Андрей Шкарин

Автор: Шкарин Андрей Рубрики: Поэзия Опубликовано: 21-12-2010

Капитан.
Участвовал: Афганистан

Я хотел бы вернуться...

 Я хотел бы вернуться вновь в Афганистан,
  но хотел бы вернуться обычным туристом.
  Пусть в душе от него много ссадин и ран
  и бывает порой, что ночами не спится.
   Видно, что-то там было, что тянет туда,
   и не мною одним этот факт был отмечен:
   ведь не только бои и смертей череда
   в нашу память вошли и остались навечно.
  Я хотел бы пройти по сыпучей тропе,
  в жаркий день у реки обнаружить прохладу
  и на небо смотреть – нет такого нигде!
  Воздух пить, а не выстрела ждать из засады.
   Пусть Куран-о-Мунджан1 удивит тишиной,
   а тропа – что на ней не наставлены мины,
   и тяжёлый рюкзак всею массой земной
   мне напомнит, как «броник» врезается в спину.
  Без огня и стрельбы я бы взял перевал
  и сродни синеве той, что в небе разлита,
  средь обломков камней у подножия скал
  я б на память кусочек нашёл лазурита.
   У гнезда, где когда-то стоял пулемёт,
   пережил бы обстрел беспощадный и дикий,
   а к скале, где когда-то горел вертолёт
   положил б, поклонившись погибшим, гвоздики.
  До краёв бы налил я ребятам стакан
  и прикрыл бы краюхой душистого хлеба...
  Я хотел бы вернуться вновь в Афганистан,
  чтобы стоя под вечно-синеющим небом
вспомнить всех, кто погиб в азиатской глуши,
   с кем войною теперь я навеки повязан.
   Это просто судьба, что я их пережил,
   но раз так – то и жить я за братьев обязан.
  Знаю – сердце защемит, что только держись,
  и погибших друзей снова явятся лица...
  Нет войны, и к себе тянет мирная жизнь,
  но вовеки, вовеки к ней не возвратиться...
   Я хотел бы вернуться, вернуться назад,
   но вернувшись, пройти, где бывал, не дозором,
   без стрельбы, не сжимая в руках автомат.
   И оставьте ненужные споры.....
  


Ночь

Ночь бархатом укрыла небосвод,
звенят цикады, сладко спит планета...
Безумно далеко ещё восход
и время «Ч», что к нам придет с рассветом.
И равнодушно звёзды смотрят вниз,
луна залила мир белёсым светом –
до невозможности её огромен диск,
лишь изредка постреливают где-то...
В такую ночь девчонку б провожать,
в любви ей до рассвета признаваться.
Накинуть ей на плечи свой пиджак,
и не нужны ни царство, ни полцарства.
Рука в руке о будущем мечтать,
в котором всё безоблачно-отлично.
И всё, что есть, ты ей готов отдать,
и даже в мыслях нет – о неприличном.
Упав на ворох скошенной травы,
ей подарить без счёта звёзд горошин,
смотреть на нежный профиль головы,
бояться разбудить неосторожно,
и до рассвета, не смыкая глаз,
прислушиваться к лёгкому дыханью,
и пусть бежит себе за часом час,
но...
Ты не дома. Ты в Афганистане.
Царит над миром тишина, покой,
и кажется, что нет войны в природе...
Но...
Утром снова в горы, снова в бой...
Банально, но не все назад приходят...

И не последним будет этот бой...

 

Я горю в том отсеке...

До посадки оставался миг,
только этот миг счастливым не был –
вдруг раздался выстрел, словно крик,
и тяжелый чад заполнил небо.
Любит нас, детей своих, Земля,
и в любви к себе прижать стремится...
Много лет прошло, но помню я:
падал борт подстреленною птицей.

И в отсеке десанта заклинило дверь,
и в огне долго рвался боезапас...
И когда вспоминается это теперь,
Появляются слёзы в глазах...

Борт упал и занялся костром...
Не хочу, чтоб видел это кто-то:
заживо бойцы горели в нём,
три бойца из одного расчёта.
Эту боль не в силах превозмочь –
с каждым годом тяжелей утрата.
Пусть ничем не мог я им помочь,
всё равно до смерти виноватый.

Говорят, что время – лекарь ран,
только зря оно проходит мимо.
Я не смог забыть кишлак Изван
и тебя, Зардевская долина.
Пусть судьба у каждого своя,
только, вновь и вновь тот день встречая,
ноет сердце, ноет – с ними я
там горю бессонными ночами.

И в отсеке десанта заклинило дверь,
и в огне долго рвётся боезапас...
Но зачем и во имя чего эта смерть –
я не в силах понять и сейчас...


Афганский синдром

У каждого был свой Афган, мой друг,
и чаще был он из свинца и стали.
Нас обнимал боёв смертельный круг,
мы в тех боях друзей своих теряли.
Скрывался поворотом поворот,
где каждый камень щедро полит кровью,
где не закрыт потерям нашим счёт,
неведом час, когда тот счёт закроют.

И правильные слушая слова,
когда звучали траурные речи,
мы как-то даже верили сперва,
что время лечит...

Прошла война – да здравствует Союз!
И липы, что у дома, стали выше...
А на душе – вины тяжёлый груз
пред теми, кто из той войны не вышел.
И фото скрыв от посторонних глаз
мы нервы успокаивали водкой –
друзья живые там, не пробил час,
но горю не помочь лужёной глоткой.

Про «третий тост» – идея не нова –
не чокаясь стаканами при встречах...
Но не воспринимает голова,
что время лечит...

Года летят...
Кого теперь винить,
что мы теперь их лишь во снах встречаем:
бывает – оставляем покурить,
бывает – что зовём на рюмку чая.
И памятью укрывшись, как стеной,
бренчим гитарой, травим анекдоты...
Года летят, да только мы с войной
не все свели, не все подбили счеты...
Брат, даже не пытайся рассказать,
как годы эти мы без них прожили,
как душу жжёт их взгляд – глаза в глаза,
ведь там, во сне, они ещё живые...

А утром в душу залпы пустоты,
одно и то же и чего скрывать-то –
с надеждой ночи ждём средь суеты:
вдруг там, во сне, опять увидим братьев...
Ведь там, как прежде, вместе ходим в бой,
там сухари с патронами – по-братски,
там заслоняем мы друзей собой,
и не понять нас всяким-разным штатским...

Но, видимо, года проходят зря –
всё чаще груз вины сгибает плечи...
Уже не верим, если говорят,
что время лечит...


Афганское эхо

Столько проехали, столько прошли,
что позабудешь едва ли.
Вдоволь наелись Афганской пыли,
много чего повидали...
Духи, засады, ночёвки в горах –
бронежилет в изголовье...
...И умирающий друг на руках,
камни, залитые кровью...

В каждой судьбе это не эпизод,
не мимолётная веха.
Нас возвратиться в былое зовёт
афганское эхо.

Грома ль раскат разорвёт тишину,
молния ль небо нанижет –
явственно вспомнишь былую войну,
где посчастливилось выжить.
Вспомнишь былое – набатом стучит
сердце, не зная покоя.
И до сих пор пробуждают в ночи
отзвуки давнего боя:

В пыльные камни вжимается взвод,
там, под огнём, не до смеха...
Глаз до утра нам сомкнуть не даёт
афганское эхо.

Водки стакан и свеча на столе –
память о прошлом живая,
братьям, погибшим в Афганской земле
этот стакан наливаем.
Пусть воевали вдали от страны –
доблестью дедов достойны.
... И неужели вся память о них –
орден в отцовской ладони?...

Бились за Русь, не жалея себя,
под Гиндукушскою синью,
Столько ребят – самых лучших ребят –
пало во славу России.

Смежишь ресницы – и будто вчера
рядом сияют вершины.
Только уснуть не даёт до утра
выстрел из прошлого в спину.
Не осуждайте за водки стакан –
в пьянстве, де, жизнь прожигаем...
Вновь попадаем мы в Афганистан,
снова те дни проживаем.

«Тельник» храним и берет голубой,
память ведь сердцу утеха.
Разных таких, нас роднит меж собой
афганское эхо.

Наше афганское эхо...

Социальные сети