Среди снайперов в Алеппо ("The New York Times", США)

Автор: Холл Бен Рубрики: Переводы, Ближний Восток Опубликовано: 22-10-2012


Среди снайперов в Алеппо

 В сирийском городе Алеппо есть районы, полностью покинутые жителями. Фасады многих зданий в этих кварталах разрушены взрывами, так что внутрь жилых помещений можно попасть прямо с улицы. Другие дома остались неповрежденными, однако стоят пустыми, и ветер полощет шторы, выбившиеся из окон квартир. Из разорванных водопроводных труб течет вода, превращая мостовые в настоящие реки, забитые грудами строительного мусора. Вокруг стаями бродят кошки, словно вышедшие на охоту хищники. Время от времени попадаются мертвые тела людей, буквально разорванных пополам снайперским огнем.

Снайперы сидят повсюду, их используют и правительственные войска, и повстанцы. В небе барражируют истребители МиГ, а канонада не стихает ни днем, ни ночью. Воздух насыщен трупным запахом, так что возникает чувство, что тебя тоже скоро убьют, это лишь вопрос времени.

 Вот в такой обстановке и живут оставшиеся в городе жители Алеппо. Если смотреть на ситуацию только с этой точки зрения, легко найти аргументы в пользу того, что Запад просто обязан вмешаться – вооружить мятежников, помочь им сбросить жестокий и несправедливый режим Асада и попытаться создать нечто, более похожее на нормальную жизнь, из руин и хаоса. В конце концов, говоришь себе, повстанцы сильно уступают правительственным войскам в плане вооружений, снабжения и финансирования. Они воюют с силой, которая связана с Ираном и движением «Хезболла», режимом, который ежедневно совершает зверства.

 И тем не менее, если взвесить все за и против, я все же не могу поддержать идею того, что нужно вторгаться в Алеппо или вообще вмешиваться в сирийский конфликт.

 В сентябре этого года я провел несколько дней среди боевиков повстанческой группировки «Ахрар аль-Шам» (что в переводе с арабского означает «свободные люди»), воюющей в городе. Эти мужчины выглядят сильными, энергичными, злыми и закаленными в боях воинами. Они способны неторопливо беседовать или даже спать, когда вокруг рвутся снаряды. Они остаются невозмутимыми, бросая самодельные бомбы в окна правительственных зданий. Некоторые из них любят подразнить противника, другие, похоже, просто в восторге от возможности пострелять из автоматических винтовок или пулеметов – для них этот конфликт представляет собой джихад, дело чести. Я видел одного снайпера, который ловил правительственных солдат в перекрестье оптического прицела и смеялся, стреляя в них. «На моем счету немало жертв», - с гордостью сказал мне он.

 Между тем, на улицах Алеппо воюют и другие группировки повстанцев. Иногда бригады, входящие в разные формирования, сотрудничают друг с другом, однако нередко между ними возникают конфликты. Например, однажды я наблюдал, как бойцы одного из отрядов прикрывали огнем солдат другого, пытавшихся вынести с поля боя мертвое тело своего товарища, а позднее эти же люди орали друг на друга, отказываясь вести совместные боевые действия. Я встречал боевиков Сирийской свободной армии, которые предпочитали проникать в Алеппо окольными путями, но не проходить через ворота, находящиеся под контролем ортодоксальной исламистской группировки «Северная штурмовая бригада», воюющей в составе Сирийской свободной армии. «Они - не наши люди», - объяснил мне один из бойцов.

 Вдобавок ко взаимному недоверию, ситуацию осложняет отсутствие единого командования. Конечно, существует Сирийский национальный совет, руководящий орган коалиционных повстанческих сил в изгнании, который отдает распоряжения с территории Турции, но воюющие в Сирии боевики не уважают его членов. В прошлом месяце лидер Сирийской свободной армии Рияд аль-Асад объявил о том, что переводит свой штаб на территорию Сирии, чтобы объединить усилия всех отрядов, сражающихся под его командованием, однако по слухам, коих ходит множество, он все еще остается в Турции. Другие руководители, пытающиеся завоевать авторитет среди бойцов, являются бывшими сторонниками режима Башара Асада, перебежавшими на сторону мятежников, поэтому им часто не доверяют.

 Многие из повстанцев воюют за благородное дело, не имея других мотивов, кроме защиты своих домов и семей. Вместе с тем, их трудно отделить от тех, кто стремится воспользоваться создавшимся хаосом, чтобы превратить страну в шариатское государство, в основе которого будут лежать идеи исламского фундаментализма. В Алеппо я слышал, как салафиты, исповедующие идеи джихада, рассуждали о том, что составляющих меньшинство алавитов нужно вырезать, а также одновременно призывали поддержать Америку и желали ей скорой кончины. Эти экстремистские группировки уже получают оружие от Саудовской Аравии и Катара, и Западу не стоит их вооружать. Совершенно ясно, что в сравнении с ними режим Асада уже не кажется самым страшным злом.

 Со стороны Соединенных Штатов и Евросоюза было бы ошибкой поставлять оружие повстанцам или вторгаться на территорию Сирии. Никто не будет так счастлив от того, что Америка завязнет в этой стране, как Иран, для которого погрязшая в хаосе Сирия выглядит немногим хуже, чем сильный и союзный Дамаск.

 Cамое большее, что может сделать сегодня Запад, так это ввести запрет на полеты над территорией страны под эгидой НАТО, чтобы правительственная авиация не могла подняться в воздух. Такая мера уравняет силы противников, даст оппозиции пространство для маневра, возможность перегруппироваться в районах, расположенных рядом с турецкой границей, и обеспечить единое командование войсками, а также поможет предотвратить гибель мирных жителей и разрушение городов вроде Алеппо. На прошлой неделе повстанцы взяли под контроль базу противовоздушной обороны недалеко от города, поэтому подобный вариант выглядит еще более реализуемым. Тем не менее, сделать это будет непросто, ведь операции по созданию зон, запрещенных для полетов, обходятся недешево, да и Сирия – это не Ливия, ее система противовоздушной обороны выглядит гораздо серьезнее и мощнее.

 Между тем, даже в случае введения запрета на полеты трудно найти выход из создавшегося тупика. В настоящее время Турция ведет переговоры с повстанцами и правительственными кругами на предмет начала мирного процесса, однако на данный момент совершенно ясно, что мятежники вряд ли остановятся, пока не возьмут Дамаск.

 Поэтому, несмотря на все ужасы, творящиеся на полях гражданской войны, Соединенные Штаты и Европа мало что могут с этим поделать, так что будущее выглядит унылым и мрачным. Как однажды выразился президент Клинтон, «там, где на карту поставлены наши ценности и интересы и мы способны изменить ситуацию, мы должны действовать».

 Однако, несмотря на увиденное в Сирии, я вовсе не убежден в том, что мы сможем там что-то сделать.

Радио "Голос России"

Социальные сети