«Чеченцы» в Ливане

Автор: Лосев Егор Рубрики: Интервью, Ближний Восток, Судьба Опубликовано: 06-05-2014

В Америке ли, в Азии, в Европе ли
Тот нездоров, а этот — вдруг умрет…
Вот место Голды Меир мы прохлопали,
А там — на четверть бывший наш народ!

Так пел про Израиль незабвенный Владимир Высоцкий и действительно, за последние пятнадцать лет более миллиона граждан бывшего СССР оказались в Израиле.

Среди них были представители самых разных специальностей и конечно же не обошлось без людей военных, побывавших в различных горячих точках.

Как это не удивительно, но в Израиле, стране постояно воюющей они оказались не востребованны несмотря на огромный опыт и мотивацию.

В 2000 году на Святой Земле очередной раз вспыхнул огонь насилия. И тогда ветераны решили вмешаться.

Впервые название организации Батальон "Алия" замелькало в прессе в 2002, когда первая сотня бывших офицеров добилась призыва на добровольные резервистские сборы. Вскоре в поселениях Иудеи и Самарии появились крепкие немногословные мужики, по своей инициативе приезжавшие на выходные и охранявшие периметр и устраивавшие засады на нежданных гостей и даже обучавшие сторожевых собак.

 

В 2003 году в Газе израильская армия столкнулась с массированным огнем снайперов. И снова Батальон Алия пришел на помошь. Из ветеранов была сформированна небольшая антиснайперская группа Кармель Ярок, уничтожавшая стрелков противника. За короткий срок интенсивность снайперского огня боевиков упала на семьдесят процентов. «Чеченцы», как называли ветеранов солдаты и офицеры ЦАХАЛя пользовались огромной популярностью. Едва завидев немолодых бойцов, вооруженных диковиными винтовками Драгунова, солдаты радостно кричали «Чеченим игию!!!» (Чеченцы приехали!)

Группа действовала в Газе почти год. Но к весне 2004 начались неприятности. В результате ротации командиров на место штабных офицеров содействовавших «Чеченцам» пришли другие, уверенные в том, что армия в состоянии сама справиться с любой угрозой, не прибегая к помощи «чужаков». Вскоре был ранен и командир группы.

В результате подразделение расформировали.

Но Батальон Алия нашел для себя новые задачи. Ветераны помогали полиции бороться с преступностью.

Через два года «Чеченцам» снова удалось напомнить о себе, и группу снайперов сформировали второй раз. Сперва для действий в Газе, но после начала войны в Ливане бойцы посчитали что там они смогут принести больше пользы.

Я хочу предложить вашему вниманию интервью с командиром группы снайперов «Чеченцев» Романом Ратнером.

***

Вас не обижает то, что вашу группу называют «Чеченцы»?

 Чеченим (чеченцы) — это прозвище, которое прижилось в АОИ. Вот мы и решили, что чеченим, так чеченим. Тем более, что чеченцы храбрые и умелые вояки, если отбросить фанатизм, некоторых отморозков.

 А вообще, сначала у нас был позывной «Балерина», после того, как он стал известен широкой публике с обеих строн линии фронта, мы изменили его на «Аталеф», т. е. «Летучая мышь». И эмблема наша — летучая мышь, сидящая на окуляре оптического прицела. Между собой мы общаемся по позывным «Аталеф1», «Аталеф2» и.т.д

После действий в Газе, ваше подразделение расформировали. За прошедшие годы армия про вас так и не вспомнила, или все же были попытки привлечь вас как инструкторов?

 В 2005 году меня вернули в армию в качестве инструктора по ТСП в школе снайперов. Никого больше к работе не привлекали.

 Изменился ли состав группы со времен Газы?

 Да. Появились новые люди, часть из них после Ливана пришлось отчислить по разным причинам. Остались несколько ребят из спецназа Внутренних Войск. Один воевал в Югославии, остальные в Чечне.

Как сказался двухлетний перерыв в «работе»?

Естественно сказался, но все, кто действительно имеет хорошую подготовку, быстро вошли в ритм.

Во время действий в Газе Вы были ранены, не помешало ли это Вам сейчас?

 Последствия ранения ощущаются, и у меня нет официального разрешения от армии на участие в боевых действиях, но во время войны на это закрыли глаза.

На каком этапе войны ваше подразделение приняло участие в событиях? Вы сами вызвались или кто-то в армии все же вспомнил про ваш опыт?

 Я был в армии на момент начала войны 12 июля.

 Мы должны были работать в Газе, решение уже было принято и началась процедура призыва, но в связи с войной и мы посчитали, что на севере мы нужнее. Получить разрешение на то, чтобы нам позволили действовать в Ливане удалось при содействии министра обороны Амира Переца. Потребовалось 18 дней, чтобы провернулась бюрократическая машина АОИ и мы начали работать.

 Как только ваше подразделение прибыло на север об этом узнали журналисты. Это была утечка информации или вы намеренно не скрывали того, что приехали «поработать»?

 Это был намеренный слив информации со стороны армии, вернее командования бригады к которой нас присоединили. Мы были категорически против, но журналисты появились внезапно, в точке нашего входа в Ливан.

Командование бригады возражало против вашего прикомандирования?

 Командование просто хотело прозвучать в прессе, как инициатор привлечения специалистов. Мозгов у тех, кто это организовал, не хватало, и они сделали все по-идиотски. Могли привести журналистов к нашему возвращению — это было бы понятно и работе бы не помешало. Одно могу сказать, что командование не знало куда нас направить из-за того, что каждый час менялись цели и задачи

Изменялась ли тактика боевиков в зоне вашего присутствия?

 Она отличалась от тактики в других районах. Боевики не подходили ближе дальности запуска ПТУР «Малютка», он же «Саггер» — 1000 -1200 метров, а нам не давали работать на сближение из-за боязни, что могут накрыть свои. Против нас действовали так же мобильные группы на кроссовых мотоциклах, которые имели на вооружении ПТУР и очень быстро возникали и исчезали после выстрела.

Насколько сильно отличается тактика палестинцев в Газе от тактики боевиков Хизбаллы?

 Очевидно, что в Ливане боевики используют тактику малых групп по чеченскому варианту. Большое количество групп, действующих по согласованному плану, имеющих на вооружении значительное количество противотанковых средств.

 Повлияло ли это на вооружение и экипировку группы или вы были вооруженны так же как в Газе.

 Да, пришлось отказаться от МАГа и Барретта. Они слишком тяжелые, чтобы воевать с партизанами. Значительно снизили вес снаряжения, чтобы иметь возможность совершать длительные (более 10 км) походы и быть всегда готовыми к бою.

 Во время вашего пребывания в Газе Вы были вооруженны неизменной СВД. Судя по фотографии из Ливана тут тоже не обошлось без «щуки» . Почему именно СВД, а не, скажем, М24?

 СВД заменить в этих условиях можно было SR-25, но их нам не дали. Кроме того, СВД более надёжный «инструмент». К примеру, Негев после 10-ти км пешего хода к боевому применению был фактически непригоден. О том, чтобы перевести М24 из походного положения (достать из пенала) и начать воевать, если бы это потребовала обстановка, даже думать невозможно. Нести же её открытую с ночной оптикой — превратить винтовку в «дрова».

Несколько раз в интернете проскакивала информация о том, что боевиков Хизбаллы тренируют бывшие российские офицеры, это заметно по их тактике?

 Это ощущение меня не покидает всё время. Кроме того, я знаю, что в конце 90-х в Ливане были бывшие советские офицеры, которые обучали хизбаллонов. Среди них были специалисты высокого класса.

Встретили ли вы достойного противника, я имею в виду снайперов?

 Мы снайперов не встречали, но АОИ потеряла некоторое количество солдат и офицеров в результате снайперского огня. Более точные данные засекреченны.

Можете охарактеризовать действия группы как успешные, особенно на фоне действий остальной армии?

Успехи группы полностью соответствуют успехам армии в целом. К сожалению.

Группа понесла потери?

 Непосредственно в группе потерь не было, но на этой войне мы потеряли двоих друзей: Андрея Зелинского Игоря Ротштейна.

 Андрей, доброволец БА, был с нами на первых сборах и участвовал в охране поселений. Он погиб в Нагарии от разрыва «катюши» .

 Игорь (Доктор) наш товарищ по Газе, где он был врачом в дивизионном медпункте. Участвовал с нами вряде операций. Он должен был быть врачом подразделения, 3-го августа я получил разрешение на его перевод из 13ого батальона Голани к нам и был последним, кто с ним разговаривал по телефону. 4-го утром мы он погиб в бою в деревне Мархаба.

 Вечная им память.

 В этой войне ЦАХАЛь показал себя не с лучшей стороны. Многие промахи были вызванны нерешительностью политического руководства, но имели места совершенно дикие случаи, когда солдаты оставались без еды и воды, а припасы сбрасывались на территорию контролируемую Хизбаллой, не хватало касок, бронежилетов и много другого. А ведь год назад в время выхода из Газы все работало как часы. Что же случилось? Почему не могли организовать снабжение войск в нескольких километрах от границы?

 Армия просто была не готова к этой войне. Пехота, танковые части и авиация напоминали басню Крылова про лебедя, рака и щуку. Кроме того, катастрофически нехватает частей, умеющих воевать с партизанами. В этой войне масса войск не имела решающего значения. Главное было блокировать районы и запускать во внутрь спецов, которые могут воевать с партизанами. Этого не случилось. Была попытка задавить массой, не получилось.

 Северный округ разложился в течение шести лет. То, что не хватало касок, бронежилетов, боеприпасов и еды — прямое следствие разложения системы.

 Многие из резервистов вернувшихся из Ливана говорят, что им просто не дали победить. У многих подразделений были четкие планы на случай конфликта на северной границе, но политики спутали все карты. Так ли это?

 Планы были и именно по ним воевали. В этом ведь и проблема. Не учитывая тот факт, что воевать придётся с партизанами, а не против регулярной армии военные гении типа известного министра обороны, который хотел за четыре дня взять Грозный, посылали в бой народ батальонами не понимая, что на таком сжатом пространстве этим батальонам всем вместе не было места для ведения полноценных боевых действий.

 Резервисты наши — парни боевые, но их просто вводили как баранов на убой, так как у нас нет обученных частей для контрпартизанской войны в Ливане.

 Как вы думаете, правильно ли было посылать в Ливан такое количество резервистов, ведь в целом их подготовка уступает срочникам?

 Подготовка наших резервистов, особенно тех, кто был в Ливане и участвовал в операции «Защитная Стена» лучше, чем у линейных пехотных частей срочной службы. Это однозначно. Кроме того, резервисты люди зрелые и думают головой, а потом делают, а срочники живут импульсом, который не всегда идёт от мозга.

Как Вы оцениваете результаты прошедшей войны? Новый конфликт это только вопрос времени?

 Удар в нос зазнавшемуся мастеру спорта боксером перворазрядником. Мастер спорта пропустил удар, но он всё-таки мастер спорта. Если он перестанет выкабениваться, то в следующем раунде перворазрядник будет в нокауте, а если нет, то не обессудьте….

 Думаю, что есть немного времени, до полугода до начала серьёзной войны.

Какие планы на будующее? Группу снова расформируют?

Буду пытаться использовать момент и сформировать постоянное подразделение контарктников. Время покажет, что будет дальше.

Социальные сети