Мы уходим с востока

Автор: Шалагин Валерий Рубрики: Афганистан Опубликовано: 10-06-2009

«Прощайте горы, вам видней,
кем были мы в стране далекой!»

Слова этой песни тогда ещё не были нами полностью осознаны и поняты, автор слов не думал, о том, что это было первое предательство армии нашим правительством. Нам, воспитанным на лучших примерах Гражданской и Великой Отечественной войн, было невдомек, что будет после нашего ухода с народом, который поверил нам, и со страной, в горах которой мы положили столько наших лучших парней… Поверьте мне на слово, но это одно из правил любой войны — забирать самых сильных, красивых и талантливых мужиков.

Разговоры разговорами, но лед тронулся: советская военная машина медленно, но уверенно поползла из Афгана. Первыми ласточками были наши братья — вертолетчики из Газни и Джелалабада, которые перед 15 мая приземлились в наш теплый и солнечный Кундуз, чтобы ровно в полночь пересечь нашу и афганскую границу. Гостей сразу же развели по модулям, растащили по баням и знакомым, все вертолетчики практически друг друга знают — вертолетныхучилищ-товсего три: Сызранское, Саратовское и Харьковское. Сказать, что у улетающих ребят была поросячья радость по поводу возвращения на Родину, я не могу, это будет неправдой, скорее всего было состояние радости и грусти. Многие ведь не первый раз ездили за речку и знали, что таких отношений, как здесь, не будет больше никогда! В мирной жизни мы становимся совершенно другими: более сволочными и сытыми. Здесь мы были готовы пожертвовать ради друга всем, даже жизнью, а там другая жизнь, другие проблемы.

Встреча и проводы ребят из соседнего полка и эскадрильи были недолгими, хотя это внесло определенное разнообразие в нашу жизнь, и вот вертушки одна за другой пошли на Россию, пошли пустые, без боекомплекта, даже у пилотов забрали все лишние припасы в пистолетах, автоматах и пулеметах, оставив только штатный БК на сдачу, мы потом ещё двое суток выгребали со стоянки боезапасы, что оставили нам гости.

В августе подошел черед и нашего 181 отбвп (отдельныйтранспортно-боевойвертолетный полк — прим. ред.): после вывода наших частей из Файзабада прикрывать и сопровождать нам стало некого, тут и приказ на вывод.

Подполковник Трофимов, заместитель командира полка по ИАС (инженерно-авиационнаяслужба — прим. ред.) поставил инженерам задачу на перебазирование полка, мне выпало счастье угодить в передовую команду!

Второго августа ближе к двенадцати часам ночи мы вылетели на вертолетеМи-6в сторону нашей границы, на аэродром Какайты. На удивление, (а потом я вообще после этого перестал удивляться) на Родине нас никто не ждал! Экипаж нас высадил и сразу же ушел обратно на Кундуз, в дальнем углу аэродрома светилсякакой-тосвет, и мы побрели на него…

Идти пехом пришлось километра два, у фонаря домик, а в нем мордатые узбекские таможенники с радостью взялись шмонать сумки, на дворе, тем временем, начало светать. А после теплой встречи с таможней выяснилось, что жить будем в палатках, установленных рядом с газоотбойниками самолетовМиГ-21, каждое утро слушая реактивный рев турбин самолетов прямо под ухом в течение месяца — другого места для нас тыловые уроды не нашли на всем огромном летном поле! В нашей палатке оказалось по колено пыли, но её уже никто не видел, рухнули спать на железные сетки кроватей без матрасов, как убитые. Спасибо, Родина, встретила!

Спали мы так, что не слышали, как газовали самолеты прямо в пятнадцати метрах от нас, проспали мы и то, как «мигари» под утро ушли на удар за речку и даже то, как они вернулись. В то утро разбудил нас начбой местного батальона и сказал, что нам необходимо сдать оружие, в палатку ведь заходи с любой стороны, все углы открыты и возможно хищение оружия! Когда он сказал, что его можно бросить в кузов его грузовика, нас это задело до глубины души и я сказал ему: «Привези ящики из-под„нурсов“ (неуправляемый ракетный снаряд — прим. ред.), и мы туда уложим наше оружие».

Капитан привез ящики, и мы сдали свое проверенное войной оружие, а он на клочке туалетной бумаги записал:13 пистолетов и автоматов — все, от оружия мы свободны, ужасно хотелось пить и что-нибудь съесть.

Поехали на местный рынок, поймав какую-то попутку. Там просто изобилие, особенно арбузов. Тетка весом сто пятьдесят кг сразу понимает, что пришли солидные покупатели, и с криком: «Мой брат пришел!!!» — начинает торговаться, как за собственную честь.

Скупив пол рынка, возвращаемся в свои пыльные палатки, и, разложив шашлыки, арбузы, зелень и водку, начинаем неторопливый ужин. Все, понемногу начинает доходить, что мы свое отвоевали и больше в Афган дороги нет! Пьем совсем понемногу:во-первых, жарко, под 50 градусов, а во-вторых, ночью прилетятМи-6на разгрузку, а это тонн тридцать разного груза — ну и кто его будет трелевать?

Ночью нашиМи-6делают по два вылета, и мы работаем как на фабрике Саввы Морозова: ночью выгружаем вертолеты, а днем складируем имущество для отправки по железной дороге. Спать практически не приходиться — нас то всего человек десять, такая нагрузка, что иногда спим прямо на рулежной дорожке, на бетоне, забыв про всякую тварь, летающую и ползающую, а также про ВВ — военных водителей, для которых переехать человека на полосе — раз плюнуть.

Вскоре прилетает подкрепление, и начинают приходить первые вертолеты, в основномМи-6, которые свою задачу выполнили, а мы ждем свои «горбатые». Когда же, наконец, прилетит полк, и мы отдохнем от сумасшедшей трелевки грузов? Да и скотские условия уже достали порядком, в Кундузе было в пять раз комфортнее.

И вот, в одну из августовских ночей начинают приходить наши боевые — винтокрылы. Радости моей группы не описать, все отмучились, каждую машину приходиться вести за ПВД, стоит такая пыль, что не видно в двух шагах, но в течение часа мы разруливаем свои вертолеты и встречаем своих боевых друзей.

Сутки шло братание, потом поступила задача: перелет на Чирчик, там дополучить ещё двадцать двадцатьчетверок, и перелет на Тайболу, что на Кольском полуострове. Улететь в тот день не удалось, произошло два события: в моей группе у прапорщика Качина из оружейной комнаты «ушел» пистолет ПМ, а в палатке напротив нашелся автоматАКСУ-74, как потом выяснилось, Павлика Ростовцева, бортового техника Ми-24.

За оружие в армии, помимо каждого, отвечают командир и начальник штаба, Миша Захарчук, но зачем подставлять свою заднюю полусферу, Миша прыг в вертолет, и в Чирчик, а ты парься с военной прокуратурой и рассказывай сказки, куда делся сданный на хранение пистолет. Сколько было потрачено нервов, известно одному богу, и когда уже умерла последняя надежда, а прошло пятнадцать дней издевательских допросов, и нам внесли в вину то, что пистолет утерян в Афгане, а здесь мы просто подставили командование авиаполка, плюс море других вариантов, вплоть до того, что будет сформирована отдельная бригада лесозаготовителей в Сибири, а я буду её бригадиром. Все же пистолет нашелся.

Утащил пистолет дежурный по роте — мальчик, старший сержант — Гиви «Сквернашвили». На Кавказе любят оружие! Когда сдавали автоматы ребята с Ми-6, юный джигит приоткрыл ящик, в котором лежало оружие моей группы, и, увидев, что на него никто не смотрит, сунул пушку себе за пазуху, и был таков.

Я примерно догадывался, что хлопушку взял либо Гиви, либо второй дежурный по роте, и просил об одном: подбросьте её в оружейку, благо, дверь была из прутьев — но на мои слова он не отреагировал.

Нашел пистолет совершенно случайно у офицерского общежития офицер стройбата, который, увидел из земли кончик наволочки от подушки, дернул за нее, а там пистолет, который ночью закопал джигит Гиви, в разобранном состоянии, потому что не смог его собрать после личнойразборки-то же, Левша нашелся!

В тот же вечер нас отпустили, сняв все обвинения, забыв извиниться. Военные прокуроры Гиви, наверное, посадили, а может быть его откупили богатые грузинские парни. А мы в полночь грузились в Ил-76, летящий в Пружаны!!! Полк то, оказывается, подвернули на Беларусь, но мы об этом ещё не знали. Не знали и то, что едва не погибнем на взлете: самолет был настолько перегружен, что едва взлетел с последней плиты, и если бы сеть АТУ (аварийная тормозная установка — прим. ред.) была не опущена, нам конец. А садиться будем на аэродроме Пружаны с горящей красной лампочкой аварийного остатка топлива и шасси, выпущенными с шестой попытки в аварийном режиме.

Не знали мы и того, что вновь обгоним свой полк и вновь станем передовой командой, и опять нам предстоит столько труда на стоянках, заваленных лесом. И когда прилетят ребята, мы, как всегда, успеем все подготовить для их встречи.

Приземлились в Пружанах в начале шестого, у командира корабля спина мокрая от пота, две аварийных ситуации за полет, да и двести с лишним человек на борту! А возле борта с цветами нас встречали замечательные женщины, которых в такую рань поднял комиссар полкаСу-25«грачей». Встреча была замечательная: утро, пенье соловьев, смех женщин, запах их духов и запах полесского леса… А жизнь-то хороша, ребята!!!

 

Социальные сети