Жизнь гробовщика в самой смертоносной стране мира

Рубрики: Эксклюзив, Южная Америка, Переводы Опубликовано: 26-10-2015

Хуан Хосе Гомес устал. Один из двенадцати владельцев похоронных бюро, работающих в Эль Сальвадоре, он всегда на связи, двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю. Душным понедельником он ждет снаружи городского морга, мобильный телефон в руке, он ждет наводку от полицейских или скорой помощи. «У меня есть связи» - говорит он, подмигивая, - тот, кто первый приехал на место, тот и получает работу». 

Кровавое соперничество между двумя бандами - Mara Salvatrucha (так же известна как MS-13) и Barrio 18 – увеличило количество убийств до уровня, не виданного со времен гражданской войны 1980-х годов. Сальвадор уже обогнал соседний Гондурас и стал самой опасной страной в мире, не считая зон военных конфликтов. Имея 4930 убийств за первые девять месяцев 2015 года, взяв курс на то, чтобы к концу года выйти на показатель 102 убийства на 100 000 жителей, что в 20 раз больше, чем в США.

Полицейские здесь носят балаклавы, чтобы избежать опознания, - семьи некоторых из них стали мишенями для банд после того как их опознали. Многие местные жители были убиты просто потому, что оказались не в том месте, не в то время, или носили неправильную одежду или кроссовки (MS-13 носят спортивные Adidas Superstars, Barrio 18 - Nike Cortez).

И в результате похоронный бизнес процветает. «Самый дешевый сервис, который мы предлагаем, стоит 300 долларов, но цена может вырасти до 2000, в зависимости от того, как много работы нужно сделать» - мрачно говорит Гомес. 

За сильно укрепленными воротами морга - официального Института Судебной Медицины, - патологоанатомы, одетые в робы цвета зеленого гороха, снуют от здания к зданию.

«Иисус на тебя уповаем» - гласит надпись над двойными выездными дверями, ведущими в прозекторскую. Внутри - пять тел на стальных каталках, завернутые в белые пластиковые мешки. Один из них выглядит более скомканным нежели другие. «Они нарезали его на куски», - говорит Раймондо Флорес, судмедэксперт - Они распилили его тело вокруг шеи, рук и талии». Флорес работал в морге в течении 21 года. «Я видел все это» - мрачно говорит он.

После завершения вскрытия тела вывозят в большое помещение с холодильными камерами. Одна сторона предназначена для тел, которые обнаружены сразу после смерти, в то время как с другой стороны хранят тела на поздней стадии разложения. На каждой камере бирка, на ней имя (если оно известно), возраст и место обнаружения тела. Одежду погибших помещают в промышленную сушилку, чтобы подготовить их для использования в качестве улик. В углу находится стеллаж с заполненными формальдегидом банками. В них содержатся образцы, которые патологоанатомы будут использовать при составлении заключения.

Раймондо Санчес, судебный антрополог, работает с трупами, находящимися в средней и полной стадии разложения. Часто убийцы помогают найти трупы своих жертв в обмен на смягчение приговора. «Часто мы находим только части тел» - говорит Санчес.

Он и его команда используют зубные записи, чтобы идентифицировать жертвы. Они так же общаются с семьями, которые пытаются найти следы своих близких. «Мы общаемся с матерями, которые ищут своих сыновей, это очень тяжело, когда они спрашивают меня, нашли ли мы их ребенка, нашли хоть что-нибудь? - говорит он с сожалением - иногда семьи просто нас разрывают». 

Персонал перегружен огромным количеством трупов. Тела лежат не собранные и хоронятся в безымянных могилах на окраине города. Морг работает на износ. В августе был сделан экстренный заказ на пластиковые мешки для упаковки трупов. В сентябре директор морга Хосе Мигель Фортин заявил журналистам, что его сотрудники «сходят с ума» из-за количества работы, которую необходимо сделать. Ситуацию с криминальным насилием в стране он обозначил как «национальную угрозу».

«Только те, кто используют бронированные автомобили, могут чувствовать себя в безопасности» - заявил он. 

Бизнес Гомеса идет хорошо, его похоронная компания «Luz Funeraria de Israel» зарабатывает около 8000 долларов в месяц. Половина из которых уходит на расходы и зарплату шести сотрудников. Это неплохая прибыль, но она не компенсирует риски. После посещения места преступления он должен разыскать семью жертвы, сообщить ей плохую новость и получить контракт. Проезжая по контролируемым бандами районам, он рискует ошибиться, его могут принять за члена конкурирующей банды или следователя. Двадцать сотрудников похоронных бюро были убиты по всей стране в этом году.

Снаружи морга родственники терпеливо ждут возможности забрать тела. «Там - это не правосудие здесь, - выплевывает Мариана де Хесус Мартинес де Контрерас, - только безнаказанность». 

Неделей ранее ее сын играл в футбол в окрестностях вулкана Quetzaltepec, который возвышается над столицей. «Кто-то просто подошел и выстрелил в него, - говорит она, - они не знали его, но они выстрелили ему в голову, шею и грудь».

Вернувшись в похоронное бюро, Гомес моет и бальзамирует тело, работает над тем, чтобы сделать тело как можно презентабельнее для его семьи. Это может быть травмирующим опытом. Он работает большую часть времени с телами молодых людей, многие примерно того же возраста, как и его пятнадцатилетний сын. «Половина из них принадлежит к бандам, но другая половина нет. Многих убивают потому, что они не хотят быть частью банды» - говорит он. У большинства признаки того, что их поставили на колени и завязали за спиной руки прежде чем сделать выстрел в голову. «Я вижу многое и это больно, - торжественно говорит он, - но я - свидетель». 

Jack Aldwinckle, Quartz  

Jack Aldwinckle - журналист, работающий в Боготе, Колумбия. Раньше работал в Лондоне в журнале The Economist, до этого - в агентстве France 24 в Париже.

Tweetsat @JackAldwinckle 

Перевод Андрея Рыбакова специально для Альманаха «Искусство Войны»

Социальные сети
Друзья