Стивен Хантер. "Третья пуля". Часть 1. Глава 5-6

Рубрики: Военлит, Северная Америка, Переводы Опубликовано: 17-04-2013

Глава 5

Душ, одежда, кофе, газета. Тот же костюм хаки, такой же мешковатый. Тот же красный галстук. Но он не обратил внимания ни на костюм, ни на галстук и направился по делам. «Дал-Текс» был примерно в восьми кварталах: примерно такая же прогулка, как прошлой ночью до Дили, и Боб решил размять своё бедро ещё одним пешеходным рейсом.

Ему не составило труда срисовать их. Двое. Один пешком, другой на машине, «Шевроле» девятого года. Машина показывалась то там, то здесь, так что пеший мог меняться с водителем. Из этих двоих один был чёрный, в чёрном костюме без галстука, в шляпе-котелке и тёмных очках, другой же был толстый и суровый, в гладком спортивном пиджаке и слаксах, тоже без галстука, но и без очков и без шляпы. Явно не любители.

Боб дошёл до Мэйн-стрит и оказался поглощённым каньоном из стекла и стали, которого не было тут пятьдесят лет назад. Прошлой ночью он повторил маршрут Кеннеди, приметив по пути, что современная манера климат-контроля с кондиционерами практически изгнала с фасадов крупных зданий открытые окна. На листах расчерченного в клетку стекла, возносившихся на сорок этажей вверх, не было ни единого открытого окна.

Во времена Кеннеди всё было по-другому. Дома в то время были более солидными и основательными, построенными главным образом в двадцатые-тридцатые годы, богато украшенными и причудливыми: с арками, куполами и другими изысками, которые избыток дешёвой рабочей силы воплощал в камне и кирпиче. И окна. Каньон Мэйн-стрит вёл ДФК мимо пятидесяти тысяч открытых окно, и стрелок мог выглянуть из любого из них. Окон было в избытке. Кеннеди сам пошутил насчёт этого и улыбнулся: настолько фантастично это прозвучало. А вот он и покинул окна, проехав книгохранилище: теперь на всём пути до «Трейд-марта»* и речи, которую он так и не произнёс, было широкое открытое пространство. Но за последним окном после пятидесяти тысяч окон скрывался стрелок. Конец истории.

Как и Кеннеди, Суэггер достиг выезда с Мэйн на площадь Дили и свернул направо на Хьюстон, через квартал добравшись до места на углу, где он встречался с Ником- там, где Хьюстон пересекала Элм и друг напротив друга стояли два кирпичных строения: книгохранилище Техаса и «Дал-текс», два квадратных дворца-близнеца.

Он присмотрелся к «Дал-Тексу» - более крупному из двух близнецов офисному зданию, семиэтажному, сложенному из красного кирпича, с плоской крышей, местами украшенному декоративными кирпичными арками вокруг утопленных в стены оконных проёмов, массивным каменным карнизом по краю крыши и окнами, открывающимися снизу вверх. Отсюда было видно, что кое-где более новая оранжевая кирпичная кладка заменяла старую с угла Элм-Хьюстон, видимо, для придания обновлённого вида всему зданию. С угла также находился единственный в здании магазинчик, сувенирная лавка «Музея шестого этажа», тот самый «501 Элм» и кофейня, хотя оставалось неясным - связан ли магазинчик с «Музеем шестого этажа» в здании книгохранилища Техаса напротив или же они просто взяли название как наживку для привлечения покупателей. Боб также заметил, что пожарная лестница, которая в 1963м бежала ввысь по стене до крыши со стороны Хьюстон-стрит, была теперь демонтирована.

Зрение Суэггера сместилось левее, на другую сторону Хьюстон-стрит и остановилось на окне, за которым было снайперское гнездо ЛХО - угловом окне шестого этажа. С того места, где сейчас стоял Суэггер- на углу двух улиц- окно было видно идеально. Тут и семидесяти пяти футов не было, а нисходящий угол не влиял на траекторию потому, что цель была слишком близко. Просто наведись на белую рубашку через свой прицел, достойный мусорного ведра и выжми спуск, тут не промахнёшься никак. Даже плохая обработка спуска не смогла бы увести винтовку так далеко, чтобы промахнуться, и никакое влияние ветра, никакая преграда да и вообще ничто не помешало бы пуле долететь до плоти жертвы.

Он стоял на углу, снова представляя, как водитель медленно закладывает огромный автомобиль в стодвадцатиградусный поворот. Машина в этот момент практически не продвигалась вперёд, а лишь поворачивалась. А наверху, за пятьдесят тысяч первым окном был стрелок.

Снова вопрос: почему он не стрелял? Абсолютно открытая цель, прямой угол в верхнюю часть груди, Коннели далеко впереди и не помешает, Джеки справа и вне траектории - выстрел такой удобный! Даже бойскаут справился бы.

Что случилось наверху, в гнезде ЛХО?

Ещё одна тайна - непознаваемая, неразрешимая, умершая вместе с выстрелами револьвера калибра .38 special Джека Руби в Ли Харви.

Суэггер дождался сигнала светофора, пересёк улицу, свернул направо и затем налево, поднявшись по четырём ступенькам, ведущим вверх к входу в «Дал-Текс».

Первым, на что он обратил внимание при входе, был простор. Поглядев верх, Боб увидел огромное пространство атриума, возносящегося с самого низа здания и демонстрирующего несколько этажей, обрамлённых балконами и деревянные стропила крыши. Пройдя дальше к будке охранника, он был поприветствован человеком лет сорока, приятным и хорошо одетым.

- Мистер Эронс? Меня зову Джек Брофи. Думаю, мой друг Ричард Монк звонил вам насчёт моей просьбы.

Они пожали руки и Эронс сказал: - Да, именно так, мистер Брофи.

- Джек, пожалуйста.

- Отлично, Джек. Ричард позвонил, так что я буду счастлив провести вас тут и попытаюсь ответить на ваши вопросы.

Суэггер засыпал человека вопросами. Первый касался атриума, которого, как оказалось, в 1963м тут не было. Он был создан во время перестройки в девяностые. Всё здание, как заметил Суэггер, носило оттенок городской новомодности, свойственной многим обновлённым зданиям: новый дизайнер использовал голый кирпич везде, где было возможно и тут было много деревянных панелей с видимой структурой волокон - кругом элегантность упрощённости и ненавязчивости. Потолки были аккуратно отчищены от штукатурки, показывая несущие перекрытия, составлявшие раму здания, уложенную на деревянные балки, воспринимавшие давление веса всей конструкции.

- Думаю, тут и раньше были три лифта? - спросил Боб, когда они поднялись вверх.

- Да, изначально,- ответил Эронс. –Их обновили, конечно же, - лифт теперь был из гладкой нержавейки и тикового дерева с тщеславными зеркалами,- но шахты всегда были здесь, в середине задней стены.

- Понял. Были ли тут лифтёры когда-нибудь, особенно в 1963-м?

- Ни тогда, ни сейчас.

- А охрана?

- Не было. То есть, до нынешнего времени не было, если точнее.

Суэггеру здание показалось меньшим, нежели оно виделось снаружи, даже несмотря на атриум и потолки. Изнутри оно казалось квадратным: каким-то образом правильность симметрии лучше была заметна изнутри, в то время как с улицы одна сторона виделась более длинной, делая здание прямоугольным.

Они начали с седьмого этажа, где Эронс показал Бобу пустовавший блок офисов, выходивший окнами на Хьюстон-стрит и глядевший на книгохранилище, чья крыша была видна на удалении семидесяти пяти футов к югу*. Отсюда становилось очевидным, что вся Элм-стрит была как на ладони вплоть до креста, который отмечал место попадания в голову.

Не нужно было быть гением, чтобы видеть, насколько легко дался бы тот выстрел или же предшествующий ему и попавший в спину, будь они сделаны отсюда. Кроме того, широкий подоконник давал отменную стабильность опоры, практически как со стрелкового стола, а поскольку окно было утоплено в арку, ствол винтовки не был бы виден ни с улицы, ни, учитывая разницу в высоте, из здания книгохранилища на другой стороне Хьюстон, бывшего единственным зданием на горизонте. Угол к машине и её пассажирам был практически тем же, как и у Освальда, меняясь лишь вследствие положения тел президента и губернатора.

- А окна? Они всегда были такие, которые вверх-вниз двигаются, а не такие, которые наружу уходят?

- Всегда вверх-вниз.

- А полы? Паркетные, как сейчас? Ковров не лежало тут?

- Точно такие же, разве что тогда поверх кирпича ещё была сухая штукатурка настелена. Тогда, как и сейчас, здание использовалось под офисы и склады. Тут было куда как больше людей, в основном текстильных оптовиков. Они использовали здание как центр дистрибьюции, так что в большей мере здание было складом, в особенности на нижних этажах. Офисы были на верхних четырёх.

Суэггер захотел оценить угол с фасадной стены, в которой были окна, выходившие на Элм-стрит. Это оказалось нетрудно сделать, и скоро он уже смотрел на Элм сверху под более острым углом, хотя для этого пришлось встать левым боком к окну и смотреть вдоль улицы. Отсюда можно было сделать такой же лёгкий выстрел. Более того, в этом случае он вследствие угла был практически невидимым, так как стрелял бы стоя или сидя под нисходящим углом порядка сорока пяти градусов.

Он также приметил одного из своих соглядатаев, сидевшего на лавочке в парке на углу Элм и Хьюстон, как раз там, где Боб и Ник сидели ранее. Этот был чёрный, прикидывавшийся читавшим газету, но в действительности неотрывно глядевший между верхним газетным краем и полем шляпы на вход в «Дал-Текс». Невысокая работа. Было бы разумнее немного пройтись по улице и расположиться у здания архивов Далласа, находившегося на другой стороне Элм-стрит от «Дал-Текса», где он не так мозолил бы глаза.

Следующей была крыша. Попасть туда можно было поднявшись по узкой лестнице, начинавшейся наверху лестничного колодца и затем пробравшись через люк. Вступив на крышу, вы становились невидимы для наблюдателей из любого здания в округе, поскольку ни одно из них не было выше «Дал-Текса». На крыше находилось только одно строение – лифтовой домик, представлявший собой отдельно стоящую кирпичную коробку, стоящую в центре задней стены здания. Ясно было, что её также перестраивали во время одного из обновлений здания. Внутри был на удивление минималистичный интерьер с тремя большими тяговыми устройствами, каждое из которых было подключено к электронной контрольной панели, очевидно, управляемой в автоматическом режиме запрограммированным компьютером.

Видимо, в 63-м лифтовая была куда как меньше, и описание Джин Маркес, из которого складывалась комната, набитая зубчатыми колёсами, тросами, кабельными катушками и воняющая смазкой, тёмная, тесная и опасная, было вполне верным - хоть и итерация двадцать первого века была более высокотехнологичной

На этом всё. Никаких загадок не решилось, никакие возможности не были отвергнуты реальностью. Боб поблагодарил Дэйва Эронса, снова пожал ему руку в лобби и пошёл своей дорогой, ожидая звонка Ника на мобильник. Звонок поступил, когда он уже прошёл полдороги до отеля.

- Ты их срисовал?

- Да. Чёрный в котелке, костюм без галстука. Белый, толстый, без шляпы, пиджак. Красный «Шевроле» девятого года. Мне переживать?

- Нет. Это местные клоуны, раньше в далласской полиции работали. Работают на крупное детективное агентство «Джексон-Барнс». Их обычное занятие - это выслеживать муженьков, направляющихся к любовному гнезду и собирать дерьмо. Чем грязнее снимок, тем больше особняк при разводе. Невероятно, но отсос может стоить мистеру Шишке парочку миллионов. Эти парни поднатаскались на выслеживании софтверных миллионеров и новых нефтедельцов из округи, но ты их обскакал.

- Кто их нанял? Ричард?

- Да. У нашего агента источник в их офисе.

- Не думал, что у Ричарда есть тесто.*

- Да, это интересно. Бедно живёт, плохо одевается, полный мономаньяк насчёт убийства, но у него порядка пяти миллионов долларов состояния и дважды в год он ездит - чтоб ты не знал - в Бангкок.

- В остальном чист?

- По всему выходит, что да. Пятьдесят два года, выпускник университета Брауна*. Двадцатилетний стаж армейской разведки, очень хорошая репутация, несколько операций под прикрытием, главным образом в Германии. Фотографическая память на самом деле работает, его за это и ценили. Быстрее, чем компьютер. Женился на немке, развёлся. Ушёл в отставку будучи майором в 2004м, объявился здесь в 2005м, основал свой «институт», узнал всех местных игроков, втёрся к ним в доверие и имеет репутацию безобидного, очаровательного психа. Его вторая слабость - порно. Но не детские штуки, для этого он слишком ручной. Он закупает массу ДВД в Японии и состоит в нескольких чатах «япорно», где имеет большой авторитет.

- Ну, у всех свои выкрутасы. Кто оплачивает его «институт»?

- Он получает ежегодный грант от фонда Томпсона, левацкой конторы из ДС*, которая также платит противникам оружия, зелёным, правозащитникам и всякому прочему подобному. Дальше мы отследить не можем, так что не знаю, их ли тесто или нет.

- Мне собираться?

- Нет. Эта парочка далласских топтунов, я бы сказал, безобидные парни. Оба были в полиции нравов, никогда не занимались всякими SWATовскими* вещами. Они тебя не тронут, забоятся. Эти парни просто работают, хотят вернуться домой и поиграть с детьми.

- Ладно, тогда даже избавляться от них не буду.

- «Джексон-Барнс» будет рыть насчёт Джека Брофи, это точно. Однако, работа департамента юстиции легко выстоит против этого. Ты увидишь - Ричард поверит, что ты - тот, кем представился. И тогда что?

- Сегодня, когда тупой и ещё тупее будут дома, я съеду из отеля и исчезну. Пусть Ричард думает, уехал ли я или что-то ещё. Через пару дней я отловлю его врасплох и выложу ему серьёзное дело. Следующее, что он сделает, если он не просто параноик - так это попытается получить моё фото или отпечатки. Я сделаю так, что у него это не получится. Тогда и посмотрим, что случится.

- Суэггер, мне это не нравится. Ты вынуждаешь их поступить с тобой жёстко, и мы можем не суметь остановить их вовремя.

- Нет, я буду в контакте с вами. Когда придёт время, мы расставим ловушку и посмотрим, что в неё попадёт.

- Без стрельбы.

- Без стрельбы до тех пор, пока я не увижу, что за мной охотятся. Тогда я на них поохочусь.

Суэггер провёл ещё один обычный день, посетив книжный магазинчик Ричарда и купив три потёртые книжки со скидкой как для друга, на четверть - Бульози, Познера и урезанную копию отчёта комиссии Уоррена. Хоть они и так были у Боба, но он не привёз их с собой. Затем вернулся на Дили, посидел, погулял по местности, промеряя расстояния маленьким дальномером «Лейка». Потом вернулся в «Адольфус», поужинал пораньше и лёг спать. Всю дорогу за ним был хвост.

В четыре часа утра он проснулся, принял душ, побрился, и собрался, сложив в маленький чемоданчик книги, свежую одежду, туалетные принадлежности и свой «Кольт» .38 Супер в кобуре для скоростного извлечения с магазинами к нему. На стойке отеля Боб забрал большой чемодан и вышел через боковую дверь. Пройдя около девяти кварталов через безлюдную темноту и избегая случайных полицейских машин, чьё внимание он мог привлечь, Боб наконец добрался до далласского Вест Энда, района развлечений и ночных клубов в нескольких блоках к северо-востоку от Дили, где такси всегда были в избытке.

Через двадцать минут Боб добрался до своей цели - случайно выбранного «Эконолоджа»* по дороге в аэропорт, где и остался, заплатив наличными за неделю для того, чтобы его не отследили по кредитке. Он не думал, что у Ричарда была такая возможность, но у крупного детективного агентства она могла быть. Позвонив Нику, он оставил свой новый адрес, после чего снова лёг спать.

Ник позвонил в три часа следующего дня.

- По моим сведениям, парни сходят с ума, пытаясь тебя разыскать.

- Ну, пусть попотеют.

- Что ты собрался делать?

- Думаю окопаться здесь на пару дней, отдохнуть, перечитать всё барахло. Как он сказал - это огромная штука, и с чего бы ты ни начал, ты потеряешься здесь как в лабиринте. Попытаюсь подойти к вопросу более концентрированно и системно.

- Я думал, ты уяснил себе этот вопрос, зайдя со стороны винтовок.

- Соображения насчёт винтовок до сих пор безупречны, но я не могу понять вопроса со временем. Как они провернули всё так быстро? А если оно не могло быть сделано так быстро, тогда вся затея теряет смысл: Ли Харви остаётся плохим парнем, Роберта Эптона* сбила шпана под амфетамином, а Боб Ли возвращается в своё кресло-качалку, постаревший и поумневший. Со всеми этими делами ёбнуться можно.

- Со многими так и случилось, я знаю. Я сам такой, - ответил Ник.

- Через пару дней я неожиданно нападу на Ричарда и мы опять поиграем с ним в «вижу-не вижу».

- Ладно. Дай мне знать, если я что-то смогу сделать.

Боб провёл три дня, продираясь через три книги - сверяя одну с другой, пытаясь найти общий рисунок, увидеть что-то, что увяжет всё воедино в одну симпатичную упаковку. Миллионы делали это же самое до него, и, как и у них, у него ничего не получилось. Ничего. Нет неувязок. Освальд убийца, и точка. Так должно было быть, всё остальное не имело смысла. Выстрел из «Дал-Текса»? На самой дальней границе физически возможного, при том не подкреплено никакими уликами за исключением общей концепции третьей пули, прилетевшей сзади и сверху и нескольких окон «Дал-Текса», которые попадали в конус траекторий, выстроенных в компьютерную эру на основании данных реальности, в которой происходили события. Не существовало известных фотодокументов, отображающих верхние этажи здания в период половины первого и устанавливавших, что окна были закрыты или открыты.

Новым фактом было только убийство Джеймса Эптона. Если так, то не могло ли стать причиной убийства нечто обыденное, не связанное с убийством ДФК? Может быть, Эптон изложил свою теорию, а этот парень распознал в ней что-то новое и особенное, пожелал присвоить и решил, что теперь она у него в руках, для чего и убил Эптона в Балтиморе. Убийства происходят по гораздо меньшим причинам: за гроши, из-за игрушек, из-за пары кроссовок, из-за гордости и предубеждения, из-за чести и славы. Может, это был сам Ричард, хотя трудно было представить кого-то настолько помятого и всклокоченного в роли крутого убийцы. Но, если «Джек Брофи» прояснит все вопросы с Ричардом, то Ричард может вывести на кого-то из сообщества, кто способен на такие вещи.

Что делать дальше - понять было сложно.

На третий день Суэггер был уже неспособен мириться с бездельем и отправился на такси по адресу в пригороде, который нашёл в интернете. Это было огромное место, где продавались спортивные товары под названием «Склад активного отдыха», которое было призвано, судя по заявлению в рекламе, «иметь внутри почти всё, что можно использовать снаружи». Там был и охотничий отдел, в котором среди красиво сработанных новых винтовок, чёрного пластикового штурмового оружия и бесконечных вариаций оружия калибров 9мм, .38, .357 и .45 в подсвеченных витринах он нашёл крупный отдел по продаже боеприпасов, в котором между 6.5мм «Кридмур» и 6.5мм «Свед» нашлись несколько коробок 6.5 «Манлихер-Каркано». Откуда-то из Чехии, от производителя «Први партизан»*, но с требуемой 162-хграновой пулей и на удивление дешёвыми, а тринадцатилетняя девчонка за кассой не выразила никакой иронии по поводу того, что человек покупает коробку «Манлихер-Каркано» 6.5мм в Далласе.

Вернувшись в номер «Эконолоджа», Боб открыл коробочку, достал двадцать патронов и поднёс один поближе к глазам. Он выглядел, как маленькая тупоносая ракета, сверкающий и блестящий в флуоресцентном свете. Пуля была необычно длинной, сравнимой по длине с гильзой, и своим тупым носом она указывала на девятнадцатый век, поскольку в 1890м году этот нос был новомодным изобретением.

Боб оглядел его со всех углов, пытаясь раскрыть его секреты. Патрон был осью всего - весьма похожий на настоящий, тот, который использовал ЛХО.

Хоть это и была «волшебная пуля», но сегодня она не выглядела волшебной, а просто забавно-старомодной, со своим закруглённо-уплощённым носом -«меплатом», как в технике обозначается передний кончик пули. Он попытался припомнить все раны, которые она причинила, попав президенту в верхнюю часть спины, пройдя сквозь тело, попав в губернатора Коннели, пройдя сквозь него, пробив его запястье и остановившись в ноге, практически не повредившись при этом. Под каким-то углом рассмотрения та пуля - предмет рассмотрения комиссии Уоррена с индексом WC399- выглядела такой же нетронутой, как и эта, что находилась в трёх дюймах от глаз Суэггера. Но Боб помнил, что с других углов она вовсе не была такой уж «нетронутой» - её основание было помято, а свинцовый сердечник выдавлен наружу из внутренней полости вследствие удара. Она была далека от безупречной формы, но то же время выглядела подозрительно неповреждённой.

У Суэггера имелся печальный запас знаний о том, что пули делали с телами - как с его собственным, так и с чужими, так что для него подобная целостность пули не выглядела столь уж таинственной. Он знал, что пуля не встречалась с костями до тех пор, пока не пробила запястье губернатора, сломав его, но к этому времени она уже сильно замедлилась от своей изначальной дульной скорости в две тысячи футов в секунду и потеряла большинство своей энергии, которая могла бы помять её или разрушить при столкновении с чем-то твёрдым.

Суэггера не покидала мысль о её старомодности. Она была старомодной по стандартам 1963 года. Её теории и дизайну было восемьдесят два года, когда она попала в президента. Многие люди не понимали этого: для них это была просто пуля.

Но на пулю можно было посмотреть и по-другому: выяснить её происхождение и предназначение. Слишком много дураков писали о случившемся без понимания этих двух вещей. Слишком много дураков думали, что пуля - это всего лишь тяжёлый кусок свинца, вставленный в патрон и посланный по своему назначению. На самом же деле уже в 1891 году пули, их дизайн и характеристики находились среди самых сложных созданий инженерии в арсенале человеческих изобретений, тщательно просчитанных математикой. Задолго до того как люди создали канализацию и горячее водоснабжение, они уже написали целые математические трактаты, касающиеся баллистических характеристик, принципов и законов, а баллистика была первым предметом, к которому обращались лучшие умы государств.

Та пуля, как и эта, что сидела в гильзе в его руке сейчас, весила сто шестьдесят два грана, состояла из медной оболочки необычной толщины поверх свинцового сердечника и имела дюйм с четвертью в длину до кончика закруглённого носа. Она была создана после широких исследований и экспериментов для выполнения определённой военной работы, которой итальянский генералитет придавал высокую важность на рубеже веков. Тут не было ничего случайного. Она была создана не для того, чтобы просто убивать, а для того, чтобы убивать конкретного врага в конкретной обстановке.

Исходя из этого, Суэггер пришёл к мысли, что для понимания смысла WC399 ему следует понять военные реалии итальянской армии в 1891 году. В то время этот патрон был принят в качестве стандартного винтовочного во время всеобщего европейского обновления, когда эра однозарядных мушкетов сменялась эрой магазинных винтовок с болтовым затвором, таких, как германский «Маузер» К98, французский «Лебель», британский «Эннфилд» и, наконец, американский «Спрингфилд».

С кем же ожидали возможности сразиться итальянские генералы и в какой обстановке? Итальянцы никогда не были экспансионистами, и даже Муссолини тридцать лет держал пику книзу. Они не были великими колонизаторами с заокеанской империей, которую нужно было беречь, как британцы или немцы. Если пренебречь двумя жалкими набегами в Африку, их войскам никогда не приходилось сражаться с местными силами в Азии, Индии или на Тихом океане, так что они просто хотели сберечь спокойную жизнь, которой они жили в своей красивой стране, залитой тёплым солнцем, где всегда было в избытке винограда и макарон.

Так что в 1891 году итальянцы понимали, что их важнейшие битвы будут оборонительными по своей природе. Они не будут вторгаться, это к ним будут вторгаться, а их работой будет остановить накатывающееся вторжение. Где произойдут такие битвы? Морская высадка тогда ещё не была отработана: никто даже не пытался этого делать, так что противники,- немцы или австрийцы, очевидно,- пойдут по суше. Если вы посмотрите на карту, она многое вам скажет: вторжение должно будет пройти через Альпы. Это будет горная война.

Кого и с какого расстояния будет пытаться убить итальянский солдат в этих сражениях? Ну, размышлял Суэггер, природа горной войны такова, что расстояния, скорее всего, будут большими. Гляньте хотя бы на Афганистан с его перестрелками на пятьсот ярдов. Горная война включает в себя стрельбу вверх по склону, вниз по склону и через долины. Кроме как в редких исключениях, рукопашных боёв там не будет, цели ожидаются на расстоянии двести-четыреста метров. А это ведёт к пуле, отличающейся точностью, что в свою очередь диктует длинную, тонкую пулю, чтобы нарезы винтовки могли бы как следует закрутить её и вместе с тем необычно тяжёлую, чтобы не быть подверженной неожиданным порывам горного ветра. И всё это было идеальным описанием «Манлихер-Каркано» калибра 6,5 мм - хотя итальянская производственная практика редко достигала идеальности.

В кого собирался стрелять итальянский солдат в горах? Предполагаемым врагом был германский или австрийский горный стрелок, обученный скалолазанию, атлетически сложенный, с высоким болевым порогом, в превосходной физической форме - элитный боец. И ещё одна особенность, ключевая: он будет плотно одет. Бельё, подштанники, плотные шерстяные штаны, такая же плотная шерстяная рубаха или форменная лёгкая куртка, свитер, плотный кожаный или флисовый жилет, верхняя куртка с толстой подкладкой («Гор-Текса» в те дни не было), всё плотно стянуто ремнями на пряжках.

Что нужно сделать, чтобы убить его? Нужно пронзить всё это вместе с ним. Пуля должна долететь до него с достаточной энергией, чтобы не отклониться при попадании в пуговицу, ремень или флягу и не развалиться на части при попадании в кость, а проникнуть вглубь: к сердцу, лёгким, кишечнику, которые находятся глубоко подо всем утеплением. Именно для выполнения этой задачи была сделана пуля «Манлихер-Каркано» и именно такую работу WC399 выполнила двадцать второго ноября 1963 года. Аномалии здесь не было. Это абсолютно неумолимо вытекало из характеристик, заложенных при её создании.

Суэггер немедленно заметил, куда его привёл мыслительный процесс. Этого было достаточно, чтобы запить. Если вторая пуля соответствовала характеристикам, заложенным при создании, то получалось, что третья не соответствовала. Она разлетелась, хотя не должна была - и в этом состоял ключевой вопрос всей истории.

Настоящей «волшебной пулей» в убийстве ДФК была пуля номер три. Пуля в мощной оболочке, предназначенная для пробивания, а не для разлёта в осколки. Она убивала проникновением, а не детонацией. Более того, на расстоянии в двести шестьдесят пять футов ей следовало потерять значительную часть энергии- с двух тысяч ста футов в секунду скорость упала примерно до тысячи восьмисот футов, и она разнесла череп вдребезги. Суэггер без затруднений понимал, почему президентская голова получила массивное, взрывное ранение: потому, что пуля сообщает ударную волну материалу, через который проходит. А если материал находится в закрытом объёме, результатом неизбежно будет взрыв. Но он не понимал, почему сама пуля разорвалась. Не было никакого баллистического принципа, вследствие которого этому следовало произойти.

Почему третья пуля взорвалась?

 

* Трейд-март – торговый центр, в котором должна была состояться предвыборная речь Кеннеди, назначенная на 13-00.

* необъяснимая ошибка Хантера. Книгохранилище находится в западу от здания «Дал-Текс».

* Деньги

* университет Брауна – один из восьми старейших университетов и колледжей США, созданных на территориях изначального заселения США на северо-востоке страны (Новая Англия) в период с 1636 по 1865 годы и имеющих собирательной название «лига Плюща». Кроме Брауна, в «Лигу» входят университеты Гарварда, Колумбии, Корнелла, Принстона и Пенсильвании, а также колледж Дартмута. Известны как места обучения будущих кадров для государственной, разведывательной и деловой элиты страны и всегда присутствуют в текстах Хантера.

* SWATSpecialWeaponsAndTactics, штурмовые подразделения американской полиции.

* сеть дешёвых мотелей в США и Канаде

* в оригинальном тексте Эптон то Джеймс, то Роберт.

* ошибка Хантера. Производство «PrviPartizan» находится в Сербии.

 

Глава 6

Ричард Монк позволял себе стейк раз в неделю, так что в пятницу он наведался в «Палм» в Вест-Энде. Заказав мартини (охлаждённый, но безо льда, с оливковым маслом и оливкой), небольшую вырезку средней прожарки и картофельное пюре, он потягивал мартини в ожидании стейка и теперь в изумлении обнаружил, что напротив него аккуратно пристроился Джек Брофи.

- Ричард, позволю себе спросить - не возражаешь, если я присоединюсь?

- Джек, господи… я думал, что ты уехал. Я звонил тебе, и мне сказали, что ты съехал…

- Сменил место жительства, всего-то.

- Где ты теперь?

- Ну, вот в чём дело, Ричард… буду с тобой откровенен. Я думаю, что за мной следят.

- Следят? - воскликнул Ричард со слегка драматизированной эмоциональностью.

- Двое, я уверен. Чёрный и белый. Команда, работают с одной машины. Ты ведь не знаешь ничего об этом, а? Ты был в разведке, так что знаешь, как такие вещи обделываются.

- Раз я был в разведке - это значит, что я тренированный лжец, так? Так что если я скажу «нет», ты не поверишь. Даже не знаю, что и сказать... разве что погляди сам - ради чего на всём белом свете мне следить за тобой? Да и ведь это денег стоит. Стейк, что я заказал - моя единственная недельная роскошь.

- Ладно, ладно,- сказал Боб. – Прости, не хотел, чтобы это звучало как обвинение. Но позволь спросить: знаешь ли ты кого-нибудь в среде знатоков, фанатиков, исследователей - кого угодно - кто мог бы преследовать меня? У меня ведь есть ценная интеллектуальная собственность, а ты упомянул об этом кому-то, кто упомянул кому-то, кто посчитал, что это интересно и решил приглядеться ко мне.

- Джек, но я даже не знаю, что у тебя есть. Что-то насчёт оружия, и не более того.

- Верно, - согласился Боб.

- Может, тут что-то связанное с твоими другими делами? Там, в Бойсе? Детям помогаешь?

- Если мои дети не могут справляться сами к этому времени, я для них ничего сделать не могу. Думаю, мой финансовый управляющий посылает бывшим жёнам их чеки, так что с этой стороны порядок. Нет, моя жизнь слишком скучна для интриг.

- Джек, никто не сближался с мною и не задавал никаких вопросов о тебе. Ничего подобного.

- Ричард, я ненадолго исчезну. Ты справишься?

- Конечно, Джек. 

- Увидимся через три дня в том же мексиканском заведении на Мэйн в половине первого.

- Отлично, друг.

Конечно, Суэггер не показался в том мексиканском заведении, но вместо него пришли два агента ФБР. Они подтвердили, что оперативники «Джексон-Барнз» разместились ниже по улице с «Никоном» и здоровенным телеобъективом. 

Суэггер позвонил Ричарду, пока он сидел там и извинился за отсутствие, которого никак нельзя было избежать и обещал скоро снова с ним связаться - уж тогда-то они точно встретятся, но не смог назначить точного времени из-за своего текучего расписания. Выждав ещё три дня, он напал на Ричарда на парковке стейк-хауса «Y.O.», другого известного заведения напротив «Палм» в Вест Энде.

Ричард был в подпитии после мартини, нагрузившись протеинами и углеводами.

– Ты показываешься в самые странные моменты, - возмутился он, и Боб списал это на невозможность вовремя связаться со своей командой фотографов, которой с ним сейчас, естественно, не было. 

- Приходится быть секретным агентом. Думаю, хвост я сбросил, так что давай возьмём такси и покатаемся.

- Джек, ты не заигрался ли? Я тебе повторяю: в последние три дня никто ко мне не обращался и никто не спрашивал насчёт тебя, ничего подобного. Но у меня есть для тебя кое-что. 

- И что же?

- У меня есть друг, владеющий винтовкой, максимально сходной с винтовкой Освальда. Это карабин «Манлихер-Каркано» модель 38, серийный номер CV2755, разница в одиннадцать номеров от освальдовской, из Терни*. На ней японский прицел в кронштейне, её заказали у Клейна всего за неделю до того, как Освальд заказал свою в марте 1963 года. Думаю, что тот же техник прицел ставил. Подойти ближе невозможно, так что богатый коллекционер, которого я знаю, заплатил за неё более трёх тысяч. Думаю, тебе будет  интересно пострелять. И даже есть несколько коробок армейских патронов 6.5мм, а ты знаешь, как трудно достать их.

- Ээ, нет, - ответил Суэггер,- тут неважно, как стреляет 2755. Тут важно, как стреляет 2766. По множеству причин, по сотне причин они могут стрелять по-разному. И знаешь ли, Ричард, по моей теории абсолютно не важно, как стреляла винтовка Освальда в тот день. 

- Ага, я понял. Второй стрелок, вторая винтовка. Другой «Манлихер».

- Близко, но нет. Ещё вот что скажу: я не знаю, зачем и я не знаю, кто, но, чёрт побери, я знаю как. Давай, возьмём такси и прокатимся. Я плачу.

Он поволок Ричарда по улице в манере дружеского объятья, против чего Ричард никак не мог возразить. Работая на кого-то, он должен был поддерживать контакт, а в качестве свихнувшегося насчёт убийства типа ему следовало выяснить, была ли важной новая информация.

В машине Суэггер указал таксисту покружить недалеко с включённым счётчиком, который в любом случае будет оплачен. Для парня это было большой удачей - нечасто в это время он получал хороший заказ. Машина тронулась.

- Ричард, - начал Суэггер, - мне нужно твоё суждение. Может, я рехнулся и всё это чушь. А может, это часть ответа. В любом случае, на меня нашло… как бы сказать… прозрение. Я уверен, что нащупал что-то, и мне помогло то, что ты сказал. Я тебе поясню.

- Джек, я не знаю ничего об оружии. Я не могу судить.

- Это ты поймёшь, Ричард. И тогда скажешь мне, стоит ли это скрывать и поискать автора-партнёра, раз уж оно стоит книги или даже фильма. Тут я мало что соображаю, в отличие от тебя.

- Давай Джек. Постараюсь.

- Вот ключевой вопрос. Почему взорвалась третья пуля? Я думаю, что до сих пор никто не ответил правильно. Лучшим ответом было: взорвалась потому, что взорвалась. Пули, бывает, взрываются. Это непредсказуемо и неизбежно. При такой скорости движения случиться может что угодно.

- А твой ответ каков? Почему взорвалась третья пуля? 

- Ты сказал - «они выполнили свой убийственный долг, и прекратили существовать», помнишь? Пуля из будущего. Выполнив свой долг, она ликвидировала себя, винтовку, стрелка и сто лет трагедии.

- Да, я так говорил. Это краеугольный камень всей концепции. Думаю, это интересно.

- Ричард, ты знаешь, что такое «подозрение»?

- Знаю, конечно.

- Я имею в виду что-то неуловимое, но не выходящее у тебя из мыслей, то, что всегда с тобой, вот такое подозрение.

- Да, знаю. Бывает такое.

- Когда ты сказал «прекратила существовать», это меня навело на подозрения. Я об этом ломал голову и, наконец, понял. Третья пуля. Та, что убила Кеннеди. Она прекратила существовать.

- Ну да. К вечному недовольству комиссии Уоррена и к радости множества сторонников теории заговора по всему миру.

- Нет, нет! Это не было случайностью. В том-то и дело. С пулей так и должно было произойти. Она была устроена таким образом. И устроена грамотно, что и сделало возможным весь план.

- Взрывающаяся пуля, э? Прямо как в «Дне шакала»*, со ртутью внутри. Или…

- Нет. Ни взрывчатки, ни ртути, ни глицерина, ничего подобного. Это всё оставляет химические следы, которые были бы обнаружены следователями в 1963м.

- Я думаю, что комиссия Уоррена запросила следователей ФБР насчёт такой возможности- раз уж ты об этом упомянул.

- Да, был такой Фрейзер, и как это обычно случается, он был одновременно туп и неправ. Но я не об этом говорю. То, что я имею в виду - так это пуля, сама по себе, без изменения своего состава, устройства и металлургии - была доработана таким образом, чтобы взорваться, что она и сделала. Весь блеск замысла состоял в том, что никаких следов своего существования она не оставила. Она-то и была настоящей «волшебной пулей», но все были слишком бестолковы, чтобы это понять.

- И как бы ты это сделал? Как заставить пулю взорваться?

- Я говорю о скорости, - ответил Суэггер и пустился в объяснения Ричарду, который сидел и слушал с таким вниманием, как будто и в самом деле что-то понимал в оружии.

- Где ты? - донёсся голос Ника из мобильника. Прошло несколько дней, за которые Боб снова сорвал Ричарду назначенную встречу, отправил ему несколько электронных писем, в которых спрашивал, не пришёл ли Ричард к какому-нибудь прогрессу относительно его теории о скорости, куда Ричарду следовало углубиться и вызывал раздражение тем, что нигде не подставлялся под фотоаппарат.

- Сменил мотель, - ответил Суэггер и дал ему новый адрес. – Я теперь поближе, насчёт такси будет полегче и банкомат есть, я ведь только наличкой плачу.

- Хорошо. Слушай, - в голосе Ника показался новый тон: официальный человек государства, смертельно серьёзный. – Я хочу, чтобы ты оставался там. Ни при каких обстоятельствах не высовывайся и не проявляй себя. Не вынуждай меня прислать за тобой машину, которая тебя заберёт и привезёт под охраной. Просто послушай, ладно? Это для твоего же блага. 

- Что случилось?

- Может и ничего. У меня нет доказательств, что тут что-то большее, нежели оно есть, но всё же. Вчера из гаража в Форт-Уорте был угнан новый чёрный «Додж-Чарджер», здоровый масл-кар, под капотом движок Hemi* в триста семьдесят лошадей с суперчарджером. Точно такой же аппарат использовали в Балтиморе.

- Значит, он здесь и охотится за мной. Или Ричард сказал ему, или тот, кто знает то же, что и Ричард. И, кто бы это ни был - моя теория скорости ему не нравится. Видишь, Ник, тут явно есть связь с ДФК.

- Это ничего не доказывает. Это говорит лишь о том, что «Чарджер» угнали. Может, на разборку, а может в гараж какому-нибудь бойцу «Зетас»* в Ногалесе. Или просто два дурака обдолбанных решили с тёлками погонять. Тут всякое возможно, и это всё куда вероятнее нежели мифический водитель-убийца, кто бы он ни был -  если он вообще существует. 

- Спроси Джеймса Эптона, существует ли он.

- Верно, потому я и говорю: сиди на жопе ровно. Пицца в номер, китайская жратва, дневное кабельное, с горничной познакомься и всё такое. Я соберу опергруппу, подпишу полицию Далласа и, раз уж тут дело с машинами - техасскую дорожно-патрульную службу. Вычислим это жало, подставим тебя в контролируемую обстановку и пусть он думает, что нашёл тебя,- исходя из того, что он существует,-  тут мы его и примем. Думаю, интересный горох посыплется из него.

- Всё говорит о том, что он - профессионал. Горохом сыпать не будет. Он будет молчать и примет любой расклад без скрипа, потому что уверен - его структура вытащит его рано или поздно, не в этом году - так в следующем. Такие люди дружат с подобной математикой. Это цена, которую они платят за репутацию крутого парня. Ник, нихрена он не скажет. Он уже сказал всё тем, что появился здесь.

- Десять лет в Хантсвилле* и остаток жизни в Хагерстауне* могут навести его на раздумья.

Боб вздохнул. 

- Ник, ты мыслишь как представитель закона. Действовать можно как угодно, но иной раз нужно пострелять, что и будет наилучшим вариантом действия 

- Боб, я тебя закрою, если полезешь в это дерьмо. Осядь. Тут ты будешь по нашим правилам играть. Мы собираемся его арестовать, а ты, если попрёшь в ковбои, всё обрушишь.

Боб понимал, что Ник блефовал. Он так не поступил бы. Мёртвый профи-убийца будет настолько же ценным трофеем, как и живой, даже если Ник под своим наблюдением подсунет ему Боба. И кем бы он ни был, его личность станет откровением и направлением для дальнейших шагов. 

- Даёшь слово? – напирал Ник. 

- Обещай мне, что устроишь всё по-быстрому. 

- Координация между службами занимает время. Если он пришёл за тобой, то никуда не денется. Мы его даже не вычислили ещё, так что обложим Ричарда людьми и поглядим, не появится ли он там. Если примем его, то сделаем следующий шаг. А от тебя требуется снайперское терпение.

- Он за две секунды соберётся.

- Ради милости божьей…

- Всё произойдёт поздно вечером, на пустой безлюдной дороге. Завтра ночью возле Дили, в каком-нибудь переулке. Он любит переулки. Возьми мобильную группу и лети туда, вот тебе и место преступления, вот и труп.

- Или твоя смерть.

- Этот парень сбил человека, который в жизни ничего не натворил кроме как исправно платил налоги и давал образование детям. Спину ему переломал в переулке. Теперь поглядим, как он этот трюк провернёт с реальным противником. Не буду врать тебе, Ник, но я не собираюсь сидеть в этом проклятом номере, жрать суши и перечитывать книжки в десятый раз. Это не в моём духе. Я охотник.

- Я не могу позволить этого,- ответил Ник.

- Я под твоим прикрытием. Вся выгода твоя.

- Нет. Я не одобряю этого. 

- Но ты ведь не арестуешь меня, ведь так?

- Чёрт…- Ник в раздражении сбросил вызов.

 Суэггер отправился в туалет и достал свой маленький тревожный чемоданчик из-за стопки запаса полотенец, ощутив заметную тяжесть. Открыв его, он извлёк оттуда сделанный из нержавейки «Кимбер»* калибра .38 Супер, снова увидев знакомые черты, унаследованные от платформы «Кольта» 1911, созданного Джоном М. Браунингом более ста лет назад: угол рукоятки в двадцать три градуса, уплощённость, эргономическая гениальность размещения  предохранителя и затворной задержки, созданных в мире, который ещё не знал слова «эргономика». Пистолет был уже на боевом взводе - а иначе зачем иметь пистолет, если вы не можете быстро выстрелить? Боб знал, что в магазине были девять усиленных патронов* «Винчестер» со статридцатиграновыми пулями, а десятый уже сидел в патроннике. Патроны имели особенные скоростные показатели: их пули покидали ствол со скоростью в тысячу триста футов в секунду, имея достаточно энергии для того, чтобы пробивать как металл, так и стекло, при этом не сбиваясь с траектории смертельного попадания. Древняя рама пистолета, унаследованная от старой модели, была идеальной ширины и прекрасно увязывала рукоятку и ствол таким образом, что взятый в руку пистолет сам по себе глядел в цель. Боб закрепил кобуру для скоростного извлечения - минималистичное приспособление для скрытого ношения, позволяющее извлечь пистолет и выстрелить в одно мгновение - на поясе рядом с держателем магазинов, в котором уже сидели два магазина. Застегнув ремень, он вложил пистолет в кобуру так, чтобы он находился в трёх дюймах позади бедра, при этом плоскостью прилегая к телу.

Чтобы скрыть кобуру, Боб надел свой пиджак хаки и положил в карман счастливый доллар. Его счастливый доллар состоял из четырёх четвертаков, смотанных вместе скотчем. В кармане четвертаки обеспечивали балластную тяжесть, чтобы при необходимости вскинуть оружие можно было рывком отбросить полу пиджака назад, не путаясь в ней и обратным ходом руки выхватить пистолет.

Затем он позвонил Ричарду и сказал, что им нужно увидеться поздно вечером, в одиннадцать на скамейке перед книгохранилищем. 

 

* Терни – город в центральной Италии, где на заводе Fabbrica d`Armi di Terni производились винтовки «Манлихер-Каркано»

* «День шакала» - книга Фредерика Форсайта о покушении на генерала де Голля.

*  Hemi – торговая марка «Крайслера», обозначающая восьмицилиндровые V-образные двигатели с полусферическими камерами сгорания.

* «Зетас» - мексиканский наркокартель

* Хантсвилль – имеется в виду город, в котором располагается старейшая тюрьма штата Техас, включающая в себя блок для приведения в исполнение смертных приговоров. Здесь состоялось наибольшее число смертных казней в США (492 с момента восстановления смертной казни в Техасе). 

*  Хагерстаун – имеется в виду город в штате Мэриленд, в котором располагается исправительная колония.

* «Кимбер» - производимый в США компактный пистолет конструкции Юрия Ивановича Карфиоля, созданный с использованием элементов пистолета «Кольт» 1911 и отвечающий задачам скрытого ношения. 

* «усиленные патроны» - патроны типа +P, имеют увеличенный пороховой заряд при сохранении прочих габаритов. 

*** 

Перевод - Кирилл Болгарин 
 
 
продолжение следует

 

Социальные сети