Поэты Первой мировой: Альфонс Петцольд

Рубрики: Поэзия, Переводы, Судьба Опубликовано: 17-09-2014

Австрийский писатель Альфонс Петцольд (1882-1923) вполне мог бы стать немецким, если бы не социал-демократические убеждения отца, из-за которых его семье пришлось навсегда покинуть родную Саксонию. Почти лишённые средств к существованию, Петцольды брались за любую работу, не исключением был и Альфонс, от рождения болезненный и слабый. После смерти отца он работал башмачником, маляром, пекарем, кельнером, скитался по Вене, ночуя в приютах и прямо на улице.

В начале 1900-х годов он осел в рабочей общине Оттакринг и пошёл по отцовской дорожке: увлёкся социализмом и анархизмом, запоем читал Толстого. Однако к «практике» не перешёл, так как в это же время у него обнаружили чахотку. К началу 1910-х относятся первые публикации: книга стихов «Всему вопреки» и роман «Земля», написанный под впечатлением пребывания в туберкулёзной больнице.

В творчестве Петцольда причудливо сочетаются темы гуманизма, социализма и глубокой религиозности. Тем большим потрясением для его друзей стали стихи, которые Петцольд начал публиковать в начале мировой войны. Исполненные военного пафоса, кровожадных призывов и дремучего шовинизма, они стали предметом оживлённых споров и многочисленных пародий в прессе, особенно пацифистски настроенной. Позже Петцольд под впечатлением ужасов войны снизил градус пафоса и вернулся к своим прежним человеколюбивым убеждениям. Впрочем, это не помешало нацистской пропаганде слепить впоследствии из социалиста Петцольда образ пламенного рабочего-патриота. Это сделало его имя невероятно популярным, а с падением нацизма закономерно привело к вытеснению его творчества из общественной жизни и почти полному забвению.

 

Сестра милосердия

Вы чувствуете лишь прикосновенье
Бесплотных рук, дарующих покой.
Я и сама своё исчезновенье
По вечерам осознаю с тоской.

Я с вами, искалеченные мукой,
В тот миг, когда меня не разглядят.
Я стала вам невестой и разлукой,
А перевязка – наш святой обряд.

Иду по солнцем залитой палате
Вдоль коек, никому здесь не жена,
И кажется, что я в своём халате
Светиться свежей юностью должна.

Дарую лбам, горячкой обожжённым,
Прохладу, ощущаю пульса стук,
А в нём тоску по вашим дальним жёнам,
И, как Спаситель, причащаюсь мук.



Война

Ворвавшись из неведомых глубин,
Она стучится в стены, грохоча,
Сходя потопом, тысячей лавин,
Всё раздирая лапой палача.

Годами понемногу страх и гнев
Её питали, выводя на свет,
И вот она ярится, почернев,
Огнём прорвавшись из своих тенет.

Ей миллионы днесь подчинены,
И горе тем, кто встанет супротив,
Сбылись кровавой баней наши сны,
Безумием звенящим охватив

И вырывая из груди сердца.
И дол, и град покрыла краснота.
Сочится смерть из каждого лица
И не бывает никогда сыта.

- перевод Антона Черного

Социальные сети