Удар «Молнии» в Корее

Рубрики: Азия/Океания, ВПК/Hi-Tech/Оружие Опубликовано: 09-12-2013

Авиация играет ключевую роль в современных войнах. Основой военно-воздушных сил являются многоцелевые истребители – машины, способные решать такие боевые задачи, как завоевание господства в воздухе и нанесение ударов по наземным целям противника. На сегодня ключевая проблема, стоящая перед ведущими странами в этой обрасти, заключается в замене истребителей, разработанных во времена холодной войны, новыми машинами.

Военно-воздушные силы Республики Корея (РК) входят в первую десятку в мире как по общей численности (здесь и далее цифры количества летательных аппаратов взяты из отчета Flightglobal «World Air Forces 2013»), так и по боевым возможностям. Их основу составляют американские истребители четвертого поколения: F-15K «Slam Eagle» (60 ед., одна из наиболее современных модификаций F-15E «Strike Eagle») и F-16C/D «Fighting Falcon» (169 ед., 134 из них произведены по лицензии южнокорейской фирмой «KAI»). Они не только значительно превосходят по своим возможностям устаревшие самолеты ВВС КНДР, но и теоретически способны уверенно противостоять современным машинам Китая – J-10 и копиям самолетов семейства Су-27. В РК ведется национальная программа по созданию истребителя пятого поколения KF-X. В 2010 г. к ней присоединилась Индонезия. Однако разработка находится на ранней стадии, до сих пор не определились даже с тем, будет ли перспективный истребитель с одним или двумя двигателями. Поступление его на вооружение планируется в середине 2020-х годов.

Есть у РК и устаревшие истребители третьего поколения: F-4E «Phantom II» (68 ед., часть бывших в употреблении из состава ВВС США) и F-5E/F «Tiger II» (170 ед., 68 были произведены по лицензии «Korean Air»). На старые самолеты приходитсяльвиная доля аварий и катастроф. Эксплуатировать их можно до 2018–2020 гг.

Вопрос о замене легких истребителей F-5E и использующихся в качестве учебных самолетов F-5F решен. С 2005 г. на вооружение поступают производимые в Корее фирмой «KAI» самолеты семейства T-50 «Golden Eagle» совместной разработки с американской фирмой «Lockheed Martin»: учебные T-50 (60 ед.), учебно-боевые TA-50 (22 ед.) и легкие истребители FA-50 (заказано 20 ед. с поставкой в 2013–2014 гг., в перспективе до 60–100 ед.

Таким образом, основной проблемой ВВС РК на сегодня является поиск замены для F-4E. Самолеты, с момента выпуска которых прошло сорок лет, не только близки к полной выработке ресурса, но и устарели морально. В отличие, например, от Израиля или Турции, Корея не проводила серьезной модернизации своих «Phantom II» [1]. Тем не менее их списание нежелательно ввиду сохранения возможности военного столкновения с КНДР. Военно-воздушные силы КНДР серьезно уступают ВВС Южной Кореи: из боевых самолетовнаиболее современными являются МиГ-29 (35 ед., модификация 9-13) и Су-25К (34 ед.), но превосходят их числом за счет большого количества китайских копий советских самолетов МиГ-17, МиГ-19, МиГ-21 и Ил-28. При гипотетическом полномасштабном конфликте с КНДР и отсутствии или недостаточности военной помощи со стороны США Корее, вероятно, придется освобождать современные самолеты для выполнения более сложных наступательных операций, а задачу обеспечения ПВО страны отчасти переложить на F-4E. В то же время и замена F-4E на такие относительно дешевые самолеты, как производимый по лицензии F-16C/D, не является оптимальным решением. Учитывая переориентацию на Азиатско-Тихоокеанский регион (АТР) геополитических интересов США и, как следствие, рост угрозы конфронтации с Китаем, Японии и РК, главным военным союзникам Америки в регионе, необходимо поддерживать свои вооруженные силы на высочайшем уровне. Япония в декабре 2011 г. выбрала для замены своих F-4EJ американские истребители пятого поколения F-35A «Lightning II», которые поступят на вооружение в 2018 г. Но в РК процесс выбора преемника «Phantom II» оказался непростым.

Программа F-X

Программа F-X представляет собой основную программу поэтапной модернизации ВВС РК. В ходе реализации первой фазы (2002 г.) происходил выбор тяжелого истребителя. В конкурентной борьбе с французским «Rafale», «Typhoon» европейского консорциума «Eurofighter» и российским Су-35 победителем вышел F-15K «Slam Eagle» американской фирмы «Boeing». Несмотря на несомненно высокие характеристики наиболее продвинутой на тот момент версии F-15E «Strike Eagle», в очередной раз была подтверждена четкая ориентация южнокорейцев на США в области закупки вооружений. Во время второй фазы программы F-X (2007 г.) было принято решение провести дополнительные закупки F-15K. Обладающие большой дальностью и боевой нагрузкой, включающей и высокоточные крылатые ракеты, F-15K являются мощным средством нанесения ударов по наземным и морским целям. При этом полностью сохраняется возможность эффективной борьбы с самолетами противника.

Третья фаза стартовала в 2012 г. Изначально РК проявляла интерес к американскому истребителю пятого поколения F-22A «Raptor», но по политическим мотивам [2] этот наиболее совершенный в арсенале США истребитель так и не пошел на экспорт даже ближайшим союзникам. Пришлось выбирать из доступных на рынке предложений. Планировалась закупка 60 истребителей на сумму не более 7,3 млрд долл. Приглашения принять участие в конкурсе были разосланы компаниям «Boeing», «Lockheed Martin», «Eurofighter», «Saab» и «Сухой». России было предложено выставить в качестве претендента свой истребитель пятого поколения, создаваемый по программе «Перспективный авиационный комплекс фронтовой авиации» (ПАК ФА). Однако предложение было фактически проигнорировано. Официальных объяснений не последовало, поэтому можно только гадать о причинах такого поведения. Скорее всего, дело было в неверии в успех на жестко ориентированном на американских поставщиков рынке и в нежелании раскрывать союзнику США технические детали одной из главных российских программ в области обороны. «Saab» также не стал участвовать в конкурсе со своим легким истребителем JAS 39 «Gripen». Несмотря на засекреченность подробных технических требований, известно, что шведский истребитель не соответствует им по ряду параметров, вероятно, ввиду недостаточного внедрения технологий «стелс» – с самого начала ВВС РК изъявляли желание получить самолет как минимум пониженной заметности.

Конкурс официально стартовал в июне 2012 г. с тремя участниками: «Boeing» (F-15SE «Silent Eagle»), «Lockheed Martin» (F-35A «Lightning II») и «Eurofighter» («Typhoon»).

Претенденты

Несмотря на выгодные экономические предложения европейского консорциума, в частности, организацию лицензионного производства, с самого начала было понятно, что реальная борьба развернется между двумя американскими производителями. Причины этого кроются не только в политической плоскости – к «Typhoon» есть и объективные претензии технического плана. Так, у него не предусмотрены внутренние отсеки для вооружения, что в реальной боевой ситуации значительно повышает эффективную площадь рассеяния (ЭПР) самолета (величина, характеризующая заметность самолета для радиолокационных станций).

Компания «Boeing» предложила новейшую модификацию уже завоевавшего большой успех на корейском и мировом рынках F-15 – F-15SE «Silent Eagle». Данная версия, несомненно, – наиболее революционная в семействе с момента появления четверть века назад F-15E «Strike Eagle». Основные отличия этой модификации – максимально возможное для самолета четвертого поколения внедрение технологий понижения заметности. Наряду с массовым применением в покрытии радиопоглощающих материалов внесены значительные изменения в планер самолета – на боках воздухозаборников предусмотрено размещение отсеков вооружения (в миссиях, не требующих малозаметности, они могут заменяться крупными конформными топливными баками), кили планируется установить под углом 15°. Данные меры не имеют аналогов среди истребителей четвертого поколения (в частности, программа модернизации F/A-18E/F «Super Hornet» той же фирмы ограничивается внедрением подвесных контейнеров для вооружения). Все это в совокупности, по заявлениям представителей корпорации «Boeing», обеспечивает близость «Silent Eagle» по уровню заметности во фронтальной плоскости к самолетам пятого поколения.

Однако данное утверждение подвергается сомнению со стороны конкурентов из «Lockheed Martin». Они утверждают, что косметическими мерами невозможно устранить такие значительно увеличивающие ЭПР элементы конструкции, какоткрытые лопатки турбин двигателя. Кроме того, покрытие радиопоглощающими материалами имеется только в критически важных зонах. Недостаточная малозаметность является основной претензией к F-15SE. По другим параметрам он как минимум не уступает, а во многом и превосходит конкурентов. Очевидно, что предложение корпорации «Boeing» наиболее выгодно экономически – их самолет не только самый дешевый из трех [3], но и не вызовет проблем при освоении в войсках, так как технически близок к имеющимся на вооружении F-15K «Slam Eagle».

Предложенный «Lockheed Martin» F-35A «Lightning II» не нуждается в представлении. Программа создания единого ударного истребителя пятого поколения для ВВС и палубной авиации США и их союзников, несомненно, лидирует среди других современных оборонных программ не только по стоимости, привлеченным ресурсам, широте международной кооперации, но и по скандалам и освещению в СМИ. Южную Корею в F-35A «Lightning II» привлекает, в первую очередь, то, что самолет изначально проектировался с широким применением технологий «стелс». На сегодня это единственный действительно малозаметный самолет на рынке, который можно реально приобрести, пусть и с поставками не ранее конца текущего десятилетия. На стороне F-35A и ряд факторов, напрямую не связанных с тендером F-X-III. Фирма «Lockheed Martin» является ключевым партнером корейской аэрокосмической фирмы «KAI» – учебно-боевые самолеты совместной разработки семейства T-50 не только продвигаются на мировые рынки, но и участвуют в американском тендере T-X на перспективный учебно-тренировочный самолет углубленной подготовки для ВВС США. «Lockheed Martin» принимает активное участие в национальной программе истребителя пятого поколения KF-X.

Особенно интересно рассмотреть перспективы F-35 в РК в свете недавно озвученных авианосных планов. По заявлению члена комитета по обороне Национальной ассамблеи Чанг Хи-су, до 2019 г. планируется ввести в строй второй универсальный десантный корабль (УДК) типа «Dokdo», оснащенный трамплином и усиленной палубой для эксплуатации самолетов укороченного взлета и вертикальной посадки. В дальнейшем предполагается построить УДК большего водоизмещения, схожий с испанским «Juan Carlos I». К 2028–2036 гг. ожидается ввод в эксплуатацию легких авианосцев с авиагруппой порядка 30 самолетов. Если на первом этапе предусматривается закупка бывших в употреблении самолетов семейства «Harrier II» (скорее всего, у Корпуса морской пехоты США), то затем неизбежно возникнет потребность в приобретении F-35B – самолета вертикального взлета и посадки модификации F-35, поскольку он просто не имеет аналогов. Других самолетов такого типа в производстве и разработке сейчас нет. В случае закупки F-35B наличие в ВВС F-35A упростит обслуживание, подготовку летчиков и персонала. К недостаткам F-35 стоит отнести, в первую очередь, большую цену и то, что самолет еще проходит испытания. В связи с этим могут быть значительные задержки в поставках.

Тендер

Первоначально планировалось выбрать победителя в кратчайшие сроки – уже к октябрю 2012 г. Однако проблемы начали преследовать тендер с самого начала – предложения «Lockheed Martin» и EADS не удовлетворили корейскую сторону в области передачи технологий и цены. Имели место и явно курьезные моменты – фирмы-участницы не смогли вовремя предоставить всю необходимую документацию в переводе на корейский язык, как того требовали условия. Малые сроки, отведенные на выбор в этом крупнейшем по стоимости оборонном тендере за всю историю страны, вызвали подозрения в коррупции в отношении Управления закупочных программ (Defense Acquisition Program Administration, DAPA) Министерства обороны и тогдашнего президента РК Ли Мен Бака. Речь шла о возможном сговоре с компанией «Lockheed Martin». Эти скандалы послужили причиной переноса конкурса на 2013 г. – было решено провести его после президентских выборов.

Тендер был возобновлен во второй половине июня 2013 г., но приостановлен через две недели после получения обескураживающих результатов: три компании сделали в общей сложности 55 различных финансовых предложений, нони одно из них не соответствовало требованиям. Управление закупочных программ оказалось перед выбором – либо уменьшить количество закупаемых самолетов, либо увеличить бюджет. Тем не менее в августе 2013 г. тендер был перезапущен вновь с теми же условиями. F-35A в очередной раз не прошел по предельной цене. «Typhoon» прошел, но в ходе рассмотрения документации выяснилось, что это было достигнуто изменением предложения без согласования с корейской стороной: количество более дорогих машин двухместной модификации было уменьшено в пользу более дешевой одноместной.

Таким образом, единственным кандидатом, удовлетворявшим всем требованиям, остался F-15SE. Ожидалось, что 24 сентября 2013 г. на совместном заседании представителей Министерства обороны, DAPA и ВВС РК он будет сугубо формально признан победителем. Однако выбор F-15SE подвергся жесточайшей критике со стороны военных. Основной претензией традиционно был недостаточный уровень малозаметности для преодоления ПВО КНДР. Представленная аргументация не выглядит убедительно. Более вероятно, что южнокорейские военные хотели бы получить самолет, способный бороться на равных с перспективными самолетами пятого поколения, разрабатываемыми в настоящее время в Китае. Не стоит забывать и о Японии, выбравшей для своих Воздушных сил самообороны F-35A (несмотря на то, что эти страны объединяет союз с США, между ними есть ряд серьезных противоречий).

На заседании 24 сентября 2013 г. военным удалось убедить министра обороны РК, несмотря на рекомендации DAPA, отменить результаты тендера. Ожидалось, что он будет в очередной раз перезапущен в начале 2014 г. с подведением итогов осенью. Однако события развивались более стремительно.

Неожиданное завершение

После сентября 2013 г. стало очевидным, что победителем из противостояния вышел F-35A. ВВС РК не пошли на компромисс и проявили редкую твердость в своих предпочтениях. Это было понятно и компании «Boeing» – на аэрокосмической выставке «ADEX-2013», проходившей с 29 октября по 3 ноября 2013 г. в Сеуле, не был представлен даже макет F-15SE, хотя официально от его разработки не отказались. Вместо него был показан макет «усовершенствованного F-15». Скорее всего, речь шла об аналоге F-15SA, новейшей модификации для Саудовской Аравии, которая в настоящее время готовится к производству. В ней нет изменения планера и широкого внедрения мер понижения заметности, модернизация фактически ограничена глубоким усовершенствованием бортового радиоэлектронного оборудования. Корпорация «Boeing», судя по всему, надеялась на то, что заказ будет разделен – наряду с закупкой F-35A будет закуплено и некоторое количество более дешевых истребителей. В этом случае самолет семейства F-15 был бы очевидным выбором, так как такие машины уже состоят на вооружении ВВС РК. Закупка небольшого количества, например, Eurofighter «Typhoon» была бы нерациональным решением с точки зрения удобства и экономичности эксплуатации в будущем.

Однако корейцы пошли по другому пути. 22 ноября 2013 г., после совещания высшего военного руководства, председатель Объединенного комитета начальников штабов Чхве Юн Хи сообщил о решении осуществить закупки F-35A без проведения очередного раунда тендера. В 2018–2022 гг. планируется приобрести 40 самолетов, а в 2022–2023 гг. принять решение о реализации опциона еще на 20 самолетов. Выведение трети планируемого объема в опцион, видимо, связано с финансовыми соображениями. Кроме того, не исключено, что в случае успехов в осуществлении национальной программы истребителя пятого поколения KF-X опцион могут и не реализовать.

На наш взгляд, оптимальным решением было бы разделить заказ, например, в соотношении 20 F-35A и 40 «F-15KA» (условных «Korea Advanced» по аналогии с F-15SA – «Saudi Advanced»), что позволило бы ограничить расходы и в то же время получить требуемое количество самолетов. В этом случае ВВС получили бы на смену списываемым F-4E новые машины, с освоением которых не возникло бы задержек, и смогли бы быстро и без ущерба для обороноспособности вывести «Phantom II» из своего состава. Впоследствии, с началом полномасштабного крупносерийного производства F-35A (2019 г.), можно было бы приступить к его закупке. Для решения задач повышенной сложности временно хватило бы и одной эскадрильи малозаметных ударных истребителей. В 2020-х годах перед РК встанет проблема замены F-16C/D. Если при реализации национальной программы KF-X возникнут непреодолимые трудности, то F-35A при любых раскладах станет очевидным выбором из претендентов на роль основного истребителя.

У принятого Республикой Корея решения есть очевидные преимущества – она получит 40–60 новейших ударных малозаметных истребителей и упрочнит место своих ВВС в регионе. Поставки F-35A практически совпадут по времени и объемам с поставками этих же самолетов в Японию, отношения с которой у РК весьма противоречивые. Будет закреплено тотальное превосходство в качестве вооружений над КНДР, а в сравнении с Китаем, который активно ведет собственные программы истребителей пятого поколения и планирует закупать Су-35С, будет сохранен паритет. Опыт эксплуатации и переданные (пусть, вероятно, и весьма ограниченно) технологии будут полезны в разработке KF-X.

Тем не менее есть и недостатки. Основная цель программы F-X-III заключалась в безболезненной замене F-4 на новый истребитель. Однако теперь очевидно, что боевая готовность эскадрилий F-35A в ВВС РК будет достигнута после 2020 г. с учетом времени, затраченного на производство, поставку самолетов и освоение его летчиками и техниками. Не удалось также обеспечить замену старых самолетов на новые в соотношении один к одному, по крайней мере в обозримом будущем. Впрочем, в условиях сокращения по причине устаревания парка ВВС КНДР и роста качественного уровня в перспективе это не является серьезной проблемой. Более серьезным представляется финансовый вопрос. Наряду с программой закупки F-35A (крупнейшая закупка вооружения за рубежом в истории страны) РК придется осуществлять национальную программу истребителя пятого поколения. На KF-X планируется потратить в 2015–2019 гг. (еще до первого полета) около 8 млрд долл. На период закупки F-35A (2018–2022 гг., с учетом реализации опциона до 2024–2025 гг.) придутся значительно большие затраты, связанные с летными испытаниями и началом производства. Не исключено, что в будущем южнокорейцы будут вынуждены отказаться либо от продолжения закупок F-35A, либо от прекращения программы KF-X.

Для России закупки Республикой Корея новых истребителей, как и остальные ее планы в области усиления вооруженных сил, не являются непосредственной угрозой. У нас нет территориальных споров, экономическое сотрудничество стабильно развивается, с 2014 г. вводится безвизовый режим. Однако это служит очередным сигналом о том, что АТР все сильнее вооружается. Россия это понимает, о чем свидетельствует тот факт, что наиболее современные из отечественных серийных истребителей – Су-30СМ и Су-35С – пойдут, в первую очередь, на вооружение в части Восточного военного округа. Весьма вероятно, что именно туда в будущем будут направлены первые российские истребители пятого поколения. Остается надеяться, что их встречи с самолетами соседей будут исключительно мирными.

- Александр Ермаков

Источник - http://russiancouncil.ru

Социальные сети