Call of Apathy: Жестокая молодёжь и наше место в войне

Рубрики: Переводы, Судьба, Армия Опубликовано: 26-03-2012



Дисклеймер: Я не ученый. Я закончил свое образование в 16 лет и поэтому, может быть, пишу не очень складно. В чем я чувствую себя совершенно зрелым, так это в военной службе, я завершил ее недавно и решил, что хочу получать немного денег за ту же самую работу. 

Я частный военный контрактник и предлагаю обсудить тему изображения войны, а точнее, солдат, в компьютерных играх. 

Оговорюсь сразу, что под «солдатом» я подразумеваю пехоту или спецназ, поскольку не знаю почти ничего о контингенте, не относящемся к этому относительно небольшому проценту личного состава. 

К сожалению, в большинстве игр на военную тему изображаются «реалистически» именно эти боевые войска, сражающиеся на передовой. И вот тут начинаются проблемы. 

Представьте себе военную игру, в которой вы можете перемещаться только неторопливым прогулочным шагом. Представьте Skyrim - количество снаряжение избыточно, за исключением случаев, когда ни от чего нельзя отказаться. Эта игра, как и «Call of duty», имеет опцию «подготовка к стрельбе», но твоему персонажу требуется 2-3 секунды, чтобы изменить положение. После каждого ее использования анимация замедляется, потому что персонаж становится все более и более уставшим. 

Каждое задание выполняется на одном уровне. Каждое требует 12 часов для завершения. Иногда совершенно ничего не происходит. В другой раз твой командир подрывается, и примерно весь следующий час ты эвакуируешь его под огнем противника. 

Другие миссии заставляют тебя находиться под огнем в течение всего патруля. Ты никогда не видишь врага и стреляешь по высокой траве перед собой, медленно переползая в какое-нибудь укрытие. Если ты встанешь, то будешь убит в течение нескольких секунд, поэтому процесс занимает часы. Если противники не убежали, бросив оружие и притворившись фермерами, и если ты не попросил артиллерийского подкрепления, достаточного, чтобы сравнять с землей Мехико, то, добравшись до вражеской территории, ты убьешь врагов самым ужасным способом, какой только можно себе вообразить. Это и есть твой стимул. 

Только свирепый психопат может играть в такие игры. 

Мы делаем это в реальной жизни, снова и снова, не имея никакой мотивации, кроме денег, увольнительной и возможности сломить тех, кого мы считаем врагами. Так думают многие воюющие солдаты. 

В военных компьютерных играх персонажи обычно представляют собой суровых и готовых к действию «хороших парней». Вокруг может царить хаос, но они сражаются на пределе своих возможностей, чтобы выполнить поставленную задачу, никогда не подводят друг друга и очень театрально умирают или не умирают. Все положительно и нравственно. 

Есть и другие типы, как в Tier 1: более современные, возникшие благодаря таким играм, как Modern Warfare и Medal of Honour. Это хладнокровные убийцы, они разговаривают произносимыми без эмоций короткими фразами и время от времени отпускают какую-нибудь крутую шутку, чтобы показать: они, конечно, люди, но главное их предназначение - быть высочайшего класса профессионалами. Оба типа солдат полностью подчиняются приказам командования, их задания всегда крайне важны, а каждое предпринимаемое действие в высшей степени оправдано. 

Все это годится в качестве развлечения, но надо ли показывать войну такой безупречной, так возвеличивать ее? Главная моя претензия к этим играм заключается в следующем: 

Ни один из этих типов не существует. Они созданы средствами массовой информации и военными, которые ненавидят войны, в которых мы сражаемся, но любят участвующих в них людей. 

Позвольте мне привести вам пример. Я был в Ираке в 2007. За 3 месяца мы видели некоторые из наиболее кровавых сражений с момента вторжения, потеряли 10 человек и убили сотни повстанцев. Репортер одного из очень известных мужских имиджевых журналов пришел к нам и попросил поделиться впечатлениями. Примерно на половине интервью офицер из центра военных СМИ сказал репортеру, что ему не разрешается больше разговаривать с нами. Журналисту пришлось использовать сюжеты, которые он собрал до этого в нестроевом подразделении. Выяснилось, что офицера потряс жизнерадостный тон наших воспоминаний; особенно способствовала запрету на интервью история о том, как командир экипажа танка рассек пополам пулеметной очередью двух людей за то, что они доставали нас по телефону. 

Журналист несколько раз сфотографировал нас, потому что вид мы имели «воинственный» и выглядели представительно, а через два месяца в журнале появилась статья о каких-то врачах, помогавших местным жителям, сопровождаемая снимками пехотинцев в полном снаряжении. 

Это один из бесчисленных способов, которыми пользуются военные, чтобы форматировать нужным образом общественное мнение о войсках. Это бессовестное проявление пиара. Один из наших ребят получил Военный Крест (медаль за храбрость) за то, что, будучи ранен в задницу, продолжал сражаться. Его взвод был изолирован на крыше, путь к отступлению на целые часы оказался отрезан, ему ничего не оставалось, кроме как сражаться. Это не делает его героем. Это делает его солдатом, раненым в задницу. 

В следующий раз, когда будете смотреть военный репортаж, задайтесь вопросом, почему только у 3-4 человек из подразделения берут интервью. 

Просто остальные такие же, как я. 

Ведь есть же причина всегда отправлять в дозор новобранца, не беспокоясь о том, что он подорвется, не докладывать руководству о множестве случаев сопутствующих потерь, а проваленные задания пиарить как что-то положительное, вроде сбора «ценных разведывательных данных», не случайно лишь приблизительно 20% боевых войск имеют посттравматический синдром, в то время как таковой, если задуматься, должен был бы возникать у всех, кто когда-либо видел сражение. 

А все потому, что большинство из нас - законченные психопаты. 

Герои - это миф. Всякий припоминаемый мной случай на войне, вследствие которого на свет являлся «герой», или был катастрофой, или заканчивался укладыванием «героя» в мешок для трупов. 

Все это делает миф о герое борьбой удачи с глупостью, игрой в кости. 

Мы все просчитываем свои риски на войне. Никто из нас не стал бы рисковать, если бы искренне считал, что погибнет. 

Еще раз повторюсь - герои на передовой не существуют. 

Вот реальный сценарий, который следовало бы использовать в игре: 

Мой друг попал под обстрел на вражеской территории. Он преследовал снайпера, но тот ушел, исчезнув в туннеле. Выполняя стандартную инструкцию, мой друг бросил в туннель гранату, прежде чем войти туда. Зайдя внутрь, он обнаружил там только тела женщины и маленького ребенка - террорист, убегая, использовал их в качестве прикрытия. 

Когда я говорил с моим другом об этом позже, он вспомнил, как был взбешен, упустив повстанца, как сожалел об этом впоследствии. Его профессиональная гордость была задета. Но когда я спросил, вспоминает ли он когда-нибудь о той женщине и ее ребенке, он посмотрел на меня без всякого выражения. 

Он вообще не помнил, что они там были. 

Это серьезная тема, которая должна быть затронута в компьютерных играх. Как бы вы почувствовали себя, убив в игре невинного ребенка? Если бы слова «миссия провалена» появлялись, а затем исчезали бы через несколько секунд, предоставляя вам возможность продолжать все, как обычно, не ощущая последствий. У любого нормального человека возникло бы чувство вины, я считаю. Но боевые войска нормальными людьми не являются. 

Война – самое ужасное, самое тошнотворное, что человечество может с собой сотворить, и сражаются там, в основном, необразованные маньяки, у которых нет другого места в этом мире. Компьютерные игры привлекают внимание молодежи, они могут не только развлекать, но и просвещать. Широкой публике надо показывать настоящие ужасы, чтобы следующее поколение не стало такими, как мы. 

Мы с моими друзьями никак не представлены в СМИ. Людям следует отдавать себе отчет в том, что войны не делаются парнем из новостей, который потерял ногу и любит свой флаг – это просто новобранец, который подорвался по неопытности и вышел из боя, до того как война превратила его в одного из нас. 

Мир должен понять, что существует мой тип людей: молчаливое большинство бойцов, которым наплевать на политику, религию, этику и вообще на все, что не является войной ради нее самой. 

Мы не такие, как наши предки. Мы не призывники. Мы знаем об опасности. Мы не наивны, и мы реально существуем. 

Но, я уверен, большинство предпочтет смотреть, как капитан Прайс, вновь преследующий по всему свету великих злодеев, пронзает кинжалом горло очередному безликому болвану. 

И последнее соображение: мой психолог считает, что примерно 80% пехотинцев имеют неустановленное агрессивное психическое расстройство. Эта статистика неточна, однако, интересно сопоставить ее с 20%, страдающими от посттравматического синдрома. Я абсолютно здоров, но, как сказал психиатр, до того как отправить меня к психологу: 

«Возможно, ты просто законченный ублюдок». 

Истинно так.

***

Перевод Давыдовой Инны (http://una-di-tante.livejournal.com) специально для Альманаха "Искусство Войны"

Оригинал - http://www.mediumdifficulty.com/2012/03/01/call-of-apathy-violent-young-men-and-our-place-in-war/

Социальные сети