Китайско-японская морская война 2012 года

Рубрики: Азия/Океания, Переводы Опубликовано: 19-05-2013

Хорошо, она не произошла. Но если бы она случилась, то кто бы выиграл?

Джеймс Р. Холмс

 
***

Лорд Веллингтон так описал победу союзников при Ватерлоо: «Битвы с настолько непредсказуемым исходом мы еще никогда не видели». Это суждение Веллингтона подошло бы и для описания вероятного исхода сражения, если бы китайские и японские вооруженные силы сошлись в битве за острова Сэнкаку (Дяоюй) или еще где-то на морских просторах северо-восточной Азии. Такое сражение казалось невероятным до 2010 года, когда японская береговая охрана задержала китайских рыбаков в районе спорных островов, но кажется уже более вероятным сейчас. После того как Япония задержала и депортировала китайских активистов, которые высадились на спорных островах в середине августа, китайский генерал-майор Луо Юань, который пользуется репутацией «ястреба», призвал Китай отправить 100 кораблей для защиты островов Дяоюй. В колонке от 20 августа националистическая китайская газета Global Times предостерегала: «Япония заплатит за свои действия … и результат этого будет гораздо хуже, чем они ожидали».

Это нечто большее, чем просто вызывающее позирование. В июле китайский флот Восточно-Китайского моря провел учения, симулирующие десантную операцию на островах. Китайские лидеры, безусловно, думают и том, что сейчас может показаться невозможным. А учитывая то, что протестующие выходят на улицы и громят японские машины и рестораны суши, можно предположить, что народ их поддержит. Так кто же одержал бы победу в маловероятном сражении титанов Тихого океана: Китай или Япония?

Несмотря на то, что в последнее время Япония пользуется репутацией слабого противника в военном плане, морская война не закончилась бы легкой победой для Китая. Хотя послевоенная «мирная» конституция Японии «на вечные времена отказывается от войны как суверенного права нации, а также от угрозы или применения вооруженной силы как средства разрешения международных споров», морские силы самообороны Японии со времени окончания второй мировой войны сумели обеспечить себе материальное превосходство в некоторых областях, например, ведении войны под водой. Если военачальники смогут умело воспользоваться своими гуманитарными, материальными и географическими преимуществами, то Токио может превратить морскую войну с Китаем в битву с непредсказуемым исходом – а может, даже и одержать победу.

Морские войны прошлого между двумя этими соперниками подготовили почву для нынешних разногласий по поводу островов. Во время китайско-японской войны 1894-1895 гг. сражение между двумя флотами перевернуло китаецентричный порядок в Азии в одночасье. Японский императорский флот, сколоченный на скорую руку из импортированных корабельных корпусов и компонентов после японской реставрации Мэйдзи, разгромил китайский флот Бэйян, который многими считался лучше оснащенным материально. Битву на реке Ялу в сентябре 1894 г. японский флот выиграл благодаря более развитому искусству мореплавания, артиллерийскому делу и боевому духу. И хотя Япония уже перестала быть стремительно набирающей силу державой, японские морские силы самообороны сохранили отличное качество личного состава.

Если битва при реке Ялу повторится, то каким образом японский флот может постараться не уступить китайскому? По общему мнению, это невероятный сценарий. Вероятность прямой войны Китая против Японии сомнительна, если только Пекину не удастся дипломатически изолировать Токио, как это пытаются делать мудрые практики ограниченной войны, или Токио не изолирует себя из-за глупой дипломатии. За исключением этого варианта, конфликт, вероятно, вовлечет США как активного участника военных действий на стороне Японии. Война – это политическое дело – «искусство управления государством при помощи оружия», как это формулирует историк флота Альфред Тэер Махан, - но давайте на время оставим в стороне политику и рассмотрим перспективы войны со строго военной точки зрения, как соперничество между морскими силами Китая и Японии.

Если смотреть только на цифры, то никакого соперничества и быть не может. Японский флот с гордостью сообщает, что имеет в своем составе 48 «основных надводных боевых единиц», кораблей, предназначенных для того, чтобы нападать на основные вражеские флотилии, подвергаясь при этом в свою очередь сильным вражеским атакам. Морские силы самообороны имеют «эсминцы с вертолетным вооружением», или легкие авианосцы; ракетные эсминцы, оборудованные новейшей боевой системой «Иджис», которая установлена на передовых военных кораблях американских ВМС, объединяющей радары, компьютеры и систему наведения огня; а также разнообразные эсминцы меньшего габарита, сторожевые корабли и корветы. Эскадра из 16 дизель-электрических подводных лодок усиливает надводный флот. Сопоставьте это с 73 основными надводными боевыми единицами, 84 сторожевыми кораблями с ракетно-пусковыми установками и 63 подлодками Народно-освободительной армии, и шансы Японии покажутся весьма мрачными. Китайский флот намного превосходит японский, если их сравнивать с точки зрения только массы стали.

Но голые цифры могут ввести в заблуждение по трем основным причинам. Во-первых, по наблюдению специалиста по вопросам стратегии Эдварда Латвака, оружие представляет из себя «черный ящик» до тех пор, пока его не применят на практике: никто не может быть на 100% уверен, что вооружения покажут себя в полном соответствии с тем, как их позиционировали. Реальная битва, а не технические характеристики – настоящий судья ценности военных технологий. Точный прогноз того, как покажут себя корабли, самолеты и ракеты среди стрессов и хаоса битвы, таким образом, практически невозможен. Это тем более верно, добавляет Латвак, когда в конфликте по разные стороны баррикад – общество открытого типа и закрытого. В открытых обществах военные неудачи являются предметом публичной дискуссии, в то время как в закрытых обществах недостатки предпочитают держать вне поля зрения публики. Латвак говорил о соперничестве США и СССР в военно-морской сфере, но это в равной степени относится и к соперничеству Китая и Японии. На бумаге советский флот впечатлял. Однако советские корабли в открытом море во время холодной войны демонстрировали очевидные симптомы упадка, начиная с неряшливого вождения и заканчивая ржавыми корпусами. Может быть, Народно-освободительная армия тоже что-то скрывает. Качество платформ морских сил самообороны Японии и их потенциал в плане личного состава может частично или целиком свести на нет численное преимущество НОА.

Во-вторых, в боевых действиях присутствует человеческая переменная. В своем классическом труде, «Морская война 1812 года», Теодор Рузвельт объяснил успех ВМС США в корабельных дуэлях с британским королевским флотом качеством проектирования и строительства кораблей и превосходящим искусством ведения битвы, другими словами, материальным и человеческим фактором. Последний измеряется искусством навигации, владением артиллерийским делом и множеством других характеристик, которые объясняют превосходство одного флота над другими. Моряки оттачивают эти навыки, не сидя в порту и полируя свою технику, а в реальном плавании. Флотилии японских морских сил самообороны постоянно курсируют в азиатских водах, как сами по себе, так и совместно с ВМС других стран. ВМС НОА можно в сравнении с ними назвать инертными. За исключением отправки в Аденский залив для борьбы с пиратами в 2009 г., китайский флот выходит море только на недолгое время для непродолжительных учений, оставляя, таким образом, экипажу мало времени для того, чтобы развить чувство ритма, необходимое при проведении военных операций, освоить свою специальность и воспитать навыки здорового образа жизни. Преимущество в качестве подготовки личного состава – на стороне Японии.

И в-третьих, неправильно сводить проблему исключительно к военно-морским силам. В северо-восточной Азии не будет боев исключительно между флотами. География расположила двух азиатских титанов рядом друг с другом: их земная поверхность, включая удаленные острова, - это непотопляемые авианосцы и ракетно-пусковые площадки. Соответствующим образом вооруженные и укрепленные позиции наземного базирования представляют собой внушительные инструменты морской мощи. Поэтому нужно учитывать огневую мощь наземного базирования обоих государств. 

Япония формирует северную арку первой цепи островов, которая окружает побережье Азии, образуя восточную границу Желтого и Восточно-китайского морей. Нет такого острова между проливом Цусима (который отделяет Японию от Кореи) и Тайванем, который находился бы более чем в 500 милях от побережья Китая. Большинство их, включая острова Сэнкаку (Дяоюй), находятся гораздо ближе. В ограниченных пределах этих вод любое возможное поле боя находится в зоне обстрела огневой мощи берегового базирования. Обе армии располагают тактической авиацией, под огонь которой попадает все Желтое и Восточно-китайское море и западная часть Тихого океана. Обе страны обладают противокорабельными крылатыми ракетами, запуск которых осуществляется с берега и огневую мощь которых нужно принимать во внимание в случае морского сражения.

Существует, однако, некоторая асимметрия. Обычные баллистические ракеты НОА могут нанести удар по точкам по всему азиатскому континенту, ставя под удар японские боевые единицы еще до того, как они покинут порты или взлетят в небо. Сообщалось также, что Второй артиллерийский корпус Китая, или ракетные части, расположили противокорабельные баллистические ракеты, которые могут с континента нанести удар по движущимся кораблям в море. Радиус поражения этих ракет оценивают в более чем 900 миль, таким образом, они могут нанести удар по любой точке в китайских морях, по морским портам на всех японских островах и далеко за их пределами.

Обратим наш взгляд на острова Сэнкаку, которые труднее всего защитить для японцев. Они располагаются около юго-западной оконечности архипелага Рюкю, ближе к Тайваню, чем к Окинаве или японским основным островам. Защищать их с удаленных баз было бы не просто. Но если бы Япония расположила противокорабельные крылатые ракеты 88-ого типа – мобильное, легко транспортируемое противокорабельное вооружение – и пусковые расчеты на этих островках и на соседних островах архипелага Рюкю, то японские наземные части могли бы создать зоны перекрестного огня, которые превратили бы близлежащие моря в запретные зоны для китайских кораблей. Как только они окопаются там, их уже сложно будет выбить с позиции даже непреклонным китайским ракетчикам и летчикам.

Кто бы ни превратил морские, континентальные и воздушные военные силы в сильнейшее орудие морской битвы, имеет хорошие шансы одержать победу. Это может сделать и Япония, если ее политические и военные лидеры творчески подойдут к решению вопроса, обеспечат нужную технику и расположат ее на карте максимально эффективно. В конце концов, Японии вовсе не нужно наносить поражение китайской армии, чтобы выиграть решающий поединок на море, потому что спорная территория уже находится в ее руках; все, что ей нужно сделать, это отрезать доступ к этим островам китайцам. Если северо-восточные моря Азии станут «ничьими», но японские войска при этом будут стойко держаться, то политическая победа будет на стороне Токио. 

На руку Японии играет также возможность сосредоточить свои войска дома, в то время как ВМС НОА рассредоточены по трем флотам вдоль протяженного морского побережья Китая. Перед китайскими военачальниками стоит дилемма: если они сосредоточат свои силы, для того чтобы обеспечить численное превосходство во время боевых действий с Японией, то они рискуют оставить другие зоны интереса неприкрытыми. Для Пекина было бы опасно оставить, скажем, Южно-китайское море незащищенным во время конфликта на северо-востоке. 

И в конечном счете, китайским лидерам придется задуматься, как далеко морская война может отбросить их проект по наращиванию морской мощи. Китай во многом поставил свое экономическое и дипломатическое будущее на мощный океанский флот. В декабре 2006 г. президент Ху Цзиньтао приказал командующим НОА построить «мощный народный флот», который бы смог «в любое время» защитить морские пути коммуникации, в особенности морские коридоры, которые соединяют экспортеров энергии через Индийский океан с потребителями в Китае. А для этого нужно много кораблей. Если Китай потеряет большую часть своего флота в столкновении с Японией – даже если бы это обещало победу, - то движение Пекина в сторону превращения в мировую державу в одночасье обратилось бы вспять.

Будем надеяться, что китайские политические и военные лидеры понимают все это. В таком случае Великая Морская Война 2012 года между Китаем и Японией не выйдет за пределы этих страниц. 

 

Джеймс Холмс – доцент стратегии Военно-морского Колледжа, соавтор книги «Красная звезда над Тихим океаном». Ведет блог под именем The Naval Diplomat («морской дипломат»). Данная статья выражает взгляды исключительно ее автора.

*** 

Оригинал публикации: The sino japanese naval war of 2012

Источник - http://inosmi.ru
Социальные сети