Сто шестьдесят шестой

Автор: Горбань Валерий Рубрики: Судьба, Кавказ Опубликовано: 10-06-2009

«...День прошел спокойно. А вот вечер получился — по-моему, еще хуже, чем вчера, хотя мы не выстрелили ни разу.
Влетает дневальный: «Командир, там на рации — наших расстреливают! Просят помощи». Меня качнуло, стал соображать: где наши патрули. А мои все — на базе. Дошло, что речь идет о «наших» вообще. Связист притащил рацию в столовую. По какому-то капризу радиоволн только в этой точке мы нормально слышали тех, кто просил помощи, а они — нас.

Я назвал свой позывной — 293, ребята ответили — 166. Давай смотреть таблицу. По городу таких, вроде бы, нет. Прямо спрашиваю: «Кто такие?» Отвечают: «Соколики». Я не сразу сообразил, но кто-то из ребят шепчет: «Москвичи». Их зажали под бетонным забором в кювете на дороге в Старых промыслах. Мы там раз несколько проезжали. Там холмы, в верхней части покрытые зеленкой. Оттуда дорога — как в тире.
В рации треск стрельбы. Удалось услышать, что есть убитые и раненые, подбит БТР. «Помогите, ребята, нас просто расстреливают!»
Их практически никто не слышал. Ребята стали передавать их сообщения на Северный. Я рванул к коменданту. Андрей поднял резерв и БТРы СВМЧ. Связались с «Утесом». Нам сказали, что нам нет смысла туда идти, мы намного дальше других. Пойдут группы из Северного и из Старопромысловской комендатуры, они ближе всех. А наша задача — держать связь и координировать действия групп на подходе.
Помощь добиралась до них минут сорок. И все это время я кормил братишку «сейчасами», и мы все слушали, как их долбят, и он докладывает о новых потерях. Держался он невероятно мужественно. Только один раз сорвался на крик: «Да где же вы!»
И мы матерились. Где наши вертолеты? Где танки, БТРы? Их возле Северного — несчитано. Стоят чуть не в метре друг от друга на протяжении нескольких километров. И ходу оттуда двадцать минут на средней скорости.
У моих руки тряслись. Кое-кто не выдержал, ушел. Это ощущение бессилия и невозможности что-то сделать — просто ужас. Легче скакать под пулями.
Наконец, дождались команды отбой. Я спросил: «Ну что там у вас, братишка?» Он ответил: «Моего командира убили…» — и ушел со связи.
Снова бродил, как неприкаянный. Взял гитару, попытался что-то потренькать. Начали складываться строчки. А потом — как взрыв. Минут за пятнадцать написал песню. Ручкой водить не успевал и почти не подбирал слова. Писал на каких-то клочках. Собрал. Пошел в столовую и спел ребятам. Понятное дело, аплодисментов не последовало. Но по лицам видел — тоже проняло. Странно, но немного отпустило.

У нас сегодня странно тихо,
Умолкли «духи» хоть на день.
Усталость сразу навалилась
Такая, что и думать лень.

Молчат друзья, молчит гитара
И птицы за окном молчат,
Но вдруг из рации прорвалось:
Попал в засаду наш отряд!

— Сто шестьдесят шестой,
Веду неравный бой,
Наш БТР подбит,
Один из нас убит.

— Брат, я два-девять-три!
Как слышал, повтори…
Держись, братишка мой,
Сто шестьдесят шестой!

Мы дальше всех от места боя,
Хоть связь чиста, как никогда.
И не поможем мы с тобою
Друзьям, к кому пришла беда.

А сердце рвется, кровь вскипает,
И гнев тяжелый, как свинец,
Ну что же центр не отвечает?!
«Утес», откликнись, наконец!

— Сто шестьдесят шестой,
Веду неравный бой,
Вокруг стена огня,
Услышьте же меня!

— Сто шестьдесят шестой,
Держись, братишка мой,
Слова в эфир идут:
Ребята! Наших бьют!

Мы вокруг рации собрались,
Как мостик, связь передаем.
И страшный диалог в эфире
С друзьями нашими ведем.

Из центра спрашивают снова:
— Куда им помощь подослать?
И как дела у них?
– Хреново! Давай скорее, вашу мать!!

— Сто шестьдесят шестой,
Веду неравный бой,
Наш БТР горит,
Еще один убит!

— Сто шестьдесят шестой,
Держись, братишка мой!
Уже вам помощь шлют,
«Коробочки» идут.

Ползет секунда за секундой,
Минуты медленно бредут,
А как сейчас считают время
Те, по кому бандиты бьют!

Но, наконец-то мы дождались:
Ребятам помощь подошла,
Даем «отбой», вопрос последний:
«Ну, что, братишка, как дела?»

— Сто шестьдесят шестой,
Закончился наш бой,
Мой командир убит,
Моя душа горит!

— Сто шестьдесят шестой,
Крепись, братишка мой,
Вся банда не уйдет,
Мы ваш оплатим счет!

Ночь. У нас тихо. Спать не могу.
Пришел в столовую и вот, сижу, пишу...»

2 мая 1995, Грозный

Социальные сети