучения при полном оборудовании всех узлов может составить порядка 3,3 эксафлопс. Еще до окончательного завершения создания системы исследователи запустили на тензорных ядрах GPU вычисления по сравнению геномов, в ходе которых зафиксировали производительность Summit в 1,88 эксафлопс. По словам Томаса Захарии, директора Национальной лаборатории Ок-Ридж, это первый случай в истории, когда был преодолен барьер в 1 эксафлопс.

FST баннер.png

Хотя, надо отметить, что зимой Китай грозился к концу этого года запустить компьютер с производительностью в 1 эксафлопс – то есть квинтильон (10 в 18-й степени) операций в секунду, а в США ранее было выделено 258 млн долларов на создание суперкомпьютера с производительностью более 1 эксафлопс к 2021 году. Разработку, как было заявлено в 2017 году, ведут шесть американских компаний — Hewlett-Packard, IBM, Intel, NVIDIA, Cray и AMD. 

Символ мощи страны

Появление очередного суперкомпьютера — это своего рода престижная веха и показатель того, что может страна. Есть ли у нее ресурсы и умение. Есть ли бюджет от сотен миллионов долларов до свыше миллиарда на создание суперкомпьютера, есть ли энергетические мощности для его питания, есть ли инженерные решения для отвода тепла, есть ли свои процессоры, квалифицированные кадры и так далее. 

Министр энергетики США Рик Перри так прокомментировал появление Summit: «Сегодняшний запуск суперкомпьютера Summit демонстрирует американское лидерство в области научных инноваций и развития технологий. Это будет иметь огромное влияние на исследования в сфере энергетики, научные открытия, экономическую конкурентоспособность и национальную безопасность». 

Именно вопрос национальной безопасности можно считать ключевым, так как в США в крайней мере обеспокоены намерением Китая стать лидером в области искусственного интеллекта, что подразумевает применение ИИ и в военной сфере. 

Необходимо подчеркнуть, что уходящий на второе место китайский Sunway TaihuLight был прорывом для Китая в плане создания своей собственной вычислительной и элементной базы и ухода от применения зарубежных процессоров. Процессоры Sunway TaihuLight базируются на архитектуре локальной разработки ShenWei, созданной в государственном Шанхайском центре разработки высокопроизводительных интегральных схем (Shanghai High Performance IC Design Center). Система межпроцессорного соединения узлов, известная под названием Sunway Network, также была разработана в Китае. Кроме того, Sunway TaihuLight имеет собственную реализацию программного стандарта для параллельного программирования — операционную систему SunWay Raise OS 2.0.5 на базе Linux. Таким образом Китай смог преодолеть зависимость от американских элементов и введенных ограничений на поставки высокотехнологичной продукции с 2015 года.

Что касается России, то в 2009 году в МГУ установили суперкомпьютер «Ломоносов», который содержит 6654 вычислительных узла, более 94000 процессорных ядер, обладает пиковой производительностью 1,37 Пфлоп/с. Реальная производительность системы на тесте Linpack равна 674 Тфлоп/с, что позволило ему занять в июне 2011 года 13–е место в списке Top500 самых производительных компьютеров мира. 

В марте 2018 года в МГУ объявили, что закончена разработка и началась опытная эксплуатация нового раздела суперкомпьютера «Ломоносов-2» с пиковой производительностью 1.8 Пфлопс, что в будущем позволит ему подойти вплотную к рубежу в 5 Пфлопс. Новый раздел суперкомпьютера базируется на многоядерных процессорах Intel Skylake и процессорах NVidia Pascal P100 с аппаратной поддержкой высокоскоростного интерфейса NVLink 

В марте этого же года в России сотрудники Объединённого института ядерных исследований в подмосковном городе Дубна представили новый суперкомпьютер «Говорун», который будет использоваться для обработки данных, получаемых с будущего коллайдера тяжёлых ионов NICA. Производительность «Говоруна» составляет 1 петафлопс. Суперкомпьютер построен на базе 72-ядерных процессоров Intel Xeon Phi 7290 и Intel Xeon Gold 6154. Информация между вычислительными узлами осуществляется с помощью технологии Intel Omni-Path на скорости 100 Гбит в секунду. 

Суперкомпьютеры в России появляются, но не такой производительности, чтобы попадать в рейтинг Top500. 

В январе этого года исполняющий тогда обязанности руководителя ЦКП «Сибирский Суперкомпьютерный Центр» ИВМиМГ СО РАН Игорь Черных говорил: «Суперкомпьютеры в России производят несколько компаний, наиболее известные — РСК, «Т-Платформы». Однако наша компонентная база на 99% импортная. Одно из последних мест в мире по производству и поставкам занимает РФ. За рубеж суперкомпьютеры почти не поставляются». 

По мнению директора по корпоративным коммуникациям группы компаний РСК Олега Горбачева ситуацию может исправить появление Национальной программы: «Для развития производства нам как раз и нужна национальная программа. США и Китай львиную долю этих систем в рейтинге имеют именно потому, что у них есть национальная программа, потому что есть государственное понимание, что это нужно, и все это расписано в программах и подкреплено в бюджетах». 

Какие задачи решает суперкомпьютер

Упрощенно говоря, суперкомпьютер нужен для того, чтобы работать с огромным количеством данных и переменных. Работать с информацией, измеряемой в эксабайтах (10 в 18-й степени байт), и в иоттабайтах (10 в 24-й степени байт). И работать не просто с объемами, но и быстро. Например, вычисления метеорологических условий окажутся бессмысленны, если будут длиться дольше, чем наступление того или иного погодного явления, которые мы пытаемся спрогнозировать.

FST баннер.png

Другой вопрос, что трудности возникают не столько с количеством операций в секунду, а с проработкой тех алгоритмов, которые требуют таких скоростей и такого количества процессоров. То есть, технические возможности совершенствуются, но им нужны и математические модели, программная начинка — понимание, как и что именно считать. 

Доктор физико-математических наук, главный научный сотрудник ИПМ им. М.В.Келдыша Андрей Кулешов рассказывает, что есть определенная специфика при использовании суперкомпьютерной техники: «Разработанное для маломощных машин и эффективно на них функционирующее программное обеспечение совершенно не годится для суперкомпьютеров, особенно гибридных архитектур, где вместе с обычными процессорами используются, например, графические ускорители. Без создания специальных алгоритмов, которые предназначены для работы на этих вычислительных архитектурах, возможности суперкомпьютеров реализовать не удастся».

В этой связи российские ученые считают, что отставание России от США и Китая в пентафлопах не так страшно в суперкомпьютерной гонке, и что ключом к эффективному использованию машин останется высокий математический уровень и высокий класс специалистов в области программного обеспечению в России. 

Для чего уже сейчас используются суперкомпьютеры? 

Сферы применения разнообразны. Испанский суперкомпьютер MareNostrum (так называли Средиземное море древние римляне-язычники) находится в помещении бывшей христианской часовни Торре Жирона, теперь он используется для вычислений в интересах генной инженерии, астрофизики, в создании новых лекарств и прогнозировании погоды. 

Но не все зациклено только на масштабных научных изысканиях. Бизнес также активно внедряет применение суперкомпьютеров. Например, компания Ford использует суперкомпьютер при выполнении crash-тестов, когда автомобили разбиваются о препятствие и необходимо снимать, замерять и анализировать массу параметров. Использование суперкомпьютера позволяет сокращать количество разбиваемых реальных автомобилей и сокращать затраты на тесты на треть, экономя миллионы долларов.

Компания DuPont при помощи суперкомпьютеров помогла синтезировала новый материал, имеющий такие качества как невоспламеняемость, стойкость к коррозии и низкую токсичность,. За одну неделю были проведены необходимые расчеты на суперкомпьютере с общими затратами около 5 тысяч долларов. Исследование «по старинке» обошлось бы как минимум в 50 тысяч долларов и в три месяца работы. 

С 1990 года партнером турнира «Уимблдон» в области технологий является американская компания IBM, которая предоставляет организаторам турнира суперкомпьютер Watson. В конкурентной борьбе за посещаемость именно этого турнира, за зрителей и фанатов с помощью суперкомпьютера анализируют социальные сети, чтобы выявлять позитивные и негативные настроения болельщиков, выдавать комментаторам любые сравнительные данные из архивов, автоматизировать маркетинг и PR в интернете и социальных сетях. 

Французской компании «Тоталь» при нефтеразведке применяет суперкомпьютер для анализа информации о недрах. Моделирование позволяет не прибегать к бурению, когда есть сомнения в наличие нефти. В одном таком случае отказ от бурения сэкономил компании около 80 млн долларов. 

Что касается нового американского суперкомпьютера, то некоторые проекты получат доступ к нему уже в этом году для моделирования взрыва сверхновой на разных масштабах, моделирование субатомного поведения материалов, выявления факторов, вызывающих онкологические заболевания, и изучения взаимодействия белков и клеточных систем.

Основным заказчиком на 2019 год будет министерство энергетики, которое использует его для своих вычислений в области альтернативной энергии. Ожидается, что Summit будет также использоваться в сфере применения искусственного интеллекта в 2019 году. 

Если говорить о конкретных примерах с российским МГУ, то совместной группой мехмата МГУ и Института прикладной математики РАН получены результаты по численному моделированию формирования и развития концевых вихрей на сверхзвуковых режимах, решался ряд задач обработки сейсмических данных, для нужд РКК «Энергия» были проведены расчеты обтекания космического корабля при торможении в атмосфере и посадки на ее поверхность. На «Ломоносове» также была решена задача о массотеплообмене для перспективного ядерного реактора. В апреле ученые физического факультета МГУ исследовали разные типы реакций полимеризации с помощью компьютерного моделирования на суперкомпьютере «Ломоносов-2».

Весной этого года стало известно, что «Росатом» и «Роскосмос» начинают испытывать в виртуальной реальности в рамках моделирования на суперкомпьютере двигатели для новой российской сверхтяжелой ракеты. Проект начался еще в 2014 году и обошелся почти в 270 млн рублей. 30 января 2018 года подписан акт о приемке работ по разработке софта для виртуальных тестов.

Для чего можно использовать суперкомпьютеры в будущем? 

Вариантов множество. Для увеличения точности метеопрогнозов, для медицинского прогнозирования, для выявлении связи между генами и раковыми заболеваниями, для моделирования турбулентности, процессов горения, для разработки новых материалов, новых лекарств, для моделирования работы новой техники, расчета деформаций твердых тел с учетом процессов разрушения, контроля над роями дронов, моделирования применения современных вооружений, для анализа данных, получаемых со спутников и беспилотников, криптографии, моделирования воздействия электромагнитного излучения на композиционные материалы (в частности, на покрытия летательных аппаратов), моделирования работы мозга и так далее. Суперкомпьютеры также будут задействованы для профилирования личности и внедрения систем распознавания лиц, мониторинга активности и социального рейтинга в Китае. А по некоторым прогнозам, суперкомпьютеры смогут точно смоделировать погодную систему Земли целиком после достижения ими производительности, превышающей 1 зетафлопс (1000 эксафлопс), появление которой ожидают к 2030 г. 

Кто имеет доступ 

Важна не только производительность лучшего суперкомпьютера, но и общее количество машин в стране и их доступность. Чем больше вычислительных центров, тем больше организаций и институтов могут получить доступ к ним, и тем больший спектр задач может быть решен в самых разнообразных отраслях, включая военные. 

Если говорить о России, то возможностями только одного суперкомпьютерного комплекса Московского университета сегодня пользуются 2500 специалистов из 20 подразделений МГУ, более 100 институтов Российский академии наук, более 100 университетов России. 

Согласно данным проекта Top500, страной с наибольшим числом сверхмощных вычислительных машин на июнь этого года является Китай — ему принадлежит 206 суперкомпьютеров из рейтинга (шесть месяцев назад была 201 система). В то же время США сократили свою долю в рейтинге с 143 систем до 124. Но можно отметить, что по совокупной производительности всех систем в стране США на этот раз обогнали Китай. Американская общая производительность составляет 38,2% от всей производительности Top500, а китайская — 29,1%.

После Китая и США по количеству суперкомпьютеров в рейтинге идут Япония (36 систем), Великобритания (22 системы), Германия (21 система), Франция (18 систем).

У России четыре суперкомпьютера в рейтинге, на один больше, чем в предыдущем списке шесть месяцев назад. «Ломоносов-2» занял 72-ю позицию в рейтинге, компьютер в Росгидромете занял 172-ю позицию, «Ломоносов» занял 326-ю позицию и суперкомпьютер в Курчатовском институте занял 458-ю позицию.

Что дальше? 

А дальше в июне мы ждем новый рейтинг Top500, а передовые страны будут работать над преодолением физических ограничений существующих суперкомпьютеров. Компании сосредоточатся на создании таких технологий, как кремниевая фотоника, нейроморфные и квантовые вычисления, создание биокомпьютеров и клеточных компьютеров. Например, компанией IBM в 2014 году по первым направлениям были открыты научно-исследовательские программы с объёмом финансирования в 3 млрд долларов. 

Ускорение разработки новых материалов и технологий с помощью суперкомпьютеров по разным направлениям может в итоге дать совокупный гигантский толчок к развитию стран и их технологическом отрыве от конкурентов. Это понимают многие и стремительный рост производительности компьютеров называют даже революцией в развитии цивилизации.

Илья Плеханов

FST баннер.png

]]>
Wed, 13 Jun 2018 21:59:51 +0400
СУАР как полигон будущей модели государства тотального контроля http://navoine.info/суар-как-полигон-будущей-модели-государства-тотального-контроля.html http://navoine.info/суар-как-полигон-будущей-модели-государства-тотального-контроля.html Азия/Океания ВПК/Hi-Tech/Оружие
Пятница, 08 Июнь 2018

Синьцзян-Уйгурский автономный район (СУАР) на северо-западе Китая, где проживают исповедующие Ислам уйгуры (примерно 10 млн, которые составляют около 45% от общей численности населения района), давно считают полигоном для тестирования самых разных вещей. В СУАР расположен ядерный полигон Лобнор, где Китай провёл испытания своей первой атомной бомбы в 1964 году, а позже и первой водородной. В СУАР находится ряд крупных военных баз и полигонов, где Китай испытывает новейшую военную технику и тренирует вооруженные силы, в СУАР проводятся масштабные военные парады, демонстрирующие миру и местному населению мощь Пекина.

Но в последнее время все чаще говорят о том, что СУАР является полигоном новых технологий, которые ведут к созданию «цифровой диктатуры», «расистского полицейского государства» и «дистопии». СУАР уже называют самым большим социальным экспериментом современности, местом, где вдали от внимания мировых СМИ и общественности отрабатывается в заявленных целях борьбы с терроризмом и экстремизмом модель установления будущего тотального электронного и биометрического контроля за населением. Государственный департамент США весной этого года после анализа поступающей из СУАР информации уже выразил свою озабоченность «беспрецедентными мерами по надзору за населением» в Китае. 

FST баннер.png

Начиналось с технологическим контролем все относительно недавно с приходом нового человека на должность партийного секретаря региона. В 2016 году миллионы уйгуров в СУАР должны были сдать свои паспорта для «безопасного хранения» и получать отдельное разрешение на выезд из страны, также в регионе появился запрет на ношение скрывающей лицо бурки для женщин и длинных бород для мужчин. 

В том же 2016 году около 40 организаций в Китае стали делиться данными о гражданах и дали доступ к своим базам данным другим агентствам. Среди этих 40 организаций были силовые структуры, полиция, банки, транспортные организации, суды, земельные учреждения. Позже даже компании, предоставляющие велосипеды в аренду для совместного пользования, тоже стали делиться своей информацией с государственными органами.

В 2017 году в рамках «Программы по регистрации населения» и бесплатной программы «Медицина для всех» жители СУАР были обязаны пройти медицинский осмотр, в ходе которого собирались образцы ДНК, информация о группе крови, биометрические данные (отпечатки пальцев, сканы радужной оболочки глаза).

Процедуры проходили либо в ходе посещения домов, либо на централизованных пунктах. Целью было создание полной биометрической базы данных на все население СУАР в возрасте от 12 до 65 лет, за участием населения следили местные «народные комитеты», которые убеждались, что все соседи прошли процедуры.

Помимо этого были даже записаны образцы речи, то есть создана голосовая база, которая позволит в дальнейшем автоматически устанавливать личность по прослушке любого разговора. Опыт СУАР положил начало создания голосовой национальной базы во всем Китае. 

В телефоны населения также были установлены приложения, позволяющие следить за владельцем аппарата и его активностью в сети, включая все данные в мессенджерах, а также пароли и логины. Вернее, всем абонентам были высланы инструкции по установке этого приложения, после чего производились выборочные проверки на предмет наличия приложения в телефоне. В случае отсутствия приложения, по данным местных гражданских активистов, человека могли задержать на десять суток. Приложение позволяло отслеживать, какие файлы просматривает человек на телефоне и оценивать, нет ли в них угрозы безопасности государству.

В 2016 году всем, кто пользовался зарубежными мессенджерами в СУАР, попросту отрубили доступ к связи. 

Весной 2017 года в столице СУАР городе Урумчи также полицией города было разработано приложение, которое позволяло людям сообщать полиции о подозрительной активности.

Граждане также обязаны оснащать свои автомобили датчиками, по которым спутники могут отслеживать передвижения машин. Машины без этих систем не могут быт проданы и их нельзя заправить на бензоколонке. 

В регионе сегодня работает как минимум 40 тысяч камер, оснащенных системой распознания лиц. В некоторых местах камеры развешаны на столбах через каждые 200 метров и рутинно идентифицируют людей и номера машин. По некоторым данным, камеры автоматически уведомляют полицию, если определенный и вызывающий интерес у силовых структур человек отдаляется от места жительства или работы на 300 метров. Раньше государству над было показывать свои документы, сегодня государство без спроса и так все узнает по лицу. 

Бюджет в СУАР на внедрение ИТ-инфраструктуры, программное обеспечение и установку камер в регионе вырос в 5 раз с 2013 года. Сканирование и распознавание лиц происходит как на полицейских участках, так и даже на бензоколонках или при входе на главную автобусную станцию в Урумчи. По свидетельству иностранных журналистов, перед чем как заправить бак машины уйгурам приходится подтверждать свою личность таким образом. 

Китайские производители оборудования для наблюдения, изготовители камер, сканеров, беспилотников и похожего ассортимента крайне довольны ростом заказов для СУАР и получаемой прибылью. По данным одной компании, которая занимается анализом больших данных и внедрением искусственного интеллекта в автоматические системы слежения, выручка растет в разы ежеквартально. Индустрия процветает. Компании стремятся с помощью государства открывать в регионе свои научно-исследовательские лаборатории, так как ситуация в СУАР позволяет им более свободно экспериментировать в реальной обстановке со своими разработками вне внимания общественности со стороны. 

При этом дело не ограничивается слежкой и ограничениями. Май ознаменовался рядом публикаций о создании целой инфраструктуры «образовательных» лагерей в СУАР, куда отправляют людей насильно и где уйгуры проходят идеологическую обработку. По данным «Бизнес Инсайдера» (Business Insider), с апреля 2017 года через эти лагеря прошли сотни тысяч людей, а некоторые источники доводят число «переученных» до одного миллиона. 

В лагерях уйгуров заставляют рассказывать о любви к Китаю, коммунистической идеологии и партии, петь патриотические песни, маршировать, смотреть пропагандистские видеоролики, слушать курсы об этническом единстве, религиозной терпимости, изучать китайский язык, получать основы знаний о законах страны относительно Ислама. По данным местных активистов, которых цитируют зарубежные СМИ, люди пропадают в этих центрах переобучения месяцами. 

Количество лагерей или центров подобного рода в СУАР оценивают в 7-8 десятков. Лагеря, которые находятся под присмотром полиции и нанятых гражданских охранников, подразумевают наличие казарм для охраны, смотровых вышек, камер слежения, укрепленной ограды, железобетонных стен, полицейского оборудования и экипировки, металлоискателей, подземных помещений и так далее.

В охранники в районах с преобладающим уйгурским населением набирают только ханьцев, которые могут доказать свою лояльность коммунистической партии Китая и наличие среднего школьного образования. Только в 2016 году в охранные структуры региона были наняты 90 тысяч человек. 

Помимо правозащитников, которе бьют тревогу и говорят об ущемлении прав и свобод уйгуров, существуют гораздо более широкие опасения, что такая модель общества может получить распространение не только в самом Восточном Туркестане, но и во всем Китае, и даже принята на вооружение другими странами мира по отношению ко всем своим гражданам, а не только к меньшинствам. Например, ряд организаций и групп населения в США, озабоченных государственным контролем, уверены, что федеральные власти страны внимательно следят за китайскими экспериментами и обязательно рано или поздно начнут перенимать опыт Поднебесной и внедрять его на территории Штатов.

Илья Плеханов

FST баннер.png

]]>
Fri, 08 Jun 2018 14:35:25 +0400
Милитаризация космоса и военные спутники США, Китая и России http://navoine.info/milsat-war.html http://navoine.info/milsat-war.html Северная Америка Россия/СНГ Азия/Океания ВПК/Hi-Tech/Оружие
Пятница, 08 Июнь 2018

Президент США Дональд Трамп неоднократно положительно высказывался об идее по созданию отдельных космических войск. Дебаты о целесообразности создания отдельных войск и отдельного командования не утихают второй год, и Белый Дом в Вашингтоне и Сенат пока отвергают все предложения такого рода. Сегодня космосом в основном занимается космическое командование ВВС США и созданный в ходе реформ 1 декабря 2017 года аппарат объединенного центра космических операций при Стратегическом командовании США, но 1 августа Конгрессу США будет представлено исследование, где будут оценены перспективы выделения космического направления в отдельные войска.

Любопытно, что исследование по заказу Пентагона ведет Центр военно-морского анализа (Center for Naval Analysis - CNA) ВМС США, а не представители военно-воздушных сил. Таким образом в Пентагоне надеются получить максимально непредвзятое отношение не связанных напрямую с космосом экспертов. 

Тренды и цифры 

Рынок военных спутников испытывает бум в США. Согласно данным аналитической компании Frost & Sullivan, объем американского рынка составит 30,3 млрд долларов к 2023 году. 28 млрд из них на спутники потратят ВВС США. 

Основные драйверы развития рынка — это ожидаемое распространение киберопераций и массовое внедрение автоматизированных беспилотных систем в вооруженные силы. По мнению аналитиков, спутниковые системы коммуникаций, системы позиционирования, навигации и синхронизации времени (PNT) и метеорологические возможности — это ключевые факторы для эффективного функционирования современной армии. 

FST баннер.png

Среди рекомендаций и прогнозов Frost & Sullivan — необходимость разработчикам спутников сконцентрироваться на создании малоразмерных дешевых и быстро производимых спутников, которые можно запускать в большом количестве. 

Предлагается последовать примеру компании Raytheon, которая уже разрабатывает такие спутники для Береговой охраны США и ее поисково-спасательных операций в Арктике. Силы специальных операций США также уж использует в своих целях малые спутники CubeSat, а летом планирует запустить еще ряд спутников этого класса для сбора разведывательной информации. 

Другие важные тренды для отрасли военных спутников — это внедрение новых материалов для создания космических объектов, акцент на технологиях шифрования сигналов и привлечение частных компаний в интересах Пентагона. 

Американские военные аналитики отмечают также, что Китай и Россия в будущем десятилетии выведут на орбиту специальные спутники (спутники-инспекторы), которые будут преследовать две цели: очищать орбиту от космического мусора и производить ремонт, заправку и модернизацию уже запущенных ранее на орбиту спутников. Обе цели подразумевают, что спецспутники смогут входить в непосредственный контакт с другими спутниками и активно маневрировать в космосе. 

И этот контакт необязательно может быть мирным. Спецспутники такого рода смогут захватывать или уничтожать спутники вероятного противника или осуществлять слежение за их поведением и каналами коммуникации.

«Россия и Китай продолжают осуществлять самые современные орбитальные операции со спутниками, такие как действия по сближению и стыковке. Как минимум часть этих действий проводится с целью испытания техники двойного назначения, которую можно применять в противоспутниковой борьбе, — заявил директор Национальной разведки США Дэниел Коутс. — Например, это исследования в области космической робототехники для обслуживания спутников и удаления космического мусора, которую можно будет использовать для нанесения повреждений спутникам противника. Такие системы будут создавать большие проблемы в будущем, мешая США оценивать обстановку в космическом пространстве, распознавать намерения противника в космосе и заблаговременно предупреждать об угрозах». 

В современной России маневрирующие спутники запускают и тестируют как минимум с 2013 года («Космос-2491» и далее вплоть до маневров спутника «Космос-2521» в марте этого года). В июне 2015 года российский спутник «Луч» разместился между спутниками Intelsat 7 и Intelsat 901 и пробыл там вплоть до сентября 2015 года. Зарубежная пресса тогда писала, что российский аппарат маневрировал в космосе, «парковался» рядом с другими спутниками и «подслушивал» их коммуникации с землей. 

Американцы тоже работают над развитием нового бизнеса по орбитальному обслуживанию спутников. Компания Orbital ATK объявила о том, что она получила второй контракт от Intelsat на поддержание орбитальной группировки геостационарных спутников связи. Запуск первого обслуживающего аппарата MEV-1 запланирован на 2019 год, второй аппарат MEV-2 будет запущен в середине 2020-х. MEV-1 в теории должен продлить срок жизни спутников на пять лет. Сам MEV-1 сможет работать в космосе 15 лет и способен пристыковаться к 80% коммерческих спутников связи разных компаний, работающих сегодня на орбитах. Orbital ATK ожидает, что в итоге развитие ее нового космического бизнеса приведет к развертыванию на орбите целой группировки «обслуживающих роботов», которые будут осуществлять дозаправку, ремонт, сборку и модернизацию спутников.

Безусловно, военные не могут остаться в стороне от такого тренда, разумно предполагая, что такой «ремонтник» в космосе будет полезен и для нужд Пентагона. Ожидается, что по результатам работы MEV-1 можно будет задуматься и о военных контрактах Orbital ATK по ремонту и заправке государственных спутников прямо в космосе.

Важный момент для американцев во всем этом многообразии планов и проблем — это координация действий. В Пентагоне этим вопросом плотно занимался теперь уже бывший заместитель министра обороны Боб Уорк и один из главных в Пентагоне стратегов ведения войн в будущем. Уорк курировал в том числе и работу экспериментального центра комбинированных космических операций (JICSpOC), который призван координировать работу коммуникационных и военных спутников США в случае войны на земле и в космосе с технологически развитым противником. Центр, по мнению Уорка, мог бы стать образцом для выстраивания систем командования и управления в будущих войнах. Весной прошлого года данный экспериментальный центр в итоге и превратился в Национальный центр по космической обороне, где 24 часа в сутки работают несколько сотен сотрудников.

Китайская и российская угроза США

Еще в начале года американский аналитик Лорен Томпсон на страницах Forbes объявил, что война в космосе уже началась, хотя ее ход засекречен, а борьба пока не носит «кинетический характер». Томпсон подчеркивал, что Китай активно занимается разработкой способов уничтожения или выведения из строя военных и гражданских спутников США, что скажется на работе всей инфраструктуры Штатов в случае начала «горячей» фазы боевых действий. 

«По нашей оценке, Россия и Китай считают необходимым нейтрализовать американские военные преимущества, которые им дают военные, гражданские и коммерческие космические системы, и все чаще рассматривают вопросы нападения на такие системы в рамках своей доктрины будущей войны, — говорил директор Национальной разведки Дэниел Коутс в мае прошлого года в конгрессе. — Обе страны будут и дальше разрабатывать весь спектр противоспутникового оружия, видя в этом средство снижения военной эффективности США».

В апреле этого года в США были опубликованы два обстоятельных доклада («Возможности глобального противодействия в космосе: оценка по данным из открытых источников», подготовленный фондом «За безопасный мир», и «Оценка космических угроз — 2018», составленный Центром стратегических и международных исследований), где детально разобраны виды противоспутникового оружия и доктрины России, Китая, Ирана, Северной Кореи.

О планах Китая по размещению в космосе лазеров, которые будут использованы для расчистки орбит от космического мусора и осколков спутников пишут много. Безусловно, появление китайских лазеров в космосе сразу наводит на мысли об их военном применении. Весной прошлого года глава Стратегического командования вооруженных сил США генерал Джон Хайтен в интервью CNN заявил, что Китай откровенно нацелен на то, чтобы бросить вызов США и их союзникам и разместить в космосе лазеры и инструменты подавления сигналов. Генерал добавил, что США не может позволить этому произойти.

Американцы предупреждают, что китайцы ведут разработки в этом направлении, прикрываясь продукцией двойного назначения, чтобы скрыть свои планы. По сути противоспутниковое оружие делится на применение направленной энергии, кибератаки, использование ракет для непосредственного поражения и воздействие на спутники противника с помощью своих платформ, которые находятся на той же или близких орбитах, что и цель.

Первый звонок прозвенел в январе 2007 года, когда Китай сбил ракетой свой старый метеорологический спутник на низкой орбите в 800 км. В 2010, 2013 и 2014 годах были произведены другие испытания ракет, которые можно было характеризовать как разработка противоспутникового оружия.

FST баннер.png

Впрочем, по словам бывшего заместителя директора ЦРУ Джона Маклоглина в 2008 году США также сбили с орбиты свой неисправный спутник-шпион с помощью ракеты SM-3 на высоте 247 километров. Противоракеты сегодня созданы для уничтожения целей на высоте 2400 километров и ниже, где и находятся орбиты многих разведывательных спутников, так что говорить о противоспутниковом оружии, как только о китайском ноу-хау, нет смысла. В 2013 году Китай запустил ракету, которая должна была в научных целях достичь высоты в 10 тысяч километров, а по мнению Пентагона, это был тест противоспутникового оружия для поражения целей на высоте до 36 тысяч километров. 

США беспокоят два основных вопроса: «глушение» спутниковых сигналов или их изменение противником, а также техническая способность спутниковых группировок обслуживать флот беспилотников, ведущих съемку. Выход из строя GPS сделает невозможным применение «умных боеприпасов» американскими вооруженными силами, усложнит ориентирование и маневрирование, станет причиной учащения случаев дружественного огня. Также будут рассинхронизированы смартфоны, системы навигации самолетов, грузовиков, кораблей, станут неработоспособными службы экстренной помощи. «Глушение» сигнала или его корректировка противником может привести к тому, что выйдут из строя системы целеопределения, раннего оповещения, точности нанесения ударов и т. п., без чего практически перестанет функционировать вся современная военная машина страны.

Для Пентагона также крайне важно оставаться способным поддерживать глобальный размах проводимых операций и даже небольшой сбой или прерывание потоков информации может привести к серьезным последствиям. 

По мнению эксперта, только в последние годы впервые после окончания холодной войны военные в США стали относиться к космосу серьезно. Американцы хотели бы видеть свою космическую инфраструктуру и спутники способными противостоять внешнему воздействию противника. Имеется в виду способность выдерживать удары, маневрировать, уклоняться, быть быстро заменимыми и даже наносить ответные удары.

Это займет лет двадцать, но главное, по мнению Томпсона, что процесс пошел. В 2016 году была обозначена новая космическая концепция (Space Enterprise Vision), которая призвана создать «устойчивую» космическую инфраструктуру вооруженных сил США к 2030 году.

Привлечение коммерческих компаний 

Наземная инфраструктура Пентагона и сами военные спутники с ходом времени и стремительным развитием технологий устаревают, поэтому в Пентагоне сегодня уделяют особое внимание сотрудничеству с коммерческими спутниковыми компаниями, применению оборудования, позволяющего, например, беспилотникам в полете менять спутниковые диапазоны, шифрованию сигналов и противодействию «глушению» сигналов. 

В целом, Пентагон хочет видеть больше видео, из любой точки планеты, в самом высоком разрешении. Еще пять лет назад мало кто предполагал, сколько информации будут генерировать системы наблюдения. Своей инфраструктуры Пентагону уже не хватает и военным приходится планировать формат сотрудничества с коммерческими компаниями. Ожидается, что только к 2026 году спутниковые компании смогут полностью удовлетворить запросы Пентагона и работать с потоками информации в нужном объеме. 

В течение ближайших пары лет Министерство обороны США и коммерческие компании должны выработать план развития своих отношений, оценить необходимость запуска сугубо военных спутников и спрогнозировать запросы Пентагона в плане технических потребностей, чтобы не вышло как с беспилотниками, когда они стали использоваться повсеместно даже на тактическом уровне и начали поставлять большие объемы видеоинформации, к чему не были готовы каналы связи и оборудование.

В декабре коммерческий оператор спутниковой связи ViaSat получил от Командования специальных операций контракт на сумму в 350 миллионов долларов для модернизации спутникового оборудования и средств связи сил специального назначения США. НАТО также прибегнет к услугам ViaSat по переводу наземной инфраструктуры альянса на новые платформы спутниковой связи, что должно позволить расширить возможности на поле боя, вдвое увеличить количество пользователей сервиса и менять конфигурацию спутниковой связи в режиме реального времени.

Но Лорен Томпсон опасается, что США могут не успеть выстроить новый мир своих военных спутников и противник ударит до обозначенного выше срока, а также ошибочной может стать ставка на использование коммерческих компаний и спутников, на чем сейчас сосредоточены военные, пытающиеся быстро нарастить свои варианты действий в случае начала войны. Томпсон считает, что существующие возможности гражданских компаний не удовлетворяют требованиям Пентагона и не дадут необходимой свободы действий военным.

Об этом же говорит и бывший заместитель министра обороны по закупкам и технологиям Фрэнк Кендалл. Он отмечает, что военная космическая продукция разрабатывается годами, стоит дорого и сильно отличается даже по габаритам от того, что запускают коммерческие компании. У бизнеса же зачастую просто нет никакой мотивации для участия в военных проектах и тем более в инвестирование в эту область.

Иначе считает Фред Кеннеди, один из руководителей Агенства перспективных исследовательских проектов Министерства обороны США (DARPA). Кеннеди призвал Пентагон к «встряске» в космических программах национальной безопасности, отметив, что пора перестать относиться к созданию спутников «как будто это Rolls Royce или Ferrari».

Для этого, по мнению Кеннеди, Пентагону стоит больше работать с коммерческими компаниями. 

DARPA в июне этого года заканчивает прием заявок от коммерческих компаний на разработку и доставку дешевых небольших военных спутников на низкие орбиты. Эти спутники должны быть быстро заменимы, а их группировки должны поддерживать военные операции США по всей планете. Проект Blackjack стартовал еще в прошлом году, а в течение трех лет DARPA планирует разработать систему управления боем в космосе.

Тотальная слежка 

На фоне громких статей о спутника-смертниках и лазерах в космосе идет несколько другая работа: космос становится ареной наращивания возможностей в сферах слежения за землей и навигации военной, в первую очередь, воздушной техники. И Китай с США активно впрягаются в эту гонку.

Ресурс China Military Online писал, что с 2019 года в Китае стартует проект «Хайнань». В рамках этого проекта на орбиту в течение 4-5 лет будут выведены шесть спутников оптического дистанционного зондирования, а затем в рамках проекта «Санья» будут запущены еще два спутника гиперспектральной съемки и два спутника радиолокационного зондирования. Как только общая группировка составит восемь спутников, Китай сможет следить за всем Южно-Китайским морем 24 часа в сутки вне зависимости от погодных условий. Спутники смогут также мониторить из космоса страны Шелкового Пути и следить за «каждым островом, рифом и кораблем» в Южно-Китайском море. Участники проекта не скрывают, что новая группировка спутников призвана усилить статус Китая как морской державы, стать гарантом развития морской мощи страны и поддержать «национальный суверенитет» Китая в водах Южно-Китайского моря. Помимо военно-политических задач спутники смогут передавать информацию о погодных условиях в регионе и сигнализировать о чрезвычайных ситуациях. В 2018 году в Китае начнутся работы по созданию наземной инфраструктуры для функционирования группировки.

Aviation Week в свою очередь заявлял, что к 2022 году Китай запустит в космос свыше 700 нано- и микро- спутников, способных вести съемку земли в высоком разрешении. Спутники будут запущены двумя частно-государственными компаниями и будут иметь двойное, гражданское и военное, назначение. 

27 декабря прошлого года Китай запустил очередную серию разведывательных спутников «Яогань». Три декабрьских спутника стали дополнениям к двум тройкам, выведенным на орбиты в сентябре и ноябре. По данным аналитиков, эта серия из девяти спутников призвана протестировать новое радиоэлектронное оборудование Китая для слежение за военно-морскими передвижениями ВМС США и других стран.

Осенью прошлого года в СМИ появились материалы о том, что Китай активно работает над созданием спутников, способных осуществлять из космоса «квантовую фантомную съемку» (ghost imaging). Гунь Вэньлинь, глава лаборатории квантовой оптики в Китайской Академии Наук в Шанхае, заявил, что к 2020 году в Китае будет создан прототип квантовой космической камеры, в 2025 году будут проведены испытания в космосе, а в 2030 году можно ожидать масштабное применение технологии.

Данная технология позволит китайцам определять объекты на земле и в воздухе, вплоть до химической составляющей материала объектов, что поставит крест на технологиях снижения заметности боевых машин в радиолокационном, инфракрасном и других областях спектра обнаружения. В первую очередь Китай сможет безошибочно отслеживать полеты американских стратегических бомбардировщиков B-2 Spirit и идущих им на замену B-21, способных доставлять ядерное оружие. 

Так ли страшен черт? 

То, что произойдет в ближайшие десять лет вызывает кроме военных еще и юридические и политические вопросы. Как должны реагировать страны, если их спутник в космосе подвергся нападению? Что делать, если военные спутники страны плотно сопровождаются спутниками вероятного противника?

И даже если начнется война в космосе, то атака на спутники не станет критической для вооруженных сил, но повлечет за собой ответные меры и удары. То есть, станет поводом для начала реальной масштабной войны и резкой эскалации боевых действий. Вывод из строя разведывательных спутников на низких орбитах не сильно повлияет на действия военных. Сбить навигационные спутники на более высоких орбитах будет сложнее и займет больше времени, возможно этого времени будет даже достаточно для маневрирования.

И даже если одна страна сможет, например, прервать связь центра и той же авианосной ударной группы, нет никаких гарантий, что такая группа или иные части перестанут действовать в автономном режиме и не предпримут ответных ходов. В худшем случае, атака на спутник может быть расценена как подготовка к ядерному удару, что заставит сверхдержавы нанести первыми удар по врагу.

У космических держав, по сути, есть две стратегии. Первая — уничтожать превентивно спецспутники противника и тем самым выступать в роли космического агрессора, или ничего не делать, но рисковать потерять всю свою критичную космическую инфраструктуру в ходе первой же космической атаки.

Есть еще вариант международных соглашений, которые бы прописывали и число спецспутников для каждой страны на орбите, и шаги при «кинетическом» или ином воздействии на спутники.

Космос будет милитаризован рано или поздно и лучше сейчас начать разрабатывать основы будущих договоренностей по контролю за этим процессом. 

Глава Стратегического командования Вооруженных сил США генерал Джон Хайтен подвел философскую базу, когда размышлял о возможной войне в космосе: «Когда люди расширяют горизонты, всегда происходит конфликт. Был конфликт на Диком Западе, когда мы пошли на Запад. Был дважды конфликт в Европе, вылившийся в ужасные мировые войны. Каждый раз, когда человечество физически расширяется, происходит конфликт. И в данном случае (освоение космоса) мы должны быть к этому готовы».

Илья Плеханов

FST баннер.png

]]>
Fri, 08 Jun 2018 14:18:24 +0400
Выручит ли Китай Иран после новых санкций? http://navoine.info/iran-china-savesanct.html http://navoine.info/iran-china-savesanct.html Азия/Океания Ближний Восток
Пятница, 25 Май 2018

В начале недели Госсекретарь США Майкл Помпео (Michael Pompeo) заявил, что боль от американских санкций против Ирана будет лишь расти, «если режим не сойдет с недопустимого и непродуктивного пути, который он выбрал для себя и для народа Ирана», и пообещал, что «это будут сильнейшие санкции в истории». 

Для Ирана это не нечто неожиданное, но если из-за санкций США с Тегераном прекратят иметь дела и европейцы, то страна будет вынуждена все больше полагаться на своего главного партнера — Китай. 

С Китаем в военном плане Иран связывают давние отношения. Поставки китайского стрелкового оружия, тактических баллистических и противокорабельных ракет, артиллерии, морских мин и систем ПРО пошли в страну еще во время ирано-иракской войны. После войны Китай поставил самолеты J-7, оказал содействие в создании иранского истребителя Saeqeh и уже позднее помог в создании программы по производству беспилотников. Большая часть современных противокорабельных ракет Ирана является чуть ли не копией китайской продукции. Также Китай еще в 80-х годах сыграл ключевую роль в ядерной программе Тегерана, предоставляя оборудование и обучая специалистов.

FST баннер.png

В 2016 году Китай и Иран заключили договор о военном сотрудничестве, в 2017 году провели совместные военно-морские учения в Иране. По неподтвержденным данным, Иран может претендовать на закупки китайских самолетов J-10, J-11 и J-20. Ожидается, что в 2020 году после окончания эмбарго ООН на поставку вооружений в Иран в страну может хлынуть китайское оружие. Впрочем, за два года может измениться еще многое. 

Китай является сегодня главным торговым партнером Ирана и покупателем иранской нефти. После введения санкций еще до «ядерной сделки» Китай в обход банков открыл бартерную торговую линию с Ираном. Логично ожидать, что в свете текущих угроз Иран надеется и дальше развивать эти отношения со своими азиатскими друзьями. 

После того как французская компания Total заявила, что может выйти из нефтяных проектов в Иране из-за американских санкций, китайские СМИ сообщили, что китайский нефтяной гигант CNPC может выкупить французскую долю. Французы, китайцы и иранцы работали над проектом месторождения Южный Парс с 2017 года и планировали инвестировать почти 5 млрд долларов за 20 лет. Французская доля составляет 50,1%, у китайцев — 30%, остальное — у иранцев. Total можно понять, так как ее активы объемом в 10 млрд связаны с США, а 90% финансовых операций проводятся через американские банки. В иранский проект на данном этапе французы инвестировали всего лишь 47 миллионов долларов. 

Некоторые китайские аналитики вообще рады выходу США из «ядерной сделки». По их мнению, санкции заставят европейцев и японцев уйти из Ирана, и тогда Китай сможет забрать подешевевшую иранскую нефть себе на выгодных условиях, а также занять место европейцев и японцев в инфраструктурных проектах. В марте Китай и Иран подписали договор на 700 миллионов долларов о строительстве железной дороги из Бушира, которая свяжет порт с железнодорожной системой страны. В марте также были открыты фьючерсные контракты на нефть в юанях и после выхода США из «ядерной сделки» объемы торгов на этой китайской бирже выросли в два раза. Китай будет стараться вести двусторонние отношения с Ираном в своей валюте.

На прошлой неделе Пекин посетил министр иностранных дел Ирана и представители Национальной нефтяной компании Ирана. Нефтяники провели переговоры со своими китайскими коллегами и попросили их как минимум не снижать объемы закупок нефти у Ирана.

Китай в первом квартале 2018 года закупал в среднем по 655 тысяч баррелей в сутки, что составляет около четверти экспорта иранской нефти. Для самих китайцев иранская нефть составляет около 10% всего нефтяного импорта. 

Китайские нефтяники ничего не обещали, заявив, что будут следовать политическому решению руководства страны. Ранее китайские компании проводили сделки с Ираном через китайский банк в евро и юанях и не особенно опасались влияния американских санкций на свою финансовую деятельность. 

К слову, после Китая основными покупателями иранской нефти являются Индия, Южная Корея и Турция. Отношения США с Индией и Турцией сегодня не столь однозначны и не факт, что эти две страны испугаются санкций США. То есть, денежные потоки в Иран от продажи нефти могут сократиться не столь критично, как хотелось бы Вашингтону. 

Торговый оборот между Ираном и Китаем составил более 37 миллиардов долларов в прошлом году и это на 13% больше, чем в 2016 году. Китай также открыл Ирану кредитную линию на 10 миллиардов долларов — это крупнейшее предложение подобного рода для Тегерана с момента заключения «ядерной сделки» с США. Суммарно Иран и Китай хотели бы довести свой торговый оборот до 600 миллиардов долларов в течение десяти лет.

Но надо понимать простую вещь: торговый оборот с Ираном составляет менее 1% от всего объема торговых отношений Пекина с миром, в то время как оборот с США для Китая составляет 636 миллиардов долларов (что в 17 раз выше, чем с Ираном), из которых 506 миллиардов приходится на экспорт китайских товаров. 

90% оборота приходится на частный сектор, и 40% которого — это мультинациональные компании, которые чувствительны к ограничениям и санкциям со стороны США. США уже показательно наказали китайскую компанию ZTE за нарушение санкционного режима, лишив ее возможности оперировать в США и наложив штраф. 

У Китая также уже был печальный опыт инвестирования в Ливию и Венесуэлу, когда в итоге китайские инвесторы потеряли все. У Пекина могут быть сомнения в политической стабильности в Иране при существующей власти и санкционном режиме. 

С другой стороны, Китай слишком зависим от нефти из Персидского залива и Пекину в принципе не нужны новые потрясения в регионе. Китай также будет внимательно следить, как в итоге отреагирует Европейский Союз и получится ли у Европы противостоять американским санкциям и заключить свою версию «ядерной сделки» с Ираном. Сложившую ситуацию Поднебесная может попытаться использовать для поднятия своего международного рейтинга и показать миру, что в Пекине больше не готовы подчиняться санкционным требованиям Вашингтона.

Секретарь Высшего совета национальной безопасности Ирана адмирал Али Шамхани, посетивший конференцию по международной безопасности Сочи в конце апреля, провел встречу с коллегами из Китая. Переговоры шли в основном о том, как две страны могут убрать преграды в финансовой и банковской кооперации, но также китайские и иранские официальные лица отметили, что Вашингтон поддерживает дестабилизирующие элементы на Ближнем Востоке и в Афганистане и с помощью санкций пытается вредить Ирану, Китаю и России. По мнению Шамхани, эти три страны должны выработать общую стратегию по противодействию США.

Так или иначе, рано или поздно, но Китаю придется делать выбор, как именно будут развиваться отношения Пекина и Тегерана, и не факт, что этот выбор обрадует Иран. Время покажет.

Илья Плеханов

FST баннер.png

]]>
Fri, 25 May 2018 11:14:06 +0400
Как ИИ изменит поле боя будущего. Соперничество США, Китая и России http://navoine.info/aimilwar-race.html http://navoine.info/aimilwar-race.html Северная Америка Россия/СНГ Азия/Океания ВПК/Hi-Tech/Оружие
Вторник, 08 Май 2018

«Искусственный интеллект — будущее не только России, это будущее всего человечества. Тот, кто станет лидером в этой сфере, будет властелином мира. Очень не хотелось бы, чтобы эта монополия была сосредоточена в чьих-то конкретных руках» - Владимир Путин, сентябрь 2017 года.

Как использовать

Новости о внедрении искусственного интеллекта в последнее время приходят все чаще. Буквально на днях Воздушно-космические силы России впервые испытали автоматизированную систему управления средствами противовоздушной обороны с элементами искусственного интеллекта. Новая система позволяет интегрировать работу зенитных ракетных комплексов С-300 и С-400, зенитных ракетно-пушечных комплексов «Панцирь» и радиолокационных станций. Система сама анализирует воздушную обстановку и выдает рекомендации на применение тех или иных вооружений, что позволяет средствам ПВО реагировать быстрее на угрозы в режиме реального времени.

В начале года аналитический ресурс MarketForecast.com опубликовал прогноз, согласно которому мировой рынок военной робототехники и искусственного интеллекта к 2027 году достигнет 61 миллиарда долларов. В 2018 году он оценивается в 39,2 миллиарда долларов. За девять лет страны потратят на развитие данных технологий в оборонке 487 миллиардов долларов. Рост рынка будет обусловлен большими инвестициями со стороны США, Китая, России и Израиля в технологии нового поколения, а также масштабными закупками Индии, Саудовской Аравии, Южной Кореи и Японии. Большая часть рынка придется на военных роботов, затем, в порядке убывания, на компьютерное зрение, обработку естественного языка, распознавание речи и анализ социальных сетей. 

FST баннер.png

Индустрия искусственного интеллекта (ИИ) и машинного обучения сегодня стремительно растет, а сферы применения, в том числе и военные, практически безграничны. Искусственный интеллект дает три главных преимущества военным: работу с большим объемом данных, скорость обработки и автономность действий.

Проще говоря, искусственный интеллект позволит быстрее и точнее определять цели без участия человека, выдавать варианты и сценарии для последующих действий, гибко реагировать на изменяющуюся ситуацию в режиме реального времени и, если это допускает человек, самому принимать решение. Это если говорить о непосредственном ведении боевых действий.

Другие немаловажные сферы военного применения – это взлом шифров противника, использование ИИ в военной промышленности, мониторинг психического и физического состояния военнослужащих и, что важно в стратегическом плане, прогнозирование

Самый большой интерес у широкой публики в первую очередь вызывает автономность. Сегодня решение о ликвидации целей принимает человек, но на горизонте уже создание систем, которые будут вести боевые действия автономно. На поле боя будущего будет побеждать та система, которая принимает решения быстрее. В этом плане человек становится слабым и медленным звеном в цепочке командования — соответственно, у противника всегда будет искушение создать полностью автономную систему.

Патрик Такер, один из авторов ресурса Defense One, и профессор Денверского университета Хизер Рофф отмечают, что, несмотря на привычную риторику Пентагона, что человек будет всегда в цепочке принятия решений, ИИ-системы сегодня используются не просто для того, чтобы помогать человеку принимать лучшие решения быстрее, а чтобы полностью исключить человека из сферы принятия решений.

Амир Хусейн, основатель и главный исполнительный директор SparkCognition, одной из ведущих компаний США по разработке искусственного интеллекта, также считает тех, кто говорит о необходимости сохранения человека в цепочке принятия решений или полуавтоматических системах, «мягкотелыми» людьми, которые даже не понимают, что происходит. Сама суть автономности — это исключение человека из цепочки, когда решение надо принимать за кратчайшее время и у системы нет этого запаса долей секунд, чтобы советоваться с человеком, уничтожать, например, стремительно приближающаяся угрозу или нет. На поле боя выиграет тот, кто быстрее примет решение и отреагирует. Здесь нет равных машинам. Хусейн считает, что не надо концентрироваться на ограничениях действий автономных систем человеком, а необходимо уже изначально программировать «моральные опции» в искусственный интеллект. Более того, если вдруг одна часть военной системы, один робот начинает принимать неэтичные решения из-за ошибки в программном обеспечении или из-за хакеров, то другая часть системы должны быть способна выключить или уничтожить «плохого» робота.

Хусейн уверен, что военные системы будущего на основе искусственного интеллекта будут более точными, чем сегодня. Это будут рои «умных пуль», которые будут убивать врага с фантастической точностью. С другой стороны, в небе и на море человек будет определять «сектора смерти», в которых, по его мнению, нет гражданских лиц, и уже внутри сектора давать полную автономию на поражение и свободу действий военным системам. Большие данные и прогресс в распознании объектов машинами позволят им выполнять задачи эффективно и с минимальным количеством ошибок.

При этом Хусейн считает, что применение искусственного интеллекта — это не что-то отдельно происходящее в вооруженных силах, это — общий тренд технологических изменений во всех сферах жизни общества, и глупо было бы игнорировать выгоду от участия автономных систем в боевых действиях. Джин уже выпущен из бутылки и с этим надо учиться жить.

По данным Пола Скарра, директора программы исследований войн будущего вашингтонского Центра новой американской безопасности, говорит, что уже около тридцати стран имеют на вооружении оборонительные автономные системы, которые пока еще работают под наблюдением человека, и что сегодня в мире наблюдается гонка за создание наступательного автономного вооружения. Военных подталкивает развитие беспилотных автомобилей, машинного зрения и повышение точности в распознании изображений нейронными сетями. 

Скарре, говоря о применении искусственного интеллекта на войне, активно использует термин «бойцы-кентавры», когда на поле боя будущего вместе будут работать и человеческий и искусственный интеллект. Возникновение термина берет начало от определения игры людей-шахматистов между собой при использовании компьютерной помощи, которое придумал Гарри Каспаров. В шахматах это называется cyborg chess, centaur chess или «цифровые/шахматные кентавры». По мнению Скарре, необходимо перестать думать только в рамках дилеммы «или люди, или роботы» и стараться найти применения технологий, когда человек и искусственный интеллект работают вместе. Наглядный пример — это испытания работы американских вертолетов «Апачей» и беспилотников, когда пилоты вертолета вместе с компьютером контролируют полуавтономную деятельность дронов.

FST баннер.png

Один из самых очевидных способов использования искусственного интеллекта в будущем — это управление роями дронов. При выбранном алгоритме рои дронов из сотен или тысяч единиц могут обезвредить или парализовать работу более сложных и привычных нам участников поля боя, таких как танки или самолеты. Подводные и надводные дроны смогут помешать функционированию подводных лодок и кораблей.

Особый интерес сегодня вызывает даже не автономные боевые действия собственных ИИ-систем, а так называемый концепт «контравтономности», когда подвергнувшаяся нападению ИИ-система противника учится, делает выводы из случившегося и сама выбирает способы противодействия. То есть каждая атака нападающего автоматически делает его врага все более опасным, если не уничтожает сразу.

Любопытно, что автономные ИИ-системы, возможно, будут внедряться на флоте быстрее, чем в воздушных силах. Тем же ВВС США приходится сегодня напоминать и оправдываться, что удары с беспилотников производят операторы, а не сами машины, и операторы иногда ошибаются. Из-за этих реальных ударов, ошибок и жертв среди мирного населения тема дронов в ВВС постоянно муссируется в СМИ. Флот же без лишней шумихи и внимания общественности — по крайней мере, пока — может спокойно сосредоточиться над созданием своих систем.

Автоматизация киберопераций и ведения пропаганды и контрпропаганды в сети – тоже перспективная тема, когда искусственный интеллект подбирает нужную информационную тактику работы в тех же социальных сетях. В США, например, пытаются создать программное обеспечение, которое может определять ботов, занимающихся дезинформацией в сети, выявлять антиамериканские информационные кампании в социальных сетях и оценивать их эффективность.

Искусственный интеллект также обещает не только «умное управление», но и ту скорость, для которой необходимы вычислительные мощности. Надежда военных – это появление квантовых компьютеров, которые обеспечат работу ИИ.

Первые и самые очевидные последствия создания одной из стран действительно работающего квантового компьютера — это почти мгновенный взлом военных и инфраструктурных систем шифрования вероятного противника, что в случае военного конфликта дает огромное преимущество.

Более того, по мнению американских аналитиков, другие страны уже сейчас активно воруют зашифрованные данные у США. Они пока просто хранят их, ничего с ними не делая, так как ожидают, что где-то через десять лет квантовый компьютер будет создан — и вот тогда-то они получат доступ к секретной американской информации.

Скорость вычисления и обработки данных позволит значительно усовершенствовать работу беспилотных и роботизированных военных автономных машин, на которые и будет возложена миссия непосредственного ведения боевых действий в уже обозримом будущем. Упрощенно говоря, военные роботы страны, первой создавшей квантовый компьютер, будут принимать решения быстрее, действовать точнее, «работать» по большему числу целей, лучше «видеть» все поле боя и просчитывать «ходы» дальше, чем роботы противника. А значит — будут побеждать.

Квантовые компьютеры и искусственный интеллект могут быть использованы в проектировании новых видов оружия, новых материалов, новых конструкций и даже в разработке новых стратегий ведения войны. Прогнозирование, безусловно, входит в область применения квантовых компьютеров.

Бывший член группы квантовых вычислений в IBM, а ныне глава собственной компании Чад Ригетти заявил: «Вычислительное превосходство является фундаментальным фактором для долгосрочного экономического превосходства и безопасности. Наша стратегия должна рассматривать квантовые вычисления как способ вернуть американское превосходство в высокопроизводительных вычислениях».

В Белом доме в США уже заявляли, что превосходство Вашингтона в вычислительных технологиях находится «под осадой» и надо инвестировать больше в квантовые технологии. Если Китаю удастся стать лидером «квантовой революции», то кардинально изменится геополитическая и военная картина мира.

США

Роберт (Боб) Уорк — бывший заместитель министра обороны США и один из главных в Пентагоне стратегов ведения войны в будущем. Его конек — это внедрение искусственного интеллекта и роботизированных систем в вооруженные силы, разработка стратегии войны в космосе и ведения комбинированного боя (так назовем Multi-Domain Battle — одновременное ведение боевых действий в различных сферах: на суше, море, в воздухе, космосе, киберпространстве и электромагнитном спектре) в условиях «системы ограничения доступа» (A2/AD, Anti-Access, Area Denial). Собственно, и разработка масштабной стратегии «Третьего противовеса» (Third Offset Strategy), призванной обеспечить военно-технологическое преимущество США перед Россией и Китаем, — это тоже детище Уорка. В 2014 году Боб Уорк опубликовал написанную в соавторстве монографию «20YY: подготовка к войне в эпоху роботов», которая стала настольной книгой аналитиков войны будущего.

В апреле 2017 года на крупнейшей базе Корпуса морской пехоты США Западного побережья Кэмп-Пендлтон прошли первые в истории учения S2ME2 ANTX (Ship To Shore Maneuver Exploration and Experimentation Advanced Naval Technology Exercise), на которых были протестированы около 50 новых военных технологий. В том числе и беспилотные наземные роботизированные платформы, ведущие огонь по противнику, автоматически доставляющие боеприпасы и отвечающие за материальное обеспечение десантирования морпехов.

26 апреля прошлого года Боб Уорк создал специальное подразделение по ведению «алгоритмических боевых действий» (Project Maven), которое должно взять на себя и ускорить внедрение искусственного интеллекта и машинного обучения в вооруженных силах.

Уорк торопится. По его мнению, тем же самым занимаются вероятные противники — Россия и Китай, и союзный Израиль, действия которого и применение искусственного интеллекта в военных целях может привести к дестабилизации всего региона Ближнего Востока. Сегодня в мире, по оценкам американского онлайн-издания Defense One, существует 284 военные системы, которые в той или иной мере уже включают в себя искусственный интеллект. И нет гарантий, что США в этой новой гонке станет победителем.

Замминистра обороны США говорит буквально следующее:

«Хотя мы предпринимаем предварительные шаги для изучения потенциала искусственного интеллекта, больших объемов данных и глубокого обучения, я по-прежнему убежден, что нам нужно сделать гораздо больше и двигаться гораздо быстрее».

Первая задача нового подразделения Пентагона (Project Maven) — это использование искусственного интеллекта для анализа данных и видеоизображений, получаемых в Сирии и Ираке. Сегодня до 95% всех данных, поступающих в аналитические военные центры США c беспилотников, идут именно из этих двух стран. Люди в прямом смысле слова не справляются с обработкой и анализом таких огромных массивов информации. До 80% их рабочего времени занимает просто просмотр кадров. Основные разработки сегодня ведутся в области создания систем, которые бы автономно определяли противника, сверяясь с «библиотекой целей».

Искусственный интеллект в теории должен помочь им определять объекты, выявлять ненормальные последовательности действий на земле и т. п. Искусственный интеллект не будет определять цели для уничтожения, но поможет сделать это людям, хотя сегодня и ведутся разработки по созданию систем, которые бы автономно определяли противника, сверяясь с «библиотекой» целей.

Весной прошлого года прошли две интересных конференции по применению искусственного интеллекта в будущих боевых действиях. Одна из них была посвящена ускорению процессов симбиоза человека и машины в рамках военной стратегии «Третьего противовеса», а на второй Исследовательская лаборатории армии США представила исследование, в котором рассказывается, что в обучающиеся нейронные сети загружают данные об активности мозга человека, когда он определяет цель и решает навести на нее оружие.

Искусственный интеллект пока не может делать такие решения в динамично меняющемся мире боевых действий, хотя и работы по автономному поведению беспилотных автомобилей на дорогах впечатляют. Но в хаотичной военной обстановке цена ошибки еще больше, чем на дороге. В идеале новый подход и изучение сигналов мозга лучших солдат, делающих свою работу в критических ситуациях, позволит в итоге постоянно обучающемуся искусственному интеллекту затем и самому в режиме реального времени определять цели уже без участия человека.

В ВВС США хотели бы видеть связку военно-воздушных сил, космических войск и кибервойск, работающих как единое целое при помощи искусственного интеллекта. Пилот самолета и командование не должны будут в 2030 году отвлекаться на анализ информации. На электронные карты и дисплеи автоматически выводится вся информация от всех родов войск по ситуации на поле боя и целям, цели находятся автоматически, аппаратура сама противодействует средствам радиоэлектронной борьбы, сама восстанавливает подавленные каналы связи и ищет альтернативы и так далее. Особое внимание будет уделяться скорости и безопасности передачи информации. По данным издания, компания Lockheed Martin уже работает над созданием такой системы и проводит учения с прототипом. Компания Raytheon создает прототип симулятора, на котором можно проигрывать тысячи сценариев совместной работы кибервойск, средств радиоэлектронной борьбы и непосредственного применения ракет и бомб авиацией.

Прогнозирование и искусственный интеллект – это идеальное сочетание. Генерал-майор армии США Уильям Хикс, активно интересующийся искусственным интеллектом, роботами и отвечающий за разработку военных стратегий и планирование, говорит, что у США обычно исторически печальный опыт первых этапов войны, и только после первых поражений американцы форсируют свое военное развитие. Именно поэтому, чтобы избежать ошибок, армия США хотела бы видеть более точное прогнозирование ведения боевых действий в будущем. Можно отметить, что генерал Хикс также стоял у истоков разработки и внедрения компьютерной игры Operation Overmatch, которая призвана протестировать ведения боевых действий и применение новых военных технологий в будущем. В игру играют военные с реальным боевым опытом и смотрят, что они могут применять и как. Всего в игре уже участвует около тысячи человек, а в планах задействование десятков тысяч солдат. По идее все клики мышки и удары по клавишам солдатами будут учтены и трансформированы в информацию, позволяющую после анализа искусственным интеллектом лучше понимать действия людей на поле боя, что уже в свою очередь облегчит, ускорит и удешевит разработку и поставку в войска реальных образцов военной техники. Разработчики игры подчеркивают, что при отработке игровых сценариев в первую очередь речь идет о применении военных роботов в ходе боевых действий.

FST баннер.png

Есть и другие проекты.

В США разрабатывают портативное устройство CARACaS (Контрольная архитектура для робокоманд и воспринимания), которое может быть установлено практически на любой катер. С помощью устройств размером с ладонь в будущем практически любое существующее военное средство (катер, машина, самолет) можно будет дешево и быстро превращать в члена автоматизированного роя, отметил бывший глава военно-морских исследований американского флота контр-адмирал Мэтью Кландер.

В ВВС США тем временем разрабатывается система ALPHA, которая за 6,5 миллисекунд снимает данные с датчиков, структурирует и анализирует информацию и способна выдать оптимальные сценарии действия для четырех самолетов.

Директор DARPA доктор Арати Прабхакар в прошлом году рассказала о проекте по борьбе с программируемыми радарами России (упоминается «Небо-М») и Китая:

«Одна из наших программ в DARPA использует совершенно новый подход к этой проблеме, которую мы собираемся разрешить с помощью когнитивного электронного вооружения. Мы используем искусственный интеллект для изучения действий вражеского радара в режиме реального времени, а затем создаем новый метод глушения сигнала. Весь процесс восприятия, изучения и адаптации повторяется без перерыва».

Генерал Джек Шенахан уверен, что искусственный интеллект будет применяться Пентагоном не только для анализа видеоизображений с беспилотников, но что и вообще наступила эпоха, когда вооруженные силы США больше не закупят ни одной технологической платформы, где не внедрен искусственный интеллект. Большие надежды генерал возлагает и на появление квантового компьютера и развитие облачных вычислений. Всего около 130 компаний выказали интерес в сотрудничестве с Project Maven.

Необходимо отметить, что Пентагон в области работ по внедрении искусственного интеллекта в отличие от других стран полагается на технологии частных компаний. Государственные инвестиции Пентагона в собственные разработки не превышают несколько сотен миллионов долларов. Многие современные успехи в вопросах развития и применения искусственного интеллекта в США опираются на исследования таких компаний, как Google, Microsoft, Intel, IBM, D-Wave и др. Поэтому основная забота Пентагона – это привлечение данных компаний в военные проекты, что не всегда находит отклик. Недавно сотрудники технологических компаний США высказались за отказ от сотрудничества с министерством обороны и оказания помощи в создании «роботов-убийц».

О внедрении искусственного интеллекта в сфере оказания помощи ветеранам также задумались в Министерстве по делам ветеранов и Министерстве энергетики США. Через Ирак и Афганистан прошло уже около трех миллионов военнослужащих США. По разным подсчетам, около 20 ветеранов в день сводят счеты с жизнью, а за помощью в лечении посттравматического синдрома обращаются менее 10% ветеранов с этим расстройством, при этом 80% из обратившихся восстанавливают психическое здоровье. Сегодня для диагностики посттравматического синдрома и выбора методов лечения американцы используют суперкомпьютер IBM Watson. Ветераны, участвующие в проекте, предоставляют три раза в неделю свои рассказы о войне и жизни, а искусственный интеллект анализирует голос, содержание, изложение и выдает свои рекомендации по курсу лечения.

Боб Уорк часто говорит о необходимости уделять внимание новым технологиям на основе искусственного интеллекта:

«Армия США знакома с автономными системами ведения боя, которые она применяла в течение последнего десятилетия в Ираке, Афганистане и других странах. Но такие виды вооружения, как управляемые воздушные и наземные аппараты с дистанционным управлением, будут в скором времени заменены преимущественно беспилотными и автономными системами во всех физических сферах действия (в воздухе, море, под водой, на суше и в космосе) и в большинстве военных операций. Еще потребуется некоторое время, чтобы новый способ ведения войны стал более очевидным, в котором беспилотные и автономные системы займут центральное место при ведении боя».

И буквально месяц назад в Сенате США предложили создать Комиссию национальной безопасности по вопросам искусственного интеллекта. Бюджет комиссии на 2019 году составит 10 миллионов долларов. Члены комиссии будут следить за тем, чтобы США оставались глобальными лидерами в сфере искусственного интеллекта, машинного обучения, квантовых вычислений. Другое направление деятельности — это оценка рисков для безопасности США, которые вытекают из развития военного искусственного интеллекта и его внедрения в вооруженные силы в Китае и России.

Китай

В 2015 году в Китае был создан специальный Комитет по науке, технологиям и индустриальному развитию национальной обороны, а в 2016 году Центральный военный комитет Китая создал еще одну Комиссию по науке и технологиям. Эти структуры призваны обеспечить интеграцию гражданских и военных технологий и дать рост технологиям двойного назначения. В 2016 году глава Китая Си Цзиньпин заявил, что военным следует уделять особое внимание развитию стратегических передовых технологий для вооруженных сил. Китайское общество должно стать инновационно ориентированным. В 2016 году в рамках пятилетнего плана (2016-2020) были обозначены и направления, на которых следовало сосредоточить усилия военному комплексу. Они включали в себя работу над космическими и авиационными двигателями, квантовыми технологиями, гиперзвуком, автоматизацией и робототехникой, нанотехнологиями, искусственным интеллектом и космическими исследованиями.

В июле 2017 года Государственный совет КНР опубликовал подробную стратегию по превращению Китая к 2030 году в «лидера и глобальный центр инноваций в области искусственного интеллекта». Она включает в себя обещания инвестировать в исследования и разработки, которые «будут укреплять с помощью ИИ национальную оборону, обеспечивать и защищать национальную безопасность». В данной стратегии особое внимание уделялось применению искусственного интеллекта в области автоматизации боевых действий и прогнозирования. В стратегии Пекина указывалось, что страна стать мировым лидером в области ИИ к 2030 году.

Эрик Шмидт, бывший председатель совета директоров материнской компании Google Alphabet заявил:

«Поверьте мне, китайцы очень хороши в ИИ. И они будут использовать эту технологию как для коммерческих, так и для военных целей со всеми возможными последствиями. Все очень просто. К 2020 году они нас догонят, к 2025 году они будут лучше нас, а к 2030 году они будут доминировать в индустриях, связанных с искусственным интеллектом».

О реальных примерах применения Китаем искусственного интеллекта в военной сфере известно немного.

В декабре прошлого года на выставке в Шанхае китайцы представили самый быстрый в мире морской беспилотник «Тяньсинь-1». Судно водоизмещением в 7,5 тонн и длиной в 12,2 метров предназначено для морского патрулирования и снабжено дистанционно управляемым боевым модулем. Скорее всего на вооружении будет стоять модуль ORW-1, представляющий собой 12,7-мм пулемет Тип-88 (Type-88 (QJC88)) и оптико-электронную станцию. Данный модуль имеет также режим полной автономности, систему стабилизации для работы на воде и способен вести прицельную стрельбу на расстоянии в 1500 метров. Считается, что Китай (как и другие страны) работает над внедрением искусственного интеллекта в стрелковые модули подобного рода, которые бы позволяли им принимать решение об открытии огня в автономном режиме, исходя из автоматической оценки ситуации и выборе целей из «библиотеки данных».

СМИ Китая со ссылкой на разработчиков также сообщали, что в военно-морских силах страны ведутся работы над внедрением искусственного интеллекта в системы управления ядерных подводных лодок Поднебесной. По мнению китайских экспертов, электронная начинка существующих подводных лодок сильно отстает от возможностей «железа», и у Китая есть хороший шанс при разработке новых подводных лодок сразу закладывать в электронику возможности искусственного интеллекта. Пока у ВМС Китая нет планов сокращать экипаж ядерных подводных лодок, искусственный интеллект должен стать помощником в управлении и принятии решений, а не заменять человека. Чжу Мин, сотрудник Института акустики Академии наук Китая, отмечает, что тема искусственного интеллекта для подводных операций в последние несколько лет стала популярна в стране. Это связано с тем, что разрыв между теорией и реальными прикладными возможностями технологии постепенно сокращается. Искусственный интеллект может в корне изменить баланс сил подводных флотов ведущих стран. С другой стороны, Чжу Мин предупреждает, что недостаток контроля над искусственным интеллектов в области ядерных вооружений может выйти боком, и никому не нужна «беглая» самообучающаяся автономная подводная лодка с ядерным оружием на борту, которая способна «уничтожить континент».

Тема искусственного интеллекта на подводных лодках не нова. Еще в прошлом году Джо Марино, глава одной из компаний, поставляющей продукцию для подводного флота США, заявил, что применение искусственного интеллекта на подводных лодках России и Китая может нести угрозу господству США на море, потому что вероятный противник будет принимать более точные информированные решения быстрее американцев. Марино пытается привлечь внимание военно-морского руководства США к необходимости изучения вопросов по применению искусственного интеллекта в подводной войне.

ИИ может помочь и военно-индустриальному комплексу Китая. В прошлом году McKinsey Global Institute (MGI) опубликовал доклад «Искусственный интеллект и его значение для Китая». В MGI предсказали, что в Китае до 50% труда может быть автоматизировано, что делает страну потенциально самым крупным игроком на рынке применения ИИ. Глобальный рынок применения ИИ оценивают в 127 млрд долларов к 2025 году. В 2016-м году в ИИ влили 6 млрд долларов венчурных инвестиций. Подсчитали, что внедрение ИИ в производства может увеличить рост китайского ВВП на 1,4% пунктов в год. Применение искусственного интеллекта в промышленности может значительно ускорить развитие военного индустриального комплекса, создание и вывод на рынок или поле боя военной техники.

Американские эксперты отмечают, что амбиции у Пекина, конечно, большие, но гонка за военный искусственный интеллект еще только набирает обороты, так что предсказать что-либо трудно.

Пока американцы опережают всех, но, тем не менее, к заявлениям подобного рода в США относятся серьезно и многие считают, что Китай догоняет Штаты. В 2017 году китайцы подали на 641 патент в области искусственного интеллекта, а США — 130. В 2012 году американские ученые представили 41% статей для престижной Ассоциации по развитию искусственного интеллекта (Association for the Advancement of Artificial Intelligence, AAAI), а китайские — всего 10%. В 2017 году картина выглядела уже иначе: у американцев было 34%, у китайцев — уже 23%.

Главный тормоз развития для Китая в этой области — отсутствие специалистов. Только около 40% китайских специалистов в области искусственного интеллекта имеют соответствующий стаж работы свыше 10 лет, в то время как в США этот показатель превышает 70%. По этой причине одна из целей Пекина — это привлечение в страну зарубежных специалистов по робототехнике и искусственному интеллекту.

Концентрация Пекина на искусственном интеллекте не ускользает и от внимания соседей по региону. Недавно стало известно, что Индия и Япония планируют объединить усилия в разработке военных наземных беспилотных машин и военных роботов в противовес Китаю. Представитель индийского Центра искусственного интеллекта и робототехники (CAIR) заявил, что цель совместной работы — экипирование вооруженных сил самодостаточными адапитируемыми и отказоустойчивыми роботизированными системами.

Россия

У России до недавнего времени не было четкой стратегии по военной робототехнике. Все изменилось в 2014 году, появилась программа вооружений до 2025 года с учетом использования беспилотных систем, была создана специальная комиссия при Министерстве обороны по развитию военной и специальной робототехники. С 2016 года проходит ежегодная Военно-научная конференция «Роботизация Вооруженных сил Российской Федерации». За последние три года было создано 10 крупных научно-исследовательских институтов и центров в Вооруженных силах России, как заявил глава Минобороны генерал армии Сергей Шойгу. В данных научных институтах и центрах проводятся исследования в различных сферах, в том числе IT, робототехники и беспилотных летательных аппаратов. Россия стремится стандартизировать производственную линейку, убрать дублирующие процессы и выбрать ряд базовых беспилотных платформ из множества предлагаемых. Правительственная Военно-промышленная комиссия поставила целью роботизировать 30% военной техники 2025 году.

По мнению Сэма Бендетта, специалиста по российским вооруженным силам из Военно-морского аналитического центра, Россия уступает Китаю и США в области применения новых технологий, автоматизации и искусственного интеллекта, однако она расширяет свои вложения в эту сферу благодаря принятой в 2008 году программе по модернизации вооруженных сил. «Россия отстала и сейчас наверстывает упущенное», — говорит Бендетт.

В отличие от США, как отметил Бендетт, что бюрократическая машина военно-промышленного комплекса России становится более эффективной и работает быстрее в сфере создания беспилотных систем, получает больше ресурсов и поощряет разработки. Кроме ВПК над данными задачами работает и масса гражданских институтов и лабораторий. 

Цель номер один для России в этой области, по мнению американцев, — создание своего ударного дрона дальнего радиуса действия. Еще одна задача — это полностью уйти от зависимости от иностранных компонентов. 

Зарубежные эксперты выделили два перспективных направления развития беспилотных систем в России. Первое — это использование искусственного интеллекта и роев дронов. Второе — это совмещение средств радиоэлектронной борьбы с беспилотными системами.

Российская технологическая отрасль относительно мала по сравнению с американской и с китайской, что уменьшает ее шансы в гонке. Однако в России сохраняется мощная академическая традиция в области естественных и технических наук. Вдобавок технологическое совершенство — это еще не все. Не менее важно, как ты используешь то, что у тебя есть.

Сотрудник независимого аналитической организации Центр новой американской безопасности Грегори Аллен предполагает, что Россия, возможно, будет готова агрессивнее использовать ИИ и машинное обучение в разведывательных и пропагандистских кампаниях, чем ее противники. Автоматизация, по его мнению, может усилить потенциал хакерских операций и действий в социальных сетях.

В марте этого года в министерстве обороны России прошла первая конференция «Искусственный интеллект: проблемы и пути решения». Первый заместитель министра обороны РФ Руслан Цаликов заявил:

«Искусственный интеллект будет развиваться практически во всех сферах деятельности Вооруженных сил. Начнем с того, что отдельные элементы искусственного интеллекта или системы интеллектуального управления в Вооруженных силах уже активно применяются, например, в беспилотных системах и робототехнике… Мы собрали конференцию на базе министерства обороны, потому что у нас уже идет практическая реализация того, что даже до конца научно не исследовано и не оформлено. Именно такое движение одновременное и практическое применение уже разработанных систем и технологий и их дальнейшее развитие по научной линии внушает надежду, что мы всегда будем двигаться впереди всех».

Можно предположить, что в первую очередь сегодня искусственный интеллект внедряются в России в системы ПВО И ПРО (о чем и говорилось выше), и данные системы исключают человека из цепочки принятия решений из-за низкой скорости реакции человеческих операторов, в системы ведения огня наземными роботизированными платформами (чем занят и Китай) и в системы работы с информацией, поступаемой с беспилотников.

Начальник Главного управления развития информационных и телекоммуникационных технологий Министерства обороны России генерал-майор Олег Масленников отметил:

«Военными и разведывательными ведомствами разных стран широко внедряются так называемые интеллектуальные боевые роботы – разновидности автоматических видов вооружений. Примерами систем искусственного интеллекта военного назначения служат интеллектуальные системы военного назначения для сбора и анализа данных; интеллектуальные системы военного назначения для дополнения информационного пространства большим объёмом искусственно созданных данных (для формирования виртуальной «истины»); радиолокационные системы с искусственным интеллектом; тактическое оружие с искусственным интеллектом; беспилотники и дроны с искусственным интеллектом и др.».

За и против

Плюсы наличия автономных военных ИИ-систем понятны. Они позволяют сохранить жизнь военнослужащих, повышенная точность применения сокращает потери среди мирного населения, а сам факт существования такой системы может служить инструментом предотвращения начала конфликта.

Риски же критики обычно сводят к пяти вопросам: кто контролирует ИИ-систему? можно ли ее хакнуть? кто принимает решение о нанесении удара? будет ли система ошибаться? кто понесет ответственность за ошибки?

Первый вопрос еще можно сформулировать так: не захватят ли военные роботы власть над человечеством? В обозримом будущем вероятность такого сценария ничтожно мала.

Хакнуть машину, которая в будущем сама конфигурирует свои алгоритмы, — маловероятно.

Нужен ли человек для финального решения? Там, где важна скорость, человек становится обузой. ИИ-система может быть вооружена нелетальным оружием, критерии применения оружия без команды человека могут быть строго прописаны.

Ошибки? Люди совершают гораздо больше ошибок. ИИ-система, возможно, совершит ошибку, а человек это сделает наверняка.

Главная опасность в том, что многочисленные ИИ-системы могут одновременно сделать одну и ту же ошибку. Например, запускающие праздничный фейерверк люди будут определены ИИ-системой как террористы. Но это уже вопрос тестирования и обучения системы до надлежащего уровня.


Кто будет виноват в случае ошибки? Производители военных ИИ-систем или командование операцией? Нужно ли разделить ответственность на финансовую (для компаний-производителей) и персональную (для военного руководства)? Это все обсуждается.

Ясно одно: риски пока не перевешивают выгоду, поэтому однозначно, что работы над созданием военных ИИ-систем будут только набирать обороты.

«Автономные системы, в отличие от своих аналогов, управляемых человеком, характеризуются иными свойствами и смогут изменить не только способ развертывания войск США по всему миру, но и отношение политиков к применению данного вида систем вооружения. Перед вооруженными силами США открываются огромные возможности в будущем, если политики сделают правильный выбор. Существует большая опасность, что неправильные решения и недостаточное понимание новых тенденций приведет вооруженные силы США к ненужным рискам», — резюмирует Боб Уорк.

Высказывает свои опасения и американская аналитическая компания RAND Corporation, которая недавно опубликовала исследование, согласно которому искусственный интеллект сможет потенциально привести мир к ядерной войне к 2040 году. «ИИ может подорвать геополитическую стабильность и нарушить статус ядерного оружия как средства сдерживания», — говорится в исследовании. По мнению аналитиков, если вооруженные силы будут все больше полагаться на ИИ, то в случае ошибочной оценки ситуации, система может принять неверное решение и запустить маховик обмена ядерными ударами.

Бывший главнокомандующий силами НАТО в Европе Джеймс Ставридис говорит об искусственном интеллекте так: «Бойтесь! Очень-очень бойтесь!». Ставридис предупреждает, что мир стремительно идет к самому важному в истории войн перелому, когда войну будет вести искусственный интеллект, а общество, скорее всего, к этому просто не готово.

Когда-нибудь противостояние машин под управлением искусственного интеллекта в бою будет происходить быстрее, чем это будет осознавать человек. 

Илья Плеханов

FST баннер.png

]]>
Tue, 08 May 2018 14:19:50 +0400
«Тихая» Япония посреди гонки вооружений в Азии http://navoine.info/japan-arms-race.html http://navoine.info/japan-arms-race.html Азия/Океания ВПК/Hi-Tech/Оружие
Пятница, 09 Март 2018

Китай увеличивает свой военный бюджет на 8,1% в этом году по сравнению с предыдущим, и это не нравится многим, если не большинству, в регионе. Япония в этом плане находится в первых рядах. Японские официальные лица уже заявили, что будут настаивать на том, чтобы Китай «был более открыт» в том, как расходует деньги в рамках военного бюджета. Особенно внимательно японцы планируют отслеживать технологии, которые Китай может применять при создании атомного авианосца.

Впрочем, по теме авианосцев Япония в эти дни находится сама под пристальным вниманием. Стало известно, что Токио будет рассматривать возможность использования своих вертолетоносцев типа «Идзумо» в качестве авианосцев под американские самолеты F-35B, которые могут применяться на коротких взлетно-посадочных полосах. По данным зарубежных СМИ, Япония вообще изначально планировала свои корабли именно как авианосцы, а вертолетоносцами они были названы для отвода глаз, чтобы не нарушать принцип отказа Японией от наступательного вооружения. Премьер-министр Японии Синдзо Абэ заявил, что не видит ничего страшного в том, что Министерство обороны изучает возможность базирования F-35B на палубах «Идзумо», потому что страна должна рассматривать все варианты в кризисных ситуациях.

В феврале в Японии прошла специальная церемония ввода в строй первого F-35A, который был произведен на сборочных линиях в самой Японии. До этого четыре самолета F-35A были собраны в США, и японские пилоты проходили в Штатах обучение по их пилотированию. Всего Япония планирует закупить 42 машины F-35A, а сейчас заходят разговоры и о закупках до 40 самолетов F-35B в свете перевооружения Китая и в связи с активизацией действий китайского флота. F-35B могут появиться на палубах вертолетоносцев Японии уже в 2024 году, а в этом году на японской авиабазе «Мисава» будут расположены и введены в строй десять F-35A.

Агентство «Рейтерс», со ссылкой на два неназванных источника, сообщает, что военно-морские силы Японии планируют закупить нефтяной танкер, чтобы он снабжал нефтепродуктами базу на Окинаве, где могли бы быстрее заправляться корабли, ведущие патрулирование Восточно-Китайского моря. Япония наращивает свои усилия по мониторингу активности китайского флота в этих водах и корабли не успевают достаточно быстро получать топливо на Кюсю. Закупка танкера будет внесена в программу материального обеспечения японского флота, которая стартует в апреле 2019 года.

В конце февраля стало известно, что Япония планирует разместить батарею противокорабельных ракет на основном острове Окинава помимо уже одобренного размещения ракет на острове Мияко, который находится на 290 километров юго-западнее Окинавы. Дальность действия противокорабельного комплекса составляет свыше 100 километров, и японцы надеются поставить под контроль большую часть вод между островами. В 2008 году четыре китайских корабля прошли между Мияко и Окинавой и с тех пор этот маневр повторяется время от времени, что нервирует японцев. Ракетный комплекс на острове Мияко должен также прикрывать более мелкие и отдаленные острова от китайской угрозы. Помимо двух упомянутых противокорабельных ракетных батарей японцы установят еще две на других островах в регионе. Первая из них появится уже в этом году.

Впрочем, министр обороны Японии сообщил, что еще ничего окончательно не решено, а просто идет изучение возможностей размещения.

К концу марта также в Японии появится бригада морских амфибийных операций, созданная по подобию подразделений Корпуса морской пехоты США. Новая бригада быстрого реагирования численностью в 2100 человек в теории должна суметь десантироваться на эти отдаленные острова и защищать их от китайцев.

К 2020 году в рядах Сил самообороны Японии должен появиться командный центр, который будет курировать кибероперации и космическую оборону. Это – реакция на рост киберугроз и на опасность того, что есть большая вероятность милитаризации космоса в будущем. Уже существующее в Японии подразделение по борьбе с кибератаками будет в этом году увеличено до 150 человек, что представляет рост в 40% по сравнению с предыдущим годом. В 2019 году штат подразделения будет продолжать увеличиваться. Для сравнения, в США штат киберподразделения Пентагона в сентябре этого года будет доведен до 6200 человек.

Космической обороной Япония планирует плотно заняться в 2022 году, когда в стране будет достроен радар по слежению за спутниками и космическим мусором. Главная проблема, по мнению японских военных, даже не в технических возможностях, а в недостатке обученного персонала и малом количестве желающих работать в этой области, получая скромную государственную зарплату. Япония надеется быстро восполнить проблемы с персоналом с помощью партнерств с другими странами.

Так как японцы считают, что основная киберугроза исходит от русских хакеров, то Токио планирует наращивать сотрудничество с тремя странами Балтии (особенно с Эстонией) в сфере кибербезопасности. Что касается возможностей Китая сбивать спутники в космосе, то здесь Япония будет советоваться с Францией, как реагировать на угрозы подобного рода.

В Японии также обсуждается возможная поставка японских радаров для системы противовоздушной обороны Таиланда. Важность этой сделки, если она состоится, нельзя переоценить, потому что Япония давно и не очень успешно пытается наладить экспорт своих вооружений. До недавнего времени (до 2014 года) экспорт жестко ограничивался, но теперь Япония стремится получить свой кусок мирового пирога на рынке оружия. С одной стороны, потенциальные клиенты могут быть уверены в высокотехнологичности японской продукции, а с другой стороны – не могут реально оценить ее работу в реальных условиях. Именно по этой причине факт того, что японские противолодочные корабли и самолеты смогли в течение нескольких дней в январе этого года отслеживать китайскую подводную лодку, играет на руку репутации Японии в военно-технической сфере.

В феврале Япония, например, еще раз подтвердила, что будет развивать военное сотрудничество с Мьянмой, несмотря на критику политики этого государства со стороны западных и исламских СМИ. На сегодняшний день Япония обучает кадетов из Мьянмы в своей военной академии. Для Японии Мьянма играет важное геополитическое значение. Токио отмечает, что это понимают и такие глобальные игроки как Россия и Китай, которые тоже стремятся укрепить свое военно-техническое сотрудничество с этой страной.

Тем временем китайские СМИ не остаются в долгу, поднимают тему ядерного оружия и милитаризации Японии и пишут, что Токио обладает 47 тоннами плутония, из которого могут быть произведены 6 тысяч боеголовок, что 22 японских подводных лодки могут быть оснащены крылатыми ракетами с ядерными зарядами, что японский F-15J может быть модифицирован под сброс ядерных бомб, а новый японский ракето-носитель «Эпсилон» может стать военной межконтинентальной баллистической ракетой для доставки смертоносного груза на расстояния до 12 тысяч километров. По сути в короткий срок Япония может стать страной, обладающей классической ядерной триадой. По мнению китайских военных аналитиков, Япония стремится стать ядерной державой, потому что только тогда она будет чувствовать себя не слабее Китая в военном плане.

]]>
Fri, 09 Mar 2018 14:50:55 +0400
Спутники войны: космическая гонка США и Китая http://navoine.info/spacerace-satellite.html http://navoine.info/spacerace-satellite.html Северная Америка Азия/Океания ВПК/Hi-Tech/Оружие
Пятница, 23 Февраль 2018

satam2i.jpg

О милитаризации космоса пишут довольно много и зачастую это материалы о том, как будут сбиваться или захватываться спутники на орбите, использоваться начиненные взрывчаткой «спутники-смертники» или выводиться в космос целые комплексы вооружений будущего. На фоне этих громких статей идет несколько другая работа: космос становится ареной наращивания возможностей в сферах слежения за землей и навигации военной, в первую очередь, воздушной техники. И Китай с США активно впрягаются в эту гонку. 

Ресурс China Military Online сообщил, что с 2019 года в Китае стартует проект «Хайнань». В рамках этого проекта на орбиту в течение 4-5 лет будут выведены 6 спутников оптического дистанционного зондирования, а затем в рамках проекта «Санья» будут запущены еще 2 спутника гиперспектральной съемки и 2 спутника радиолокационного зондирования. Как только общая группировка составит 8 спутников, Китай сможет следить за всем Южно-Китайским морем 24 часа в сутки вне зависимости от погодных условий. Спутники смогут также мониторить из космоса страны Шелкового Пути и следить за «каждым островом, рифом и кораблем» в Южно-Китайском море. Участники проекта не скрывают, что новая группировка спутников призвана усилить статус Китая как морской державы, стать гарантом развития морской мощи страны и поддержать «национальный суверенитет» Китая в водах Южно-Китайского моря. Помимо военно-политических задач спутники смогут передавать информацию о погодных условиях в регионе и сигнализировать о чрезвычайных ситуациях. В 2018 году в Китае начнутся работы по созданию наземной инфраструктуры для функционирования группировки.

Aviation Week в свою очередь заявил, что к 2022 году Китай запустит в космос свыше 700 нано- и микро- спутников, способных вести съемку земли в высоком разрешении. Спутники будут запущены двумя частно-государственными компаниями и будут иметь двойное, гражданское и военное, назначение.

За несколько дней до нового года, 27 декабря, Китай запустил очередную серию разведывательных спутников «Яогань». Три декабрьских спутника стали дополнениям к двум тройкам, выведенным на орбиты в сентябре и ноябре. По данным аналитиков, эта серия из 9 спутников призвана протестировать новое радиоэлектронное оборудование Китая для слежение за военно-морскими передвижениями ВМС США и других стран.

Осенью прошлого года в СМИ появились материалы о том, что Китай активно работает над созданием спутников, способных осуществлять из космоса «квантовую фантомную съемку» (ghost imaging). Гунь Вэньлинь (Gong Wenlin), глава лаборатории квантовой оптики в Китайской Академии Наук в Шанхае, заявил, что к 2020 году в Китае будет создан прототип квантовой космической камеры, в 2025 году будут проведены испытания в космосе, а в 2030 году можно ожидать масштабное применение технологии. Данная технология позволит китайцам определять объекты на земле и в воздухе, вплоть до химической составляющей материала объектов, что поставит крест на технологиях снижения заметности боевых машин в радиолокационном, инфракрасном и других областях спектра обнаружения. В первую очередь Китай сможет безошибочно отслеживать полеты американских стратегических бомбардировщиков B-2 Spirit и идущих им на замену B-21, способных доставлять ядерное оружие. 

США пока больше беспокоят два основных вопроса: «глушение» спутниковых сигналов или их изменение противником, а также техническая способность спутниковых группировок обслуживать флот беспилотников, ведущих съемку. 

«Глушение» сигнала или его корректировка противником может привести к тому, что выйдут из строя системы навигации, целеопределения, раннего оповещения, точности нанесения ударов и т. п., без чего практически перестанет функционировать вся современная военная машина страны. Для Пентагона крайне важно оставаться способным поддерживать глобальный размах проводимых операций и даже небольшой сбой может или прерывание потоков информации может привести к серьезным последствиям.

Наземная инфраструктура Пентагона и сами военные спутники с ходом времени и стремительным развитием технологий аустаревают, поэтому в Пентагоне сегодня уделяют особое внимание сотрудничеству с коммерческими спутниковыми компаниями, применению оборудования, позволяющего, например, беспилотникам в полете менять спутниковые диапзоны, шифрованию сигналов и противодействию «глушению» сигналов. 

В декабре коммерческий оператор спутниковой связи ViaSat получил от Командования специальных операций контракт на сумму в 350 млн долларов для модернизации спутникового оборудования и средств связи сил специального назначения США. НАТО также прибегнет к услугам ViaSat по переводу наземной инфраструктуры альянса на новые платформы спутниковой связи, что должно позволить расширить возможности на поле боя, вдвое увеличить количество пользователей сервиса и менять конфигурацию спутниковой связи в режиме реального времени.

В сфере внимания военных США также и развитие нового бизнеса по орбитальному обслуживанию спутников. Компания Orbital ATK объявила о том, что она получила второй контракт от Intelsat на поддержание орбитальной группировки геостационарных спутников связи. Запуск первого обслуживающего аппарата MEV-1 запланирован на этот год, второй аппарат MEV-2 будет запущен в середине 2020-х. MEV-1 в теории должен продлить срок жизни спутников на 5 лет. Сам MEV-1 сможет работать в космосе 15 лет и способен пристыковаться к 80% коммерческих спутников связи разных компаний, работающих сегодня на орбитах. Orbital ATK ожидает, что в итоге развитие ее нового космического бизнеса приведет к развертыванию на орбите целой группировки «обслуживающих роботов», которые будут осуществлять дозаправку, ремонт, сборку и модернизацию спутников. Безусловно, военные не могут остаться в стороне от такого тренда, разумно предполагая, что такой «ремонтник» в космосе будет полезен и для нужд Пентагона. Ожидается, что по результатам работы MEV-1 можно будет задуматься и о военных контрактах Orbital ATK по ремонту и заправке государственных спутников прямо в космосе.

В целом, Пентагон хочет видеть больше видео, из любой точки планеты, в самом высоком разрешении. Еще пять лет назад мало кто предполагал, как сколько информации будут генерировать системы наблюдения. Своей инфраструктуры Пентагону уже не хватает и военным приходится планировать формат сотрудничества с коммерческими компаниями. Ожидается, что только к 2026 году спутниковые компании смогут полностью удовлетворить запросы Пентагона и работать с потоками информации в нужном объеме. В течение ближайших пары лет Министерство обороны США и коммерческие компании должны выработать план развития своих отношений, оценить необходимость запуска сугубо военных спутников и спрогнозировать запросы Пентагона в плане технических потребностей, чтобы не вышло как с беспилотниками, когда они стали использоваться повсеместно даже на тактическом уровне и начали поставлять большие объемы видеоинформации, и к чему не были готовы каналы связи и оборудование.

]]>
Fri, 23 Feb 2018 16:30:45 +0400
США vs Китай: разминка в преддверии торговой войны? http://navoine.info/us-vs-chi-tradewar.html http://navoine.info/us-vs-chi-tradewar.html Северная Америка Азия/Океания
Пятница, 23 Февраль 2018

chiusatr.jpg

В начале этого года в США запретили сделку по приобретению MoneyGram китайским миллиардером Джеком Ма через его компанию Ant Financial Services Group за 1,2 млрд долларов. Комитет по иностранным инвестициям наложил вето на покупку по соображениям безопасности, хотя о планах китайцев было известно еще в апреле прошлого года. После отмены сделки Ant Financial Services Group будет все равно вынуждена заплатить MoneyGram 30 млн долларов за срыв соглашений. В сентябре Дональд Трамп не допустил покупку за 1,3 млрд долларов производителя полупроводниковых элементов Lattice Semiconductor компанией Canyon Bridge Capital Partners, которая через фонд China Venture Capital Fund финансируется правительством Китая.

В январе компания AT&T неожиданно отказалась продавать смартфоны Huawei, формально «подозревая», что китайцы смогут шпионить за пользователями своей продукции. Как сообщает Reuters, американские законодатели хотят, чтобы AT&T вообще отказалась от сотрудничества с китайской компанией. Также с 2011 года все еще ждет разрешения для выхода на рынок США китайская телекоммуникационная компания China Mobile. Законодатели неофициально предупреждают, что любые американские компании, которые имеют дела с Huawei и China Mobile, не смогут в будущем расчитывать на какие-либо контракты с государственными заказчиками.

Все это происходит на фоне резких высказываний Трампа о торговых отношениях США с Китаем. Трамп недоволен торговым дефицитом США и считает ситуацию неприемлемой. 30 января президент США должен в ходе своего послания конгрессу рассказать, какие меры он планирует принять. Пока речь шла о наложении крупного штрафа на китайские компании за кражу интеллектуальной собственности. Трамп надеется, что до торговой войны не дойдет, но «если начнется, то начнется», - сказал он.

Второй вероятный шаг — это тарифы на импорт стали и алюминия из Китая. Министерство торговли США представило Трампу свой отчет о последствиях импорта стали для национальной безопасности. У президента есть 90 дней на принятие решения по этому вопросу. 

Что касается импорта алюминия, то здесь администрация Трампа пошла на редкий шаг, самостоятельно инициировав расследование последствий импорта из Китая, в то время как ни одна американская алюминиевая компания не жаловалась на китайских конкурентов. Все это говорит скорее о политической подоплеке происходящего, а не о реальной экономической угрозе. Законодательство Штатов позволит Трампу без одобрения конгресса вводить пошлины на основании заботы о «национальной безопасности».

В понедельник Трамп принял решение о 30% пошлине на импорт солнечных панелей. 30% будут взыматься во время первого года, а затем в течение четырех лет пошлина понизится до 15%. По сути, США и Китай ведут «торговую войну» по этому товару еще с 2012 года, когда США ввели пошлины, считая, что китайцы демпингуют и продают панели ниже себестоимости. Китай в ответ ввел пошлины на ввозимый из США поликристаллический кремний для производства этих панелей. За пять лет США собрали на пошлинах около 1,5 млрд долларов. При этом, надо отметить справедливости ради, китайские панели, по данным Bloomberg, занимают лишь 8% рынка США, а основной импорт этой продукции идет из других стран Азии. 

Китай, безусловно, не останется в долгу и будет принимать ответные меры. 

В конце прошлого года Поднебесная уже потребовала от США, чтобы все поставки сои в Китай содержали не более 1% сорняков и посторонних примесей. Поставки, которые сертифицированы как удовлетворяющие это требование, будут проверяться китайскими инспекторами, а все, что будет содержать более 1% мусора, надо будет прочищать. Это будет стоить американцам денег и времени. Любопытно, что для поставок сои из Бразилии Китай не выдвигает таких требований. Общий объем поставок сои из США в Китай начал сокращаться, а из Бразилии — наращивается. 

В июле прошлого года Китай также решил отказаться от принятия мусора, в том числе и из США и Европы, на переработку. С 1 января этого года запрет вступил в силу. Китай больше не берет 24 категории твердого мусора, включая пластик, бумагу, текстиль. В 2016 году США поставили в Китай отходов на 5,2 млрд долларов. На первый взгляд, это не самая большая цифра и потеря этих доходов не сильно отразится на экономике, но здесь возникают временные проблемы другого рода. Запрет уже сказывается на американских производителях, которые вынуждены складировать обычно отправляемые в Китай отходы и терять деньги или сворачивать производства, чтобы эти отходы просто не появлялись. Как быстро Штаты найдут новые страны и мощности для своего мусора и каков будет совокупный финансовый урон — пока под вопросом. В Китае мусороперерабатывающие компании, которые импортировали сырье, тоже испытывают трудности, но ожидается, что все это в итоге приведет к повышению эффективности мусороперерабатывающей отрасли страны и переходу на работу с местным китайским мусором. 

Другой возможный шаг Пекина — это отказ от покупки Китаем самолетов Boeing. В ходе своего визита в Китай осенью прошлого года Трамп объявил, что Boeing продаст китайцам 300 самолетов на общую сумму в 37 млрд долларов. В случае обострения торговых отношений Пекин может пересмотреть сделку в пользу закупок самолетов у Airbus и сконцентрироваться на создании дешевых собственных пассажирских самолетов, таких как C919, или на совместном с Россией проекте CR 929.

В январе китайское рейтинговое агентство Dagong Global Credit Rating понизило суверенные кредитные рейтинги США в национальной и иностранной валюте с А- до BBB+ с негативным прогнозом. В пресс-релизе агентства уточняется, что рост ВВП США будет замедляться, а возрастающая зависимость от долговой модели экономического развития продолжит подрывать платежеспособность американского правительства. Сокращение налоговых ставок в США также не добавляет оптимизма. Китайское рейтинговое агентство заработало в 2013 году и позиционирует себя как альтернативное «большой тройке» Fitch Ratings, Standard & Poor's и Moody’s. 

За неделю до этого Bloomberg сообщал, что китайские официальные лица в ходе оценки зарубежных активов страны рекомендовали замедлить или остановить покупку американских казначейских бумаг. Через некоторое время Государственное управление по валютному контролю Китая опровергло эту информацию, но инвесторы пережили не самые приятные моменты в жизни.

И, наконец, South China Morning Post опубликовала материал о важности китайских туристов для США. По подсчетам издания, каждый упущенный американцами миллион туристов из Поднебесной лишает экономику Штатов 11 млрд долларов, и влияет на занятость 8,6 млн американцев, чей доход напрямую зависит от туризма. В 2016 году США посетило три миллиона туристов из Китая, которые оставили в стране 33 млрд долларов. Туристический поток в США снижается в целом. Это уже привело к тому, что Испания сместила США и стала второй самой популярной страной для туристов после Франции. По прогнозам, в 2022 году Китай даст миру 200 млн международных туристов. Торговая война и обострение отношений с США направит этот огромный поток в другие страны и американцы потеряют аппетитный кусок туристического рынка.

]]>
Fri, 23 Feb 2018 16:18:09 +0400