Потерянные «коммандос»

Автор: Андраде Дейл Рубрики: Азия/Океания Опубликовано: 31-05-2012

Оперативный план 34а: союзники, о которых позабыли в войну и которых бросили на произвол судьбы в мирное время

21 сентября 1967 года под покровом темноты семь человек прошли по взлетно-посадочной полосе к ожидавшему их в Кэмп-Лонгтане вблизи Сайгона грузовому самолету С-130. Как только они оказались на борту, самолет взлетел — казалось, обычный полет над Южным Вьетнамом. В действительности это было совершенно секретное задание в рамках проводившейся длительное время операции «Оперативный план 34А». Ею руководила организация, именовавшаяся Группой исследований и наблюдений.

Агентурная группа имела кодовое название «Красный дракон». Она вылетела для выполнения одного из последних тайных заданий на территории Северного Вьетнама. Объект находился в провинции Хаджян на крайнем севере Северного Вьетнама, всего в каких-нибудь 40 км от границы с Китаем. Там начиналась Долина красной реки, крупного пути подвоза материальных средств из Китая в Северный Вьетнам.

Из-за ветреной погоды при ночном прыжке с парашютом членов группы разбросаю в разные стороны, поэтому после приземления они оказались дезорганизованными. «Коммандос» находились на территории противника уже окало месяца, когда, наконец, вышли на связь с Центром. Группа исследований и наблюдений заподозрила, что они перевербованы и работают под контролем противника. Последнее радиодонесение от «Красного дракона» поступило в июне 1969 года, а вскоре Групп исследований и наблюдений объявила, что все члены группы погибли.

Агентурная группа «Кэнсер» во время тренировки по подводному плаванию в Дананге. Дуонг Лонг Санг (второй справа) был захвачен во время выполнения боевого задания в июне 1963 года и находился в заключении до 12 мая 1982 года. Служба иммиграции и натурализации США отказалась выдать ему разрешение на въезд в Соединенные Штаты Америки на том основании, что он «не сумел доказать свое сотрудничество с Группой исследований и наблюдений». Фото из архива автора

Но большинство из них были живы. Захваченные в плен в течение месяца после заброски, «коммандос» провели все время, пока шла война, в вонючих северовьетнамских тюрьмах. Такая судьба была уготована большинству групп, заброшенных в Северный Вьетнам в соответствии с Оперативным планом 34А. Их было более 50.

«Коммандос» — пушечное мясо

Оперативный план 34А зародился почти одновременно с решением об участии Соединенных Штатов Америки в делах Вьетнама. С 1960 года ЦРУ США проводило заброску агентов в Лаос и Северный Вьетнам. Согласно сообщениям, к концу 1963 года на территории Северного Вьетнама действовали более 100 агентов ЦРУ. Но большинство их были либо потеряны, либо перевербованы противником. Небольшому числу агентурных групп — главным образом тем из них, которые были заброшены на побережье с моторных лодок — удалось выполнить задание и вернуться.

С военной точки зрения такие операции никогда не имели и не будут иметь решающего значения. Фактически, как сказано в книге «Pentagon Papers» сторонники такого рода операций полагали, что главной задачей программы заброски агентов является демонстрация серьезности намерений Вашингтона обуздать коммунистическую агрессию: «косвенное символическое и психологическое усиление вовлеченности США». Другими словами, выражалась надежда, что сама по себе угроза, скрывавшаяся за тайными операциями, будет достаточной, чтобы убедить Ханой прекратить вмешательство в дела Юга.

 

Кэмп-Лонгтан в 1967 году. Большинство агентурных групп «коммандос», участвовавших в осуществлении Оперативного плана 34А, проходили подготовку на этой секретной базе вблизи Сайгона. Фото из архива Кена Конбоя

В январе 1964 года операция перешла под контроль военных. Руководитель операций ЦРУ США в Восточной Азии Уильям Е. Колби был более чем счастлив расстаться с этой операцией. Позднее он вспоминал: «Мы в ЦРУ с достаточной уверенностью определили, что эта операция не дает результатов. Но военные утверждали, что ЦРУ — слишком маленькая организация, чтобы продолжать выполнение программы».

В среде военных также выражались серьезные сомнения. «Мы полностью за то, чтобы осуществлять тайные операции против Северного Вьетнама, — писал тогдашний председатель Комитета начальников штабов США генерал Максвелл Тейлор министру обороны США Роберту С. Макнамаре в середине 1964 года, — но было бы неразумно делать вывод, что подобные акции будут иметь решающее влияние».

Как бы там ни было, Оперативный план 34А продолжал осуществляться. В последующие 4 года в Северный Вьетнам продолжали прибывать группы, но лишь для того, чтобы быть быстро схваченными эффективно действующей и безжалостной внутренней полицией коммунистического режима. Некоторых захваченных агентов отправляли прямо в тюрьму, других «убеждали» посылать в Центр ложные донесения. По свидетельству одного офицера вооруженных сил США, имевшего отношение к этой программе, «дошло до того, что мы просто стали считать, что значительная доля передаваемых агентами сведений представляет собой дезинформацию. С другой стороны, мы использовали программу для того, чтобы снабжать северовьетнамцев массой ложных разведывательных данных».

Такого же мнения, по-видимому, придерживались и военные стратеги в Вашингтоне. «Задачи и эффективность агентурных групп, засылаемых на длительный срок, подвергались постоянному пересмотру в период с 1965 года до лета 1968 года, когда был сделан вывод о том. что все группы сильно скомпрометированы, — говорилось в заключительной части одного доклада, направленного высокопоставленным лицам. — За это время мнение изменилось: если вначале считалось, что группы являются ценным средством для решения стоящих перед Группой исследований и наблюдений задач, то позднее (в ноябре 1968 года) был сделан вывод о том, что агентурные группы, засылаемые на длительный срок, совершенно не оправдывают себя в плане добывания разведывательной информации».

Но не отсутствие результатов в конце концов привело к прекращению выполнения плана 34А. Скорее, он пал жертвой ужесточавшихся политических ограничений на ведение войны. В ноябре 1968 года президент Линдон Б. Джонсон пол давлением общественного мнения запретил воздушные бомбардировки Северного Вьетнама. Запрет распространялся на любые полеты американских самолетов над территорией Севера, в том числе и такие, которые были связаны с осуществлением все еще секретного плана 34А. Если бы не прекращение воздушных бомбардировок, план, вполне вероятно, продолжал бы действовать, поставляя новых заключенных в северовьетнамские тюрьмы вплоть до падения Сайгона.

«Красный дракон» и бюрократическая волокита

Для Нгуен Хю Тана эти дебаты не имели никакого смысла. Он прыгнул на территорию Северного Вьетнама в составе агентурной группы «Красный дракон», гордо служа своей стране как военнослужащий особого подразделения «коммандос», которое должно было наносить удары в самое сердце ненавистного врага. Но гордость сменилась страхом, когда северовьетнамцы окружили его дезорганизованную группу, а страх перерос в отчаяние за время длительного пребывания в коммунистической тюрьме. Как и большинство его товарищей, Тан оставался за решеткой до окончательной победы Ханоя в 1975 году, несмотря на пункт Парижских мирных соглашений 1973 года, обязывающий Северный Вьетнам «вернуть на родину весь плененный военный персонал Южного Вьетнама независимо от того, принадлежал ли он к регулярным или нерегулярным вооруженным силам...»

Южновьетнамские «коммандос», заброшенные на Север в соответствии с планом 34А, попали под эту категорию, однако Северный Вьетнам предпочел не освобождать их. Ни Соединенные Штаты Америки, ни Южный Вьетнам не заявили ни одного протеста по поводу нарушения соглашений. Вашингтон наверняка знал, что «коммандос» все еще находятся в заключении: документы свидетельствуют о том, что Группа исследований и наблюдений продолжала контролировать статус каждой агентурной группы по меньшей мере до середины 1970 года.

Разумеется, эти два года пребывания на свободе в конце концов мало что значили бы. Ведь в 1975 году победившие коммунисты отловили всех тех, кто служил сайгонскому режиму, и поместили их в перевоспитательные лагеря. Первыми в списках тех, кто нуждался в перевоспитании, значились бывшие «коммандос». Тан и его товарищи (около 200 человек пережили войну) из тюрем попали прямиком в лагеря, где им пришлось заниматься тяжелым физическим трудом и терпеть бесконечную политическую учебу. Некоторые из них поддались пропаганде, но большинство приняло решение говорить то, что было необходимо, чтобы перенести выпавшие на их долю испытания.

В настоящее время все «коммандос», участвовавшие в осуществлении плана 34А, освобождены из лагерей, но никто из них не сумел продолжить прежнюю жизнь. Понятие «военнослужащий особого подразделения «ком-мандос» стало во Вьетнаме синонимом понятия «предатель», и большинство вьетнамского общества — даже в либеральном Сайгоне — не желает прощать и забывать. Эти люди не могут найти работу, живут в бедности.

Нгуен Хю Тану еще повезло. В прошлом году правительство США разрешило ему иммигрировать в Калифорнию, где у него имеются родственники. К моменту выхода из печати этого номера журнала он уже будет в безопасности за пределами Вьетнама. Но для остающихся во Вьетнаме еще примерно 60 «коммандос» начать где-нибудь новую жизнь пока лишь мечта.

Препоны чинят не вьетнамские власти, а правительство США. Ханой ясно дал понять, что разрешит им уехать за границу, но Вашингтон создал препятствия для их въезда в Америку. Действительно, недавние проявления антииммигрантских настроений в США затруднили получение разрешения на въезд еще для одной группы иностранцев, но случай с этими «коммандос» уникален. Их не так много, и нет сомнений в том, что они серьезно пострадали за сотрудничество с Соединенными Штатами Америки. А самое главное — эти люди выделяются из общей массы южновьетнамских ветеранов войны, ибо только они сражались с врагом на его территории глубоко внутри Северного Вьетнама. Они заслуживают лучшего. Виновником их бед является Служба иммиграции и натурализации США. В ее ведении находится программа помощи беженцам, которую они осуществляют капризной и, кажется, небрежной рукой. Судьбы прошений бывших «коммандос» о въезде в США решает единственный представитель этой службы в посольстве США в Бангкоке. Эти прошения бывшие «коммандос» направляют из Вьетнама в Бангкок вместе с документальным подтверждением своего сотрудничества с Группой исследований и наблюдений и справкой об освобождении из тюрьмы. Чиновник Службы иммиграции и натурализации США в Бангкоке рассматривает прошения. Обычно для принятия решения о выдаче разрешения на въезд в США или об отказе требуется от нескольких месяцев до года и более. Для бывших «коммандос», все еще находящихся в Сайгоне, ответ, как правило, бывает отрицательным.

Вся загвоздка в плане 34А

Программа помощи беженцам в своем первоначальном виде была рассчитана на оказание помощи вьетнамцам, бегущим из репрессивного общества. Официально она называется «Программа упорядоченного выезда» и действует с 1979 года по формулировке Государственного департамента США, «для того, чтобы предоставить безопасную, законную альтернативу представляющим опасность для жизни побегам из Вьетнама на лодках или по суше».

Программа упорядоченного выезда включает три подпрограммы: «Объединение семей» — для тех вьетнамцев, родственники которых проживают в США; «Дети американских отцов» — для детей, рожденных в годы войны во Вьетнаме от американских военнослужащих; «Узники перевоспитательных лагерей». Первые две подпрограммы в настоящее время практически завершены.

Программа, рассчитанная на узников перевоспитательных лагерей, более сложная. Борцы за права человека утверждают, что после победы северовьетнамцев в 1975 году через перевоспитательные лагеря прошли более 1 млн. людей. По утверждению Ханоя, последние обитатели таких лагерей были выпущены на свободу в 1992 году.

Программа, рассчитанная на узников перевоспитательных лагерей, осуществляется с 1989 года, когда начали улучшаться отношения с коммунистическим правительством Вьетнама. «Это было желание гуманно положить конец тому, что являлось очень тяжелым опытом», — заявила в посольстве США в Бангкоке Марта Сардинас, руководитель программы выдачи виз вьетнамским гражданам. По этой программе в США иммигрировали более 117 000 вьетнамцев. Около 50 000 просителей ожидают приглашения на беседу, а в министерстве иностранных дел в Хо ши мине ежедневно проходят проверку около 80 просителей. Несмотря на эти ошеломительные цифры, Уильям Флемминг из бюро по делам беженцев Государственного департамента США заявляет: «Мы обязуемся провести беседу со всеми, кто считается приемлемым и уже подал прошение».

Для бывших «коммандос» эти заверения мало что значат. По решению Службы иммиграции и натурализации США (которая выносит окончательный приговор), для того, чтобы считаться приемлемым, человек должен провести в перевоспитательном лагере по меньшей мере 3 года после падения Южного Вьетнама (1975 год). Хотя многие из бывших «коммандос», участвовавших в осуществлении плана 34А, провели в тюрьме во время войны 10 и более лет, Служба иммиграции и натурализации США постановила, что их политическое преследование началось лишь после падения Сайгона — а до того они были обыкновенными военнопленными.

Дело усугубляется еще и тем, что никто в Службе иммиграции и натурализации толком не знает об Оперативном плане 34А. Когда кто-либо из бывших «коммандос» подает прошение о въезде в США и указывает, что он прыгал с парашютом для выполнения секретного задания в Северном Вьетнаме, к нему зачастую относятся с недоверием. Но стоит навести справки, и сомнения в правдивости историй «коммандос» отпадают. Существует множество документов и отчетов.

Агентурная группа «Самсон» во время подготовки в Кэмп-Лонгтане. Эти «коммандос» были сброшены на парашютах рядом с границей Северного Вьетнама в октябре 1966 года. Через два месяца от них перестали поступать сообщения. Ла Ван Тин (нижний ряд, второй слева) провел в тюрьме 10 лет, но Служба иммиграции и натурализации США решила, что ему нельзя приехать на жительство в Соединенные Штаты Америки, поскольку он недостаточно долго находился в «перевоспитательном лагере». Фото из архива автора

Вот некоторые примеры негибкого подхода чиновников Службы иммиграциии натурализации США:

—Нгуен Ван Нго, член агентурной группы «Теллус», был захвачен 7 июня 1963 года и освобожден из перевоспитательного лагеря 15 апреля 1978 года, всего на 15 дней раньше 3-летнего срока. Несмотря на то, что некоторые из его товарищей по агентурной группе уже проживают в Соединенных Штатах Америки, ему было отказано в визе:

—Дуонг Лонг Санг, член агентурной группы «Кэнсер», был захвачен 7 июня 1963 года и находился в заключении до 12 мая 1982 года. Двое его товарищей по агентурной группе иммигрировали в США, но Сангу в апреле 1993 года отказали в визе на том основании, что он «не сумел доказать свое сотрудничество с Группой исследований и наблюдений». Это решение было принято, несмотря на то, что он предъявил фотоснимок, где запечатлен он сам и двое его товарищей по агентурной группе, а также справку об освобождении из тюрьмы, где было сказано, что он является военнослужащим «особого подразделения «коммандос»;

—Нго Квок Чунг, руководитель агентурной группы «Пэкер», был захвачен 4 июля 1963 года. Чунг, ветеран Льен Бьен Фу, был известен как особо непокорный заключенный в период нахождения в тюрьме и перевоспитательном лагере. Освобожден в октябре 1987 года, но вьетнамские власти не дали ему никаких документов. До сего времени Служба иммиграции и натурализации США не желает рассматривать его прошение о въезде, несмотря на то, что в Группе исследований и наблюдений полно документов, подтверждающих его сотрудничество с ними;

—Ле Тан Нам, участник специальной программы «Ерт Эйнджел» (перебежчики из Северного Вьетнама, прошедшие специальную подготовку под руководством Группы исследований и наблюдений и засылаемые обратно за линию фронта для выполнения краткосрочных заданий), был захвачен военнослужащими своей прежней северовьетнамской части и избит почти до смерти. Ему удалось бежать. Он уведомил Группу исследований и наблюдений о том, что вместе с ним в плену находились четыре американца. Наличие большого числа документальных подтверждений этого случая плюс тот факт, что Нам сообщил ценную информацию об американских военнопленных, не убедили Службу иммиграции и натурализации в том, что Нам может иммигрировать в Америку.

Однако положение дел может вскоре измениться. В середине апреля посол США в Таиланде Дэвид Ф. Ламбертсон послал в Вашингтон телеграмму с предложением пересмотреть позицию Службы иммиграции и натурализации США в отношении бывших «коммандос». В телеграмме было сказано: «По нашему мнению, «коммандос» заслужили право на получение американской визы, принимая во внимание факт сотрудничества с США в осуществлении политики и программ, а также длительные страдания, выпавшие на их долю». Ламбертсон также подтвердил очевидное, а именно, что «коммандос» были захвачены во время «выполнения заданий американского командования по сбору разведывательной информации, проведению военных и психологических операций или оказанию помощи сбитым экипажам американских самолетов и вертолетов».

Почему в американской администрации вдруг появились различные точки зрения на эту проблему? Частично это объясняется тем. что группа американских граждан, симпатизирующих бывшим южновьетнамским «коммандос», оказывает давление на свое правительство, направляя петиции с требованием пересмотреть политику в отношении беженцев, а частично — антиправительственными распрями и соперничеством. Роль Государственного департамента США в программе помощи беженцам незначительна. В то же время некоторые чиновники этого ведомства полагают, что Служба иммиграции и натурализации США плохо справляется со своими задачами. По утверждению одного бывшего чиновника, знакомого с положением дел в этой области. «Государственный департамент всегда был недоволен позицией Службы иммиграции и натурализации в вопросе выдачи виз бывшим «коммандос». Отчасти это объясняется тем. что Служба иммиграции и натурализации контролирует программу помощи беженцам, а Государственный департамент — нет. Но в большей мере это связано с тем, что многим казалось, что Служба иммиграции и натурализации иногда просто несправедлива к этим людям».

Оказываемое на Службу иммиграции и натурализации США давление побудило это ведомство к пересмотру процесса рассмотрения личных дел «коммандос», участвовавших в осуществлении Оперативного плана 34А, особенно тех. кому в прошлом было отказано в визе.

Однако, правительство США не склонно идти на компромисс в одном вопросе: бывшие «коммандос» должны доказать, что подвергались преследованию со стороны нынешнего правящего режима Вьетнама. Это положение является основополагающей идеей современного статуса беженца. Что же, это достаточно справедливо. Не приходится сомневаться в том, что все «коммандос», участвовавшие в осуществлении плана 34А, пройдут эту проверку без всяких затруднений. В сегодняшнем Вьетнаме, люди, служившие в особом подразделении «коммандос» южновьетнамской армии, считаются позором нации, что лишает их даже основных прав личности.


Агентурная группа «Буффало» была сброшена на парашютах в Северный Вьетнам в июне 1964 года и немедленно захвачена, а затем предстала перед судом в Ханое. Фото из архива Кена Конбоя

Однако один из чиновников Отдела помощи беженцам Государственного департамента США. некто Дьюи Пендерграф, говорит, что имеется зацепка, которую, возможно, удастся использовать для положительного решения вопроса о выдаче виз бывшим «коммандос». «Основываясь на рекомендациях Службы иммиграции и натурализации и нашего ведомства, мы имеем право дать разрешение на беседу с человеком, желающим получить статус беженца, даже если он и не удовлетворяет всем критериям, которые установлены для обычных программ. Вот эту-то зацепку мы и хотели бы использовать в данном случае», — сказал Пендерграф.

Как бы ни стал развиваться дальнейший процесс, очевидно, что вопрос с бывшими «коммандос» не будет решен немедленно.

Дело о бывших южновьетнамских «коммандос», участвовавших в осуществлении плана 34А, рассматривалось в судебном порядке. Двадцатого апреля 1995 года практикующий в Майами, штат Флорида, атторней Джон Ч. Мат-тес подал в Федеральный суд по рассмотрению исков к правительству США в Вашингтоне, округ Колумбия, исковое заявление от имени 281 бывшего «коммандос» (большинство из них уже проживают в Америке), которые требуют выплаты 11 240 000 долл. США в качестве денежного содержания за время службы. Эта цифра получена следующим образом: денежное содержание за время службы умножено на срок их тюремного заключения.

В исковом заявлении Маттес отмечает, что правительство США «не продолжило начисление денежного содержания этим людям до возвращения их из заключения». Он утверждает, что правительство США сделало это сознательно, в 1969 году объявив «коммандос» умершими, вместо того чтобы продолжить выплату пособий их семьям, вопреки многочисленным свидетельствам того, что многие из этих людей были живы и находились в тюрьмах.

Какова точная юридическая формулировка иска? По словам Маттеса. «Законное обоснование иска — утверждение о том, что имело место прямое нарушение контракта Соединенными Штатами Америки. В контракте предусматривалось, что «коммандос» должно выплачиваться денежное содержание до момента их возвращения с задания. Одна из сторон не имеет права просто так разорвать контракт только лишь потому, что ей это выгодно».

В доказательство Маттес ссылается на ранее совершенно секретный документ «Документированное исследование МАС-SOG». датированное 1970 годом. В нем описываются взаимоотношения между Группой исследований и наблюдений и южновьетнамским аналогом этой тайной организации — Стратегическим техническим управлением — и показывается, что Группа исследований и наблюдений знала, что большинство членов агентурных групп были захвачены, а не убиты.

Военнослужащие сил специального назначения США помогали в подготовке агентурной группы «Красный дракон», показанной здесь во время учения вблизи Далата летом 1967 года. В сентябре эта группа была сброшена на парашютах в Северный Вьетнам и захвачена. Фото из архива Кена Конбоя

Для того, чтобы выиграть дело в суде, Маттесу придется преодолеть предыдущее решение суда по аналогичному делу. В 1981 году чикагский атторней Энтони Чарльз Муррей предъявил правительству США иск от имени By Дук Квонга, одного из «коммандос», участвовавших в осуществлении Оперативного плана 34А, который требовал 449 201 долл. США в качестве денежного содержания за время службы плюс 21 000 000 долл. США - в качестве возмещения убытков. Не удивительно, что это дело он проиграл.

Квонг участвовал в морских разведывательно-диверсионных рейдах на побережье Северного Вьетнама. Завербованный ЦРУ США в 1962 году, он и несколько других членов его агентурной группы прошли подготовку в качестве подводных боевых пловцов-подрывников. Их схватили 15 марта 1964 года во время диверсионного акта вблизи Квангхе, примерно в 96 км к северу от демилитаризованной зоны. Под присягой Квонг показал, что находился в заключении до января 1980 года, когда ему удалось бежать.

По иронии судьбы Квонг без всяких сложностей переехал на жительство в США. До 1984 года правительство США считало, что всякий, кто бежал из коммунистической страны, является политическим беженцем, и принимало таких людей с распростертыми объятиями. Сегодня чиновники Службы иммиграции и натурализации, возможно, отказали бы Квонгу в визе.

Квонгу было отказано в удовлетворении его иска на основании давнего судебного прецедента, известного как Доктрина Тоттена. В 1978 году родственники бывшего шпиона времен Гражданской войны в США предъявили правительству иск, где утверждалось, что правительство должно ему деньги за его работу шпиона во время Гражданской войны в США. Верховный суд США отнесся к этому иску отрицательно и постановил, что никаких выплат производиться не должно, поскольку секретный характер работы Тоттена «воспрещает любые действия», направленные на принуждение к выполнению контракта. «Это положение... подразумевается в отношении всех тайных сотрудников правительства США во время войны или в делах, затрагивающих нашу внешнюю политику, когда расшифровка услуг такого рода могла бы скомпрометировать или поставить в затруднительное положение наше правительство, действующее в интересах народа...» Основываясь на этом прецеденте, любой секретный контракте правительством признается не подлежащим к принудительному выполнению. Данный прецендент все еще действует.

Безусловно, дело сложное. С одной стороны, «коммандос», участвовавшие в осуществлении плана 34А, «забрасывают лишний мяч в корзину» других южновьетнамских ветеранов войны, пытающихся получить право убежища в США. Чем эти «коммандос» лучше других? С другой стороны. Служба иммиграции и натурализации США не лучшим образом осуществляет свои полномочия, бесцеремонно отвергая прошения бывших «коммандос» на том лишь основании, что существуют строгие правила в отношении приемлемости кандидатов на получение визы, ввиду того, что никто из чиновников ведомства не знаком с секретной программой настолько, чтобы вынести обоснованное решение. И все же правительство делает правильный шаг, распорядившись о пересмотре оставшихся неудовлетворенными прошений бывших «коммандос».


Бывшие «коммандос», участвовавшие в осуществлении Оперативного плана 34А, по-прежнему ожидают в Сайгоне разрешения Службы иммиграции и натурализации США на въезд в Соединенные Штаты Америки. «Мы обязаны им и должны разрешить им приехать на жительство в США, чтобы как-то устроить свою жизнь». Фото Дейла Андраде

Время принять на себя ответственность

Решение этой проблемы, однако, не может быть найдено в судах. Нынешний иск от имени «коммандос» — как и предыдущее дело, рассматривавшееся в 1981 году, — основывается на предположении, что люди, которые прыгнули с парашютом в Северный Вьетнам, в конечном счете являются частью военной организации США и имеют право пользоваться всеми привилегиями американских солдат. Но, если бы дело обстояло таким образом, тогда любой военнослужащий южновьетнамской армии мог бы выдвинуть аналогичные претензии. Оперативный план 34А был секретной операцией, которую, надо полагать. Соединенные Штаты Америки стали бы отрицать, поэтому не должен вызывать удивления тот факт, что сегодняшний Вашингтон не желает открыто признавать участия в этой операции вооруженных сил США. Но война давно закончилась, и настало время принять на себя ответственность.

Деньги также не дают ответа на все проблемы «коммандос». Кеннет Конбой, бывший аналитик по делам Азии в вашингтонском Центре азиатских исследований и эксперт по специальным операциям в Юго-Восточной Азии, не согласен с тем, что «коммандос», участвовавшие в осуществлении Оперативного плана 34А. должны получить денежную компенсацию за сотрудничество с Соединенными Штатами Америки. «Если эти «коммандос» имеют право на получение денег, то чем все это кончится? — задает он риторический вопрос. — Как известно, США осуществляли аналогичные операции по засылке агентов на Украину, в Албанию, на Кубу, в Лаос и так далее... Что, всем этим агентам надлежит выплатить вознаграждение? В моем представлении, решение о предоставлении этим «коммандос» возможности въехать в США — и начать здесь новую жизнь — можно считать формой компенсации вместо выплаты денежного содержания, цена которой существенно выше, чем любые суммы, которые они могли бы получить через суд».

Фред Каристо, бывший офицер сухопутных войск США, служивший в Группе исследований и наблюдений и лично работавший со многими южновьетнамскими «коммандос», согласен с тем, что деньги здесь не помогут. «Что действительно нужно этим людям, так это возможность начать новую жизнь и получать некоторые льготы на лечение, — полагает он. — Многие из них серьезно подорвали здоровье, длительное время находясь в заключении. Но мы обязаны им и должны разрешить им приехать на жительство в США, чтобы как-то устроить свою жизнь».

Решение данного вопроса зависит от Службы иммиграции и натурализации США.

Опубликовано в журнале "Солдат Удачи"

Источник: "Военобоз"


На сайте Анатомия СНА.Ru представлен самый широкий выбор матрасов, подушек и всего необходимого для комфортного и здорового сна.


 

 

Социальные сети