Город-призрак, заложник кипрского тупика

Автор: Якли Айла-Джин Рубрики: Переводы, Европа Опубликовано: 13-08-2012


***

ФАМАГУСТА, Кипр (Рейтер) – Семейные апартаменты Марии Рири Милес, расположенные в запретной зоне на севере Кипра, кишащей змеями и крысами, окружены колючей проволокой и нефтяными бочками, залитыми бетоном, и занимают их сегодня только патрули турецких солдат. Но она по-прежнему чувствует, что это дом.

«Если бы было решение, даже в моем возрасте я хотела бы вернулась в тот же момент», – говорит 58-летняя Милес.

Квартал Вароша, родина Марии, сегодня представляет из себя жутковатую коллекцию заброшенных многоэтажных отелей, церквей и резиденций, а когда-то сюда стремились ищущие роскоши звезды Голливуда, такие как Пол Ньюман и Элизабет Тейлор. Заброшенный с 1974 года, когда война разделила остров, сегодня этот квартал предмет ожесточенных споров в затяжном противостоянии киприотов-греков и киприотов-турок.

Кипр был разделен по этническому признаку после турецкого вторжения 20 июля 1974 г. и последовавшего захвата северной части острова, случившихся через пять дней после греко-киприотского переворота, провозгласившего союз с Грецией.

Вароша, часть древнего портового города Фамагусты, была захвачена в ходе второй военной операции, 14 августа, после перемирия. Во исполнение резолюции ООН, запрещающей переселение, Турция отгородила шесть квадратных километров города и просто оставила их разваливаться.

В последние месяцы обе стороны заговорили о повторном открытии Вароши, с ее белыми песчаными пляжами, что могло бы помочь выйти из тупика переговорам о воссоединении страны, идущим при поддержке ООН между президентом Кипра Деметрисом Христофиасом и главой отколовшегося региона турецкого Кипра Дервишем Эроглу.

В этом месяце Кипр на полгода получил председательство в Европейском Союзе, хотя на практике мандат ЕС не распространяется на северную часть острова, дипломатически признаваемую лишь Анкарой.  

Турция, кандидатура которой в ЕС хромает как раз из-за кипрского конфликта, заявила, что замораживает отношения по линии председателя ЕС до января 2013 г., несмотря на возражения со стороны европейских властей.

Вароша – заложник патовой ситуации.

Заключенная внутри ржавеющего сетчатого забота Вароша, страна без людей, захвачена кактусами. Наличие вооруженных солдат отпугивает фотографов.

Ставни дома Марии Милес, стоящего на дороге, окружающей закрытый сектор, распахнулись, качаясь на петлях.

«Все, что вы можете видеть – голые стены внутри. Ничего не осталось от нашей старой жизни, – говорит она. – Когда я в первый раз увидела это снова, у меня было очень мало надежды вернуться».

СПОР ДЛИНОЙ В ДЕСЯТИЛЕТИЯ

Мария и другие жители Вароши потеряли надежду на возвращение много лет назад. Спор на Кипре десятилетиями не поддается урегулированию, проводимых поколениями дипломатов.

«Это было так давно, и Турции будет трудно оставить Варошу, но разумеется, это могло бы помочь решить проблему Кипра», – говорит Хью Поуп из Международной Кризисной Группы (МКГ).

«С обеих сторон имеется недостаток воображения», – говорит он. Открытие Вароши может «быть путем для киприотов узнать и понять друг друга лучше. Это сделало бы отношения менее ядовитыми и жалящими».

В прошлом месяце президент Христофиас предложил снять вето Кипра на переговорах по подписанию очередных глав «Достижения членства» ЕС: Турция может вести переговоры о своем вступлении в обмен на открытие Вароши – под управлением ООН.

Эгемен Багис, министр Турции по делам ЕС, ответил на это предложение в интервью Рейтер в июне: «Мы не будем разменивать козырную карту на главы», – заявил он.

Когда турецкая армия в 1970-х преподнесла Анкаре такой сильный аргумент для переговоров, мало кто мог предполагать, что она так долго провозится с переводом военного преимущества в дипломатическое. Некоторые считают, что козырная карта уже потеряна.

Однако люди, близкие к процессу говорят, что Вароша остается в игре и может быть ключом для выхода из тупика.

Открытие Вароши «можно обсуждать как способ укрепления доверия, – говорит министр иностранных дел турецкого Кипра Хусейн Озгургун. – Но на самом деле никто не хочет касаться этого вопроса. Имеется резолюция ООН. При любом решении, Вароша создаст проблемы, поэтому никто не хочет брать ответственность на себя».

Пока греки-киприоты спорят с банковским кризисом и ждут февральских выборов президента, о которых Христофиас заявил, что не будет в них участвовать, ожидается мало прогресса по вопросу о Вароше, как и по любому аспекту мирных переговоров, полагает Эрол Каймак, советник Эроглу и политолог из Восточно-Средиземноморского Университета, расположенного в северной части Кипра.

Однако стимул для Турции удерживать Варошу исчез после того, как в январе Европейский суд по правам человека постановил, что Анкара должна выплатить около 20 млн. евро владельцам тринадцати отелей и других предприятий из Вароши за ущерб, причиненный их собственности.

«Зачем за что-то платить, когда вы не можете это содержать или использовать? – говорит Каймак. – Вароша это для Турции чистый убыток».

Он полагает, что если бы турецкая сторона и открыла Варошу, она бы должна была быть под администрацией севера, и это должно произойти в ответ на отмену запрета на прямую торговлю с турками-киприотами, чему греки-киприоты всегда противились.

Холодная война между Турцией и Кипром снова обострилась в 2011-м, когда Кипр заявил об открытии шельфового природного газа, который может сделать его энергетически самодостаточным на 250 лет. Опасаясь, что турки-киприоты не получат свою долю, премьер-министр Турции Тайип Эрдоган обвинил Кипр в «нефтеразведочном безумии» и направил военные корабли в Восточное Средиземноморье.

Несмотря на жесткую риторику, перспективы огромных богатств может подвигнуть стороны к соглашению в вопросах добычи и транспортировки топлива, что может стать ступенькой к более широкому урегулированию.

ПОТЕРЯННЫЕ ПЛЯЖИ

Между тем, Вароша разрушается.

Массивные плиты бетонных стен гостиничных корпусов осыпались, открыв шахты лифтов с замкнувшимися проводами. А высотные дома отбрасывают длинные тени на сверкающие бирюзовые воды Восточного Средиземноморья.

Из 16 километров побережья Фамагусты только 200 метров открыты для публики, остальные – заняты военными, или являются частью пустующего морского порта, рассказывает Окан Дагли, 47 лет, член Инициативы Фамагусты, группы турков-киприотов, выступающей за возвращение Вароши и открытие морского порта, который до 1974 года обслуживал до половины всей кипрской торговли.

Сейчас порт представляет собой ветхую таможню и неиспользуемые склады под сенью венецианской стены XVI века, резиденции шекспировского Отелло.

«Тоскливое место, единственный разделенный город в мире, где одна половина живая а вторая – город-призрак, – говорил Дагли. – Наша экономика в худшем состоянии за последние сорок лет, население не растет. Получение Вароши означает наоборот, спасение Фамагусты».

Турецкие солдаты, а также бесстрашные нарушители, размещают в Фейсбуке фотографии заброшенных домов и предприятий. На одной из них ящики пустых бутылок от пива KEO сложены в покрытой голубой плиткой кухне ресторана рядом с консервами, разбросанными по пыльной рабочей поверхности.

Бывший солдат описывает набег на бар отеля «Golden Sands» – турецким офицерам понадобилась новые бокалы.

В запретной зоне насчитывается 100 отелей, 5 000 домов и предприятий, музеи, церкви и школы, сообщает МКГ.

Восстановление Вароши может стоить до 100 млрд. евро, говорит Никос Месаритес, глава Греко-киприотского совета по реконструкции.

Потрепанный стихией, оставленный разрушаться город, окружающая среда вероятно отравлена, а инфраструктура – электросети, канализация, дороги – обветшавшая, говорит он.

«Город был полностью захвачен природой. Вам потребуется армия, чтобы его восстановить».

РАЗДЕЛЬНОЕ ПРОЖИВАНИЕ

Греки и турки в Фамагусте уже когда-то жили раздельно, было это более чем за десять лет до вторжения 1974 года. 

Турция, будучи гарантом статуса Кипра, наряду с Великобританией и Грецией, заявляет сегодня, что вмешаться пришлось после греко-киприотского переворота с целью предотвращения межобщинного кровопролития, от которого остров страдал в 1950-х и 1960-х. Около 800 турков-киприотов пропали без вести после 1963 года.

Около 5 000 человек, в основном греки, погибли при вторжении, судьба 1 600 греков-киприотов осталась невыяснена.

Отец Никоса Карулласа владел фармацевтической компанией, а ему самому было 15 лет, когда турецкие войска штурмовали Варошу. Он помнит, как пришлось бросить на столе тарелку с арбузом и сыром халлуми.

«Мы не взяли ни одежды, ничего. Мы знали о войне, но нас она не затрагивала. Мы не собирались возвращаться», – говорит он.

«Нас было 43 человека, которые после эвакуации спали на полу».

Годы финансовых трудностей ждали его семью, как и других беженцев. Варошцы сохранили свои социальные связи, проводят встречи одноклассников, избирают мэра и городской совет – к которому принадлежит и Каруллас. Они гордятся тем, что переместили за собой футбольный клуб «Анортосис Фамагуста» с его тринадцатью чемпионскими титулами.

Мэру Фамагусты в изгнании, 71-летнему Алексису Галаносу, путешествия на север не понравились, было возмутительно видеть фабрики его семьи в руках турков и оскорбительно предъявлять паспорт для поездки туда после того, как в 2003 году власти начали пропускать греков-киприотов через границу.

«Это выглядит так, как будто война против нашего города не закончена. Когда я увидел Варошу, я почувствовал, как ветер кричал: «Как вы могли оставить нас здесь? Как вы могли нас бросить?» – говорит он.

А Каруллас напротив пересекает границу почти каждую неделю, часто встречается с турецкими друзьями за ланчем, выпивая ракы и закусывая мезе.

Он говорит, что был бы не против подумать над возвращением Вароши под управление турков-киприотов, рассматривая это как проверку возможности окончательного воссоединения.

«Мы чувствуем себя виноватыми, потому что хотим вернуться. Самая естественная вещь в мире – желание вернуться домой», – говорит Каруллас.

*** 

- перевод Николая Шимкевича специально для Альманаха "Искусство Войны"

Оригинал - http://news.yahoo.com
 
Социальные сети